Значит, думаешь, я просто так горячилась.
Только нет, я в иллюзиях не кипишилась.
В сумасшествиях боли своей не забылась.
Может в тысячный раз, осторожность забыв, вновь влюбилась,
Поманилась на ласковый бред... и купилась!
Только жаль, что не понял, не понт это был,
К сожаленью, ни разу не понт.
Если б впрямь не любил,
Не раскрыл над моей головой этот зонт...
Тот, что соткан заботой и нежностью, сшит поцелуем,
И под ним ведь Душа развернулась, тоскуя...
Так жестоко и дерзко зарей глухариной токуя...
Не блефую, увы, я ни в чем не блефую...
Просто Бог меня, видимо, создал такую...
Очень жаль, что отравлена память всухую.
И маячит на кончиках нервов Конец.
Ну, а ты молодец!
Не на двух, а на нескольких стульях мируешь, подлец!
Не пасуешь? Ну что ж...
Значит звезды тасуешь...
Разыграй их как в преф, Преподобный Отец...
Ведь тебе не понять,
Когда чувствуешь тать,
И рука холодеет от слитка метала.
И трепещет Душа, ведь на ней стоит свята печать
Тот обет, что когда-то решила я взять
И который не очень-то просто и снять,
Потому, что его я не людям давала.
Как ты можешь так судьбами пошло играть,
Для тебя ничего в этой жизни не значит
Просто так поманить,
Просто взять и обнять,
И губами приникнуть к самой сути Начала...
Это просто цинично,
Вот это и Грех.
Снова моно-циклично.
И снова как Бред.
Я не глупая Кукла.
Мной непросто играть.
Просто должен был мудро
Ты это понять.
И пишу просто так, потому что права,
Потому что тебя уж полна голова.
А хотелось бы выжечь
И память промыть.
Не затем, чтобы жить,
А чтоб больше не быть
Ни посмешищем глупым,
Идя в поводу
На твоей провокации злую дуду.
Ни наивною дурой,
Плетущейся в след.
Мазохизма во мне и ни было, и нет.
А сегодня с рассветом
Странно так поняла:
Скольких стоила свеч
Эта злая игра?
Та, что ты запустил
В душу, словно аврал,
Хоть, играя, кутил
Но ведь все-таки знал,
Чем аукнется страсти подобный накал.
Доиграл? А не все ли уже проиграл?
Ты ж, мой друг, не солдат
Не седой генерал...
Я не знаю, чем кончится эта война,
Мне приятно, что я в той войне не одна.
И на крае окопа ты вовсе не с Ней,
Ей теплее в тылу средь семьи простыней.
А по сути, свою я убила Любовь,
Что в последние годы мне портила кровь.
Еще выстрела нет,
Еще жертва жива.
А в Душе уже дырка дымится едва.
Я тебя навсегда закрываю, как файл.
Напишу на нем то, что ты Жизнь прозевал.
На потасканность скользкую глупо сменял
Бесконечность и чувства живого накал.
Ну, да что там, кому это все говорить,
Не тому ль кто совсем не умеет любить,
Флиртовать и на нервах играть и крутить,
Ну чего говорить, ну о чем тут спросить.
Закрываю.
Не надо ни квот, ни забот.
Вот и Тот уже понял, что вовсе не Тот.
Он уедет, брезгливо крестясь, на восход
И ему уж не важно "убьет-не убьет",
Я его понимаю. Он не идиот.
Просто гадко ему, как и мне, вот Исход.
А вы дальше в киот,
Как животные в сход.
Ну, а мне стал противен
Даже собственный ДОТ.
Мне противно, что я допустила к себе
Липкотечность твою
До души и ушей.
И наверное нужно признать,
Что слаба,
Раз так в легкую кругом пошла голова.
Напоследок совет - все угрозы сняты,
Переждите, хорьки,
Чтоб не стало беды.
Скоро муж уезжает в далекий поход,
Так что вам еще тысячу раз повезет.
Снова уши забьешь Ей фальшивой соплей,
Снова станешь любимый и очень родной.
Только чуть подождать...
И себя не взорвать...
Чье-то счастье по новой ползти воровать...
Ну, а я отзываю полночный дозор,
О котором и шел наш чумной разговор.
Потому, что не стоите вы даже пули!
Ваши Души давно уж от скуки уснули.
И по сути мертвы в летаргии Крови
Жалкой похоти, вместо Бессмертной Любви.
Пусть Душа мне когда-то тебя предпочла,
Я промою ее. Я ушла. Да. Ушла.
