Кровь. Слезы. Боль. Алкоголь. Сигареты. Не бойся. Все будет хорошо. Я всегда буду с тобой. Я никогда не уйду. И поворачиваясь спиной, ты уходишь. Ты уходишь не оставляя после себя даже легкой дымки твоих запахов, следов на сырой от дождя земле. Говоришь, что вернешься. Может быть. Я буду тебя ждать. Буду ждать, даже если ты не вернешься. Челка до кончика носа, закрывающая заплаканные опухшие глаза, длинные рукава, прячущие новую серию жалких царапин. Что случилось? Что с тобой? Все хорошо. Оставьте меня в покое. Я не вижу. Я просто не хочу ничего видеть. Я не слышу. Я просто не хочу ничего слышать. Я не знаю. Просто не хочу. У меня перед глазами твое лицо, у меня в ушах звучит твой голос. Я страшно напилась, чтобы сказать тебе это. Мне очень трудно это говорить, но это наш последний разговор. Все рвется, падает куда-то вниз, в бесконечность…и умирает. Зеркало разбивается. Осколки рассыпаются по полу. Соленые капли капают на ковер. Кровь стекает алыми струйками на колени. Я говорю с тобой только потому, что не могу положить трубку. Не могу, потому что люблю. Люблю и не верю. Связь лопается словно перезрелый стручок гороха. Глухой стук. Сознание разбивается о стеклянные баррикады условностей и предательств. Я куда-то лечу. В мир воспоминаний. Воспоминаний о тебе. В мир, аналогичный тому миру, в котором я была, когда была рядом с тобой. Я потеряла все. Горечь потери съедает меня изнутри и отражается внешними признаками. Ты всегда выполняешь свои обещания. Я буду рядом всю жизнь. Но только не это. Прости. Ты плачешь и просишь прощения. Сумасшедший. Порезы, белые стены и галлюцинации разбитого сознания перед невидящими глазами, смотрящими в потолок. Шепот для тебя. Мне не за что тебя прощать. Ты не можешь по-другому. Если мы должны быть вместе, то так и будет. Мы пройдем через все и будем счастливы. Только если ты меня по-настоящему любишь.
Ты припадаешь к нему. Смотришь вниз. Капли барабанят по и без того мокрому асфальту, создавая одну за другой новые лужи. Разводы отражают искаженные изображения реальности. Тусклый свет фонарей кидает блики на мутное зеркало воды. Ты садишься на подоконник. Ждешь звонка, ведь только её голос и только слова, написанные её рукою, дарят тебя жизнь. “Люблю тебя…Люблю тебя одну…”. Шепчешь ты, все так же прижимаясь щекой к такой незначительной, но более чем ощутимой прозрачной преграде.
Твой взгляд скользит по мне. Каштановые волосы раздуваются ветром, золотятся на солнце, превращаясь в шоколадно-медный шлем тончайших золотых нитей. Я касаюсь кончиками пальцев твоей ладони, осторожно переплетаю свои пальцы с твоими, нежно сжимаю твою руку, смотрю снизу вверх в твои мягкие, карие глаза. Ты молчишь. Молчишь и просто смотришь. Я не закрываю рта, но это не мешает мне тобой любоваться. Я наслаждаюсь каждым твоим словом, движением, вздохом. Я пытаюсь угадать, о чем ты думаешь, о том, разрушила ли я твои ожидания или нет, чего ты хочешь, что сделаешь в следующую секунду. Поспорили. Посмеялись. Поспорили. Посмеялись. Поспорили. Поцелуй. Робкий, нежный, осторожный. Я же обещала, что я буду первая. Осторожный шепот, прикосновения, поцелуи. Я стараюсь касаться тебя едва ли ощутимо, чтобы не спугнуть ненароком не то тебя, не то очарование. Страшно. Ты успокаиваешь меня. Мне никогда не было так хорошо и спокойно. Я люблю тебя. Я всегда буду рядом. Я никогда не уйду. Твой голос дарит мне желание жить.
Звук бьющегося стекла будит соседей. Бессильно падаешь на пол и, обхватывая руками колени, качаешься вперед-назад. Вперед-назад. Вперед-назад. Звонкий детский смех. Вперед-назад. Волосы треплются на ветру, которого на самом деле нет. Вперед-назад. Не бегай перед качелями! Вперед-назад. Корвалол. Валокардин. Валерьянка. Алкоголь. Сигареты. Все сначала. Ты знаешь, я ни о чем не жалею. В отличие от многих, я не хочу вычеркнуть это из жизни, забыть, не жалею, что встретила тебя, полюбила. Не жалею. Так и должно быть. Но одного не могу себе простить. Как я могла поверить в то, что действительно буду счастлива? Поверить в то, что ты будешь со мной? Что я больше не одинока? Что мне больше не надо прятаться от самой себя где-то во тьме этого ублюдочного мира? Что больше не надо притворно улыбаться и хихикать над глупыми шутками? Дурь. И я дура. Хотя кто знает…
I'm a small nicotinic doll, which loves you.
Yes, I’m such.
Воспоминания. Нет, они не обваливаются на меня. Они просто так и не поднялись после первого обвала. Я потеряла счет времени. Я не знаю какой сегодня день недели, месяц. Я только знаю, когда была та суббота, тринадцатое июля, двадцать девятое июля и четвертое сентября. И когда будет двадцать второе марта две тысячи двенадцатого года. Только это для меня теперь важно. Моя жизнь заключена всего в пяти числах.
Наверно ты забудешь меня. И не только меня. Забудешь, все, что было, что было сказано. Наверно ты когда-нибудь скажешь все это кому-нибудь еще, но не мне. А я ничего не смогу сделать. Но даже если бы и могла - не стала бы. Не стала бы, только потому, что хочу, чтобы ты была счастлива. А со мной или нет – это уже неважно. Главное слово – твое счастье. Зависимое – я. А может быть ты дождешься меня и вернешься. И мы будем счастливы. Друг с другом. И снова изо всех слов можно выделить главное и зависимое. Главное – ты. Зависимое – мы. Все зависит от тебя. Я для себя уже все решила. Этого ничто никогда не изменит. А получилось все с точностью да наоборот. Никто не виноват. Только я. Мне надо было быть осторожнее. У тебя есть время, чтобы все понять и решить для себя. Два года, пять месяцев и пять дней. Двадцать девять месяцев и пять дней. Девятьсот двадцать дней. Двадцать две тысячи восемьдесят часов. Один миллион триста двадцать четыре тысячи восемьсот минут. Семьдесят девять миллионов восемьсот восемьдесят тысяч секунд. Это слишком сложно. Просто выжить без тебя. Умереть и притвориться живой. Не сойти с ума, вспоминая о нас. Просто существовать. Я обещала, что дождусь. И я буду ждать тебя.
Кровь. Слезы. Боль. Алкоголь. Сигареты. Не бойся. Я не боюсь. Тебя больше нет рядом. Мне больше нечего бояться. Мне осталось только ждать.
