Первая весна Арды, или не всё Мелькору масленица
Первая весна Арды, или не всё Мелькору масленица.
В давние, давние времена. Такие давние, что те долгожители Арды, кто утверждает, будто бы они видели те самые времена, врут бессовестно. Потому что ни солнца, ни луны, ещё тогда не было, и тьма стояла такая, что даже несколько самых первых тусклых звёздочек, разбросанных по тёмному небу, не было видно. К тому же этих самых звёздочек, было ещё так мало, что они, и сами друг дружку на небе, разглядеть не могли. И поскольку согреть, и осветить эту землю пока некому было, то она вся тогда была сплошь льдом, и снегами покрыта. Повсюду, куда ни глянь, вечная мерзлота, и вечная полярная ночь. Впрочем, и глядеть-то тогда, пока ещё шибко не на что было.
Так вот, стоял тогда, посреди всей этой бескрайней тундры, всего один огромный чум. А в нём братья валары со своими сёстрами жили. Но называли братья сестёр родных, почему-то своими подругами, ну и жили они с ними, прямо как, с супружницами наречёнными. Только Мелькору одному, подруги не досталось, поэтому пришлось ему посвятить, всю свою жизнь величайшим изысканиям. И через это, стать величайшим, и непризнанным гением всей Арды, хотя мало кто мог по существу оценить его усилия. К тому же в этой вечной тьме, кромешной.
Братья-то, вместе с подругами со своими, больше, и дел никаких не знали, как в чуме своём сидеть, да песни распевать. И ещё дурь какую-то шаманскую, раскуривать. И не удивительно, что им всем мнилось, будто бы всё то, о чём они там, у себя в тёплом чуме сидючи понапели, им сейчас прямо так на блюдечке, и подадут. Яване всё мерещилось, будто под ней, всюду цветы расцветают, и птички над головою щебечут. Нессе всё казалось, что за ней олени по всей тундре стадами носятся. Что при этом виделось Тулкасу, и Ниене, никто толком не ведал. Но только Тулкас всё время смеялся, без особых на то причин, а Ниена не пойми от чего, плакала. Словом хорошо им всем было, в мире своих видений, и иллюзий, а что там, на самом деле, за пределами их чума, творится, это уже никого из них не заботило. Лишь бы только, цветы под ногами росли, и птицы над головой чирикали, а всё остальное, трынь-трава!
Но Мелькору скучно с этими сиднями было, и он от них далеко в тундру ушёл, чтобы видеть, что там на самом деле творится, и можно ли это всё, как ни будь исправить. А братья его, тем временем, совершенно одурев от духоты, в своём дымном, душном чуме, решили наконец-то вылезти наружу, подышать свежим воздухом. И оглядевшись кругом, нашли, что здесь им, как-то, очень уж темновато, и холодновато будет. Да и свежего воздуха, за которым они все сюда вылезли, чего-то совсем не ощущается, за исключением тех жалких испарений, что поднимались от невзрачных цветочков, расцветавших у Яванны под ногами. Недолго думая, братья валары развели два огромных костра, один на севере, другой на юге, и давай между ними ёхорьё выплясывать. Поскольку других дел кроме как петь, да веселиться они тогда ещё не знали.
От света, и тепла этих двух огней, на этой скудной, и пустынной земле, наконец, стали появляться кое-какие растения и животные. Вот тут-то и наступила первая весна Арды. И обрадованные этими первыми признаками пробуждения жизни, валары устроили себе большой праздник, и начали жадно пожирать, всё то, что только успевало появиться, при свете их огромных, пиршественных костров. Ведь Масленица же всё же, надо чем ни будь её отпраздновать. И подкрепиться по случаю праздника, тоже бы не помешало. А скромный Мелькор, увидав вдали зарево этих костров, и услыхав мумакоподобный топот шаманских плясок, сразу всё понял, и начал рыть себе землянку поглубже. Он-то сразу смекнул, чем всё это может закончиться. И пока он, прогревая ещё не до конца оттаявшую землю, своими ручными балрогами, углублялся в грунт, всё дальше, и дальше, его беспечные братья пели, и скакали вокруг своих костров, стучали в бубен, и жрали всё, что успевала породить, слегка оттаявшая земля.
В самый разгар праздника, кому-то пришла в голову идея, соорудить из подручных средств чучело Масленицы, похожую на их нелюбимого братца Мелькора, и под общий хохот, и веселье, сжечь его на костре. Чучело Масленицы Мелькора, получилось такое огромное, что загоревшись в костре, разведённом на крайнем севере, оно рухнуло, достав головой до костра, разведённом на крайнем юге. И его горящие останки разлетелись по всей земле. Падая на землю, они устраивали повсюду, многочисленные пожары. Хорошо ещё, что Мелькор предвидя тяжёлые времена, решил запастись дровами, и как трудолюбивый ёжик постаскивал в свою землянку, всё, что только могло гореть.
Увидав, что они натворили, братья подняли дружный рёв, поддерживаемый Ниеной ревущей за семерых. И конечно же, когда к ним на подмогу прибежал их отец Эру, дружно свалили всё на своего брата Мелькора. Они все его не любили, потому что Мелькор был не такой как они все, и сам Эру, его тоже недолюбливал за своеволие. Пожар конечно же потушили, а братья с сёстрами, начали жаловаться отцу на Мелькора, что мол это он пожары устроил, и пожёг всё то что они на земле вырастить успели.
Но всё это, конечно же, враки бессовестные, потому как всё то, что не пошло на растопку их костров, братья валары успели сожрать. Ведь надо же им чем-то перекусить на празднике посвящённому первой весне Арды! Масленица же как, никак! Жаль только, что самому Мелькору, ни кусочка не досталось. Хотя в чём-то, они все немного правы оказались. Пожар на всё Средиземье устроил, пусть конечно не сам Мелькор, но по крайней мере его чучело. А если одно только его чучело, может таких дел натворить, то представьте себе, чего может натворить сам Мелькор? Представили? Так вот, и отец его Эру, тоже себе представил, и больше без крайней нужды, в Арду не заглядывал. А сам Мелькор, без вины виноватый, ещё долго у себя под землёй укрывался, пока там наверху, про него совсем не позабыли.
Дед Сивовран.
, предки подобрели ), надеюсь хоть на каникулах смогу бывать тут часто )))
ну ПОЖАЛУЙСТА, ПОЖАЛУЙСТА, ПОЖАЛУЙСТА
