1920
Сергей Борисович Стечкин
доктор физико – математических наук, профессор МГУ, ведущий научный сотрудник МИ Российской Академии Наук, автор более сотни научных работ, воспитавший десятки кандидатов и докторов наук. Родился в Москве. Его отец - Борис Сергеевич Стечкин (1891-1969) - принадлежал к старинному роду тульских дворян. Со студенческих лет, по совету своего дяди, профессора Николая Егоровича Жуковского, он обратился к изучению вопросов теории двигателей. Был инженером, профессором, академиком Академии артиллерийских наук, академиком Академии Наук СССР. Создание теории (1929 г.), а впоследствии и самих воздушно-реактивных двигателей - один из основных результатов Б.С.Стечкина. Мать С.Б.Стечкина - Ирина Николаевна Стечкина (урожденная Шилова, 1898-1958) - происходила из семьи купцов Абрикосовых (по матери). Ее отец - профессор химии Московского университета Николай Александрович Шилов (1872-1930), основатель физической химии в России, создатель теории и практики противохимической защиты. Начальное образование С.Б.Стечкин получил в семье и с домашними учителями, а затем пошел сразу в третий класс 59-й московской школы. Созданная на базе Медведниковской гимназии, основанной в начале века, она давала глубокие и разносторонние знания. В ней учились известные математики и механики: академики В.И.Арнольд, К.К.Марджанишвили, В.П.Маслов, В.П. Мясников, Ю.А.Рыжков, член-корреспондент Российской Академии Наук Л.Д.Кудрявцев, доктора физико-математических наук А.М.Олевский, А.Г.Постников, Я.И.Секерж-Зенкович, Я.И.Хургин, известный хирург С.Т.Зацепин, гроссмейстер Ю.Л.Авербах. По немногочисленным свидетельствам (почти все мальчишки-однокашники погибли на войне) первым активным увлечением Сергея Борисовича были шахматы, а интерес к математике стал проявляться в 13-14 лет. Окончательный выбор в пользу математики был сделан в последнем классе. Как вспоминает Ю.Л.Авербах, Сергей предложил ему забрать любые шахматные книги, а оставшиеся хотел заменить у букиниста на математические. В школьные годы пришли и первые жизненные уроки: в 1930 г. арестовали отца, инкриминируя ему соучастие в так называемом "деле промпартии". Смелая помощь академика С.А.Чаплыгина способствовала досрочному освобождению Бориса Сергеевича в 1931 г., но в 1937 г. он был вновь репрессирован. В 1938 г. семнадцатилетний С.Б.Стечкин закончил школу с похвальным ( "золотым") листом, имея четкое желание поступить на механико-математический факультет МГУ, благо с таким листом можно было поступать без экзаменов в любой вуз страны. Но отец в заключении, и мехмат отказал в приеме "за отсутствием мест и по состоянию здоровья". Пришлось ехать в Горький, где С.Б.Стечкин закончил первый курс физико-математического факультета ГГУ. О переводе в МГУ пришлось много хлопотать, и вновь активно содействует С.А.Чаплыгин; в 1939 г. Стечкин переводится на второй курс мехмата МГУ. Война не прервала обучение в МГУ. Хотя университет был частично эвакуирован, оставшиеся профессора и преподаватели продолжали свою работу. Были моменты, когда на курсе оставалось два студента, но и для них читались лекции. На всех война обрушила новые тяготы: с июля 1941 г. С.Б.Стечкин был бойцом пожарной команды университета, в частности, в ночь с 23 на 24 июля принимал непосредственное участие в тушении зажигательных бомб, попавших на территорию института имени П.К.Штернберга. По поводу этого налета Сергей Борисович говорил, что "немцы хотели разбомбить точное время, но его сумели отстоять". Из "пожарных" рассказов Сергея Борисовича наиболее яркий о том, как однажды падающая зажигалка сбила с его головы кепку. За службу в пожарной охране МГУ С.Б.Стечкин был награжден медалью "За оборону Москвы". Одно из сильнейших студенческих впечатлений - это лекции московских профессоров, прежде всего А.Я.Хинчина. Их блестящий опыт пришлось перенимать "с ходу". С 1943 г., еще будучи студентом, С.Б.Стечкин начинает читать лекции в Военной Ордена Ленина Академии бронетанковых и механизированных войск Красной Армии имени И.В.Сталина. Несмотря на очень "трудную" аудиторию (ему, в частности, доверили группу Героев Советского Союза) "С.Б.Стечкин сумел заставить работать учащихся и добился поэтому хороших результатов. Тогда создалась неординарная ситуация: с фронта начали отзывать специалистов, и вернувшиеся кандидаты и доктора наук стали вести семинарские занятия "за" уже начавшим читать курс студентом (среди них был, например, В.Я.Козлов, ныне академик Академии криптографии Российской Федерации, член-корреспондент Российской Академии Наук). Они высоко оценили качество лекций С.Б. Стечкина, так что на следующий семестр все оставили по-прежнему. С.Б.Стечкин проработал в академии вплоть до 1946 г., и этот опыт во многом выявил его несомненный лекторский талант. Около пятидесяти лет он читал обязательные и специальные курсы в различных вузах страны и с самого начала старался вскрыть и постичь весьма иррациональные законы и таинства лекторского искусства. В этой связи небезынтересны эссе "Заговoры духа" и "О культуре" 1944 г., обнаруженные в личном архиве С.Б.Стечкина после его смерти. В марте 1943 г., после разговора А.А.Микулина со Сталиным, был освобожден Б.С.Стечкин: строился "300-й" - первый завод воздушно-реактивных двигателей - и потребовался главный теоретик. Б.С.Стечкин всегда глубоко уважал сына, понимая, какой груз ответственности за семью пришлось перенести молодому человеку в тяжелейшие военные годы. В свою очередь для Сергея Борисовича единственным человеком, от которого он мог принять помощь, был Б.С.Стечкин. В аспирантуре (1944-1947 гг.) Сергей Борисович последовательно находился под научным влиянием А.Н.Колмогорова, Д.Е.Меньшова, Н.К.Бари и С.Н.Бернштейна. Он активно работает на их семинарах и вместе с другими "стариками", уже закончившими мехмат, много помогает "маленьким" (по большей части бывшим фронтовикам) вернуться к математике. Среди "маленьких" было немало ставших позже известными учеными: член-корреспондент Академии Наук СССР Л.Н.Большев, доктора физико-математических наук В.Г.Карманов, Е.М.Ландис, В.Б.Лидский, академики Е.Ф.Мищенко, Г.Г.Черный. Благодаря такой поддержке они скоро наверстали упущенное и всегда поминали своих товарищей добрым словом. В 1947 г. аспирант С.Б.Стечкин был избран членом Московского математического общества, где он выступал с докладами, составившими его первые публикации. В соответствии с широтой контактов и интересов определяется выбор приоритетов его дальнейшего жизненого пути, а именно: преподавание (в осенний семестр 1947-1948 учебного года он преподает на только что организованном физико-техническом факультете МГУ); прикладные исследования (с 27 октября 1947 г. работает в НИИ-4 ААН); наука (с начала 1948 г. он - младший научный сотрудник Математического института имени В.А.Стеклова Академии Наук СССР на полставке; первый рабочий контакт с МИАН, куда "студент IV курса направляется на предмет получения вычислительной работы", относится к октябрю 1941 г.). Выбор зависит от осознанной необходимости и имеющихся возможностей. Будучи аспирантом Д.Е.Меньшова, Сергей Борисович подготовил кандидатскую диссертацию, работая в семинаре С.Н.Бернштейна, и защитил ее на мехмате в 19487г. Она называлась "О порядке наилучших приближений непрерывных функций". Официальными оппонентами были А.О.Гельфонд и С.М.Никольский. Примерно тогда же С.Н.Бернштейн направил в дирекцию МИАН записку с предложением принять С.Б.Стечкина на работу. В тоже время продолжалась работа С.Б.Стечкина по прикладным вопросам. Ситуация была серьезная. Американцы имели отлаженный авиационный носитель В-29, а туполевское КБ только еще делало Ту-4. Ракетных носителей С.П. Королева Р-1 и Р-2, способных доставить большой заряд на большое расстояние, еще не было. Однако имелись: истребительная авиация (на подходе была реактивная, в том числе с моторами Микулина и Стечкина), ствольная зенитная артиллерия и, наконец, ракетные двигатели, способные донести достаточный заряд до воздушной цели. В рамках оборонительной стратегии нужны были надежные системы обслуживания воздушных целей и прежде всего общие принципы, основанные на фундаментальных математических результатах. Кинематические уравнения движения тела с переменной массой К.И.Константинова и К.Э.Циолковского, к сожалению, не были баллистическими, т.е. в них не участвовали характеристики цели. За два года в НИИ-4 ААН были проанализированы вопросы внешней баллистики реактивных зенитных управляемых снарядов. Было предложено несколько способов сближения и проведено их взаимное сравнение. Во многом удачным оказался принцип параллельного сближения (наведения). "Уравнения метода", предложенные С.Б. Стечкиным, оказались принципиально новой методикой моделирования и разрешения вопросов кинематики управляемого снаряда, т.е. наряду с имевшимися конкретными способами расчета и управления впервые был выработан общий подход ко всему классу кинематических задач. Искусство использования этого подхода состоит в подборе такого "уравнения метода", при котором преобразованная система кинематических уравнений оказывается реализуемой агрегатно, т.е. допускает систему инженерного контроля. Это был первый фундаментальный результат С.Б.Стечкина. В апреле 1949 г. отчеты были закончены. Результаты были оценены весьма положительно, и С.Б.Стечкин был представлен к званию инженер-майора. Нужно было незамедлительно выбирать - быть инженер-майором или младшим научным сотрудником МИАН. В отделе кадров МИАН до сих пор помнят легкую суету осени 1949 г., когда по распоряжению дирекции Стечкин переводился с полставки на "единичку". В свою очередь в НИИ-4 ААН он перешел на полставки, и проработал там до 1952 г. В эти годы определился стиль деятельности С.Б.Стечкина: наука, преподавание и еще какое-нибудь дело. 14 мая 1949 г. Сергей Борисович женился. Его жена, Екатерина Ивановна Стечкина (урожденная Трифонова, 1927-1987) в то время была студенткой мехмата: высокая, статная, кареглазая, с длинной косой, даже в вольной мехматовской среде конца сороковых годов выделялась независимостью и активностью. Имела II мужской разряд по шахматам, но играла всегда "не по учебникам", отчего для многих, в том числе и для Сергея Борисовича, бывала "неудобным" противником. В феврале 1950 г. у молодых родился сын Борис (ныне академик Академии космонавтики). С рождением маленького у С.Б.Стечкина проявилась еще одна черта - очень заботливое отношение к детям; он говорил, что "детей надо взращивать: собственных до совершеннолетия, а научных - до кандидатской". Начало пятидесятых годов в научном плане было для С.Б. Стечкина очень плодотворным и интересным. Он пишет первые большие работы, активно выступает с докладами на семинарах. В этот период основными разрабатываемыми им темами были классические вопросы тригонометрических и ортогональных рядов и приближения функций. С 1949 г. С.Б.Стечкин много работает для второго издания Большой советской энциклопедии. Им написано около ста средних и малых статей. Для БСЭ-3 он написал тридцать статей. К этой работе относился очень серьезно. При подготовке статьи "Архимед" он специально встречался с И.Н.Веселовским, под редакцией которого незадолго до этого вышли труды Архимеда. В 1953 г. его пригласили продолжить чтение курса математического анализа на мехмате МГУ вместо заболевшего А.Я.Хинчина; курс пришлось читать буквально со следующей лекции. Не будет преувеличением сказать, что педагогическая деятельность была в течение всей жизни С.Б.Стечкина одной из важнейших и любимых им сторон творчества. Несколько десятилетий он читал курс математического анализа в Московском и Уральском (УрГУ) университетах, при этом он постоянно совершенствовал свой курс. Как лектор С.Б.Стечкин - явление выдающееся. Сергей Борисович излогал материал четко и доступно. Он убеждал слушателей и, как опытный экскурсовод, вел их за собой. Не случайно при неофициальных опросах студентов и в воспоминаниях многих поколений выпускников мехмата МГУ лекции С.Б.Стечкина непременно назывались среди лучших, а часто и просто лучшими среди прослушанных за университетские годы. Его лекции были глубокими по содержанию и изящными по форме. Наиболее распространенный отзыв о его лекциях - блестящие. Лекции читались им красиво и артистично. Отутюженный, чаще светлый костюм, белоснежная рубашка без галстука, темный чуб и незабываемая речь, четкая, построенная по всем правилам русского языка, с неожиданными оборотами и сравнениями, - все это производило глубокое впечатление на слушателей. Лекторская деятельность С.Б.Стечкина, безусловно, помогла поднять уровень преподавания на математико-механическом факультете УрГУ. Притягательная сила личности Сергея Борисовича была такова, что многие студенты, слушавшие его лекции, начинали ходить на руководимые им семинары, а затем становились его учениками. Помимо обязательного курса математического анализа, Сергей Борисович часто читал спецкурсы. Содержание их никогда не повторялось. Каждый раз спецкурс имел целью привлечь студентов к новой, еще не ставшей у нас популярной тематике. Последний спецкурс, который С.Б.Стечкин читал в МГУ, был посвящен всплескам (wavelets). В 1955 г. С.Б.Стечкин начал проводить семинар для своих первых аспирантов. Постепенно этот семинар превратился в регулярно работающий научно-исследовательский семинар, на котором, помимо самого Сергея Борисовича и его прямых учеников, выступали многие ученые - и известные, и молодые. Кроме того, много лет он вел в МГУ для студентов "семинар для маленьких". Весной 1958 г. С.Б. Стечкин защитил в МИАН докторскую диссертацию "Исследования по теории степенных и тригонометрических рядов". Менее чем через год он получил звание профессора. Налаживались первые международные контакты: летом 1956 г. в составе советской делегации Сергей Борисович принял участие в конференции в Румынии. Там он познакомился с Ж.Адамаром, Г.Алексичем, П.Эрдешем, П.Тураном, С.Стоиловым, Верой Шош и другими крупными европейскими математиками. Персональные контакты С.Б.Стечкин поддерживал и берег: школьные и студенческие товарищи оставались друзьями на всю жизнь (Ю.Л.Авербах, Л.Д.Кудрявцев, Б.М.Бредихин, В.И.Битюцков и др.). С.Стоилов умер в 1961 г., и Сергей Борисович инициировал перевод его курса лекций на русский язык. Книга вышла в переводе Е.И.Стечкиной в 1964 г.; с той поры Екатерина Ивановна регулярно переводила математические книги с французского и всякий раз советовалась с Сергеем Борисовичем, полностью доверяя его математическому вкусу. А через несколько лет С.Б.Стечкин привлек к переводам и редактированию комбинаторной литературы и сына. Для Сергея Борисовича было характерно чрезвычайно тонкое чувство языка и высокая грамотность: например, если он сомневался, то записывал спорное место, и рука всегда писала правильно. К редакторскому делу в семье относились с большим уважением, понимая его как одно из благоприобретений русской культуры: научное редактирование и техническая обработка книги - суть непременные стадии ее подготовки к печати. Для некоторых учеников Сергея Борисовича его высокая требовательность к качеству рукописей оборачивалась многократными переписываниями их первых работ, но "овчинка" стоила "выделки". С осени 1949 г. всю свою дальнейшую жизнь С.Б.Стечкин проработал в Математическом институте имени В.А.Стеклова, сначала в Отделе конструктивной теории функций, а затем в Отделе теории функций. Авторитет Математического института велик не только в математическом мире. В послевоенный период он необычайно возрос и в глазах руководства страны - прежде всего за счет успешного применения фундаментальных, чисто теоретических результатов к решению практических задач. Во многом это обеспечивалось высочайшей внутренней культурой и жизненной философией директора МИАН - академика Ивана Матвеевича Виноградова. Возможность свободного проведения поисковых фундаментальных исследований в среде высококлассных специалистов способствует гармоничному развитию науки и в ряде случаев гарантирует теоретические заделы, необходимые для решения подчас нежданно возникающих практических задач. В жизненной позиции С.Б. Стечкина можно выделить следующие моменты: прежде всего развитие основной специальности - математики; по своей специализации надо быть всегда среди лидеров8 и обязательно хорошо информированным о новом и в сопредельных тематиках; в развитии нового большого направления надлежит опираться по преимуществу на молодежь; общетеоретические математические результаты могут способствовать решению практических задач; более того, техническое первенство может обеспечиваться приоритетом в фундаментальных исследованиях; использование новых вычислительных средств в поисковых фундаментальных исследованиях является естественной научной стратегией и может приносить и чисто теоретическую пользу. С весны 1954 г. Б.С.Стечкин арендовал дачу в академическом поселке Абрамцево; на даче собиралась вся семья с детьми и внуками. Недалеко была дача И.М. Виноградова, где он обыкновенно бывал со своей сестрой Надеждой Матвеевной. Любимым совместным развлечением в Абрамцево была игра в винт; чаще играли на даче у Виноградовых, иногда у Стечкиных (тогда играл и Борис Сергеевич). Иногда собирались в Москве, у "дяди Вани на Тверской". Возможно, в такой неформальной обстановке С.Б.Стечкин впервые поделился своей задумкой - создать новый академический институт, в котором фундаментальные поисковые исследования изначально были бы "сцеплены" с мощной вычислительной базой. Идея Ивану Матвеевичу приглянулась, и он рекомендовал Сергею Борисовичу поездить по стране в поисках подходящего места. И.М.Виноградов всегда ратовал за развитие математики в провинции. Начиная с 1954 г. С.Б.Стечкин активно ездил по стране: он побывал на Байкале, в Новосибирске (еще до того, как М.А.Лаврентьев подобрал там место под Академгородок), Казани, Кунгуре, Саратове, Куйбышеве и в конечном итоге остановил свой выбор на Свердловске. Объективным фактором такого выбора являлось то, что город обладал большим промышленным и научным потенциалом. Два крупнейших вуза - УрГУ и Уральский политехнический институт - имели сильные математические кафедры, сотрудники которых представляли крупные научные школы, возглавляемые Е.А.Барбашиным, В.К.Ивановым, С.Н.Черниковым. Со своей стороны Иван Матвеевич, предпочитавший обдумывать серьезные вопросы не торопясь, прорабатывал дело о создании нового института в Президиуме Академии Наук СССР, где нашел поддержку академика М.В.Келдыша. Важно также, что мощная поддержка была получена от руководства научного центра в г. Снежинске в лице К.И.Щелкина и Н.Н.Яненко и от начальника 5-го Главного управления Министерства среднего машиностроения Н.И.Павлова. Все это в конечном итоге обеспечило выход в 1956 г. распоряжений Совета Министров СССР и Президиума Академии Наук СССР об организации Свердловского отделения Математического института имени В.А.Стеклова (СОМИ). Начиналось важнейшее дело жизни Сергея Борисовича - строительство и организация СОМИ. С 1957 г. по 1967 г. С.Б.Стечкин работал заместителем директора МИАН по Свердловскому отделению. Он активно занимался подбором кадров, вопросами строительства (проект был продуман настолько, что и через сорок лет здание вполне отвечает своему назначению), оснащением отделения вычислительной техникой (с регулярной заменой на более совершенные образцы), созданием первоклассной научной библиотеки. С.Б.Стечкин обеспечил микрофильмирование всех книжных фондов МИАН, и к открытию института библиотека уже имела более 20 тысяч книг. Впоследствии свою личную библиотеку он завещал СОМИ. Основной состав института был молодежным, и Сергей Борисович настойчиво добивался улучшения жилищных и материальных условий сотрудников СОМИ. Он заботился о развитии в СОМИ исследований по различным разделам математики и об их высоком научном уровне. Приглашал ведущих специалистов из других городов. Тщательно готовил "команду" института для участия в работе Международного математического конгресса (1966 г., Москва). Были организованы специальные семинары, на которых заслушивались "тренировочные" доклады будущих участников конгресса. В 1964 г. С.Б.Стечкин организовал и возглавил Отдел теории приближения функций. Большое внимание С.Б.Стечкин уделял математике для школьников: входил в оргкомитеты и жюри городских и областных математических олимпиад, организовывал школьные экскурсии в институт, по мере замены машинного парка ВЦ СОМИ обеспечивал передачу освободившихся ЭВМ городским школам, читал популярные лекции. Примечательна одна из них, прочитанная на закрытии Свердловской областной олимпиады 1964 г., "О перспективах развития ЭВМ". В ней С.Б.Стечкин перечислил видимые тенденции: увеличение быстродействия и точности, миниатюризация и новые функции ЭВМ (способность слышать, видеть, говорить, рисовать). Впоследствии СОМИ было преобразовано в Институт математики и механики Уральского отделения Российской Академии Наук. После отъезда из Свердловска Сергей Борисович не прерывал тесных связей с ИММ УрО Российской Академии Наук. Он был руководителем научно-исследовательской темы по теории приближения функций, часто приезжал на годовые отчеты сотрудников института по этой тематике, организовал постоянно работающую летнюю математическую школу по теории приближения функций и был ее научным руководителем. К возвращению из Свердловска в Москву у Сергея Борисовича образовалось новое дело, а именно журнал "Математические заметки", первый номер которого вышел в начале 1967 г. Сергей Борисович был назначен главным редактором журнала. Более двадцати лет он возглавлял свое детище, вложив в него много труда и энергии. В работе по журналу Сергей Борисович четко придерживался нескольких общих принципов: публикуются оригинальные работы непременно с полными доказательствами; журнал есть "непрерывное производство" и требует повышенной ответственности всех сотрудников и членов редколлегии; "планка отсева" присылаемых работ должна быть достаточно высока и соответствовать мировому, а лучше "стекловскому" уровню; надо помогать молодежи, особенно с первыми публикациями; язык журнала должен быть простым, четким, ясным - литературным русскимени С.Б.Стечкин просматривал практически все работы, поступавшие в редакцию. Не один десяток молодых математиков обязан ему тем, что их статьи были доведены до уровня, когда их можно было публиковать, хотя этот процесс иногда затягивался на годы. После того как С.Б.Стечкин вернулся из Свердловска в Москву, он, чтобы иметь систематические научные контакты со своими учениками, стал проводить летние научные школы. Первая такая школа проходила в 1971 г. недалеко от Свердловска. Затем они почти ежегодно проводились в разных местах, чаще на Урале. Последняя школа, в работе которой участвовал Сергей Борисович, состоялась в Москве в 1995 г., она была уже двадцатой. В сущности каждую такую школу можно считать семинаром С.Б.Стечкина, работавшим непрерывно в течение полутора-двух недель. В работе школ участвовали не только ученики Сергея Борисовича и ученики его учеников -"внуки", как он говорил, но и многие другие математики. Всегда было много молодежи - аспирантов и студентов. Все участники школы имели возможность выступить. Продолжительность докладов и их обсуждения, тон которым задавал С.Б.Стечкин, не ограничивались. На школах всегда царила творческая, дружественная атмосфера. Учитывая пользу, которую давали школы, ученики Сергея Борисовича из Института математики и механики УрО Российской Академии Наук, продолжили традицию проведения школ, посвящая их памяти С.Б.Стечкина. У С.Б.Стечкина было большое число учеников. Более тридцати человек защитили под его руководством кандидатские диссертации, многие из них стали известными специалистами, докторами наук. Помимо его прямых учеников, немало было и таких, кто, не числясь формально учеником С.Б.Стечкина, в своей работе испытывали его влияние. Сергей Борисович был очень внимателен к своим аспирантам, был постоянно и до деталей в курсе их работы, помогал в подготовке первых публикаций. Собственные научные интересы С.Б.Стечкина относились к проблемам математического анализа, геометрии банаховых пространств и теории чисел. Отметим кратко те вопросы, которыми он занимался. Исследования С.Б.Стечкина по математическому анализу посвящены теории приближения функций, тригонометрическим и ортогональным рядам, экстремальным свойствам функций. Им установлены ставшие теперь классическими прямые и обратные теоремы теории приближений в терминах модулей непрерывности произвольного порядка, получены первые результаты о колмогоровских поперечниках в равномерной метрике и наиболее полные результаты об асимптотике приближений классов дифференцируемых функций суммами Фурье. С.Б.Стечкин доказал критерий абсолютной сходимости рядов Фурье индивидуальных функций. Здесь основная трудность состояла в нахождении терминов, в которых формулируется этот критерий. Сергеем Борисовичем, его учениками и последователями построена теория наилучших приближений неограниченных операторов ограниченными, имеющая непосредственные связи с теорией некорректных задач. Совместно с Н.В.Ефимовым С.Б.Стечкин разработал геометрическую теорию приближений в банаховых пространствах. При этом был введен ряд новых аппроксимативных понятий, оказавшихся полезными и в других вопросах. С.Б.Стечкин установил новую логарифмическую оценку для нулей дзета-функции Римана, получил усиление теоремы о среднем И.М.Виноградова и неулучшаемые оценки для полных рациональных тригонометрических сумм. Cовместно с Ю.Н.Субботиным С.Б.Стечкин написал первую на русском языке монографию по приближению функций сплайнами, способствовавшую развитию в СССР исследований по сплайнам и внедрению их в практику вычислительной математики. Научные результаты С.Б.Стечкина были отмечены присужденной ему в 1993 г. Премией имени П.Л.Чебышева Российской Академии Наук. В начале семидесятых годов Е.И.Стечкина пошла работать - сперва в "Советскую энциклопедию", а затем в издательство "Наука", и продолжала переводить математические книги с французского. Она не могла уделять дому много внимания, и две сильных деятельных личности расстались. В 1978 г. С.Б.Стечкин женится вновь. Его жена, Татьяна Васильевна, тоже математик, радует его рождением двух дочек - Александры и Валерии. Он очень любил путешествовать с детьми. Дочерей всегда брал на летние уральские школы, а с сыном в последние годы неоднократно ездил в заграничные командировки. Сергей Борисович уважал познавательный туризм, неплохо разбирался в истории, живописи и архитектуре. В каждом месте спрашивал: "А что у вас самое старое?" В июле 1995 г. врачи диагностировали у Сергея Борисовича тяжелое заболевание. Сделали операцию и начали облучение. Сергей Борисович занялся итоговым приведением в порядок своих последних научных разработок. В августе в МГУ он провел очередную школу и хотел даже съездить на конференцию в Воронеж, но его сумели отговорить. Все это время он оставался весьма активным и веселым, повторял: "Слухи о моей смерти несколько преждевременны". Продолжал работать, часто посещаемый коллегами и учениками. В сентябре Ученый совет МИАН отметил семидесятипятилетие С.Б.Стечкина. Но болезнь не отступала, пришлось лечь в больницу. Утром 22 ноября 1995 года он тихо заснул, успев попрощаться последним словом: "Простите".
Читать далее...
