Каминг Аут
В колонках играет - НС "Рубеж"Настроение сейчас - сонноеВ сети наткнулась на такую статью:
Непрерывный coming out.
Думаете так все просто? Один раз объявила на весь свет, что вон та… нет-нет, не та, а во-о-н та девушка ваша большая любовь и смысл жизни (после чего с вами перестает разговаривать половина коллектива) – и все? Coming out совершен? Не тут-то было. Если Вы решили оставаться честными сами с собой, вам придется из года в год совершать этот поступок. Ведь переходя на новое место работы, вы встречаете новых людей, совершенно вам не знакомых, с которыми заново приходится выяснять проблемы: «А почему ты до сих пор не замужем?» или же «А у тебя есть молодой человек?». Вопрос в том, как с наименьшими потерями выйти из ситуации. И везде ли стоит это делать?
|
|
|
Как человек, неоднократно менявший работу (год – критический срок для моего пребывания на одном месте), хочу поделиться своими наблюдениями на этот счет. В плане coming out’а места работы можно поделить на легкие, средненькие и никакие. Для начала – про легкие.
Наименее болезненными местами работы являются, как не трудно догадаться, творческие места. А именно: дизайнеры, журналисты, фотографы, художники, операторы, режиссеры, актеры – словом, люди, своим стилем жизни выбирающие нетрадиционность. Поэтому, как правило, такие профессии если не предполагают, то хотя бы и не отрицают возможности вашей гомосексуальности.
Попробуйте просто в разговоре сказать: «Это моя девушка», - увидите, мало кто удивится. Вернее, это не пройдет незамеченным, но сильно вы общественность не шокируете. Правда, имейте в виду, что бухгалтерши из соседнего отдела будут хихикать при вашем появлении и, краснея, отводить глаза, если встретятся наедине с вами в коридоре. Но поскольку эти клуши делали так и раньше (например, когда вы постриглись до радикального ежика или прокололи себе бровь под пирсинг), то особенного внимания на это обращать, наверно, не стоит. В конце концов, вам и раньше не о чем было с ними говорить, если не считать расчета заработной платы.
При этом надо заметить, что даже там такое положение не считается абсолютной нормой, поэтому не стоит тоже бросаться грудью на амбразуру. Один из самых простых и спокойных способов – это подождать, пока к вам привыкнут для начала. А потом так невзначай проронить, что вот звонила вам ваша… «Кто?» - переспрашивают вас. «Ну, моя…» - и так это понимающе кивните головой, мол собеседник не дурак, сам все понимает. А собеседник-то у вас и правда не дурак, обычно. Поэтому начинает понимать. И потом при словах: «Я приеду с Машей», согласно кивает, мол, да, конечно, а с кем же еще? Да и фотографии с обнаженной женской натурой ваш коллега обсудит с большим удовольствием. Так потихоньку и привыкают, поскольку в силу своей интеллигентности принимают чужое мировоззрение спокойно и довольно быстро.
Средненькие места – это многочисленные фирмы и фирмочки, где вы работаете менеджером, секретарем, курьером или еще кем-нибудь. Неважно. Дело в том, что очень часто коллектив там молодой и веселый. И если ваши друзья сами не догадаются, что вы за фрукт, то можно в легкой расслабляющей обстановке совместного подпития (а в дружеских коллективах дни рождения довольно часты) дать намек. Дальше можно даже не напрягаться: они сами до всего додумаются, причем с пугающей быстротой.
Кстати говоря, самостоятельно догадаться могут довольно быстро, особенно если это на лбу уже написано. Так, например, один мой коллега, с которым мы проработали почти месяц вместе, при словах «моя подруга» начинал как-то весело похихикивать, из чего я сделала вывод, что шифроваться-то, в общем-то, уже не имеет смысла.
Почему же эти места все же отнесены мною к средненьким? А потому, что, к сожалению, далеко не везде вы так радостно вливаетесь в коллектив. Бывает, что по полгода вы сидите на одном месте и не понимаете, как можно жить так уныло, как ваш сосед справа? И о чем можно говорить целый день, как вон те дамы в соседней смежной комнате. В этом случае вы вообще живете, не обращая, как правило внимания, на их страшно компетентное мнение. Поскольку вами двигает один лозунг: «А не понравится – уйду на фиг!» Поэтому не сказать, что вы шифруетесь, но и не сказать, что это осознанный coming out.
Просто вам все равно.
Вы приглашаете к себе на работу свою жену, чтобы ночью вместе с ней вычитывать кипу договоров и документов. И все видят, что вы как-то очень по-родственному друг к другу относитесь. Однако большая часть считает вас подружками, а оставшаяся даже не задумывается, а кто это из-за вас ночей не спит. Кто-то из этого коллектива оказывается посвященным в вашу личную жизнь, кто-то считает, что таковой у вас вообще не имеется. Все нормально. Посвященными могут оказаться люди, принимающие ваши звонки, поскольку как-то отследят совпадения звонков вам, скажем, Лены, и нервным перекуром, сопровождающимся дрожанием пальцев. Возникнут вопросы. Или же ваш сисадмин внезапно поинтересуется: а что за ресурсы это вы посещаете все время? И получит ответ. Соответственно.
К никаким относятся такие места, где ваш выход из подполья равнозначен уходу с работы (пусть даже и по собственному желанию). В первую очередь, это государственная служба, на которой окопалась куча людей, так и не понявших, что советская власть закончилась. Уверяю вас, многие до сих пор живут в этой системе. А это страшная система. Она не оставит от вас ни ножек, ни рожек.
На государственной работе (в чем бы она ни заключалась) особенно не повоюешь. Один вид дебелых теток, воспитанных на системе заказов (с финской колбасой салями и желатином), а также премий по 10 рублей, заставляет прочувствовать: только заикнись – тебя в лучшем случае не поймут, про худшие даже говорить не хочется, потому что эти люди умеют воевать, причем запрещенными методами. Некоторые приемы из их арсенала: слухи по всему коллективу, брезгливое отношение, нежелание разговаривать не то, что на общекультурные темы, - на рабочие. Передача ваших дел другим сотрудникам.
Короче говоря, намеренное выставление вас вне социума. Конечно, не нужно, наверно, так вот всех, под один гребешок. Надо отдать должное: встречаются там и сердобольные дамы, но вызовете вы в них не понимание, вызовете вы в них, девы, жалость как к представителям потерянного поколения. Вам это надо?
Еще тяжелее среда образования, хотя, как показывает практика, среди учителей наших тоже немало. Однако положение обязывает…
Вряд ли родители (да и преподавательский коллектив) потерпит в своих рядах даму нетрадиционной ориентации. Причем официально вышедшей из подполья. Поскольку в общественном сознании все еще держится стереотип о распущенности и развратности лесбиянок, и будь вы верны одной единственной даме вообще всю жизнь, все равно вряд ли вы переубедите кого-либо. Правда, юные студентки, только-только дорвавшись до классного журнала, пытаются ходить в гриндерсах, широченных штанах, коротко стричься и радостно обнимать при встрече женщин. Но через энное количество времени энтузиазм пропадает под гнетом педсоветов, а также рассказов опытных преподавателей, почему о лирике Мандельштама нельзя говорить, будучи такой раздолбайкой, а главное, почему надо сдерживать свои эмоции при детях. Знаете почему? Разумеется, знаете. Чтобы не подавать им дурного примера. Поэтому бедные девушки начинают потихоньку встречаться или «вдвоем снимать квартиру, потому что дешевле» (слава богу, что эта железобетонная отмазка пока что не вызывает ни в ком сомнения)…
При этом в классе ведут себя соответственно положению преподавателя, считаясь, между прочим, старыми девами. Или же уходят на другую работу, если несмотря ни на что энтузиазм не желает пропадать.
Немного смягчают картину вузовские преподы, которые дружно живут друг с другом, почитывают студенткам Уайльда и Жана Жене и вообще считают себя богемой и творческими людьми, а потому могут быть отнесены к первой группе. Тут вспоминается томная дама, которая, приходя на занятия, настолько внимательно и откровенно начинала рассматривать сидящих перед ней студенток, что надо было быть просто откровенно тупым кадром, чтобы не понять этого. Что характерно, студентки прихорашивались и с пунцовыми лицами начинали докладывать о прочитанном.
Тут особое место принадлежит филологическим факультетам – как рассаднику и пропагандисту лесбийского образа жизни. Филологам делать coming out легко и весело. У них есть безотказное оружие – литература. Поговорив с полчаса о классике мировой литературы, можно переходить к применению теории в жизни. А вернее к тому, что «и мы не хуже». А поскольку среди литераторов как-то много оказалось людей с нетрадиционной ориентацией, то, назвав пару имен и высказав свое к ним отношение, по определенной, достаточно примитивной, системе знаков передаешь свою жизненную позицию. Со всеми вытекающими отсюда последствиями.
То же происходит и с художниками, подозреваю. И с культурологами. В этом творческим людям, пожалуй, можно только позавидовать. Остальным предлагается задавать вопрос: «А тебе нравятся Тату (Снайперы, Земфира)?» И ждать ответа. Ответ на этот вопрос часто будет означать отношение к вашему образу жизни. Самое смешное, что люди, которые знают о моей ориентации (натуралы) при мне ни разу не обгадили группу Тату, хотя среди них была куча людей, которые полностью понимали всю «культурную значимость» этой группы. Просто из соображений политкорректности. Этим показывая, что они не будут хаять мой образ жизни. Хотя я так же похожа на Тату, как слон на табуретку. Интересно, однако, перенесение художественно-сценических образов на жизнь конкретных людей, не так ли?
А вообще надо иметь в виду, что если вы хотите сделать карьеру (что совершенно справедливо), то надо с предельной осторожностью подходить к coming out’у. Не думайте, что, сделав резкий шаг, вы решите все проблемы: это не так. Неосторожность может повлечь за собой кучу неприятностей, в том числе ту, что вы не найдете вообще работы по своему профилю (например, если это редкая профессия). Ведь отрасль всегда ограничена, и слухи расползаются с невероятной быстротой, особенно если вы уже перешагнули рубеж просто служащего и подобрались к руководящим должностям. Имейте в виду, что при приеме на работу действительно прозванивают по знакомым и спрашивают, каков претендент на место. И если нужен человек безупречной репутацией (а какая фирма откажется от служащего с безупречной репутацией?), то это будете уже не вы.
Конечно, если вы сами руководитель фирмы, вопрос отпадает сам собой. Терпимость коллектива зависит исключительно от вашей политики подбора персонала и вообще от вашего умения улаживать внутренние конфликты.
Так что как поступить: замаскироваться ли под офисный стол или непринужденно приглашать на все посиделки коллектива любимую – решать вам. Поскольку и последствия расхлебывать тоже вам. Выбирайте.
Lesbiru.Com
Конституция Российской Федерации 
