В 1598 году, с кончиной царя Федора Ивановича, прервалась царская династия Рюриковичей, исчез обруч, стягивавший воедино все враждующие группы знати, все недовольные слои населения. Сразу же обнажились глубокие противоречия общества — внутри самой знати, между закрепощаемым народом и властью, между бывшими опричниками и их жертвами, между элитой общества, князьями и боярами, и средним и мелким дворянством. Именно в это тяжелейшее переходное время на русский трон был избран боярин Борис Годунов, который попытался уже на рубеже XVI — XVII вв. основать в России новую династию.

27 февраля 1598 года Земский собор избрал царём Годунова, и принёс ему присягу на верность. Это был первый избранный правитель Московского государства. О том, как из вяземского помещика средней руки сделаться царем всея Руси — читайте на diletant.media.

Началось все с личных связей. В годы опричнины Иван Грозный назначил Дмитрия Годунова, дядю Бориса, главой Постельного приказа. Под крылом родственника Борис получил первый придворный чин стряпчего.

В атмосфере интриг и доносов, когда любой неосторожный шаг грозил опалой и даже смертью, Годуновы беспрестанно искали пути для упрочения положения. Перед ними стоял почти непреодолимый барьер худородства, ведь они происходили из неизвестного рода вяземских дворян средней руки. Но Борис, хитрый и пронырливый, женился на дочери Малюты Скуратова, ближайшего приспешника Грозного, а свою сестру — Ирину — умудрились выдать замуж за самого царевича Федора. Именно в этот период перед Борисом забрезжила перспектива реальной власти, которую он сделал главной целью своей жизни. Борис быстро стал «правой рукой» царевича, который, по свидетельству современников, «благоюродив бысть». Английский посол в одной из своих депеш королеве открыто называл царевича слабоумным.

Царь Федор Иоаннович

Но после смерти Грозного Годунову предстояло справится с регентским советом, назначенным покойным царем в помощь слабоумному Федору. Годунову противостояли представители родовитых аристократических семей: князья Иван Мстиславский и Иван Шуйский, дядя царя боярин Никита Романов-Юрьев и выдвинувшийся в годы опричнины Богдан Бельский.

Сначала Бельский, поддержанный Годуновым, попытался силой отстранить от власти остальных членов совета. Мстиславский и Шуйский спровоцировали в Москве народные волнения. Сила была на стороне восставших, и Бельского отправили в ссылку.

Годунов вышел из схватки без потерь и упрочил свое положение. В связи с венчанием Федора на царство Борис в обход многих именитых бояр был пожалован в конюшие — один из высших в России чинов, что ввело его в круг правителей государства.

Годунову нужны были союзники, и он нашел их в лице регента Никиты Романова-Юрьева и думного дьяка Андрея Щелкалова, главы приказной бюрократии. При помощи Щелкалова Годунов постепенно забирал власть. Путем сложных интриг и подачей в Боярскую Думу умело скомпонованного компромата он вынудил Мстиславского постричься в монахи.

Карта Москвы конца XVI — XVII вв.

Но справиться со сторонниками опального князя было сложнее, и сын Мстиславского возглавил Боярскую Думу. Перспектива Годунова оставалась туманной: болезненный царь без наследника, при котором Борис мог бы рассчитывать лишь на роль соправителя.

Годунов решился на опасный шаг: послал в Вену предложение в случае смерти Федора заключить брак между Ириной и немецким принцем, чтобы затем возвести его на российский престол. Но махинация Годунова была вскрыта и предана огласке, Боярская Дума потребовала суда над Годуновым за измену и попытку отдать российский престол католику. Борис уже послал своего представителя в Лондон договариваться с английской королевой о предоставлении убежища. Но лидеры оппозиции допустили ошибку, они спровоцировали волнения в Москве и попытались разгромить двор Годунова, взять под контроль ситуацию не смогли. Волнения переросли в бунт, Кремль оказался в осаде. Группировки боярской оппозиции вынуждены были на время забыть распри и объединиться для противостояния общей опасности.

Царица Ирина

Годунов получил короткую передышку и успел состряпать обвинение против глав боярской оппозиции в тайных сношениях с Речью Посполитой и попытке привести на российский престол польского короля Батория. Основные обвинения он выдвинул против Шуйского. Преданные Годунову дворяне схватили несчастного, насильно постригли в монахи, а затем умертвили. Начались репрессии.

В конце концов, Годунов стал соправителем государства, принимающим самостоятельные решения от имени самодержца, и получил беспрецедентный в истории России титул: «царский шурин и правитель, слуга и конюший боярин и дворовый воевода и содержатель великих государств — царства Казанского и Астраханского».

Годунову недоставало поддержки аристократии, церкви и служилого дворянства. Переломить упорную оппозицию боярства не удавалось, и он сосредоточил усилия на привлечении на свою сторону церкви и дворян, особенно провинциальных.

Вначале Годунов весьма нехитрыми манипуляциями решил добиться влияния на церковь. Обещая крупные денежные субсидии, в 1588 году в Москву пригласили Константинопольского патриарха Иеремию. Главе вселенской церкви был оказан торжественный прием, ему отвели роскошные покои, но изолировали от внешнего мира. Свободу ему обещали в обмен на учреждение в Москве патриаршества. Почти год Иеремия был невольным «гостем» русского царя.

Первый патриарх на Руси — Иов

26 января 1589 года на московский патриарший престол был возведен Иов, ставленник Годунова. Теперь предстояло выиграть борьбу за армию — привлечь на свою сторону служилое дворянство. Годунов понимал, что самый верный способ решения этой проблемы — экономические льготы и победоносная война. Ущемляя интересы аристократии, он ввел для дворянского сословия ряд податных привилегий, «чтобы в службу служилым людем земли прибавливати».

В январе 1590 года русские войска начали наступление в Прибалтике. После некоторого времени был заключен мир, по которому Россия получала узкую береговую полосу от Нарвы до Невы и, в добавок к этому, разъяренного соседа — Швецию.

В 1591, году русские воеводы на подступах к Москве успешно отбили набег крымского хана Казы-Гирея. Этот успех Годунов тут же приписал себе. Теперь он мог рассчитывать на поддержку служилого дворянства.

Прочности власти мешало то, что в Угличе подрастал царевич Димитрий. В его окружении хватало кандидатов в соправители. И Борис принял меры. Церковь запретила упоминать Димитрия в богослужениях как рожденного Грозным в шестом браке (православные могли вступать в брак не более трех раз). Жестоким преследованиям подверглись люди из окружения царевича. Угличское княжество было взято под контроль Москвы. В мае 1591 года Димитрий погиб. По официальной версии, царевич случайно напоролся на нож во время детской игры. Историки продолжают спорить о причастности к его смерти Бориса Годунова, но даже если это была трагическая случайность, наибольшую выгоду из нее извлек именно Годунов. Пока был жив царь Федор, власти Бориса никто не угрожал.

Убийство царевича Дмитрия

И вот 6 января 1598 года царь умер. Борьба за власть вступила в окончательную фазу.

Сначала вопреки воле Федора Борис попытался посадить на трон свою сестру, царскую вдову Ирину. По указу патриарха Иова в церквах начали приводить народ к присяге. Но боярская оппозиция опять спровоцировала народные волнения, и уже через неделю Ирина под давлением толпы отказалась от власти в пользу Боярской Думы и постриглась в монахини.

Дума попыталась собрать избирательный Земский Собор. По приказу Годунова все дороги к столице были перекрыты, и попасть на Собор могли только москвичи. В самой Думе развернулась жестокая борьба между сторонниками основных претендентов на престол, а таковых оказалось немало: Шуйские, братья Федор и Александр Романовы, Мстиславский. Борис укрылся в Новодевичьем монастыре.

Столица впервые превратилась в арену яростной предвыборной борьбы, первый этап которой Годунов проиграл. Только сильные противоречия в Думе, куда Борис провел многих своих сторонников, не позволили боярам лишить его поста правителя. Теперь все хлопоты в пользу Годунова взял на себя преданный ему патриарх Иов.

В середине февраля патриарх собрал Земский Собор, на который пригласили верных лиц. На Соборе была зачитана «хартия», подготовленная приверженцами Годунова во главе с его дядей. В ней умело обосновывались его права на престол, в действительности крайне сомнительные.

Руководимый патриархом Земский Собор принял решение об избрании Годунова и специальное «уложение», которое постановляло провести шествие к Новодевичьему монастырю и «всем единогласно с великим воплем и неутешным плачем» просить Годунова принять царство. Решения принимались без лишних словопрений, следовало торопиться, так как Боярская Дума, не сумев выдвинуть из своей среды единого кандидата на престол, стала уговаривать народ присягнуть всей Думе целиком (беспрецедентная в российской истории попытка установить олигархию).

Пока в ней шли препирательства патриарх 20 февраля организовал шествие к Новодевичьему монастырю. Годунов ответил рискованным, но умело обдуманным образом: отказался принять престол.

Иов продолжал действовать. Тем же вечером во всех церквях начались всенощные, и на следующее утро к Новодевичьему монастырю двинулся крестный ход, сопровождаемый громадной толпой народа. На этот раз Годунов согласился принять царский венец.

Боярская Дума явно не собиралась утверждать решение Земского Собора, и только 26 февраля Годунов, так и не дождавшись этого утверждения, торжественно въехал в Москву. В Успенском соборе Кремля Иов вторично благословил его на царство. Представители думской оппозиции на торжества не прибыли, и Годунов снова вернулся в монастырь.

Тогда в начале марта Иов созвал новый Земский Собор, на котором было решено провести всеобщую присягу на верность царю. В провинцию, кроме текста присяги, было направлено денежное жалованье.

В Новодевичий монастырь направилось третье шествие — уговаривать Бориса сесть «на своем государстве». В ответ Годунов опять заявил о готовности отречься от царского венца. И тогда инокиня Александра (постриженная царица) издала указ, которым повелела брату возвращаться в Москву и венчаться на царство. Законодательное решение — приговор Боярской Думы — было заменено именным указом, сомнительным с юридической точки зрения.

Годунов вторично въехал в Москву, но короноваться не спешил. Думцы к тому времени попытались противопоставить ему кандидатуру татарского хана Симеона Бекбулатовича, который во времена Ивана Грозного один год формально возглавлял Земщину. Не рискнув вступать в открытую конфронтацию с Думой, Годунов нашел способ привести боярство к покорности.

На южных рубежах государства «внезапно» возникла военная опасность, и потребовался спаситель отечества. Борис возглавил поход против крымских татар, которые в этот год о набеге на Русь и не помышляли. Принцип, проверенный временем: если нужна война, а войны нет, ее надо придумать.

Армия два месяца простояла под Серпуховом. Около 6 недель проводились нескончаемые пиры и гуляния. Через два месяца было объявлено, что противник «убояша». Полки были распущены, Годунов торжественно вернулся в Москву.

Во второй половине лета Москва снова «целовала крест» царю, и когда 1 сентября в Новодевичий монастырь, куда Годунов выехал на богомолье, отправилось четвертое по счету торжественное шествие — уговаривать Бориса венчаться наконец «по древнему обычаю», в нем уже участвовали представители Думы. Годунов милостиво согласился, и через два дня в Успенском соборе был венчан царским венцом.

На последнем и самом ответственном этапе своей борьбы за шапку Мономаха Годунов обошелся без крови и серьезных общественных потрясений. Но итогом его царствования стало Смутное время.