Или просто мне словосочетание понравилось – «метафизические странствия». А так, первый фильм, о супружеской паре простых туристов, второй – о супружеской паре простых путешественников и третий – о супружеской паре простых любителей эротических приключений. Намеренно различаю термины, потому что в одном из фильмов дается жесткое определение различий между туристами и путешественниками, а какое – сами догадайтесь. Кроме путешествий и приключений, герои сих опусов увлечены погружением в мир своих межличностных отношений, на этом собственно и строится сюжет всех трех картин.

Откровенно говоря, я и сам не уверен, чем эти фильмы показались мне похожими? Более всего, конечно, своим роскошным визуалом, все три фильма имеют сочную картинку и стильный операторский концепт. А еще тем, что все три картины были сняты по известным литературным источникам, и вызвали очень неоднозначную реакцию.

В принципе, все три фильма можно считать англо-американо-итальянскими, все это по составу съемочной группы, актеров, режиссеров и литературных источников. Однако все картины, скорее ближе европейской стилистике, имеют довольно простые сюжеты и густую тягучую атмосферу. Два фильма были сняты в 1990 году, а третий в 1999. Начнем с самого малоизвестного, снятого американцем голландского происхождения, Полом Шредером. Все это дело было снято в Венеции, с британо-американскими актерами, по роману британского автора Иэна Макьюэна и называлось «Утешение странников».

Суть басни, в парочке англичан – распрекрасном Руперте Эверетте и не менее распрекрасной Наташе Ричардсон. Эти скучающие обыватели, приперлись в Венецию из города Лондон, простыми туристами, что бы оживить притупившиеся эротические чувства. Почему в Венецию? Все просто. Они здесь уже были, и все было ништяк, чудаки забыли, что в одну и ту же воду, два раза не войдешь. И вот, Наташа и Руперт, тупо шляются по городу и синеют от скуки. Пока им «чисто случайно» не встречается Кристофер Уокен. В принципе, если бы мне вдруг повстречался Кристофер Уокен в чужом городе, да еще стал бы приставать с неуместными разговорами… я бы наверное сделал так, что бы Кристофер искал меня долго, и не нашел. Но наши самоуверенные англичане не таковы. Конечно, они же думают, что весь мир вращается вокруг них, и какие-то полудикие итальяшки должны им по умолчанию.

Все однако, заканчивается довольно мрачно, Кристофер Уокен оказывается именно тем, кем и выглядит – чекнутым садистом-психопатом. Лучше бы распрекрасным Руперту и Наташке, держаться от него подальше.
Книжку Макьюэна, в свое время довольно много хвалили, хренова туча литературных критиков, высказалась в том смысле, что роман патологически пропитан декадансом, а простое повествование рождает в респектабельной публике «смертельную дрожь». Тут надо признаться, что фильм Шредера, довольно точно передал дух первоисточника. Не смотря даже на небольшую заминку в финале. Не могу знать, по какому принципу Шредер заделал подобный, скомканный финал, кажется эпичное оригинальное завершение, когда герои растворяются без следа, больше бы подошло картине.

А так, в общем и целом, кино отлично передает атмосферу. Тут я думаю, важную роль сыграл оператор Данте Спинотти, работавший с Вертмюллер, Кавани, Богдановичем и многими другими известными режиссерами, а так же композитор Анджело Бадаламенти, который в рекламе не нуждается. Эти два итальянских чувака, отлично передали аудио-видео ряд, темной стороны историко-курортного городка с тухлой водой в каналах.
Еще, хочу особо подчеркнуть этот особый контраст, который мистически создается между живописными видами, бохатыми интерьерами и красивой эротикой с одной стороны и мрачным саспенсом с другой. Все три фильма именно этот контраст и эксплуатируют, причем удачно. В фильме Бертолуччи «Под покровом небес», еще и глубочайшая тоска, человека потерявшегося в современном мире.

Таких потерявшихся в фильме трое: Малкович – Порт, Уингер – Кит и еще некий франт, друг семьи – Тернер. Все трое приперлись в Алжир, прямо из Нью-Йорка, каждый по своим причинам. Малкович и Уингер, кроме всего прочего, хотят освежить свои брачные отношения, а Тернер просто скучает и подбивает клинья к Кит. Трое американцев желают экзотики и новых впечатлений, однако, углубляясь в Африканский континент и в собственные душевные метания, явно переоценивают свои силы.

Все эти арабы, берберы и туареги не так просты как кажется, все они так и думают, как бы «пощипать» богатых американцев. Да и вся эта распрекрасная местность, «под покровом небес», начинает явно довлеть над героями и угрожает высосать из них последние остатки хилой, расшатанной, урбанизированной психической энергии. Все они конечно поняли, осознали и разрешили, но было уже слишком поздно, два с лишним часа экранного времени, собственные комплексы и Бернардо, завели героев в такую мухосрань (буквально), что вернуться уже не представлялось возможным.

Сюжет, как видим, довольно простой, а вот результат получился неоднозначным. Пол Боулз – автор литературного источника и практически одна из икон поколения «битников», разнес картину в клочья и попросил о ней никогда не вспоминать. Что же послужило причиной такого жесткого отношения, со стороны, внешне спокойного, уравновешенного писателя? Боулз писал свой экзотически-биографический роуд-муви, с посвящением своей жене и с теплыми чувствами именно о ней. В связи с этим, он заделал предельно жесткий финал, где героиня теряет не только мужа, но и честь, и практически собственную личность. Кит в романе, женщина сломленная внешними и внутренними обстоятельствами, в финале еще и подвергается насилию, и полностью теряет рассудок.

Бертолуччи же, как человек очень добрый (практически хиппи) и по-итальянски похотливый, изо всех сил постарался смягчить падение. Поэтому Кит, в его интерпретации, как-то и с ума не очень сходит, и насилию особо не подвергается. А злой бербер Белькассим, как бы не очень и злой, а вполне даже добрый молодой человек, такому Кит и сама не прочь отдаться.Вообще, надо сказать, что лично мне нравятся фильмы Бертолуччи… некоторые, и «Под покровом небес», пожалуй, даже больше других, но сцены секса у него, это просто ад-ацкий, их натурализм вызывает жуткий фейспалм, особенно на контрасте с романтической подоплекой. Что же касается всего остального: картинка достойна националгеографик и лучших образцов неореализма в одном флаконе, музыка Сокомото, в купе с фолк-обработками, создает отличный фон. К актерской игре не придерешься. Малкович просто потряс меня своими драматическими возможностями, никак от него не ожидал.

В этом отношении, стоит упомянуть, об отличии фильмов, связанном именно с личностями главных героев. В фильме Шредера, главные герои – пара средних английских обывателей, с «лицами не обезображенными интеллектом», и я так предполагаю, что Шредер подбирал Эверетта и Ричардсон в соответствии с этим образом. Что же касается фильма Бертолуччи, то тут фигурируют представители так сказать, «гнилой интеллигенции» - писательница Уингер и композитор Малкович, со своей традиционной рефлексией. Собственно они и должны были изобразить более тонкие душевные переживания, то что это смог сделать Малкович, меня как раз и удивило. А вот в третьем фильме, опять мы имеем дело со средним классом, на этот раз нью-йоркским. И вот тут, кто бы что ни говорил, а я лично уверен, что Кубрик подобрал двух самых «дубовых» актера «голливуда», именно под эти роли, так сказать органичные в ограниченности - Том Круз и Николь Кидман. Точнее, актеров настоятельно порекомендовали «Уорнеры», а Кубрик намертво вцепился в этот вариант.

В 1999 году вышел последний фильм Кубрика «Широко закрытыми глазами». Фильм выходил в атмосфере нагнетаемой скандальности и в продолжение этого, произвел небольшую локальную техногенную катастрофу. Количество противоречивых отзывов и разнообразных трактовок, превысило все возможные разумные количества, а срачи о художественной ценности картины, не прекращаются до сих пор.

Основой басни послужил роман австрийского писателя начала пошлого века, Артура Шницлера, «Новелла о снах» издававшийся в 1925-26 годах. Произведение в художественной форме раскрывало идеи Зигмунда Фрейда и было жутко популярно на Западе, особенно в середине прошлого века. Тогда еще Кубрик и положил на него глаз, но вот осуществить экранизацию смог только в самом конце века и собственно своей жизни. Сюжет фильма был несколько переработан, действие перенесено в современный тогда Нью-Йорк (снятый в Лондоне), персонажи австрийско-еврейской национальности, переделаны в 100% американскую. В остальном, идеи и смысл источника Кубрик сохранил.

Немного о сюжете. Нью-Йоркский врач Том Круз, со своей женой Николь Кидман, пребывают в супружеском кризисе. Почему обыватели пребывают в кризисе, вполне понятно. Я бы например предположил, что они зажрались, но если серьезно, то по сюжету, просто поостыли друг к другу, а если еще серьезней, то если смотреть внимательно, Томкруз просто Николь не удовлетворяет. Такой вот, не вполне состоятельный партнер. По этой причине, самовлюбленная тетка, находится в перманентном состоянии недотраха, и в один прекрасный момент, обкурившись косячка, устраивает Томкрузу истерику.

Кстати говоря, очень неестественный смех Николькидман, во время истерики, говорит о ее актерских возможностях, не с очень хорошей стороны. Думаю, что Кубрик намеренно заставил ее долго смеяться, что бы показать не вымышленную Элис, а саму Николь, которую собственно Кидман и играет всегда. То же самое и с Крузом. Кубрик намеренно заставлял сценариста переписывать диалоги в сторону их предельного упрощения, что бы актеры выглядели «попроще», какими они собственно и являются. Но вернемся к сюжету.
Обиженный нападками жены, Томкруз пускается в свой персональный трип, и то что с ним происходит в следующий вечер и ночь, можно отнести и к реальности, и к сновидению, и к измененному сознанию. В этом собственно, и заключена главная идея картины, в свое время подкинутая Фрейдом, переработанная Шницлером и подхваченная бессчетным количеством писателей и режиссеров. Томкруз, как бы сталкивается со своими скрытыми фантазиями, в образах различных женских и мужских персонажей. А в кульминации попадает на некую эзотерическую оргию, где ему дают понять, что он зашел слишком далеко и рискует потерять все, включая и себя самого. Томакруза выручает одна из падших женщин, ценой своей собственной жизни, а финал выглядит как простое морализаторство. Однако это у Шницлера, а у Кубрика, с его грузом всех сексуальных революций столетия, как морализаторство, но с обязательной пошлой концовкой.

Как видим, сюжет, хоть и затейливый, поднимает довольно банальные темы, то же самое и в предыдущих двух картинах. Однако, хотелось бы поговорить, о фильме с точки зрения второго дна. Многие критики, после выхода фильма, категорически отказывались видеть в фильме Кубрика глубину. Выдвигался тезис, что сцена оргии в фильме, это просто сцена оргии и ничего больше. Однако, если в эротических сценах, аристократия в масках (то бишь сильные мира сего инкогнито), имеют прекрасных, но простых женщин (то бишь народ), в извращенной форме, да еще с оккультным окрасом. Что это, если не второе дно? Многие скажут, что это просто дань моды 90х, на «теории заговора». А мне кажется, что это очевидный остросоциальный посыл, особенно в контексте действия проходящего на улицах, среди простого народа, как контраст дворцам и салонам.

В заключение, подкинем еще немного скандальности. Кубрик снимал «Eyes Wide Shut» после 15 летнего перерыва, рекламную компанию агрессивно проводила студия «Уорнер броз.», вбрасывая всякие слухи. Стенли умер, пару недель не дожив до премьеры, и это тоже использовали для продвижения. Сразу после премьеры, разные люди стали сливать противоречивую информацию об отношении Кубрика к фильму, а Круз и Кидман развелись, как бы намекаэ на влияние съемок. В итоге фильм собрал хорошую кассу, став самым прибыльным у Кубрика, и заодно похоронил свой истинный смысл, за нагромождением сплетен и домыслов.

https://drugoe-kino.livejournal.com/3387226.html