Мама накрывала на стол мужу,
дочери,
сыну,
кошке,
тараканам, живущим на кухне за плинтусом..

Cтыд и страх потеряли. Идешь по деревне, тебя такой соловьиный туш сопровождает. Встретил первый, отсалютовал коленцем, дальше передал, следующий. Так и шествуешь, как новобрачный.
Кузнечик у ручья только вылупился, боится. Застучит на своем ксилофоне, зайдется, спохватится, бросит, слушает. Не выдержит, снова молотит отчаянно. Спохватится, бросит, слушает. Подойдешь поближе – умер, точно его там и не было. И только вслед с силой и торжеством: "А я здесь. А я жив. Ура-р-ра-!"
И шум берез на ветру как никогда подробен.
Сначала шатнется всей кроной, вздохнет, потом залопочут, зашлепают листья друг о дружку.
Трепет.

Признаюсь: я не читаю модных книг и практически не смотрю фильмов. Казалось бы, почему? Ведь в результате я не могу поддержать разговор об Акунине или Коэльо, я не читала «Код да Винчи», и у меня нет никакого желания смотреть этот фильм. Приходя в книжный магазин, я растерянно хожу между полками, ибо ничего из того, что там выставлено, мне не хочется. Совсем.

- Доброе утро, рыбка!

- Рыбка? Фи. Ты хоть о женской логике имеешь представление?

- Я сказал что-то обидное?

- Если рыбка, значит вобла. Если вобла, значит сухая. Сухая — злая. Злая — собака. Ты меня сукой обозвал?

- Ну, в таком случае, здравствуй, птичка.

- Продолжаю логический ряд: птичка — дятел — лес — тук-тук — привет, я дерево. Тупицей считаешь?

- С тобой не соскучишься. Начнем сначала. Солнышко! Доброе утро!

- Доброе! Другое дело! И чтобы никаких зверушек больше! Хорошо, милый?

- Да, радость моя, да, солнышко!

В том, что ты свободна, есть своя прелесть. Главное вспомнить и принять это ощущение, когда ты идешь по улице и рассматриваешь мужчин. Когда ты танцуешь на дискотеке и касаешься незнакомца. Когда ты сидишь в кафе и флиртуешь с мэном, который сидит за соседним столиком.

Какая-то солярность в моей жизни последнее время. Вся жизнь вокруг света. Но (по Гессе) в минуты наибольшего блаженства или боли мы закрываем глаза. Наше сокровенное просит темноты.
А ты закрываешь глаза во время секса? А когда у тебя вырывают зуб? Возьми нож, проведи им по коже. Смотри как потечет кровь. Ты видел сам момент проникания лезвия в тело?
Не слушай меня, не делай себе больно. Я обещала, что не сделаю тебе больно. Тебе никогда не будет больно? Значит, ты никогда не родишься.

Этот идиот наконец понял, что нельзя кормить кота окурками с пола и объедками с его жуткого вонючего стола (сухие корки заплесневелого хлеба только его стоят. И не говорите мне, что шкурку от колбасы можно есть.). Он купил мне тунца, но как мало! Мне хватило на один присест.
И объясните ему наконец, что коту нужны креветки!

Зато я нассал ему в тапочки, пусть не думает, что жизнь - малина!

Я часто вижу себя со стороны: у меня такие вот стремящиеся к шершавости руки и морщинки в глубине глаз. И еще я очень часто сижу, наверное как и все, закинув ногу на ногу, скрутившись, как круассан, в позе лотоса, просто так.
А сегодня дождь такой твердый. Как камень. Вдруг выпали мокрые холодные камни, и обязательно с неба. И оно теперь тоже каменное, твердое. В нем невозможно дышать, можно только ходить и прокалывать ступни острыми краями.
Размазанная палитра людских лиц; громкие вопли машин, вечно торопящихся, бегущих. А на крышах ужасно шаткие бордюры, или как их там? Не помню слово. Как будто - вот так, раз! - и обвалится вместе с тобою.
Совершенно, совершенно не на что опереться.

У девочки с накрашенными губами был радостный кусочек рыжего тортика,
а у мальчика с левым проколотым ухом нет.
Спрашивается, кому из них слаще?

Современные девушки делятся на тех, кто прокалывает пупок,
и на тех, кто его не прокалывает.

Тихой поступью кошки подкрадывается ночь, пульсируя жёлтыми огнями светофоров.
Город впал в гипнотический сон, и гулу одиноких машин не разбудить его.
В тёмном зеркале окна моё лицо, худое, усталое, напряжённое.
Стрелка часов, громко чеканя шаг, устремляется в бесконечность.
Иллюзия покоя растворяется в сигаретном дыму.
Мысли, блудные девки, увлекают за собой, лаская воображение, играя фантазиями.
Лист бумаги, словно поле сражений, усыпан трупами слов.
Вопросы без ответов, лица без имён -
Всё запуталось в длинном шлейфе воспоминаний.
Ставлю жирную точку, выхожу на балкон -
Свежий воздух обостряет чувства, возвращает ощущение реальности.

Спорить, кокетничать, развлекать, увлекать вот что должен ты делать с молодой красоткой, если же начнешь требовать развлечь себя, то уподобишься птицелову, который требует птичку, севшую ему на руки клевать зерна, залететь в клетку и начать голосисто петь.
Женщина хочет свободы и обожания, и она права, это ее время беззаботной молодости.
Придет время и она насидится в клетке и напоется под деспотичную палочку мужа-дирижера.
Выбрать мужчину, который требует завышенное, значит выбрать большого зануду, который быстро разочарует своими придирками и поучениями.

У моего директора есть
стиральная машина "Indesit",
телефон "Nokia",
автомобиль "Toyota",

но нету дома.

На небе заварушка.
И от земли откололся кусок - вечная память ему, странствующему по просторам необъятной вселенной. Возможно, когда на нём начнется новая жизнь, мы уже не будем так глупо дробить свои дома и так умно корчить невинность.

- Уездный город N. - это пыль, смрад,
неоновая реклама, девушки в черных колготках и
стоящие над ними золотистые головки церквей.

Мужчина выбирает красоту, женщина выбирает ум.
Когда мужчина выбирает ум, то всегда остается в дураках. А когда женщина выбирает красоту, то всегда остается одна.

А вены так забавно текут по руке. Вниз, вниз. Наматывают невидимые километры. Сижу. Слушаю. Красиво.
Нелепо грустно внутри. Сильнючее желание заскочить туда, где ни за что нет людей, укутаться в сумеречный закат, бесшумно перебирать пальцами песок.
Но все же страшно хочется проснуться под шум дождя. И чтобы летом.

Игры для того и существуют, по определению своему, чтобы в них играть.
Вся окружающая "жестокая" действительность - сплошные игры, и не более того.
И поэтому все играют.
Что, в конце концов, еще остается делать?

Детские игры - в песочнице лопаточкой по панамке соседа.
Подростковые игры - мы всего час варимся, а такие крутые. Масяня, давай потрахаемся.
Взрослые игры - бизнес, карьера, семья, пиво и в койку.

Странная и грустная картина: вечер, но ещё светло,на улице моросит дождик. Несильный, но какой-то промозглый, противный. А на дворе школы стоит маленький мальчик, ему лет 10, может 11. Без шапки, без зонтика, в лёгкой курточке. И стоит похоже уже долго.
Стоит и смотрит на дорогу, как-то отрешённо и в то же время со слабой надеждой.
А в руках у него верёвочка. И он как-то уже на автомате крутил её, то вправо,т о влево, то вправо, то влево.
Он ждал кого-то. Может, маму или бабушку, а может, девчонку из параллельного класса.
Я этого не знаю.
Просто что-то неизмеримо грустное было в этом: дождь, мальчик и эта верёвочка,
которая почему-то так отчётливо запомнилась.
Влево-вправо.

Вот так .. едешь в такси, а водитель и спрашивает: "Вам куда?" А я говорю: "К стоматологу". Вот и получается путь длинною в жизнь. Начал говорить о зубах (у него брат в стоматологическом кресле умер), а закончил женой, которая ему изменяла. М-да. "Я её, конечно, несколько раз побил, но это уже не исправишь!Развёлся."
И вдруг мне подумалось, черные дыры - это кариес, а кариес - это любовь. Тогда получается, что таксист - разведёный стоматологический космонавт?
М-да...
По-моему, пора лечить меня или космонавта, тьфу таксиста, блин, нет, жену, а черт, стоматолога, да нет же кресло, ээээ, мертвого брата, фу, всё не то..
Короче, ездите на троллейбусах и трамваях.