ВАЛЕНТИН ФЕЛИКСОВИЧ Войно-Ясенецкий, СВЯТИТЕЛЬ ЛУКА. 1877- 11 июня 1961 года.

Его далекие предки служили при дворе польских и литовских королей. Сам он родился в семье небогатого провизора в 1877 году. В своих мемуарах писал: "Религиозного воспитания я не получил, и если разрешается калякать о наследственной религиозности, то, по всей вероятности, я унаследовал ее от весьма благочестивого отца". Семья жила в Киеве, на Крещатике. Близость Киево-Печерской лавры, обилие богомольцев, судя по всему, повлияли на создание веры молодого человека. Но, как все христианские рыцари, он шел своим особым путем.

 В юности увлекся рисованием, вслед за тем поступил в Киевский универ на врачебный факультет. Заканчивал его с единственной целью: "Быть деревенским, мужицким врачом. Помогать бедным людям". Но тут начинается русско-японская война, в составе отряда Красного Креста в 1904 году юный лекарь попадает на Дальний Восток, в Читу. Здесь же решается его судьба и в семейном плане - он женится на сестре милосердия Анне Ланской. В госпитале ее называли святой сестрой, потому как свое будущее существование она связывала со служением Богу. Красавец хирург сразил ее сердце. Брак длился больше 12 лет и был счастливым. Рождались дети, менялись места жительства: Самарская и Курская губернии, Москва, Петербург...

Жена Валентина Феликсовича Анна Васильевна Войно-Ясенецкая

 До 40 лет Валентин Феликсович был светским человеком и твердо восходил к вершинам профессиональной славы. Врач уделял большое внимательность физической боли человека. В 1915 году в Петрограде вышла в свет его книжка "Регионарная анестезия", блестяще иллюстрированная самим же автором. Хирург предлагал вместо примитивного пропитывания больного места анестезирующим раствором новую привлекательную методику - прекратить проводимость тех нервов, по которым передается боль. Уже в следующем году за эту работа он получает уровень доктора медицины. Университеты мира заинтересовались его работой, а Варшавский университет присудил ему престижную премию. Но он ее не получил - не смог отрядить в Варшаву немного экземпляров своей книги, потому как малюсенький тираж был моментально раскуплен.

Но главное, к доктору пришло постижение, что не он сам, а Бог его руками исцеляет больных. В Ташкенте, где он заведовал городской больницей, в его операционной висела чудотворная иконка, перед ней завсегда теплилась лампада. Доктор перед каждой операцией молился, благословлял больных. Не поэтому ли без малого все его операции были успешными. А когда местные власти попытались убрать икону из операционной, он отказался оперировать.

 «Надеть рясу в то время, когда люди боялись упоминать в анкете дедушку-священника, когда на стенах домов висели плакаты: "Поп, помещик и белый генерал — злейшие враги Советской власти”, — мог либо безумец, либо человек безгранично смелый. Безумным Войно-Ясенецкий не был…» — вспоминает бывшая медсестра, работавшая с отцом Валентином.

Лекции студентам он читал также в священническом облачении, в облачении же являлся на межобластное совещание врачей... Перед каждой операцией молился, благословлял больных. Его коллега вспоминает: «Неожиданно для всех прежде чем начать операцию, Войно-Ясенецкий перекрестился, перекрестил ассистента, операционную сестру и больного. В последнее время он это делал всегда, вне зависимости от национальности и вероисповедания пациента. Однажды после крестного знамения больной — по национальности татарин — сказал хирургу: „Я ведь мусульманин. Зачем же Вы меня крестите?" Последовал ответ: „Хоть религии разные, а Бог один. Под Богом все едины"».

 Он выбрал дорогу христианского служения. Никогда не делал разницы между больными. Часто посредством своих посланников разыскивал больных брошенных людей. Шел и лечил их. Помогал опальным священнослужителям. В его больнице и в его доме всю дорогу делились хлебом и похлебкой с голодными и больными.

 Одна из медсестер писала: "В делах, требовавших нравственного решения, Валентин Феликсович вел себя так, как будто около никого не было. Он неизменно стоял перед своей совестью единственный. И суд, которым он судил себя, был строже любого трибунала".

 2. Симферопольские военные медики просили профессора прочитать курс лекций по гнойной хирургии и консультировать их госпиталь.  Одного пациента - секретаря Керченского горкома партии - доставили в Симферополь с гнойным процессом в тазовых костях. Случай тяжелый, почти безнадежный. И тогда главный хирург попросил, чтобы оперировал сам профессор Войно-Ясенецкий. Все врачи госпиталя пришли смотреть эту сложную операцию. Еще до первого разреза он показал все точки, где ожидал встретить нагноение. Операция прошла блестяще, и медики госпиталя получили замечательный урок врачебного мастерства [26, 426].

Галина Федоровна Пятидверная свидетельствует о Владыке, как о выдающемся диагносте: "К нам в госпиталь поступил больной на долечивавание с жалобами на боли в правом бедре и невозможность передвигаться. В боях он получил контузию, ранения не было. При осмотре больного всеми ведущими специалистами госпиталя никакой патологии обнаружено не было, ни на снимках, ни в анализах. Нужно выписывать, а он не может ходить. Наш ведущий хирург, человек резкий и решительный, на обходе сказала: "Он симулянт, выписывайте". Мне было его очень жаль, и я попросила профессора Войно-Ясенецкого посмотреть этого юношу. Владыко осмотрел его внимательно, долго смотрел ему в глаза. Ему подали снимки, анализы, но он не взял их: "Ничего не надо, увезите больного".
Когда юношу увезли, профессор сказал: "У больного рак предстательной железы с метастазами в бедро". Это прозвучало как гром среди ясного неба. "Не верите? Давайте его в операционную". В операционной, после успокоительной беседы, под местным наркозом по наружной поверхности бедра был произведен разрез и из него выпал конгломерат опухоли 5-6 сантиметров напоминающий красную икру, который направили на срочную гистологию.
Через 30 минут в предоперационную, где сидели все врачи во главе с профессором, вбежала гистолог и сказала: "Вы прислали мне метастаз из раковой опухоли предстательной железы". Владыка Лука сказал: "Если можно вызовите маму больного". Через две недели юноша скончался" [7].

Конечно, Владыка хотел приносить пользу своим соотечественникам врачуя их болезни. Но время неумолимо шло вперед, здоровье стало ухудшаться, зрение на единственном здоровом глазу притуплялось. Знаменитый одесский окулист Филатов нашел у него помутнение хрусталика, но до полной слепоты должно было пройти еще от трех до десяти лет. Зрение медленно угасало, и к 1956 году Владыка полностью ослеп [22,159].

Но слепота его не препятствовала активному доброделанию. Сердце святителя Божия было переполнено любовью и жалостью к ближним. Не имея возможности оказать медицинскую помощь Галине Филиной, у которой была саркома головного мозга, он сказал матери: "Я буду за нее молиться". Прихожане рассказывают, что Владыка служил в будний день Божественную Литургию, усердно молился и, стоя на коленях, произносил особые прошения за болящую отроковицу Галину. И Господь услышал его молитвы. Девочка выздровела, стала продолжать учебу, впоследствии она окончила мединститут, защитила кандидатскую диссертацию, работала в Москве в Институте сывороток и вакцин имени Менделеева [7, свидетельство В.М. Тимошек]. 

 именем Валентина Феликсовича назван Институт Детской Неврологии и Эпилепсии имени Святителя Луки