Давид Метревели: летающий автомобиль — это реальность уже сегодня
Продолжаем разговор о так называемых летающих платформах. Проект нашего бывшего соотечественника "Орёл" ("Eagle") завоевал престижную награду, что стало отличным поводом для интервью с руководителем компании-разработчика DM AeroSafe Давидом Метревели.
Итак, на прошедшей осенью 2002 года в Нюрнберге ежегодной международной выставке новых идей, изобретений и технологий IENA 2002, где, между прочим, было представлено более 600 проектов из более чем 40 стран мира, создатели летательного аппарата "Орёл" (о котором мы уже однажды упоминали) были награждены золотой медалью.
Теперь, благодаря победе, DM AeroSafe в Израиле в течение ближайших 2-3 месяцев будет выделена определённая сумма денег для продвижения проекта.
В частности, этой суммы будет достаточно для постройки в течение 10-12 месяцев радиоуправляемого аппарата "Орлёнок" размером 5 х 5 метров. Этот аппарат должен будет продемонстрировать возможность технической реализации концепции, а также найти свою собственную область применения.
— Давид Гайозович, почему вы стали работать в Израиле и США? Что помешало вам продолжать работу в России?
— Оставаться жить и работать в бывшем СССР мне помешала царившая разруха и катастрофическое экономическое положение страны.
Золотая медаль, завоёванная DM AeroSafe на выставке IENA 2002.
— Как долго вы занимаетесь проектированием летательных аппаратов? С чего всё началось?
— Проектированием летательных аппаратов я занимаюсь 20 лет. А всё началось гораздо раньше. С детства всё было связано с летательными аппаратами. С 3-го класса школы начал заниматься ракетомодельным спортом. Стал мастером спорта и судьей по этому виду технического спорта.
Далее учёба, студенческая работа, научная работа, диссертация... Всё это было связано с проектированием ракетно-космической техники, включая разработку и проектирование принципиально новой системы аварийного спасения экипажей многоразовых аэрокосмических кораблей.
Моими научными руководителями были доктор технических наук, профессор МАИ Виталий Константинович Безвербый и ныне покойный академик Василий Павлович Мишин.
Результаты моей работы были представлены в 30 научных трудах, опубликованных в бывшем СССР.
— Говорят, вы участвовали в проекте "Энергия-Буран"…
— По поводу подробностей моей работы в программе "Буран", к сожалению, на сегодняшний день я могу предложить только некоторую общую информацию. Должно пройти ещё некоторое время пока станет возможным говорить обо всех деталях. Я сожалею, но в этом вопросе я могу предложить Вам только лишь информацию, приведённую на сайте…
— А правда, что вы успели поработать и на Boeing?
— В 1994-1996 годах я работал инженером-конструктором в израильской аэрокосмической промышленности. В конце 1996 года успешно прошёл интервью и был приглашён на работу по контракту инженером-конструктором на фирму Boeing.
Два года жил в городе Сиэтл, штат Вашингтон, и работал на головном заводе компании Boeing. В 1998 году вернулся в Израиль.
Демонстратор концепции, а точнее лётный электрический прототип "Орла" в масштабе 1:10.
— Вы себя считаете в большей степени изобретателем и продолжателем чьего-то дела?
— Я считаю себя инженером и человеком, влюблённым с детства в летающие машины.
— Почему вы решили строить именно летающую платформу?
— Проект "Орла" трансформировался в течение многих лет из школьной модели ракеты с живой морской свинкой на борту и специальной системой её аварийного спасения в систему аварийного спасения экипажей многоразовых космических кораблей.
Далее — в принципиально новую концепцию аварийного спасения пассажиров самолётов следующего поколения и, наконец, в летающую спасательную платформу.
На протяжении всех этих лет цель оставалась неизменной – спасение людей. Теоретические основы всех разработанных систем оставались так же неизменными.
А инженерное воплощение в каждом случае было продиктовано конкретными условиями, в которых данная система должна была работать.
Что касается "Орла", то в небоскрёбах я всегда видел потенциальную опасность. Живя в США, я ещё больше убедился в этом. Именно исходя из этого мой летательный аппарат приобрёл к 1998 году вид спасательной платформы.
— Извините за, может быть, глупейший вопрос: "Орёл" летает только вверх-вниз или и по горизонтали тоже?
Зона действия "Орла": лестница не достаёт, а вертолёту низко.
— "Орёл" летает как обычный вертолёт. И вообще — нужно понять самое главное: "Орёл" — это четырёхроторный вертолёт!!! И ничего фантастического в этом проекте нет. Просто внешние обводы у "Орла" необычные для летательного аппарата и продиктованы они выполняемыми задачами. Аппарат достаточно простой и дешёвый. Что же касается технических подробностей проекта, то все они представлены на сайте DM AeroSafe Group.
— Как появилось название "Орёл" ("Eagle")?
— Посмотрите, пожалуйста, на наш аппарат. Ну не называть же его воробьём.
— Считаете ли вы "Орла" альтернативой существующим летательным аппаратам, в частности — вертолётам?
— Категорически — нет! "Орёл" имеет свою абсолютно определённую нишу применения, которая сегодня не занята каким-либо другим существующим аппаратом или устройством.
Никакой это не конструктор LEGO, а 1,3 х 1,3 метра статический "инженерный модуль", предназначенный для общей увязки и презентационных докладов. Состоит из 1235 деталей.
Иными словами, наша спасательная платформа действует там, где для пожарной лестницы слишком высоко, а для вертолёта слишком низко, или он просто не может приблизиться на нужное расстояние. Для лучшего понимания посмотрите эту иллюстрацию.
— Сколько времени, сил и денег уже потрачено на этот проект? Есть ли опытный образец?
— Работа над "Орлом" ведётся с 1998 года. Сегодня всё готово для постройки демонстратора концепции в масштабе один к трём. К постройке приступим в марте 2003 года, а поднять в воздух этот радиоуправляемый аппарат, размером 5 х 5 метров и именуемый "Орлёнком" предполагаем в марте 2004 года.
— "Орёл" — это аппарат только лишь для спасательных операций, или же у него есть и другие возможности применения?
— У "Орла" есть ещё с десяток (!) совершенно других применений. Платформа — многоцелевая, а потому пригодится и правоохранительным органам, скажем, для наблюдения, строителям в качестве подъёмного крана, метеорологам и многим, многим другим.
С помощью "Орла" можно оказывать и коммерческие услуги. Например, контроль в реальным времени за состоянием линий электропередачи, мостов, дымовых труб, мытьё окон в высотных зданиях и так далее.
"Скорая" не может быть прибыльной, если не считать "прибылью" спасённую человеческую жизнь.
— Сколько денег необходимо вложить в проект, чтобы "Орёл" стал реальностью?
— Стоимость проекта, включая постройку первого полноразмерного образца "Орла", составляет $5 миллионов. Это деньги на пять лет, то есть по миллиону в год.
В случае серийного производства спасателя его стоимость (начиная с 25-го экземпляра) будет составлять всего $300 тысяч. Для сравнения, цена современной самоходной пожарной лестницы на мировом рынке составляет $500 тысяч.
А по поводу коммерческой прибыли от спасательного аппарата, то "прибыль", в моём понимании, только одна — спасённая человеческая жизнь, которая не имеет цены.
— Помогают ли в поиске средств СМИ, которые, как известно, не раз писали о вашем проекте? Насколько полезен для продвижения вашего проекта Интернет в целом и сайт в частности?
— Публикации о нашем проекте, а их сегодня уже более 50 в 32 странах мира, безусловно помогают налаживанию деловых контактов с потенциальными инвесторами и потенциальными покупателями. Для этих же целей служит для нас и Интернет.
Вполне возможно, что мы доживём до того момента, когда увидим "Орла" в небе своими глазами.
Вполне возможно, что мы доживём до того момента, когда увидим "Орла" в небе своими глазами.
— Каково ваше отношение к другим проектам? Пожалуй, самыми известными "революционными" летательными аппаратами на сегодняшний день являются почивший в бозе SoloTrek XFV от Trek Aerospace, Skycar от Moller International, да CityHawk и TurboHawk от Urban Aeronautics — есть ли у них шансы? И вообще — так называемые летающие автомобили — это фантастика или лет через 10-20 они появятся?
— Мы всегда стремимся быть в курсе дел в других подобных проектах. Конкуренция, если конечно она здоровая, всегда полезна для дела. Ведь лучше всего учиться на ошибках других.
Существование указанных вами проектов помогает нам знать заранее, чего не следует делать на пути разработки нашего проекта. По поводу того, есть ли у них шансы, я отвечу так: каждый выбирает сам свой путь, а правильный он или нет, покажет время. Законы природы обойти, или тем более, обмануть невозможно.
Летающий автомобиль — это полная реальность уже сегодня. Но это утверждение касается самой машины и только. Главное техническое препятствие сегодня для летающего автомобиля это неприспособленность инфраструктуры современного мегаполиса к наличию внутри себя летающих транспортных средств.
Для этого облик и устройство города должны быть совершенно другими. Со временем человечество к этому неизбежно придёт. Ведь в условиях тесноты современных мегаполисов просто непростительно для цивилизации не использовать в полной мере третье измерение.
А глобальная навигационная система и автопилоты следующего поколения, необходимые для безопасного внутригородского воздушного движения, будут созданы ещё при нашей жизни. А в целом, я думаю, что наша цивилизация будет готова к появлению массового летающего автомобиля лет через 50-60.
— Если летающий автомобиль реален уже сейчас, то почему его до сих пор нет у военных? Ведь обычно всё самое новое и передовое сначала попадает в руки к ним. Или они просто держат летающий автомобиль в секрете?
— Нет, секретных летающих автомобилей у армии нет. Почему? В 50-х годах ХХ века вертолёты сильно перебили развитие различных летающих платформ далеко не из-за ряда технических преимуществ и это положение продолжается по сей день.
— Хорошо, но, как вы считаете, благодаря чему автомобиль сможет летать? Похоже, кроме пропеллеров ничего нового тут не придумаешь — "винт в кольце"?
— По-настоящему время массового летающего автомобиля, наверное, придёт с появлением, ну скажем, антигравитационного двигателя.
— Как вы думаете, события 11 сентября и вообще международный терроризм способствует продвижению проектов летательных аппаратов? Можно ли сказать, что некоторые проектировщики спекулируют на этой теме, чтобы получить побольше денег?
— Я думаю, что события 11 сентября это вообще тема отдельного разговора. Для нас и нашего проекта эти события, с одной стороны, безусловная человеческая трагедия, а с другой – классический пример незащищённости и потенциальной опасности высотных зданий. Во втором случае подтверждается самой жизнью необходимость наличия таких спасательных средств, как "Орёл".
Снова электрический прототип "Орла". Четыре пропеллера с восемью лезвиями каждый.
— В этой связи вопрос: вроде бы после 11 сентября вами заинтересовалась компания Ларри Сильверштейна (Larry A. Silverstein) — владелец башен ВТЦ. Ведёте переговоры?
— Мы их продолжаем, и они не единственные. Однако, к нашему сожалению, такие вопросы решаются достаточно медленно. В настоящее время могу лишь дать вам слово, что в случае положительного результата читатели вашего журнала узнают об этом первыми.
— Кстати, раз уж заговорили о читателях. Что бы вы им пожелали, так сказать, напоследок?
— На основании предыдущей переписки с некоторыми читателями вашего журнала я бы хотел пожелать относиться терпимее ко всему происходящему вокруг нас. Экстремизм даже в устном споре ни к чему хорошему привести не может.
