1890
Вячеслав Михайлович Молотов (Скрябин)
политический деятель СССР. Родился в слободе Кукарка Нолинского уезда Вятской губернии, в состоятельной семье. Отец состоял приказчиком у богатого купца; мать была дочерью купца. Из 10 детей в семье трое умерли в раннем возрасте. В школьные годы Вячеслав Скрябин играл на скрипке, писал стихи и жадно, много читал. В возрасте 12 лет поступил в реальное училище в Казани, учился хорошо, мог получить золотую медаль, но увлекся революционными идеями. В 1906 вступил в большевистскую РСДРП и окунулся в революционные события, участвовал в деятельности нелегальной большевистской группы в училище. В апреле 1909, Вячеслав был арестован и отправлен в ссылку в Вологодскую губернию. Пользуясь слабым надзором, мог продолжать подпольную деятельность и содействовать восстановлению разгромленной Вологодской организации партии большевиков. В 1911, отбыв ссылку, Скрябин приехал в Петербург, сдал экстерном экзамены за реальное училище и поступил в петербургский Политехнический институт на экономическое отделение. В столице с начала 1912 сотрудничал в большевистской газете «Звезда», затем стал членом редколлегии газеты «Правда», до 1913 был секретарем редакции. Институт Скрябин не закончил, полностью уйдя в подпольную работу. Он стал членом Петербургского комитета РСДРП. В начале 1914 его отправили в Москву, где он занимался реорганизацией городской большевистской организации. В 1915 Скрябин принял псевдоним «Молотов». В это время впервые познакомился со Сталиным. В июне 1915 Молотова арестовали и сослали в Иркутскую губернию, откуда ему в мае 1916 удалось бежать и жить на нелегальном положении.Его кооптировали в состав Русского бюро ЦК РСДРП. В годы революции. Февральская революция 1917 застала Молотова в Петрограде. Первые недели он возглавлял в ней «непримиримое» крыло большевистской партии, призывавшее к отказу от какой бы то ни было поддержки Временного правительства. В марте 1917 Молотов стал членом редакции «Правды» и членом исполкома Петроградского Совета, в апреле его включили в состав Петербургского комитета РСДРП(б), а затем – его исполкома. После возвращения в Россию бывших, авторитетных партийных лидеров он отошел на второй план. На Апрельской партийной конференции 1917 его не избрали в состав ЦК. В последующем политическое поведение Молотова не было независимым. На 6 съезде большевистской партии он высказался в поддержку курса на вооруженное восстание, в октябрьские дни 1917 входил в состав Петроградского Военно-революционного комитета, руководившего свержением Временного правительства. Молотова назначали на различные ответственные посты «второго плана». В январе 1918 он был поставлен во главе Совета народного хозяйства Северной области, став ближайшим помощником лидера петроградской партийной организации Григория Зиновьева. В 1919 его направили уполномоченным ЦК и ВЦИК в Поволжье, в конце того же года назначен председателем Нижегородского губисполкома. В 1920 Молотова послали на Украину: он получил пост секретаря Донецкого губкома партии, затем был избран кандидатом в члены ЦК РКП(б), стал членом ЦК РКП(б) и секретарем ЦК КП(б) Украины. В этот период Молотов зарекомендовал себя как старательный исполнитель и организатор работы государственного и партийного аппарата. Эти его качества были оценены партийной верхушкой на Х съезде РКП(б): 16 марта 1921 Молотов был, по предложению Ленина, назначен главой Секретариата ЦК и кандидатом в члены Политбюро. В апреле 1922 на пост генерального секретаря ЦК, по предложению Григория Зиновьева, был назначен Иосиф Сталин. Оставаясь секретарем ЦК, Молотов стал ведущим помощником Сталина: возглавляя работу Оргбюро ЦК, он превратил его в главное орудие подбора кадров и установления контроля над партийными организациями на местах. Современники называли Молотова «образцовым» чиновником, «каменной задницей». Троцкий считал его характерным образцом бюрократического перерождения большевистской партии. «Молотов – человек не блестящий: это чрезвычайно работоспособный бюрократ, работающий без перерыва с утра до ночи.., – вспоминал Борис Бажанов, бывший секретарь Сталина, прекрасно знавший его в начале 1920-х. – На беду, Молотов, хорошо разбираясь в сути дел, с большим трудом ищет нужные формулы». Он был упрям и твердолоб, не был агрессивен. Однако, значение Молотова в установлении режима личной власти Сталина в те годы трудно переоценить. Оставаясь до 1930 членом Секретариата ЦК ВКП(б) – фактически, вторым секретарем, – он проводил серьезную работу по подбору людей партийного аппарата – секретарей крайкомов и губкомов – и созданию сталинского большинства в ЦК. В 1926 Сталин сделал его членом Политбюро, в 1929 – членом Президиума ЦИК СССР. Молотов активно участвовал во внутрипартийной борьбе на стороне Сталина. В начале и середине 1920-х он помогал громить «левую» оппозицию, хотя по некоторым вопросам сам занимал близкую к ней позицию. Молотов вспоминал позднее, что в 1926 Сталин с укором заявил ему: «Что же, ты хочешь между нами и Троцким занять место? Серединку?». «Идейные колебания» не помешали Молотову сохранить безусловную лояльность по отношению к начальнику. В 1928–1929 он выступал против «правого уклона» – приверженцев Николая Бухарина. В ноябре 1928 Сталин назначил его секретарем Московского комитета партии вместо смещенного «правого» Н.А.Угарова. Возглавляя столичную парторганизацию до апреля 1929, Молотов провел чистки: были сняты со своих постов 4 из 6 заведующих отделами горкома, 4 из 6 секретарей райкомов и 99 из 157 членов Московского комитета. В декабре 1930 Молотов был назначен главой правительства СССР – председателем Совета Народных Комиссаров и существовавшего до 1937 Совета Труда и Обороны. Во всех конфликтах Молотова с министрами-наркомами вождь чаще всего вставал на его сторону. Молотов удержался на посту до 1941. Он руководил проведением всех основных внутриполитических мер в хозяйственной области: форсированной реорганизацией сельского хозяйства и промышленности.В качестве чрезвычайного уполномоченного в декабре 1931 и октябре 1932 возглавлял хлебозаготовки на юге Украины, которые вызвали массовый голод. Придерживаясь жестской линии, премьер настаивал на «особых мерах» против колхозов-должников и местных партийных органов, обвиненных в многочисленных упущениях. Сыграл большую роль в осуществлении индустриализации и в подготовке советской промышленности к войне, он возглавлял постоянную Комиссию обороны при СНК СССР (с 1937 – Комитет обороны). Занимая второй по значению пост в государстве, Молотов нес прямую ответственность за массовые репрессии сталинского режима. Он не только подписывал соответствующие решения и смертные приговоры, но и выдвинул идею осуждения «по спискам» и даже сам дописывал против некоторых фамилий в этих списках «ВМН» – «высшая мера наказания». На XXII съезде КПСС (октябрь 1961) упоминалось об ответственности Молотова за репрессии против заместителей председателя СНК Я.Э.Рудзутака и В.Я.Чубаря, ряда наркомов. По его требованию и с его санкции были арестованы член бюро Комиссии советского контроля Г.И.Ломов (Оппоков), первый секретарь Уральского обкома И.Д.Кабаков, нарком легкой промышленности К.В.Уханов, председатель Дальневосточного крайисполкома Крутов и др. До конца жизни продолжал утверждать, что в определенные периоды истории «одних разговоров» недостаточно: «Тут без жестоких мер против ярых врагов не обойтись, но попало и не по врагам». Есть сведения о том, что Молотов не предполагал заводить государственный террор так далеко, как он зашел во второй половине 1930-х. В 1936 председатель СНК, сам оказавшись под угрозой, возражал против казни Г.Е.Зиновьева и Л.Б.Каменева. Руководство НКВД со дня на день ожидало указаний о его аресте. Но Сталин предпочел простить своего соратника. На пленуме ЦК ВКП(б) в феврале-марте 1937 Молотов выступил с докладом Уроки вредительства, диверсий и шпионажа японо-немецко-троцкистских агентов, который послужил своего рода обоснованием новой волны массовых преследований в СССР. «1937 год был необходим... Я оправдываю репрессии, хоть там и были крупные ошибки», – говорил Молотов уже в 1970-е. В марте 1940 советскому премьеру исполнилось 50 лет. Он получил высокие государственные награды, в его честь город Пермь был переименован в Молотов. Его имя получили многие промышленные предприятия и колхозы. Изменение советского внешнеполитического курса в 1939 потребовало и смены руководства в этом ведомстве. В мае 1939 вместо М.М.Литвинова, олицетворявшего ориентацию на союз с Францией и Великобританией, наркомом иностранных дел был назначен Молотов, сохранивший и пост главы правительства.. Первым делом стала чистка НКИД от сторонников Литвинова, «негодных, сомнительных и враждебных элементов». Затем начался «торг» с европейскими державами. Молотов принял активное участие в англо-франко-советских переговорах летом 1939 в Москве,которые закончились безрезультатно: Великобритания и Франция отказались побудить Польшу согласиться на размещение советских войск. Тогда СССР сменил партнера по переговорам: 23 августа 1939 советский нарком иностранных дел и германский министр иностранных дел Йоахим фон Риббентроп подписали Договор о ненападении между Германией и Советским Союзом («пакт Молотова – Риббентропа»), который включал секретный дополнительный протокол, предусматривавший разграничение «сфер обоюдных интересов в Восточной Европе». В область германского влияния входила Литва, в область советского – Эстония, Латвия и Бессарабия; территория Польши подлежала разделу между Германией и СССР. Опираясь на эти соглашения, советские войска в сентябре 1939 заняли Западную Украину и Западную Белоруссию. Выступая после начала польско-германской войны, Молотов заявил, что польское государство доказало свою полную нежизнеспособность и уничтожено. 28 сентября советский нарком подписал с Риббентропом Германо-советский договор о дружбе и границе с секретным дополнительным протоколом о признании Литвы зоной советских интересов. Зимой и весной 1940 пытался смягчить отношения СССР с Великобританией, резко ухудшившиеся после советско-финляндской войны 1939–1940, но разгром Франции в июне 1940 побудил советскую дипломатию сделать новые шаги навстречу Германии. В ноябре 1940 Молотов посетил Берлин и провел длительные беседы с Гитлером и две официальные встречи с Риббентропом. Германия предложила СССР присоединиться к создаваемому им военно-политическому блоку, пообещав содействовать заключению советско-японского договора о ненападении, поддержать расширение зоны советских интересов на юг, к Персидскому заливу и Индийскому океану, чтобы сотрудничать «для ликвидации Британской мировой империи», и добиться пересмотра режима Черноморских проливов в пользу СССР. Молотов имел от Сталина инструкции уклониться от обсуждения планов на юге и в Индии. В свою очередь, советская сторона требовала вывода германских войск из Финляндии, настаивала на укреплении своего влияния на Балканах и достижении договоренности с Турцией о проливах. Соглашения достичь не удалось, и Молотов вызвал раздражение Гитлера и Риббентропа, которому ехидно напомнил, что до разгрома Британской империи еще очень далеко. Однако, вернувшись в Москву, Молотов согласился со Сталиным, что Германия в ближайшем будущем не начнет войну с СССР. 25 ноября 1940 советский нарком заявил германскому послу о готовности СССР присоединиться к пакту Германии, Италии и Японии, но продолжал настаивать на выводе германских войск из Финляндии. Советская сторона почти 2 месяца ожидала реакции германских лидеров, но ясного ответа не последовало. В январе 1941 Молотов подтвердил в разговоре с германским послом советские притязания на «зону безопасности» в Болгарии и районе проливов. В начале 1941 СССР выразил недовольство присутствием германских войск в Румынии и планами ввода их в Болгарию, в апреле – заключил договор о дружбе и ненападении с Югославией. Был подписан пакт о нейтралитете с Японией. Молотов принимал активное участие во всех дипломатических шагах. Советское руководство сочло, что он должен сосредоточиться на внешнеполитической деятельности: в мае 1941 пост председателя правительства перешел к Сталину, Молотов остался его заместителем. 22 июня 1941 Молотов, выступая по радио, объявил о начале войны с Германией. Он был назначен заместителем председателя Государственного комитета обороны, в августе 1942 – первым заместителем председателя СНК. В октябре 1941 ненадолго был послан наблюдать за действиями армии после тяжелых поражений советских войск под Вязьмой. Чтобы хоть как-то задержать германские танки, Молотов подписал постановление правительства о производстве бутылок с зажигательной смесью («коктейля Молотова»). Он отвечал за производство танков, и в связи с успехами танковой промышленности ему в 1943 было присвоено звание Героя социалистического труда. Но основной обязанностью наркома оставалась внешняя политика. В июле 1941 он подписал с британским послом соглашение о совместных действиях в войне с Германией, в сентябре-октябре 1941 возглавлял советскую делегацию на московской конференции представителей СССР, Великобритании и США о военных поставках, в мае-июне 1942 посетил Великобританию и США, подписав с правительствами этих стран договоры о сотрудничестве и взаимной помощи. Молотов сопровождал Сталина на Тегеранской (1943), Ялтинской (1945) и Потсдамской (1945) конференциях. Зарубежные политики высоко оценивали деятельность Молотова как дипломата. Уинстон Черчилль, возглавлявший британское правительство во время войны и лично встречавшийся с советским наркомом, назвал его «разумным и тщательно отшлифованным дипломатом», которого приветствовали бы «в своей компании при ведении внешних дел Мазарини, Талейран, Меттерних...». Как глава внешнеполитического ведомства СССР – нарком (с 1946 – министр) иностранных дел и заместитель главы правительства, Молотов руководил советскими делегациями в ООН, на сессиях Совета министров иностранных дел СССР, США, Великобритании, Франции и Китая, Парижской мирной конференции 1946, участвовал в разработке советской позиции по отношению к плану Маршалла и активно поддерживал создание государства Израиль. При официальном перечислении руководителей СССР Молотов в эти годы чаще всего фигурировал на втором месте после Сталина. Как член Политбюро, он нес ответственность за принятие решений о военных и послевоенных репрессиях: депортации ряда народов, «Ленинградском деле» и т.д. Однако его отношения со Сталиным ухудшались, а реальное влияние – снижалось. Как вспоминал позднее Н.С.Хрущев, Молотов не заискивал перед всемогущим руководителем, держал себя независимо, «имел свои суждения по тому или другому вопросу, высказывался и высказывал Сталину, что он думает. Было видно, что Сталину это не нравится, а Молотов все-таки настаивал». Утверждается, что уже в 1945 Сталин практически прервал отношения со своим заместителем, и он каялся и просил прощения. Однажды, отдыхая в Сухуми, Сталин обвинил Молотова в том, что тот является американским шпионом, но того взяли под защиту другие члены Политбюро. В связи с делом «Еврейского антифашистского комитета» в 1948 была арестована жена Молотова – Полина Жемчужина (еврейка по происхождению). Вопрос об этом обсуждался на Политбюро, и все участники проголосовали «за». Сам Молотов воздержался. Точно так же он голосовал на Пленуме ЦК, решавшем вопрос об исключении Жемчужиной из ЦК. В 1949 Сталин сместил его с поста министра иностранных дел. В октябре 1952 Молотов открыл кратким вступительным словом XIX съезд КПСС, но на первом же пленуме избранного съездом ЦК Сталин снова обрушился на своего опального заместителя. Молотов не был избран в состав высшего руководства – бюро Президиума ЦК. Тучи над ним сгущались, и от репрессий его, вероятно, спасла лишь смерть Сталина в марте 1953. Тем не менее, на похоронах умершего лишь один Молотов произнес прочувственные слова горя; голос его неподдельно дрожал. До конца жизни он говорил о Сталине с нежностью и восторженностью. В марте 1953 Молотов был вновь назначен министром иностранных дел и первым заместителем председателя Совета министров СССР. Из ссылки была возвращена его жена. Вновь приступив к руководству внешней политикой, Молотов провел в январе-феврале 1954 Берлинскую конференцию министров иностранных дел СССР, США, Великобритании и Франции, на которой обсуждались германский и австрийский вопросы, летом того же года возглавлял советскую делегацию на Женевском совещании министров иностранных дел по Корее и Индокитаю. В мае 1955 он поставил подпись под договором, восстановившим независимость и нейтралитет Австрии, летом принял участие в совещании глав правительств СССР, США, Великобритании и Франции в Женеве, а осенью руководил советской делегацией на Женевском совещании министров иностранных дел. В области внутренней политики первоначально Молотов поддерживал Н.С.Хрущева в его борьбе с Л.П.Берия и Г.М.Маленковым. Однако к «десталинизации» и «курсу XX съезда» относился отрицательно. Ему не нравились перестройка управления промышленностью и строительством, создание совнархозов, децентрализация, курс на освоение целины. В области внешней политики Молотов возражал против вывода войск из Австрии, нормализации отношений с Югославией и призывов к стратегии мирного сосуществования с Западом. В 1956 он был смещен с поста министра иностранных дел, но вскоре получил должность министра государственного контроля. В 1957 вместе с Маленковым, Кагановичем, Ворошиловым и другими старыми соратниками он попытался отстранить Хрущева от власти в ходе заседания Президиума ЦК, но созыв пленума ЦК в июне 1957, на котором сторонники последнего имели большинство, сорвал планы заговорщиков. В отличие от товарищей, Молотов отказался «раскаяться», а при голосовании по резолюции с осуждением «антипартийной группы» воздержался. После этого его сняли с поста первого заместителя главы правительства и министра и вывели из Президиума ЦК КПСС. Исключенный из высшего руководства, он был отправлен послом в Монголию, а в сентябре 1960 назначен постоянным представителем СССР при Международном агентстве по атомной энергии (МАГАТЭ) в Вене. Имя Молотова исчезло с карты страны. После того, как он выступил с критикой проекта новой программы КПСС, бывший министр подвергся унизительной критике на XXII съезде партии в октябре 1961, был отозван из Вены, а в феврале 1962 решением бюро Свердловского районного (г.Москва) комитета КПСС исключен из партии за «антипартийную фракционную деятельность и активное участие в массовых репрессиях». В сентябре 1963 Молотов был отправлен на пенсию. Он жил в Москве и на подмосковной даче в Жуковке, старался вести активный образ жизни, работал в библиотеках, ходил в театры, много гулял. Он не сочинял мемуары, но писал статьи и отправлял в ЦК КПСС памятные записки с изложением своей точки зрения по различным поводам. В течение многих лет Молотов рассказывал о своей жизни писателю Феликсу Чуеву; опубликованные, они служат своего рода воспоминаниями. В 1984 его принял генеральный секретарь ЦК КПСС К.У.Черненко, разрешивший восстановить его в партии. 8 ноября 1986 Молотов умер, оставив, по завещанию, 500 рублей на похороны. Он был похоронен в Москве, на Новодевичьем кладбище.
1892
Дейвид Гарнет
английский писатель. Сын критика Э. Гарнета и переводчицы К. Гарнет. Его первые повести "Женшина-лисица" (1923, рус. пер. 1924), "Человек в зоологическом саду" (1924, рус. пер. 1925) сочетают фантастику и сатирическое изображение буржуазной действительности. В романе "Возвращение моряка" (1925, рус. пер. 1926; рус. пер. 1927 под названием "Чёрная жена") изобличаются расовые предрассудки. В романах "Без любви" (1929), "Саранча" (1931), "Кролик в воздухе" (1932), "Война в воздухе" (1941) социальные мотивы звучат глуше. Написал автобиографическую трилогию "Золотое эхо" (т. 1-3, 1953-62).
Читать далее...
