И вновь в плену гостиничных наборов
Молчит уставшая от сигарет душа.
Не вспомнить в этот миг заклятых мирных договоров,
Как я любил и как мечтал дотла.

Сам у себя поникший и веселый,
Родной, чужой, любой. Запятнаны слова.
Так хорошо, что кончится все скорой,
Так хорошо, что лучше бы не жить мне никогда.

Вот снять бы фильм о том, как страшно и покойно
Проходит год, другой, меняя имена.
Где инвалид судьбы, покрытый саваном у трона
Великой жизни, не рискнут хоть пригубить до сна.(с)