1889
Людвиг Йозеф Иоганн Витгенштейн (Ludwig Josef Johann Wittgenstein)
австрийский философ, один из наиболее влиятельных мыслителей 20 в. Родился в Вене. После нескольких лет учебы в Берлине стажировался в Манчестерском университете (1908), занимаясь конструированием и разработкой технических устройств. В 1911 Витгенштейн начал интенсивно работать над проблемами логики в Кембриджском университете вместе с Бертраном Расселом. Один из первых полученных им результатов – обнаружение тавтологического характера логических истин. В 1914, с началом Первой мировой войны, Витгенштейн записался добровольцем в австрийскую армию. На фронте он продолжал обдумывать логические и философские проблемы; в 1918 была закончена работа над книгой, опубликованной под названием Логико-философский трактат (Logisch-Philosophische Abhandlung, 1921; Tractatus Logico-Philosophicus, 1922). Трактат во всем мире считается оригинальным и значительным трудом. Согласно одной из главных идей этой работы, мировая субстанция состоит из «простых объектов», которые, вступая в различные сочетания друг с другом, образуют факты. «Элементарные суждения» состоят из «имен», каждое из которых обозначает некий простой объект. Комбинация имен обозначает или «изображает» некую возможную комбинацию соответствующих объектов, иначе говоря – некий возможный факт. Изображение, картина возможного факта есть «мысль». Все мыслимое возможно; отрицание мыслимого также мыслимо и возможно. Поскольку некая возможная комбинация имен отображает некую возможную комбинацию объектов, логическая форма образа и логическая форма реальности тождественны друг другу. Мышление доступно для чувственного восприятия, поскольку выражено в языковых суждениях. Записав все истинные элементарные суждения, мы смогли бы полностью описать мир. Хотя реальность в целом может быть репрезентирована в суждениях, ни одно суждение не может репрезентировать то общее, что у него должно быть с реальностью, чтобы суждение могло репрезентировать реальность, а именно логическую форму изображения и реальности. Логическая форма не может быть описана в суждениях, она показывает себя в каждом суждении. То общее, что с необходимостью имеется в мышлении, языке и реальности, не может быть сказано. Элементарные суждения изображают случайные положения дел в мире, которые логически независимы друг от друга и имеют возможные альтернативы. Невозможное и не поддается выражению. К тому, что не может быть сказано, относятся предметы логики, этики, эстетики, религии и даже философии. После войны Витгенштейн в течение десяти лет не занимался философией. Несколько лет он преподавал в провинциальной школе в Нижней Австрии, затем работал помощником садовника в монастыре. В 1929 неожиданно возвратился в Кембридж и вновь приступил к философским изысканиям. В 1939 Витгенштейн получил кафедру философии в Кембриджском университете, которую оставил в 1947. Он продолжал исследования до самой смерти, наступившей в Кембридже 29 апреля 1951 года. После 1929 Витгенштейн много писал. Главной его работой этого периода являются Философские исследования (Philosophische Untersuchungen; Philosophical Investigations, опубл. посмертно в 1953). В настоящее время отредактированы и опубликованы также и другие сочинения Витгенштейна, среди них – Замечания по основаниям математики (Bemerkungen über die Grundlagen der Mathematik, 1956; Remarks on the Foundations of Mathematics, 1978), Голубая и коричневая книги (The Blue and Brown Books, 1958), Философские заметки (Philosophische Bemerkungen, 1964; Philosophical Remarks, 1975), Записки (Zettel, 1967) и Разные заметки (Mixed Remarks, 1977). Эти книги, а также его лекции и дискуссии, в которых он участвовал, оказали глубокое влияние на современную философию. Большая часть Трактата пала под ударами критики, нанесенными самим Витгенштейном, отброшенными оказались концепции «простых объектов», «имен», «элементарных суждений», «анализа» и мысли как «образа». Исходное допущение Трактата, что имеется некая сущность, или природа, мышления, языка и репрезентации, теперь рассматривалось Витгенштейном как серьезная ошибка. Существует множество различных форм мышления, языка и репрезентации, и неоправданно и нереалистично предполагать, что в этих формах воплощена некая общая природа. Важной является также идея «языка как игры» (или «языковой игры»), некоего строя человеческой деятельности, практики, в которой слова играют ту или иную роль. Так, «мышлением» называют самые разные деятельности и формы, которые оно принимает. Поэтому мы должны отказаться от предпосылки, что слово «мышление» обозначает одну и ту же вещь в различных отличающихся друг от друга контекстах. То же верно и в отношении других психологических понятий: «следования правилу», «ожидания», «восприятия», «подразумевания», «воспоминания». Следующий фрагмент из Философских исследований дает хороший пример «языковой игры» и стиля мышления Витгенштейна этого периода. «182. Грамматика „подходить", „мочь" и „понимать". Задания: 1) Когда говорят, что цилиндр z подходит к пустотелому цилиндру h? Только ли тогда, когда z вставляют в h? 2) Иногда мы говорим, что z в такое-то и такое-то время перестал подходить к h. Какими критериями пользуются в такого рода случаях для определения того, что в это время это случилось? 3) Что считается критерием изменения веса в определенное время, если тело в это время не лежало на весах? 4) Вчера я знал стихотворение наизусть; сегодня я его уже не знаю. В какого рода случаях имеет смысл спрашивать: „Когда я перестал его знать наизусть?" 5) Кто-то спрашивает меня: „Можешь ли ты поднять эту тяжесть?" Я отвечаю „Да". Потом он говорит мне: „Подними!" – и я не могу этого сделать. При какого рода обстоятельствах мои слова: „Отвечая 'Да', я мог это сделать, а сейчас не могу", – могли бы быть считаться достаточным оправданием? Критерии, которые мы принимаем для „подходить", „мочь", „понимать", вовсе не так просты, как может показаться на первый взгляд. Иначе говоря, игра с этими словами, их употребление в языковом общении, осуществляемом с их помощью, значительно сложнее – а роль этих слов в нашем языке иная, – чем мы склонны думать. (Именно роль нужно понять, чтобы разрешить философские парадоксы.)» Витгенштейн замечает, что в философии «постоянно имеется опасность желать понять смысл выражения, созерцая само выражение... Как будто смысл – это дыхание, которое слово привносит в каждое свое употребление». В его сочинениях проводятся испытания для многих терминов, которые ставят философов в замешательство, таких, как «знание», «достоверность» и «оправдание». Тщательно описываются встречающиеся в повседневной жизни приемы и способы деятельности, в которых встречаются эти термины. Мы видим, что именно означает знание, достоверность, оправдание в этих практических ситуациях, а также то, что они означают нечто другое, когда изменяются обстоятельства. Язык следует изучать тогда, когда он работает, а не тогда, когда он «отдыхает».
Читать далее...
