На память о киногероях.
На встречу герою выходит из-за угла толпа бандитов численностью в сто
человек.
Брюс Ли. Поубивает всех голыми руками в рекордно короткое время,
провизжав каждому в ухо традиционное "Ки-я!". Будет ушиблен, но придет
на похороны в новом непорванном кимоно.
Силвестр Сталлоне. Пристелит 80-90 человек из разных видов оружия.
Остальным либо свернет шею, либо оторвет голову, либо добьет из лука.
Речей произносить не будет. На похороны не придет – отправит своего
бывшего генерала по доверенности.
Ван Дамм – скажет что сто сразу – это много. Отведет в сторону
человек
двадцать-тридцать максимум и положит в землю с помощью различных
экзотических приспособлений вроде пневматического ружья сделанного из
огнетушителя и бейсбольной биты переоборудованной под клюшку для гольфа.
Потом скажет что устал, сядет на землю и позволит набить себе морду.
Очухавшись, осмотрит стоящих вокрут и ждущих продолжения бандитов и
наконец вызовет полицию. В оставшееся время выберет главного бандита с
обрезом, картинно выбьет ему бубну, и будет отстреливаться до приезда
подмоги.
Арнольд Шварценеггер. Бандиты тоже люди. Они увидят его, все поймут и
побегут обратно за угол истошно крича "Помогите!". Большинство не
дотянет до угла – они будут пойманы, зверски забиты, задушенны,
расстрелянны и вообще умрут от инфаркта не дождавшись конвейра "Хук
влево, хук вправо". Добежавшие до угла – будут и такие, так как Шварц
никогда не торопится – соберуться в кучу и покорно будут ждать пока их
обложат взрывчаткой, или подгонят бензовоз, или посадят на них самолет.
Всю улицу надо будет заново отстраивать и асфальтировать. Гроб будет
один на всех, так сказать, "сто в одном". На похоронах Шварц обязательно
что-нибудь скажет. Он будет лаконичен, но в его эпитафии будет сквозить
чувство хорошего мужского юмора.
Джеймс Бонд. Прежде всего спросит нет ли среди бандитов женщин. Затем
позвонит в свою MI6 и выяснит какие дипломатические отношения существуют
с данной страной. Узнав, что самые теплые, улыбнется и начнет их
ухудшать. На пятидесятом бандите возникнут проблемы – кто-то снимет с
руки Бонда часы Omega. После этого он перейдет на личности и станет
крошить по-черному. При этом будет много говорить, пить мартини и шутить
о политике. Последнего – главного – бандита он угробит с помощью высоких
технологий так жестоко, что даже в новостях об этом постесняются
сообщить. На похороны придет все начальство Бонда чтобы извиниться перед
родственниками.
Стевен Сигал. Рукопашная будет идти по всему городу – на аэродроме, в
порту, на заброшенной консервной фабрике и так далее. Наконец, в ход
пойдет пистолет. Он будет молча стрелять, а они будут бежать на него и
кричать что они имели его на завтрак. Последний бандит потенциально,
может быть, сумеет ударить Стевена в поддых. Но расказать об этом никому
не сможет – его разрежут самурайским мечом и оставят догнивать на
солнышке.
Мел Гибсон. Потеряет кого-нибудь из близких незадолго до инцидента и
будет в плохом настроении. Прежде чем стрелять, скажет что-нибудь
обидное, вроде "Говно вы, а не бандиты". Узнает в лицо пятидесятого
бандита и разговориться с ним о старых временах. Его застанут в расплох
за этим занятием и немного поваляют. Но он все равно их добъет и пойдет
искать следующий угол. На предложение властей оплатить похороны, взорвет
что-нибудь на кладбище вырыв огромную яму и скажет, - "Пусть сами
запрыгивают и засыпаются".
Брюс Уиллис. Позвонит жене и поссорится с ней. Потом позвонит
начальству и скажет что даже его жена, которую он не выносит, сказала
что с таким начальством нельзя играть в покер. Здесь бандиты заскучают и
соберутся уходить. Тогда Уиллис оглянется, скажет: "Куда идете? Думаете,
там лучше будет?" и начнет топтать их всеми способами. С вероятностью в
пятьдесят процентов похорон не потребуется. Если они и будут, то за
государственный счет и без комментариев.
И наконец, Ума Турман. Организует образцово-показательную мясорубку.
На улицу будет страшно смотреть. Угол будет забрызган кровью до третьего
этажа, а рядом с ним будет сложен курган из голов. Неподалеку будет
копошиться с мешками для трупов бледная полиция, решая либо хоронить
всех отдельно, либо вместе и прямо здесь. Справедливость будет тошнить
от такого торжества. Однако Уму оправдают за недостатком улик и отпустят
с уговором не трогать бандитов в дальнейшем.
