Игорь Старыгин в роли Арамиса. Кадр из фильма «Д'Артаньян и три мушкетёра»

Тридцать лет спустя

Костя Батищев из «Доживём до понедельника», белый офицер в «Госгранице», младший адъютант его превосходительства, красавец Арамис — после этих ролей он должен был взлететь, как ракета. Но аббат-мушкетёр так навсегда и остался его главной ролью, набившей оскомину: он так устал от него, что в конце концов смирился... — Согласие на съёмки в «Возвращении мушкетёров» в 2008 г. он, да и все они — Атос, Портос и д'Артаньян, — дал только ради одного: ещё раз, последний, сыграть всем вместе. И в первый же день снимали сцену смерти Арамиса… — рассказывает Катя. — Этот фильм Игоря и убил. Режиссёр не выполнил обещания дать ему озвучить себя самому. Как и в предыдущих фильмах, его озвучивал Ясулович. Муж страшно переживал, молча. Махнул на себя рукой. Перестал лечиться. А может, просто не хотел тратить время на больницы. Незадолго до смерти у него наконец появилась роль в театре, он набрал курс студентов…

После его смерти врачи сказали, что Старыгин должен был умереть ещё в 2000-м. Нервы, сосуды, атеросклероз. И удивились, что протянул так долго.

А он тогда встретил Катю. Единственную не бросившуюся на шею, оттолкнувшую после первого поцелуя. «Я одна, он один — мы никому не сделаем больно…» — билась мысль. А ведь в редакции Катю боялись за крутой нрав, жёсткий и решительный характер — «даже репортёры, не раз побывавшие в горячих точках», сказал про неё коллега Дмитрий Быков. Встреча изменила обоих.

Кадр из фильма «Доживем до понедельника»

Безымянная звезда

— Я специально купила машину, чтобы возить мужа. Выбросила его старый телефон с диском и заменила на кнопочный — он заплакал, увидев… Мы купили на Птичьем рынке кошку Клюшу: он её обожал…

Она завесила пустые стены его фотографиями, в дом стали приходить гости, и чаще всех де Жюссак. Она угощала их помидорами, которые сама мариновала… Старый знакомый, увидев их вместе, сказал ему: «Слава Богу, с тобой земная женщина».

— Взялись за его здоровье — стали регулярно ложиться «капаться» в хорошую больницу, чистить сосуды, купили дорогие лекарства, ему стало легче, он начал играть в театре, у него наконец появилась роль, о которой он действительно мечтал, — учитель Удри в «Безымянной звезде». Он грезил этой работой. А я сидела в зале и гордилась им. Она стала другой. Терпеливой.

Кадр из фильма «Адъютант его превосходительства».

— Наше счастье выглядывало на мгновения, как выглядывает из-за туч солнце… Счастьем была наша свадьба — я впервые выходила замуж в 41 год. Счастьем был его 60-летний юбилей, который он отказывался отмечать, но я заставила: ресторан, гости, он подъехал на запряжённом лошадьми кабриолете и, потом, дома, в лифте, где мы не помещались из-за пакетов с подарками в руках, крепко обнял — и вдруг такая редкая минута: «Спасибо, я тебя люблю»… Жизнь с ним была трудной жизнью, но, когда он, засыпая, сопел и Клюша похрапывала у нас в ногах, я тихонько смеялась: вот оно, счастье.

...«Сегодня я закрыл глаза Арамису. И счастлив, что никто из нас не купился и не продался жёлтой прессе, и никто не увидел Арамиса на смертном одре», — написал в своём интернет-дневнике один из врачей нейрореанимации 31-й московской больницы. Кумиров прошлого принято сегодня печатать на первых полосах — под капельницами, уходящих, как уходит смертный человек. Так было с Гундаревой,Фарадой, Невинным, Полищук…

Умирающего после инсульта Арамиса не видел никто — кроме жены, дʹАртаньяна и бригады реанимации. 8 ноября, в день его смерти, об Арамисе вспомнили все. Его жена отбивалась от корреспондентов жёлтой прессы. Дома на столе остался лежать его новенький блокнот с заполненной первой страницей. Его рукой. План первого занятия со студентами: этюд «Счастье»…

Кадр из фильма «Возвращение мушкетеров».

«Я всё равно всех вас люблю»

Он ненавидел мобильные телефоны, ревновал жену к ноутбуку… Он был из той, другой эпохи, где счастье — это когда тебя понимают, где дружат на всю жизнь, где каждую ведут в ЗАГС… Его земная жена — из нашего времени. И у неё — земные проблемы. У Игоря Старыгина нет памятника — не хватает на это Катиной зарплаты фоторедактора нежёлтой прессы. Вот-вот вторая весна с его смерти, уже осядет земля, а на его могиле на Аллее актёров — рядом с Гундаревой, Полищук, Фарадой — на Троекуровском кладбище так и останется пустой холм.

«Счастье для того, кого уже нет, — это когда тебя помнят», — сказала Елена Ульянова, которая сама недавно пережила уход самого близкого человека — отца, актёра Михаила Ульянова.

«Ну не должен такой артист лежать под деревянным крестом! Я постараюсь  помочь…» — Елена не так давно создала благотворительный фонд имени М. Ульянова «Народный артист СССР», который поддерживает актёров и при жизни, и после смерти. Год назад Фонд, благодаря читателям «АиФ», поставил памятник на могиле ещё одного замечательного артиста ушедшей эпохи — Георгия Жжёнова, открыл мемориальную доску на доме, где он жил.

А пока к Старыгину можно прийти на его страничку в Интернете, которую создала Катя. Адрес простой: «Арамис Игорь Старыгин». «Вдруг кто-то соскучится по нему…» По вечерам Катя открывает свой ноутбук, выкладывает на страничку мужа его фотографии, домашнее видео и ждёт гостей. Вдруг кто-нибудь «кликнет»: «Мне нравится». Это почти то же самое, что «Я помню» — только переведённое с обычного на современный язык.

***

Памятник на могиле Игоря Старыгина поставили в июне 2011 года на деньги, собранные читателями «АиФ», а также при помощи фонда имени Михаила Ульянова.

Рекомендую статьи:

1. Игорь Коротченко: интервью главному редактору портала «Pravda.Ru» Инне Новиковой (6.7)
2. Од­наж­ды Ста­лин ска­зал: На мою мо­ги­лу на­не­сут мно­го му­со­ра, од­на­ко ве­тер истории его раз­ве­ет (4.5)
3. Это полезно знать: Неизвестные функции банкоматов- мифы и реальность (4.2)