1842
Джеймс Дьюар (James Dewar)
шотландский физик и химик. В 1861 г. окончил Эдинбургский университет. В 1867—1869 гг. стажировался в Боннском университете у Ф.А.Кекуле. С 1869 г. работал в Ветеринарном колледже Эдинбурга. В 1875—1923 гг. — профессор Кембриджского университета, в 1877—1923 гг. — лондонского Королевского института. Президент Лондонского химического общества с 1897 по 1899 г. Награждён медалями Румфорда (1894) и Лавуазье (1904). Джеймс Дьюар родился в Кинкардин-он-Форте в 1842 году и был младшим из шести сыновей. В возрасте 15 лет он потерял родителей. Среднее образование получил в престижной школе для мальчиков Dollar Academy, а затем поступил в Эдинбургский университет, где учился у Л.Плейфеера, а позднее стал его помощником. Дьюар также учился у Августа Кекуле в Бонне. В 1875 году Дьюар был избран профессором натуральной экспериментальной философии в Кембриджском университете (колледж Питерхауса). Он стал членом Королевского института Великобритании, а в 1877 году заменил доктора Джона Холла Гладстона в должности профессора химии. Дьюар занимал посты президента Лондонского химического общества (1897 г.) и Британской ассоциации содействия развитию науки (1902 г.), а также служил в Комитете по взрывчатым веществам и в Королевской комиссии, созданной для изучения водоснабжения Лондона с (1893—1894 гг.). Именно во время его службы в Комитете по взрывчатым веществам Дьюар вместе с Ф.А.Абелем разработал альтернативу бездымного пороха — кордит. В 1867 году Дьюар предложил несколько химических формул для бензола. По иронии судьбы одна из формул, не соответствующая настоящей формуле бензола, соответствует полученному уже в ХХ веке веществу, которое иногда называют бензолом Дьюара. Круг его научных интересов был весьма широк: органическая химия, водород и его физические константы, высокотемпературные исследования, температура Солнца и электрической искры, электрофотометрия и химия электрической дуги. Совместно с профессором Дж.Маккендриком из Глазго Дьюар исследовал физиологическое действие света и, в частности, изменения, происходящие в электрическом состоянии сетчатки. В 1878 году вместе с профессором Г.Д.Ливингом в Кембридже была начата большая серия спектроскопических исследований, более поздние из которых были посвящены спектроскопическому изучению различных газообразных элементов, выделяемых из атмосферного воздуха при помощи низких температур. Вместе с профессором Дж.Флемингом из Университетского колледжа Лондона были исследованы электрические свойства веществ, охлаждаемых до сверхнизких температур.

Сэр Джеймс Дьюар на работе.
Наиболее известно имя Дьюара в связи с его работой над сжижением так называемых постоянных газов и его исследованиями температур, близких к абсолютному нулю. Его интерес к этой области физики и химии приходится на начало 1870-х гг. В 1874 году он делает доклад на тему «Внутренняя теплота жидких газов» перед Британской Ассоциацией. В 1878 году в Королевском институте была прочитана лекция, посвящённая последним работам Луи Поля Кайете и Рауля Пикте, во время которой был продемонстрирован работающий аппарат Кайете. Шесть лет спустя, снова в Королевском институте, Дьюар сделал обзор исследований С.-Ф.А.Врублевского и К.Ольшевского и впервые продемонстрировал на публике опыт сжижения кислорода и воздуха. Вскоре после этого Дьюар построил машину, из которой сжиженный кислород отсасывался через клапан и использовался в качестве охлаждающего агента в научно-исследовательских работах, связанных с изучением метеоритов. Примерно в то же время был получен кислород в твердом состоянии. К 1891 году в Королевском институте были спроектированы и построены машины, производившие жидкий кислород в промышленных количествах, а к концу того же года Дьюар показал, что и жидкий кислород, и жидкий озон сильно притягиваются магнитом. Около 1892 года ему пришла идея использования сосудов с вакуумной оболочкой для хранения жидких газов, что привело к созданию сосуда Дьюара (термоса, или вакуумной колбы) — наиболее известного изобретения Дьюара. Вакуумная колба оказалась настолько эффективна для теплоизоляции, что позволила сохранять газы в жидком состоянии на протяжении достаточно длительного периода, позволившего изучить их оптические свойства. Дьюар не получил прибыли от широкого внедрения своего вакуумного сосуда — он проиграл судебное дело против компании «Термос», которая получила патент на его изобретение. Хотя Дьюар и был признан изобретателем, он не имел права остановить использование своей модели компанией «Термос», так как не имел патента на своё изобретение. Следующий эксперимент Дьюара со струей водорода при высоком давлении показал, что низкие температуры достигаются благодаря эффекту Джоуля-Томсона, а полученные успешные результаты позволили ему построить в Королевском институте регенеративную охлаждающую машину. С помощью этой машины в 1898 году им впервые был получен водород в жидком состоянии, а в 1899 году — водород в твёрдом состоянии. Он старался сжижить последний из оставшихся газов — гелий, который конденсируется при температуре −268,9°С, но в силу ряда причин, включая недостаточное количество гелия, Дьюара опередил Хейке Камерлинг-Оннес, который стал первым человеком, превратившим гелий в жидкость (1908 г.). Позже Камерлинг-Оннес получит Нобелевскую премию в области физики за исследования свойств веществ при низких температурах. Дьюар был номинирован на Нобелевскую премию несколько раз, но ему так и не удалось получить её. В 1905 году он начал исследование способности древесного угля абсорбировать газы при понижении температуры и использовал эти результаты для получения высокого вакуума, который был пригоден для дальнейших экспериментов по атомной физике. Исследования свойств элементов при низкой температуре и особенно в области низкотемпературной калориметрии продолжались вплоть до начала Первой мировой войны. Но позднее, вызванная ею нехватка кадров в Лаборатории Королевского Института, помешала Дьюару продолжить исследования. Его работа во время и после войны была посвящена, в основном, изучению поверхностного натяжения в мыльных пузырях, а не свойствам веществ при низкой температуре. Несмотря на то, что Дьюар не получил признания Шведской Академии, он был отмечен до и после смерти многими другими институтами в Англии и за границей. В июне 1877 года Лондонское Королевское Общество избрало его своим членом и наградило медалями Румфорда (1894 г.), Дэви (1909 г.), Копли (1916 г.), а также в 1901 году пригласило выступить с Бейкеровской лекцией. В 1899 году он стал первым лауреатом Золотой медали Ходжкинса от Смитсонского Института (Вашингтон) за вклад в знания о составе и свойствах атмосферного воздуха. В 1904 году Дьюар стал первым британцем, получившим медаль Лавуазье от Французской Академии наук, а в он 1906 году удостоился награды Итальянского научного общества — медали Маттеуччи. В 1904 году учёный был возведен в рыцарское достоинство, Королевское Общество Эдинбурга вручило ему награду Gunning Victoria Jubilee Prize (за 1900—1904 гг.), а Общество Искусств — медаль Альберта (1908 г.). В честь Дьюара был назван лунный кратер. Джеймс Дюар умер в в Лондоне 27 марта 1923 года, будучи Фуллеровским профессором химии в Королевском Институт. Он был кремирован в крематории Голдерс Грин, где и хранится его прах. Литература: Храмов Ю.А. Физики. Биографический справочник. — Москва: Наука, 1983. — 400 страниц; Волков В.А., Вонский Е.В., Кузнецова Г.И. Выдающиеся химики мира. — Москва: Высшая школа, 1991. — 656 страниц; Collected Papers on Spectroscopy. — University press, 1915., G.D.Living and J. Dewar, Cambridge University Press, 1915; Armstrong, H.E. (1928). «Obituary of James Dewar». Journal of the Chemical Society: 1056–1076. DOI:10.1039/JR9280001056. Проверено 2008-08-30; Bellis, Mary, "Inventors Sir James Dewar" from about.com; Meiklejohn, William, "Tulliallan: Four lads o’ pairts: Sir James Dewar (1842-1923)" from the Kincardine Local History Group; Sella, Andrea (August 2008). «Dewar's Flask». Chemistry World: 75. Проверено 2008-08-30; Sloane, Thomas O'Conor Liquid Air, and the Liquefaction of Gases. — Henley, 1900., Liquid Air and the Liquefaction of Gases, Norman W. Henley and Co., New York, 1900, second edition (extensive description of Dewar's work on the liqufaction of gases).
Читать далее...

1809
Нестор Васильевич Кукольник (псевдоним - Александр Громотов)
русский писатель первой половины XIX века. Родился в Санкт-Петербурге, в семье учёного и педагога В.Г.Кукольника, русина из Подкарпатской Руси по происхождению, приглашённого в Россию. В 1821 году поступил в Нежинскую гимназию высших наук князя Безбородко, которую окончил в 1829 году. Выпущен из гимназии без аттестата как один из основных обвиняемых по «делу о вольнодумстве», начатом по доносу вскоре после декабрьских событий 1825 года (Восстание декабристов). В гимназии начал впервые заниматься литературной деятельностью. Первые литературные опыты не сохранились, так как были изъяты при расследовании «дела о вольнодумстве». Литературные опыты были продолжены в Вильне, где с 1825 года профессором университета служил его старший брат Павел Кукольник. В Вильне Нестор Кукольник в 1829—1831 годах преподавал в Виленской гимназии русскую словесность и издал на польском языке практический курс русской грамматики. Но расцвет литературной деятельности падает на Санкт-Петербург, куда он переезжает в 1831 году. Известность получил в 1834 году, когда на сцене Александринского театра в бенефис В.Каратыгина была поставлена «Рука Всевышнего отечество спасла». Драма была одобрена императором Николаем I. Творчество Н.Кукольника обширно и многогранно. Наряду с драматургией, он успешно пробует силы в жанре авантюрного романа, исторической повести, художественной критике, поэзии и даже в музыке. С 1838 года издаёт ряд периодических изданий искусствоведческого характера. Драматургия Н.Кукольника должна рассматриваться как своеобразный буфер между российской исторической драмой первой трети XIX века и второй половины XIX века. Писатель стоит у истоков жанра драматической поэмы.

«Рука Всевышнего отечество спасла». Титульная страница первого издания (1834)
Он первый использовал и ввёл в обиход приёмы и мотивы, которые позднее найдут отражение в творчестве А.К.Толстого, Л.А.Мея, М.И.Цветаевой и других. Современные исследователи обоснованно указывают на параллели между отдельными произведениями Н.Кукольника и драматическим циклом «Романтики» М.И.Цветаевой. Н.Кукольник также первым в русской литературе представил новый тип жанра исторического романа, нашедшего потом на Западе блестящее воплощение в романах А.Дюма, его современника. Одним из первых в русской литературе Н.Кукольник начал развивать любовно-авантюрный жанр в духе Эжена Сю, Поля де Кока. Его литературные поиски на сюжеты из зарубежной истории справедливо можно рассматривать как предшественника историко-биографического жанра, позднее получивших развитие в романах-исследованиях Д.С.Мережковского, Ю.Н.Тынянова, Ольги Форш. В период наибольшего творческого взлета Н.Кукольник сближается с композитором М.Глинкой и художником К.Брюлловым. Его участие в судьбе таких писателей и поэтов как Т.Г.Шевченко, М.Е.Салтыков-Щедрин и И.С.Никитин общепризнано. Один из соавторов стихов либретто опер «Иван Сусанин» («Жизнь за царя») и «Руслан и Людмила». На его стихи написали музыку 27 композиторов, в том числе М.Глинка, А.Варламов, С.Монюшко. С 1843 года поступил на службу в канцелярию Военного Министерства, что является причиной его многочисленных и порой длительных командировок практически по всей Европейской части России, от Кишинева до Астрахани.

К.Брюллов, М.Глинка и Н.Кукольник. Гравюра с рисунка П.А.Каратыгина, сделанного с натуры в 1842 году.
И хотя литературную деятельность он не оставляет, но много времени и сил отдает служебным делам. Среди этих дел особо надо отметить такое, как изучение состояния горнодобывающей промышленности в районе Донбасса. Результаты этой работы потом весьма существенно повлияли на экономическое развитие западного Донбасса, особенно после строительства железной дороги Курск—Харьков—Таганрог, обоснованием которого успешно занимался Н.Кукольник вместе с промышленниками братьями Поляковыми. В 1843 году Н.Кукольник женится. Жена София Амалия фон Фризен, по национальности немка, лютеранского вероисповедания, до конца жизни разделяла все тяготы службы, в том числе и длительные командировки. До женитьбы Н.Кукольник переживает две любовные трагедии. Первая любовь к Е.Т. фон дер Флит закончилась неожиданно для влюбленных тем, что по решению родителей фон дер Флит выходит замуж за другого. Это вызвало ряд лирических стихотворений, где Н.Кукольник скрывает свою возлюбленную под именем Ленора (Элеонора), что послужило причиной насмешек в среде литераторов и критиков, обвинявших Н.Кукольника в искусственности и надуманности. Особенно язвителен был И.И.Панаев, оценки которого до сих пор положены отечественными литературоведением в основу оценки всей поэзии Н.Кукольника. Вторая любовь к М.Ф.Толстой также прекратилась при непонятных обстоятельствах, но судя по стихотворным опытам (большею частью незаконченным) тоже нанесла серьезную душевную травму.

Нестор Кукольник с женой на портрете Р.К.Жуковского (1847)
События Крымской войны 1853—1856 гг. застают Н.Кукольника в Новочеркасске, куда он был прикомандирован к штабу Войска Донского (атаман М.Хомутов), Н.Кукольник занимается снабжением действующей армии и его усилия на этом посту заслуживают высокой оценки. В 1857 году он выходит в отставку в чине действительного статского советника и поселяется в Таганроге. Последние десять лет прожил в Таганроге. Здесь он продолжает литературную деятельность. Однако основу в этот период составляет общественная деятельность. Вопреки установившемуся мнению, Н.Кукольник не был гласным городской Думы, но выполнял отдельные поручения Таганрогского городского общества. Часть работ выполнена им по собственной инициативе на общественных началах. Результаты этих работ, в том числе и отрицательные, серьезно сказались на судьбе Таганрога как городского центра образования на юге России.

Мемориальная доска на доме-резиденции Кукольника в Таганроге.
Вот только краткий перечень всех этих общегородских начинаний. Н.Кукольник первый поставил и обосновал необходимость университетского образования на Дону и в Приазовье. Его предложение открыть университет в Таганроге хотя и не привело к успеху, но послужило одним из оснований открытия в 1865 году Новороссийского университета. Н.Кукольник обосновал необходимость городской газеты в Таганроге, что послужило в конце концов одной из причин открытия газет не только в Таганроге, но и в Одессе и Ростове-на-Дону. Начиная с 1865 года Н.Кукольник возглавлял рабочую группу по обоснованию и выбору трассы железной дороги от Харькова к Таганрогу. Работа эта увенчалась успехом, и в 1868 году Александр II утвердил соответствующие договоры на строительство. Неоднократно Н.Кукольником ставится перед правительством вопрос о необходимости надлежащих мер по экологической защите Таганрогского залива Азовского моря. Н.Кукольник поднимает вопрос об изменении административно территориального устройства Приазовского края путем создания Петровской (Таганрогской) губернии. Здесь он встречает сильное противодействие со стороны руководства Области Войска Донского, что в конечном итоге и привело к негативному результату. Н.Кукольник способствовал открытию в ходе судебной реформы в Таганроге Окружного суда, что произошло уже после его смерти в 1869 году. Эти и подобные общественные начинания Н.Кукольника вызывали массу недовольства у провинциальной знати, которую он высмеял в своей последней драме «Гоф-юнкер», запрещенной фактически по указанию Александра II. Умер Н.Кукольник в Таганрог внезапно 20 декабря 1868 года собираясь в театр. Похоронен в Таганроге. Сочинения: Сочинения, тома 1—10, Санкт-Петербург, 1851—1853; Исторические повести, 3-е издание, книги 1—6, Санкт-Петербург, 1894—1901. Литература: История русской литературы, том 7, Москва— Ленинград, 1955, страницы 629—638; История русской литературы XIX в. Библиографический указатель, Москва— Ленинград, 1962.
Читать далее...

1781
Жан-Мари Эрваго (французское имя - Jean-Marie Hervagault)
первый по времени появления из самозванцев, выдававших себя за Людовика XVII, чудом спасшегося из крепости Тампль. Осуждён за мошенничество, умер в тюрьме. Источники несколько расходятся в определении, откуда родом и из какой семьи был человек, вошедший в историю по именем Жан-Мари Эрваго — так как в продолжении своей недолгой мошеннической карьеры, он множество раз менял имена, биографию, и даже по свидетельству современников переодевался в женское платье. Обладая незаурядной внешностью и определённым артистическим талантом, умел внушать доверие к себе и беззастенчиво пользовался этим. И всё же, большинство сходится в том, что Жан-Мари Эрваго происходил из Сен-Ло. Его отцом был Рене Эрваго, по одним свидетельствам — портной, по другим — камнетёс, матерью — Николь Биго, кружевница. Мнение, что Эрваго был на самом деле был незаконнорожденным сыном герцога Монако от Николь Биго, которая была выдана во избежание позора за Рене Эрваго, видимо, пущен самим мошенником. По крайней мере, после ареста Рене Эрваго под присягой опознал в нём своего сына. В 15 лет в Шербуре в первый раз арестован за бродяжничество и освобождён по ходатайству отца. Сразу после освобождения, вновь уходит из дому, направляясь на сей раз в Кавадо. Там, видимо, в первый раз встречается с роялистами, и начинает карьеру самозванца. Во время своих скитаний много раз меняет имя, представляясь вначале незаконным сыном герцога Монако, потом — сыном герцога Мадридского, племянником графа Артуа или же Марии-Антуанетты. По свидетельству современников, не раз переодевался в женское платье, объясняя это «желанием сохранить инкогнито», тонкая мальчишечья фигура и нежные черты лица, так же как ранее д’Эону-де-Бомону, помогали в этом обмане. Вновь арестован в Отто в марте 1797 года, осужден на четыре месяца тюрьмы. Вновь освобожден под поручительство отца, по воспоминаниям самого Рене Эрваго, когда он прямо спросил сына, не принимал ли он участия в заговорах против правительства, Жан-Мари с достаточной откровенностью ответил, что водил аристократов за нос и получал от них, «все что желал, посмеиваясь у них за спиной». В 16 лет вновь бежит из дому, на сей раз направляясь в Алансон. По пути представляется родственнице королевской семьи, мадемуазель Талон-Лакомб как отпрыск графов Монморанси, ограбленный неизвестными и оказавшийся потому в отчаянном положении. Доверчивая дама ссужает ему 40 луидоров (достаточно большая сумма по тем временам) и вызывается доставить юношу в своей карете прямо в родовой замок Монморанси. Чтобы избежать разоблачения, в ту же ночь юный мошенник спасается через окно, прихватив с собой деньги. Весной 1798 года. объявляется в Мо, где находит приют у некоей ярмарочной торговки по имени г-жа Лаварин. Ей он рекомендуется фермерским сыном, которого преследуют таинственные заговорщики. Разжалобив свою хозяйку, он получает 4 луидора и с этими деньгами садится в дилижанс. В очередной раз подвергается аресту за «подозрительное поведение» и препровождается до выяснения личности в тюрьму Шалон. В ответ на вопрос председателя суда присяжных о его имени и месте жительства, дает таинственный ответ «Оно известно. Вы узнаете скорее, чем думаете.» Впрочем, почти сразу передумав, называет себя Луи-Антуан-Жозеф-Фредерик де Лонгвилль, 13 лет (на самом деле Эрваго было 17), описывает свой дом и воображаемую семью. Ему не верят, но все же посылают полицейских в семью Лонгвиллей, а также в ближайшие селенья. Сохранился документ с описанием арестанта: «Волосы светлые, глаза голубые, кожа светлая, шрам идущий вниз от носа к верхней губе». Здесь же начинается его карьера самозванца. Среди прочих, его посетил, по воспоминаниям современников, некто из обслуги Тампля, и при виде его Эрваго во всеуслышание заявил что «этот человек узнал его, но боится сказать правду», чем произвел немалое впечатление на окружающих. Для того, чтобы окончательно доказать свою правоту он якобы припомнил эпизод о том, как позвал на помощь этого служащего, когда воланчик из перьев, предназначенный для новомодной игры в бадмингтон, зацепился за веревочку для звонка, причем именно этот слуга помог его снять. Тот же поклонился узнику и во всеуслышание признал его королём. В истории известно, что большинство самозванцев подталкивали к объявлению «своего настоящего имени» желающие верить в чудо. Так произошло с Пугачёвым, Анной Андерсон, то же случилось Эрваго. Слух, что в крепости находится некто, отличающийся от обычных бродяг изысканными манерами и правильной речью пополз по городку. Немедленно появился слух, что бежавший из Тампля дофин скрывается инкогнито в крепости и терпит тюремное заключение, чтобы не быть разоблаченным. Стоит вспомнить, что на это время во Франции приходится разгул коррупции и передел собственности в пользу финансовой аристократии, разорение и обнищание основного населения города и деревни. Ожидание «доброго короля», надежды связанные с ним велики как никогда. Потому слухи падают на подготовленную почву. По документам, чета тюремных охранников устраивает Эрваго к максимальным удобством, и разрешает ему тайно выходит в город в женском платье. В тюрьме его посещают местные аристократки, мадам де Сень и мадам де Фелиз. Вновь его находит в тюрьме отец, однако же — ещё один человек, парижский оружейник Лефевр, якобы узнает в нём пропавшего сына. Но свидетели из Сен-Ло единодушно твердят, что перед ними Жан-Мари Эрваго. Вновь его осуждают на месяц тюрьмы за мошенничество и передают на поруки отцу. Едва выйдя из тюрьмы, Эрваго «занимает без возврата» 51 луидор у некоей Мари Бурж, и вновь оказывается на два года за решеткой. Из тюрьмы он связывается со своей верной почитательницей мамам де Сень, и выйдя на свободу 11 августа 1801 года окончательно объявляет себя «спасшимся дофином» и окончательно поселяется в её доме. В одном из писем мадам де Сень с торжеством пишет, что наконец-то она «получила желаемое». Вокруг него возникает подобие двора, причем мошенник охотно пользуется всеми выгодами своего нового положения. Однажды, в гостях у мэтра Адне, представителя городской администрации, соглашается рассказать историю своего чудесного спасения. Эту историю стенографирует, а затем переписывает набело и визирует секретарь местного нотариуса. Но прежде чем мы перейдем к версии «претендента», стоит познакомиться с одним нашумевшим романом, ставшем источником и для Эрваго и для абсолютного большинства его последователей. Жан-Батист-Жозеф Реньо-Варенн (Jean-Baptiste-Joseph Regnault-Warin) аттестуется историками как писатель слабый, но достаточно плодовитый. Сейчас его творчество практически забыто всеми за исключением библиофилов, но в те времена роман «Кладбище Мадлен» (Le Cimetière de la Madeleine; 1800—1801), написанный по горячим следам событий, имел эффект разорвавшейся бомбы. Роман (исконно содержавший два тома) исчез с прилавков мгновенно, так что в спешке пришлось допечатывать дополнительный тираж. Пользуясь моментом, автор добавляет также третий и четвёртый тома. Среди современников ходили упорные слухи, что книга написана по прямому указанию министра полиции Фуше, но если и так, автор похоже, перешёл допустимые пределы. Третий и четвёртый тома вызвали недовольство консула Бонапарта и были немедленно конфискованы полицией, набор в типографиях рассыпан, автор в виде предупреждения посажен в тюрьму префектуры полиции в компанию к пьяницам и уголовникам, а издатель отправлен в Тампль, где как шутили современники, «он мог выяснить все обстоятельства прямо на месте». Обоих выпустили через десять дней, но роман остался под запретом. Реньо-Варенну пришлось не один день обивать пороги, доказывая, что речь шла просто о литературном произведении, не имеющим ничего общего с действительностью. В конечном итоге разрешение было дано, и роман украсился льстивым и сервильным предисловием, в котором нынешнее правительство сравнивалось с «великими мужами древности с Августами и Траянами, приходившими на смену Неронам и Домицианам» (под последними подразумевались, конечно же, якобинцы, которым отводилось достаточно места в книге). Интересно, что при относительной слабости литературного инструментария, Реньо-Варенн обладал отличным коммерческим чутьем. Роман строился «по рецепту» Сен-Жермена — опровергать так, чтобы читатели все сильнее укреплялись в мысли, что за чисто литературной оболочкой скрыты подлинные, «запретные» факты. Роман повествует о том, как автор во время ночной прогулки к могилам Людовика XVI и Марии-Антуанетты на кладбище Сен-Мадлен в Париже, встречает аббата Эджуорта де Фирмона, последнего исповедника короля. (Стоит заметить также, что в годы написания романа де Фирмон был ещё жив!) В эту и каждую следующую из двенадцати ночных встреч, де Фирмон все глубже и глубже раскрывает перед автором (и читателями) историю Тампля, ареста, содержания, казни короля и королевы, и наконец — изюминка придерживалась до последнего, четвёртого тома, тайного бегства наследника. Чтобы подтвердить свои слова, исповедник короля показывает подлинные документы, и Реньо скрупулёзно воспроизводит их на страницах романа один за другим, сохраняя номер и юридическую форму, и даже указание на архив хранения! Первые два тома посвящены истории аббата де Фирмона, его многочисленным арестам, и новым попыткам бегства, и наконец, успешному проникновению к «узникам Тампля». В компании таких известных лиц как Мануэль, Малерб, Кондорсе и Клери, аббат готовит бегство короля. Но все происходит слишком неожиданно — дознание, суд и казнь. Заговорщики бессильны этому помещать. Далее следует волнующий, но совершенно невероятный рассказ о тайной коронации дофина, которую Мария-Антуанетта и её сообщники проводят за стенами тюрьмы, причем один из заговорщиков, епископ де Сен-Х, тайно введёный в тюрьму Туланом (François Adrien Toulan) и Мишонисом (Jean-Baptiste Michonis), выполняет обряд помазания на царство. Думается, о степени достоверности всего повествования можно судить уже по этому эпизоду. Следующая часть посвящена осуждению и казни королевы. Вновь заговорщики опаздывают с выполнением своего плана и теперь сосредотачиваются на единственной цели — похищении Шарля-Луи. Основным сообщником похитителей оказывается лечащий врач дофина, доктор Десо. Некий «Фелзак», агент вандейского генерала Шаретта, склоняет к сотрудничеству «Киприота», любимого ученика Десо, а тому уже удается уговорить учителя. С помощью Десо «Киприоту» удается достать пропуск в Тампль, куда он проникает вместе с мальчиком-двойником, призванным заменить дофина в тюрьме. Дальнейшее стоит воспроизвести точно по тексту: «Настораживало то, что ребенок этот, был в отличие от принца здоров и подвижен, и посему не мог вызвать внимания и дополнительных хлопот персонала, которые были для нас жизненно необходимы, чтобы позволить выиграть время, пока мы окажемся в полной безопасности. Единственным выходом из положения казалось мне заставить его выпить такую дозу опиума, которая бы усыпила его на двадцать четыре часа, исключив таким образом возможность, что он выдаст всех нас неосторожным словом или неправильным поведением. Когда он засыпает, мы переодеваем его… в одежду простую и ничем не примечательную и укладываем в полое тело деревянной лощадки, предназначенной для развлечения Шарля… Эта игрушка вместе с другими помещается в корзинку с двойным дном, а та — в небольшую тачку, которую я толкал перед собой…» Далее в подробностях описав, как он миновал один за другим несколько постов, и вынужденный продемонстрировать содержание корзины, рискованно пошутил, что «детские игрушки могут быть опасны для революции» Фелзак под видом врача сумел якобы проникнуть в камеру дофина. Грозя оружием и подкупив деньгами, он обеспечивает помощь со стороны женщины-привратницы, и благополучно поменяв местами детей, удаляется вместе с лошадкой, спрятанной в корзине. Спасенного ребёнка немедленно переодевают девочкой и под именем мадам Шарлотты, переправляют в лагерь вандейцев. Затем его пытаются переправить на корабле в Америку, но корабль захвачен французским фрегатом, дофин попадает в плен ещё раз, переправляется в новую тюрьму, где и умирает. О степени достоверности романа нечего говорить. Аббат провел все эти годы в эмиграции, в Англии. Фелзак и Киприот никогда не существовали в действительности. Шаретт не встречался с наследником престола. И все же нашлось множество людей, убедивших себя и других, что в романе правда скрыта под налетом явно неправдоподобных деталей, и роман «Кладбище Мадлен» стал настольной книгой практически всех «кандидатов в дофины». Эрваго был достаточно осторожен, чтобы не выдать себя рассказами о раннем детстве и времени до заключения в Тампль. Потому он начинает сразу с момента обучения у Симона, объявив, что из-за нервного шока забыл все, что случилось ранее. Далее, он делает крупный промах, во-первых, утверждая что чета Симон воспитывала его вплоть до термидорианского переворота, (на самом деле — сапожник и его жена покинули крепость на шесть месяцев раньше), во-вторых, что его содержали вместе с сестрой и за ними присматривала какая-то неизвестная женщина. Чуть ранее термидорианского переворота некие «друзья» якобы дали ему понять, что все готово к бегству. В одну из ночей, в полой деревянной лошадке, одной из его постоянных игрушек некто, переодетый моряком, тайно пронес усыпленного опиумом ребёнка. В темноте «дофин» якобы видел, как ребёнка укладывали в его постель, а его самого, спрятав в корзинке для для грязного белья, принадлежавшей прачке Клуе, вынесли наружу. Далее, переодетого в женское платье его, якобы переправили к одному из главарей шуанов Фротте. Совершенно случайно «дофин» узнал, что его заменил в Тампле Жан-Мари Эрваго, купленный у родителей за большие деньги. Помог это сделать член коммуны Реми Биго, якобы родственник (на самом деле — однофамилец) матери двойника Николь Биго. Отравленный опиумом тяжело больной ребёнок не смог проснуться, именно его смерть была официально выдана правительством за смерть «сына Капета». Считается, что за основу этого рассказа Эрваго взял четвёртый том романа «Кладбище Мадлен». С его легкой руки, эта история (полая лошадка, усыпленный опиумом ребёнок, корзинка для грязного белья) исправно воспроизводилась каждым следующим самозванцем. По словам претендента, он в дальнейшем был переправлен к вандейскому генералу Шаретту. Тот принял спасшегося принца холодно — так как в лагере вандейцев шла скрытая борьба за власть — и в конечном итоге переправил опасного гостя в Англию. Там он якобы жил в качестве гостя Георга III, и чудом спасся, когда граф Артуа, сам желающий сесть на французский трон, подсыпал ему в пищу мышьяк. Георг III счел за лучшее отправить его в Ватикан, где папа принял изгнанника, и дал ему несколько тайных аудиенций. Там же якобы по приказу Его Святейшества, принц был клеймен французскими лилиями на правое бедро, и лозунгом «Да здравствует король!» на левую руку. В этом месте рассказа, претендент действительно показывал соответствующие знаки, историки считают, что это были на самом деле тюремные татуировки. Далее претендент якобы посетил Испанию, где был с почетом принят при дворе, и всем сердцем влюбился в прекрасную принцессу Бенедикту (заметим в скобках, что ей было в это время около шестидесяти лет). Вообще, с возрастом у претендента как видно были связаны самые большие сложности, он сам был старше своего «двойника» на восемь лет. Монархически настроенные заговорщики настойчиво звали его во Францию. По пути он якобы посетил прусского короля, вернулся в страну, однако события 18 фрюктидора во многом ослабили его надежды достичь трона. Он решил снова бежать в Англию, но рыбацкое суденышко штормом было вновь выброшено на французский берег. Именно тогда по словам претендента он был арестован в Шербуре, бежал, друзья настойчиво советовали ему скрыться в Германии. Он попытался пробраться туда, но был вновь арестован в Шалоне. Следует также сказать, что рассказ Эрваго неоднократно подвергался правке и уточнению. Так вначале фигурировавшая в нём тачка с грязным бельем трансформировалась в корзинку, безымянный епископ, украсивший его татуировкой — в папу Пия VI, Англия сменила первоначальный вариант — Америку, а Фелзак, что уж прямо восходило к роману — превратился в главаря шуанов Фротте. Но так или иначе, поклонники Эрваго не замечали неувязок и явных противоречий в его рассказе. Слухи о спасшемся дофине распространялись все дальше, и власти, опасаясь беспорядков, приняли решение начать новое дознание. Претендент был арестован в доме мэтра Адне и отправлен в Суассон близ Парижа, при полном запрещении встречаться и переписываться с кем бы то ни было. Вновь его выручил отец, клятвенно подтвердив, что претендент является его старшим сыном, а изысканные манеры, правильную речь и некоторые знания о быте двора смышленый ребёнок получил в Париже, где его отец, портной, какое-то время работал, обшивая аристократических клиентов. Стоит заметить, что в это время делом Эрваго лично заинтересовался министр наполеоновской полиции Жозеф Фуше. Оставим в стороне романтическую версию, что Фуше якобы требовал от Наполеона вернуть престол «законному государю», и согласимся с Е.Черняком: «Остается неясным, что при этом имел в виду многоопытный предатель Фуше: объявить от имени фальшивого дофина о его отказе от своих прав в пользу первого консула Бонапарта или, напротив, держать под рукой человека, которого при благоприятном стечении обстоятельств удобно было бы противопоставить Наполеону? Зная характер Фуше, можно смело предположить, что он учитывал и ту и другую возможность.» Впрочем, Фуше довольно скоро разочаровался в своем протеже. Как видно, при всей бойкости и относительной смышлености, Эрваго не подходил для крупной политической игры. Фуше вскоре характеризует его с убийственной прямотой, как «мелкого воришку». Претендент был освобожден в марте 1806 года и немедленно взялся за старое. Собственный отец был вынужден заявить на него в полицию, и неуемный кандидат в дофины был сослан в колониальный полк в Белль-Иль-ан-Мер, где ему вскоре удается убедить солдат и офицеров в своем «царственном происхождении». Также действует в его пользу тот факт, что в сражениях Эрваго показывает себя незаурядным храбрецом. Ему охотно ссужают деньги, освобождают от многих обязанностей. Но видимо, Эрваго не сидится на месте и претендент бежит из армии, попадается вновь, и приговаривается к четырём годам тюрьмы, и штрафу в 1500 франков. Эрваго отправляется в тюрьму Бисетр, и оттуда уже не выйдет. Он умрет от болезни 8 мая 1812 года в своей камере. Перед смертью, по утверждению свидетелей, он поклялся на Библии, будто действительно был пропавшим дофином. И все же вопросы остаются Можно сказать, что первому претенденту не повезло. Он заявил о себе слишком рано, когда у власти стоял первый консул Бонапарт, который слышать не хотел о дофинах, все равно, фальшивых или подлинных. Ж.Ленотр, сторонник теории бегства, задается небезынтересным вопросом — как Эрваго, будучи на восемь лет старше своего «двойника» мог успешно объявлять себя тринадцатилетним и вводить в заблуждение такое количество людей? Ответа нет, но это одно не является доказательством тождества дофина с Эрваго. Ленотр также готов предположить, что воспоминания «претендента» в том виде, в каком они дошли до нас были тенденциозно «исправлены» и «дополнены». Опять же, доказательств тому нет, а посему, все догадки повисают в воздухе. Х.Рош прибегает к ещё более слабому доводу, уверяя, что Эрваго — мошенник и вымогатель, и Эрваго, объявивший себя дофином, два разных человека. И снова, доказательств тому не приводится, исключая рассказы неких анонимов, переданные из третьих рук. Однако же, большинство ученых поддерживает мнение М.Гарсона, что Эрваго, пусть обаятельный, наивный, подпавший под очарование собственной игры, остается мошенником, причем мошенником, который поддавшись чужим ожиданиям, взвалил на свои плечи роль, которая была ему явно не под силу. Источники: M.Garçon Louis XVII ou la fausse Énigme, Paris, Hachette, 1968; Manteyer, Georges de.- Les faux Louis XVII. Le roman de Naundorff et la vie de Carl Werg. Recueil de sept cents documents tirés des Archives d’Allemagne et de France (1774—1920). Paris, Librairie Universitaire J. Gamber, 1926.
Читать далее...

1752
Иероним Стройновский герба Стремя (Иероним Бенедикт Стршемень-Стройновский; польское имя - Hieronim Stroynowski, Hieronim Strojnowski, литовское имя - Jeronimas Stroinovskis)
польский правовед, экономист, государственный и религиозный деятель; ректор Главной Виленской школы и первый ректор Императорского Виленского университета. Родился в селе Ходачков Кременецкого повета на Волыни. Брат экономиста Валериана Стройновского. Обучался у пиаров и сам состоял в ордене (1776—1788). С 1776 года преподавал в варшавской привилегированной коллегии Collegium Nobilium сначала геометрию и математику, логику, метафизику, затем также естественное право и политическую экономию. Первым или одним из первых начал преподавание на польском языке. Принимал участие в деятельности Эдукационной комиссии, реформировавшей систему образования в Речи Посполитой. В 1780 году получил назначение профессора естественного права в Главной виленской школе. Однако, прежде чем начать работу в Вильне, был на два года отправлен в Краков как опекун литовской молодёжи, проходящих подготовку в Семинарии кандидатов (1781—1783). В Кракове Стройновский усовершенствовался в науках и получил учёные степени доктора теологии и доктора права светского и канонического. Состояние здоровья вынудило его выехать на лечение в Италию. Он побывал, в частности, во Флоренции, Неаполе и Риме (1787—1788). Принимал деятельное участие в разработке Конституции 3 мая (1790—1793) и нового кодекса гражданского и уголовного права (Кодекс Станислава Августа; 1791). Речь Стройновского «Mowa o Konstytucji Rządu Ustanowioney dnia trzeciego i piątego Maja Roku 1791» принесла ему широкую известность. По распоряжению Станислава Августа была немедленно напечатана. В 1799 году сменил Мартина Почобута-Одляницкого в должности ректора. Ему удалось отстоять Главную школу от притязаний иезуитов, потребовавших возвращения им бывшей иезуитской Академии и подведомственных Главной школе учебных заведений. Стройновский немедленно обратился прямо к императору Павлу, отстаивая утверждённый им же статут главной школы. Он действовал так энергично и с такою силою неопровержимых доказательств, что император вполне сним согласился, и иезуитам прищлось отказаться от своих надежд — завладеть снова литовскими областями. В 1802 году в Санкт-Петербурге участвовал в разработке положений реформы системы просвещения в России. Весной 1803 года с преобразованием Главной виленской школы в императорский Виленский университет стал его первым ректором. Университет состоял из физико-математического факультета с девятью кафедрами и двенадцатью профессорами, медицинского факультета с кафедрами анатомии, патологии, медицинских наук, клиники, хирургии, повивального искусства и с семью профессорами, нравственно-политического и богословского с девятью профессорами, литературного с пятью профессорами и с отдельным преподаванием изящных искусств. Для замещения кафедр Стройновский привлекал заграничных учёных. По выходе из университета (1808) посвящён в епископы-коадъюторы Луцка, затем был |епископом виленским (1814—1815). Состоял членом Флорентийской Академии наук (1787) и академии Аркадия в Риме (1788), научных обществ России и Польши, был также членом масонской ложи «Усердный литвин» (французское название - «Lithuaniens Zélés», польское название - «Gorliwy Litwin»). Был награждён польским орденом Святого Станислава (1794) и российским орденом Святой Анны первой степени (1806). Скоропостижно умер 5 августа 1815 года в фольварке под Вильной (польское название - Czarci Kąt, литовское название - Elnokumpiai). Был похоронен, в соответствии с завещанием, в семейной усыпальнице Стройновских в Горохове, имении брата Валериана Стройновского.
D. O. M.
HIERONYMO COMITI STRZIEMEN STROYNOWSKI
EPISCOPO VILNENSI ORD. S. ANNAE ET
S. STANISLAI I CL EQUITI SCHOLARUM PER
LITHVANIAM MODERATORI ANTECESSORI
ET ACADEMIAE VILNENSIS RECTORI E VIVIS
EREPTOTO. A. MDCCCXV D. V. AUGUSTI. AETATIS LXII
VIRO GENERIS NOBILITATE MORUM
INTEGRITATE COMITATE ELOQUIO AC
DOCTRINA PERSPECTO LIITTERARUM
INCREMENTIS NATO EARUMQUE AMORE
NULLI SECUNDO DE ACADEMIA VERO DUM
ALEXANDRI PRIMI
MUNIFICENTIA EADAM INSTAURARETOR ET AUGERETUT
IMMORTALITER MERITO COLLEGAE CIVISQUE
TANTAE VIRTUTIS MEMORES AERE COLLATION
CENOTAPHIUM HOCCE POSUERE A. MDCCCXXVIII

Эпитафия учёному и епископу.
В университетском костёле Святого Иоанна в Вильне в 1828 году был установлен памятник Стройновскому. Он был сооружён у стены левого (северного) нефа храма на средства, собранные преподавателями университета и горожанами (621 рубль 86 копеек). Памятник, сооружённый по проекту архитектора Кароля Подчашинского, образуют эпитафия на латыни на белой мраморной плите и бюст работы скульптора Казимира Ельского. Эпитафию обрамляют две пары пилястр, соединённых овальным полусводом. Два высоких светильника между пилястрами символизируют высокий ранг епископа и ректора. На пилястрах стоят две фигуры скорбящих ангелов с опущенными, то есть погасшими факелами жизни в руках. Рядом с ними стоят слёзницы (латинское название - lacrimatoria). К основанию памятника прикреплена металлическая плита с гербом Стройновских «Стшемень» (польское название - Strzemię), средства на которую пожертвовал граф Адам Хрептович. Сторонник взглядов физиократов. Автор трактата польск. «Nauka prawa przyrodzonego, politycznego, ekonomiki politycznej i prawa narodów» (1785), неоднократно переиздавашегося в Варшаве и Вильне. Он был напечатан и на русском языке в переводе В.Г.Анастасевича под заглавием «Наука права природнаго, политическаго, государственнаго хозяйства и права народов. Классическое сочинение Г. Виленскаго Епископа Иеронима Стршемень-Стройновского, коадъютора Епископа Луцкаго, духовной Римско-католической коллегии, Флорентской Академии наук, обществ Петербургскаго Економическаго и Королевскаго Варшавскаго любителей наук Члена, заслуженнаго Профессора и бывшаго Ректора Императорскаго Виленскаго Университета и проч.» (Санкт-Петербург, 1809). Этот труд использовался как учебное пособие в средних и высших учебных заведениях Белоруссии, Литвы, России, Украины. Литература: Стржемень-Стройновский, Иероним-Бенедикт // Русский биографический словарь : в 25 томах. — Санкт-Петербург—Москва, 1896—1918; Мысліцелі i асветнікі Беларусі: Энцыклапедычны даведнік. Мінск: Беларуская Энцыклапедыя, 1995. ISBN 985-11-0016-1. Страницы 318—319.
Читать далее...

1739
Дарья Петровна Салтыкова (урождённая Чернышёва)
статс-дама, кавалерственная дама Ордена Святой Екатерины 1-й степени, сестра княгини Н. П. Голицыной, жена генерал-фельдмаршала графа И.П.Салтыкова. Старшая дочь дипломата графа Петра Григорьевича Чернышева, крестника Петра Великого, многими считавшегося за его сына. Мать её, графиня Екатерина Андреевна, была дочерью известного начальника тайной канцелярии при Бироне, графа Андрея Ивановича Ушакова. Дарья Петровна провела детство и молодые годы за границей, где отец её много лет был посланником при датском, берлинском и английском дворах и послом в Париже. Там она получила то блестящее воспитание, которое поставило её, а также сестру её, княгиню Наталью Петровну Голицыну, известную под именем «Princesse Moustache», в ряду образованнейших русских женщин конца ХVIII века. Они обладали изысканными манерами, светским лоском, свободно владели четырьмя языками, но плохо знали русский язык. Вернувшись с родителями в Россию в 1765 году, Дарья была пожалована Екатериной II во фрейлины и окунулась в светскую жизнь — балы, домашние спектакли. В июне 1766 года сёстры Чернышевы принимали участие в грандиозном костюмированном празднике, устроенном императрицей Екатериной II перед Зимним дворцом, где в качестве одного из главных распорядителей был будущий муж Дарьи — граф Салтыков. Он возглавлял один из четырёх отрядов — славянский. Тремя другими (индийским, римским и турецким) начальствовали обер-шталмейстер двора П.И.Репнин и братья Г.Г. и А.Г.Орловы. Дамы и кавалеры этих отрядов соревновались в беге на колесницах и верховой езде. Победительницей среди женщин вышла Наталья Чернышёва. В ноябре 1768 году Дарья Петровна принимала участие в постановке французской комедии, которая была дана при дворе по случаю выздоровления императрицы и великого князя после привития оспы. Современники отмечали, что она играла с такой непринужденностью и искусством, как будто выступала на сцене много лет. В 1771 году Дарья Петровна вышла замуж за прославленного героя русско-турецкой войны генерала-поручика Ивана Петровича Салтыкова (1730—1809). Её сестра княгиня Голицына в своих заметках писала: «…В июне 1771 года Батюшка мой приехал в Москву на свадьбу моей сестры с Графом по имени Иван Петрович Салтыков, поскольку Батюшка (Салтыков Пётр Семёнович) оного желал, чтобы свадьба происходила в присутствии моего Папеньки. В том же году 15 июля состоялась оная свадьба в имении маршала Салтыкова, свекра сыстры моей, в Марфине, что в 30 верстах от Москвы.»

Граф Иван Салтыков. Миниатюра А.Х.Ритта, 1790-е.
Замужество с будущим фельдмаршалом позволило Дарье Петровне стать хозяйкой особняка на Дворцовая набережная, 16 и занять выдающееся положение в свете, чему немало способствовала и её крайне самобытная личность. Высокого роста, представительная, с мужскими манерами, она своею величественной наружностью несколько напоминала Екатерину II. Многие упрекали Салтыкову в надменности, что отчасти объяснялось её молчаливостью в обществе вследствие недостаточного, благодаря заграничному воспитанию, знакомства с русским языком, который тогда не был ещё вытеснен французским из гостиных большого света. При дворе графиня известна была независимостью и подчас резкостью своих суждений. В 1780 году для поправления здоровья Дарья Петровна с мужем и дочерьми уехала за границу. В поездке они посетили Берлин, Дрезден, Брюссель. Жили три месяца в Лондоне и провели больше года в Париже, где делали такие огромные долги, что русский посланник при французском дворе в письмах к графу Воронцову называл их «бесчестьем всей нашей нации». Летом 1783 года они вернулись в Россию. С назначением в 1784 году графа Салтыкова генерал-губернатором Владимирского и Костромского наместничеств, семья в течение трёх лет жила во Владимире. Дарья Петровна считалась женщиной самых строгих правил и снисходительно, с оттенком презрения, относилась к многочисленным любовным похождениям супруга, никогда не унижалась до ревности. Муж же платил ей глубокою привязанностью и уважением. В день торжества по случаю заключения мира с Портою (2 сентября 1793 года) Дарья Петровна была пожалована в статс-дамы, а в декабре её дочери Анна и Екатерина стали фрейлинами. В коронацию Павла I Дарья Петровна получила орден Святой Екатерины I класса, а её муж в 1797 году был назначен московский военным губернатором.

Дарья Петровна Салтыкова. Миниатюра А.Х.Ритта, 1794. Государственный Эрмитаж.
В бытность графа Ивана Петровича московским генерал-губернатором, дом Салтыковых представлял подобие маленького двора. Жили чрезвычайно пышно, по воскресеньям давали балы, на которые иногда съезжалось до восьмисот человек. Лето Дарья Петровна проводила в подмосковном имении мужа Марфине; устраиваемые ею там празднества, продолжались по несколько дней, не уступали в роскоши её московским балам. Особенно славились любительские спектакли в Марфине; давались на них французская комедия Мариво, а также оперы, русские и французские. На одном из этих представлений была дана пьеса под названием «Только для Марфина», и в числе гостей присутствовал её автор, Карамзин. По отзыву Ф.Ф.Вигеля: «…Дарья Петровна Салтыкова была женщина чрезвычайно умная и отменно добродушная. Она соединяла в себе всю важность русских боярынь до петровского времени, с утонченной вежливостью и непринужденностью обращения придворных дам версальского двора… Вообще в посторонних расположена была видеть одну только хорошую сторону.» С большим участием отнеслась графиня Дарья Петровна к приехавшей в Москву в 1801 году талантливой французской портретистке госпоже Виже-Лебрён, доставила ей много заказов и интересовалась её работами, посещая её мастерскую. Художница вспоминала:
«… Дом маршальши Салтыковой почитался одним из лучших в Москве. Я должна была сделать ей визит сразу же по приезде. Она и её муж, занимавший тогда пост губернатора, приняли меня с бесконечным доброжелательством. Мне были заказаны портреты самого г-на Салтыкова и их дочери, вышедшей замуж за графа Григория Владимировича Орлова… В доме графини Салтыковой я наслаждалась совершенным покоем…» Во время своего губернаторства Салтыков оставил по себе хорошую память, любя делать добро людям, а супругу его приводили в пример высокой нравственности. Скончалась графиня Дарья Петровна от расстройства желудка 23 декабря 1802 года, по пути в Москву на станцию Хотилово, возвращаясь с мужем из Петербурга. Её двоюродная сестра и подруга Наталья Михайловна Строганова записала в своём дневнике: «8 декабря 1802 года ехавши из Петербурга в Москву графиня Дарья Петровна Салтыкова с графом и детьми 10 декабря приехала в Новгород, где граф занемог. Жили в Новгороде до 17 декабря. Приехали в Хотилово 18 декабря. Тут занемогла графиня Дарья Петровна. И в пятый день своей болезни, 23 декабря скончалась.» Смерть супруги так сильно подействовала на Ивана Петровича, что он через полтора года из-за расстроенного здоровья подал прошение об отставке. Он умер от паралича 14 ноября 1805 года. Оба похоронены в Спасской церкви имения Никольское под Ростовом. В советское время церковь снесена, могила не сохранилась. Супруги Салтыковы имели одного сына и трёх дочерей. Дарья Петровна сама занималась воспитанием своих детей: дочерям, своим примером и наставлениями старалась внушить строгую добродетель, но была очень снисходительна к своему любимцу к единственному сыну: Прасковья Ивановна (1772—1859) — фрейлина, в 1795 году вышла замуж за сенатора Петра Васильевича Мятлева (1756—1833), их сын — известный поэт-юморист Иван Мятлев; Екатерина Ивановна (12 августа 1776 — 19 ноября 1815) — фрейлина с 1795 года, умерла девицей; Анна Ивановна (1777—1824) — фрейлина, в феврале 1800 года вышла замуж за сенатора графа Григория Владимировича Орлова (1777—1826), сына В.Г.Орлова. Она была привлекательной и умной женщиной. По болезни постоянно пребывала за границей, в Париже имела литературный салон. Умерла бездетной во Франции; Пётр Иванович (1784—1813), с 1799 года камергер. Кавалер орденов Святого Георгия 4-го класса и Святого Владимира 4-й степени, был тяжело ранен в Аустерлицком сражении. В незабываемый 1812 год он сформировал собственный гусарский полк (названный Салтыковским), пожертвовав значительную частью своего состояния на его вооружение. Ежедневно навещая в лазаретах больных солдат, заразился горячкой и в 28-летнем возрасте скончался в чине полковника холостым.
Читать далее...

835
Ахмед ибн Тулун (арабское имя - أحمد بن طولون)
основатель династии Тулунидов тюркского происхождения, правившей в государстве с центром в Египте. Основатель правящей династии Тулунидов Ахмед ибн Тулун был по происхождению тюрком-огузом и являлся выходцем из среднеазиатской тюркской гвардии Аббасидов, формировашейся первоначально в Багдаде, а потом перебазировавшейся в Самарру, после перенесения туда своей резиденции халифом аль-Мутасимом. В 815 г. его отца Тулуна вместе с другими рабами-одноплеменниками подарил халифу Мамуну саманидский правитель Бухары. В 818 г. Тулун начал службу при дворе и вскоре сумел достигнуть высоких должностей, стал командовать гвардией халифа. Ахмед родился в Багдаде. Вскоре, в 850 г. он вместе с родителями переехал в Самарру, где и получил воспитание. Тулун успел выслужиться при дворе и дал своему сыну необычное по своему положению научное образование: Ахмед получил военную подготовку, а также изучал теологию. Тулун умер в 854 г., а его жена вышла замуж за высокопоставленного тюркского командира дворцовой гвардии Баикбакла (Баик-Бега). Ибн Тулун женился на Хатун, дочери другого влиятельного тюркского командующего дворцовой гвардии, которая родила ему двоих детей: Аббаса и Фатиму. В 855 г. Ахмед был назначен командующим специальным воинским подразделением при халифе Аль-Мутаваккиле. Потом его назначили эмиром в Тарсус, где он участвовал в походах против Византии. По возвращении Ахмеда в Багдад в 863 г. халиф аль-Мустаин вознаградил его, подарив наложницу Мейяз, которая родила ибн Тулуну сына Хумаравейха, будущего его наследника. Ахмед заслужил большое доверие халифа аль-Мустаина, после отречения от престола которого, в 866 г. сопровождал в изгнание в Васит. Продолжая состоять у отрёкшегося халифа на службе, Ахмед сохранил ему верность, во всяком случае не принимал никакого участия в его умерщвлении в 867 г. В 868 г. его отчим Баикбакл (Баик-Бег) (умер 870 г.) получил от халифа аль-Мутазза в качестве икта Египет. Он объявил Ахмеда своим поверенным и отправил его в том же году в Египет во главе большого войска. 15 сентября 868 г. Ахмед ибн Тулун прибыл в Фустат. В то время, в Александрии и некоторых других местностях сидели особые эмиры, не подчиненные непосредственно наместнику. Влиятельный начальник над податным управлением Ибн аль Мудаббир встретил нового правителя с нескрываемым неудовольствием, а вскоре после прибытия Ахмеда в верхнем Египте вспыхнуло восстание Алидов. Но ибн Тулун его подавил, как и следующее в 869 г. Затем он искусно устранил влияние своего гражданского соправителя. Ибн аль Мудаббира не любило местное население из-за его жадности и высоких ставок налогов (в частности для немусульманских граждан, которые составляли более половины населения Египта). Ибн аль Мудаббир подчинялся непосредственно халифу, а не правителю Египте, таким образом полностью игнорируя Ахмеда. Ибн Тулун использовал всё своё влияние, чтобы удалить неугодного чиновника, что ему и удалось через четыре года. Таким образом, Ахмед захватил управление страной в свои руки, и в 870 г., после смерти отчима, был провозглашен эмиром Египта. Хотя после убийства Баик-Бега его права были переданы Ярджуку аль-Турки, отцу жены Ахмеда Хатун, но тот сохранил за ибн Тулуном права правителя Египта, и даже расширил его полномочия в Александрии и других территориях региона. Ахмед возглавил компанию против восставшего правителя Сирии Исы ибн-Шейха ас-Шейбани, что позволило ему собрать армию в 100000 человек. После назначения брата халифа Аль-Мутамида Аль-Муваффака (отца будущего халифа аль-Мутадида) в 872 г. наместником запада и правителем Дамаска, Ахмеду удалось с помощью подарков добиться того, что управление Египтом было оставлено за ним. Для поддержания с центральной аббасидской властью добрых отношений Ахмед время от времени высылал в Багдад дань, впрочем делал он это без особого рвения. Однако, когда положение халифата усложнилось, вследствие неумелого хозяйствования придворной гвардии, что вылилось в восстания зинджей, которые захватили контроль над Басрой в южном Ираке, и Саффара в восточной части государства, ибн Тулун в 874 г. решил прекратить любые выплаты Багдаду. В 877 г. войска халифата были направлены против Ахмеда под предлогом не уплаты им дани. Однако, правительству пришлось отказаться от замысла вторжения в Египет, по причине нехватки средств на выплату жалования армии, находившейся уже в Месопотамии. Попытка вооружённых сил под предводительством Мусы ибн-Буга аль Кабира вернуть контроль над Египтом была провалена, а его армия рассеяна большими силами ибн Тулуна. Таким образом Ахмед сохранил свою власть, а в следующем 878 году, воспользовавшись смертью Аманджура, наместника Палестины, Иордании и Сирии, он двинул в эти провинции свою армию, овладел Иерусалимом, Дамаском, Хомсом, Хамой и Халебом. Причём практически вся страна, кроме Антиохии, взятой силой, сдалась ему без боя. Начальники отдельных округов не оказали никакого сопротивления, так как ими не руководило чувство верности к правительству, их не воодушевляла надежда получить какую-либо помощь и поддержку из Багдада. Затем Ахмед вторгся в Малую Азию и начал войну с Византией. Но вскоре ибн Тулун должен был спешно возвратиться в Египет, где его сын Аббас попытался захватить власть и восстал против отца. С частью войска, перешедшего на его сторону, и суммой в миллион динариев он удалился в Барку, подальше от разгневанного отца. Ахмед срочно вернулся в Фустат и предпринял самую широкую подготовку для укрощения строптивого сына, который решил удалиться ещё дальше. Что бы избежать возможной встречи с отцом, он двинулся прямо в пределы владений Аглабида Ибрахима II и со своей не дисциплинированной армией принялся грабить восточный округ Триполиса. Соседние берберы предложили Ибрахиму свою помощь. В 880 г. Аббаса разбили и отбросили снова к Барке. Здесь он смог продержаться ещё некоторое время, пока в 882 году посланное Ахмедом войско не уничтожило его отряд и не взяло самого его в плен. За то время, которое Ахмед потратил на подавление восстания сына, все завоеванные провинции отпали от него. В 881/882 г. Лулу, назначенный им управляющим Месопотамии, перешел на сторону Аль-Муваффака . В 882 г., покончив с делами в Египте, Ахмед совершил новый поход в Сирию и опять подчинил её своей власти. Но тонко задуманный Ахмедом план, обещая защиту, привлечь в Сирию халифа Аль-Мутамида, не довольного опекой своего брата, чтобы, контролируя его, разыгрывать роль сберегателя законного главы от козней бесчеловечного родственника, не удался невзирая на полную готовность со стороны самого халифа. Аль-Мутамид был перехвачен по пути в Сирию. Попытка завладеть Меккой в 883 г. завершилась неудачей благодаря неожиданному сопротивлению собравшегося там огромного числа паломников. Затем Ахмед объявил Аль-Муваффака лишенным сана как бунтовщика против наместника пророка. В ответ на это Аль-Муваффак вынудил халифа официально отстранить Ахмеда от должности наместника Египта. Оба лидера прокляли друг друга во время пятничной молитвы. Тем временем эмир потерпел довольно чувствительное поражение во время неудачной осады Тарса, где засел один из его военачальников Язман аль-Хадим, возгордившийся одержанной им недавно победой над византийцами. Тем не менее Ахмед опять подчинил себе практически всю Сирию. Но уже под Тарсом он ощутил первые признаки надвигавшейся болезни. Боли усилились вследствие несоблюдения диеты. Вернувшись в Фустат и назначив наследником своего сына Хумаравейха, Ахмед ибн Тулун умер от заворота кишок 10 мая 884 года в возрасте 50 лет. По другой версии умер в Антиохии. В результате завоеваний Ахмеда ибн Тулуна возникла обширная держава, которой он правил, опираясь на большую профессиональную армию, составленную из рабов, среди которых преобладали тюрки, берберы, греки и черные нубийцы. Его правление, которое длилось более 10 лет, позволило Ахмеду оставить после себя хорошо обученных военных, стабильную экономику и опытных чиновников для надзора за государственными делами. Собирая обширные подати с богатой провинции, он вкладывал часть средств в развитие сельского хозяйства и торговли; начал чеканить монеты, на которых рядом с именем халифа ставил своё имя. Благодаря полной автономии, вследствие, чего налоги перестали отправляться Багдад, можно было развивать ирригацию и построить сильный флот, что значительно стимулировало развитие местной экономики и торговли. Ахмед уделял много внимания укреплению и украшению своей столицы Фустата. Мечеть ибн Тулуна, лежащая посреди квартала Катай, воздвигнутого им в 877—879 годах и вошедшего в черту нынешнего города Каира, свидетельствует об общеполезной деятельности эмира. Сам Катай был заложен в стиле великих городов Персии и Византии. В нём были сооружены большая городская площадь, ипподром, дворец правителя. По всему Египту при Ахмеде развернулось интенсивное строительство, рылись каналы и ремонтировались ниломеры. При Ахмаде ибн Тулуне в 873 году была построена первая крупная государственная больница. В ней была мужская и женская баня, и предназначена она была исключительно для бедных слоев населения. При поступлении в больницу одежда и деньги сдавались на хранение управителю, а при выписке из больницы пациент получал в качестве последнего рациона одну курицу и один хлеб. Ибн Тулун отпускал на нужды этого госпиталя 60 тысяч динаров и посещал его каждую пятницу. Больница включала также отделение для умалишенных. Литература: Рыжов К.В. Тулуниды // Все монархи мира. Мусульманский Восток. VII—XV вв. — Москва : Вече, 2004. — ISBN 5-94538-301-5; Август Мюллер Глава II. Наместники и Эмир Аль-Умара. Книга пятая. Аббасиды и Фатимиды // История ислама; Стенли Лэн-Пуль. Мусульманские династии. Хронологические и генеалогические таблицы с историческими введениями.. — Восточная литература. — Москва: Муравей, 2004.


1412
Ефрем Перекомский (в миру — Евстафий)
основатель Перекомского монастыря под Новгородом. Канонизирован в Русской церкви на втором Макарьевском соборе в 1549 году в лике преподобного, память совершается 16 мая (перенесение мощей) и 26 сентября (по юлианскому календарю). Родился в семье кашинского купца Стефана и его жены Анны. В крещении получил имя Евстафий. Имея склонность к монашеской жизни в юности, когда родители хотели чтобы он вступил в брак ушёл послушником в Калязинский монастырь к преподобному Макарию. Вскоре и его родители приняли монашество. Пробыв три года послушником у Макария он перешёл в Савво-Вишерский монастырь и прянял в 1437 году от Саввы Вишерского постриг с именем Ефрем. Около 1450 года Ефрем покинул монастырь и перешёл на озеро Ильмень, к устью реки Верёнды, которая сегодня называется Веронда. Там на берегу реки Чёрной он устроил себе келью. Вскоре вокруг него начала формироваться монашеская община. По просьбам братии Ефрем стал их настоятелем и около 1450 года принял от новгородского архиепископа Евфимия рукоположение во иеромонаха. По возвращении в пустынь он построил храм в честь Богоявления Господня. Из-за отсутствия источников воды в монастыре под руководством Ефрема была прокопана протока от озера Ильмень из-за чего обитель получила название Перекопской (или Перекомской). Ефремом в монастыре был построен каменный храм в честь святителя Николая. Для его строительства преподобный обратился к великому князю Василию Ивановичу, который прислал в монастырь каменщиков. Строительство храма было завершено в 1466 году. Скончался Ефрем 26 сентября 1492 года, был погребён в Никольском храме. В 1509 году по причине частых наводнений его монастырь был перенесён на новое место, все храмы разобраны. Мощи Ефрема были перенесены в новую обитель, а над могилой поставили часовню. В 1549 году при митрополите Макарии Ефрем был канонизирован для общецерковного почитания.
Читать далее...

в 1977 году состоялась премьера телевизионного художественного фильма «Личное счастье». Производство: Творческое объединение "Экран", 1977. Режиссер: Леонид Пчёлкин. Сценарист: Афанасий Салынский. Оператор: Евгений Гуслинский. Композитор: Андрей Петров. Художники: Борис Бланк, Валерий Степанов. Актеры: Михаил Ульянов, Людмила Чурсина, Евгений Киндинов, Виталий Юшков, Олег Даль, Георгий Жжёнов, Ирина Печерникова, Евгений Лебедев, Александр Голобородько, Юрий Горобец, Татьяна Пельтцер, Лев Дуров, Елена Кондратова, Альбина Матвеева, Вячеслав Расцветаев, Ёла Санько, Юрий Васильев, Юрий Каюров, Борис Кудрявцев, Алексей Кутузов, Алексей Кузнецов, Галина Самохина, Надежда Федосова, Георгий Шевцов, Улдис Лиелдидж, Лидия Малюкова, Григорий Острин, Сергей Тихонов.



«Личное счастье» 1. серия



«Личное счастье» 2. серия



«Личное счастье» 3. серия



«Личное счастье» 4. серия



«Личное счастье» 5. серия
Телевизионная сага о семье Дорошиных. Действие происходит в военное и послевоенное время. Характерные черты семьи Дорошиных – трудолюбие, мужество и принципиальность. Павел Николаевич – ветеран войны, главный конструктор завода, Анастасия Михайловна – заведующая кафедрой университета, активная участница партизанского движения. Их старший сын Илья, санитарный врач, требует ликвидации одного из предприятий в центре города. Но военные преступники, скрывающиеся от возмездия, знают, что в подвале здания спрятаны архивы гестапо, и боятся, что документы могут быть обнаружены. Страшась разоблачения, они стремятся помешать Илье осуществить это мероприятие, пытаются оклеветать Дорошиных...
Читать далее...

в 1965 году в Швеции состоялась премьера художественного фильма «Семь самураев» (оригинальное название: 七人の侍 / Shichinin-no samurai; премьера в Финляндии 6 февраля 1959; премьера в Бельгии 23 марта 1956; премьера в Португалии 29 марта 1968; премьера в Москве 17 апреля 1988; премьера в Барселоне 20 апреля 1967; премьера в Токио 26 апреля 1954; премьера в в Греции 25 июня 1956; премьера в Дании 29 июня 1968; премьера в ФРГ 13 июля 1962; премьера в Лос-Анджелесе 17 июля 1956; премьера в Мадриде 19 июля 1967; премьера на Международном кинофестивале в Венеции 29 августа 1954; премьера в Нью-Йорке 19 ноября 1956; премьера во Франции 30 ноября 1955; премьера в Уругвае 3 декабря 1956). Производство: Toho Company, 1954. Режиссер: Акира Куросава. Сценаристы: Акира Куросава, Синобу Хасимото, Хидэо Огуни. Оператор: Асакадзу Накаи. Композитор: Фумио Хаядзака. Продюсер: Содзиро Мотоки. Актеры: Такаси Симура, Тосиро Мифунэ, Сейджи Миягучи, Минору Чиаки, Дайсуке Катё, Исао Кимура, Каматари Фудзивара, Йошио Косуги, Бокудзен Хидари, Йосио Цутия, Кокутэн Кодо, Эйдзирё Тоно, Китидзирё Уэда, Ацуси Ватанабе, Тораноскэ Огава, Ген Шимицу, Кейджи Сакакида, Синпэй Такаги, Шин Отомо, Мики Хаяши, Сатио Сакаи, Акира Тани, Харуо Накаджима, Икиро Чиба, Фумико Хонма, Минору Ито, Сенкичи Омура, Соити Хиросе, Шигео Като, Джанпей Натсуки, Мацуе Оно, Харуя Сакамото, Кацуо Сузуки, Торико Такахара, Ёсио Инаба, Кэйко Цусима, Джиро Кумагаи, Харуко Тояма, Дзюн Татара, Исао Ямагата, Тосио Такахара, Норико Сенгоку, Масанобу Ёкубо, Хидео Шибуя, Кодзи Уно, Хисайя Ито, Кодзи Ивамото, Акио Кусама, Тошико Накано, Акира Ямада, Тацуя Накадаи, Рен Ямамото, Кен Уцуи.

Захватывающий эпический фильм, самая знаменитая работа режиссера Акиро Куросавы. Крестьяне бедной деревушки зависят от милости бандитов, которые нападают на них, чтобы грабить и насиловать. Крестьяне принимают решение сразиться с ними и нанимают странствующего самураая, чтобы он спас их. Крестьяне в состоянии заплатить немного, лишь чашкой риса. Самурай Комбей из сострадания берется за эту работу. Он находит еще пятерых странников, готовых сражаться за еду или ради забавы. Жители деревни сначала с недоверием относятся к самураям, но со временем между ними возникают дружеские отношения. Смельчаки оказывают достойное сопротивление бандитам и прогоняют их.
Читать далее...

в 1944 году советские бомбардировщики Авиации дальнего действия совершили массированный налет на военнные заводы Будапешта. Летчики использовали 500-кг и 1000-кг бомбы. В промышленнных районах города наблюдались десятки пожаров, в том числе четыре пожара очень больших размеров. Много очагов огня замечено в северо-восточной части города - в районе газового завода, резиновой фабрики и вокзала. На железнодорожном узле Сату-Маре прямым попаданием бомб взорваны три эшелона с боеприпасами. Три дня спустя после бомбардировки Будапешта передовые части левого крыла 2-го Украинского фронта вступили на территорию Венгрии. Венгры дрались отчаянно, бои велись за каждый дом. К концу сентября советским войскам удалось расширить прорыв до 80 км, продвинуться от 5 до 20 км и овладеть городами Элек и Мако. Но на большее у них не хватало сил. Венгрия была одним из союзников Германии во Второй мировой войне. Венгерские войска воевали на юге, дошли до Сталинграда и там понесли огромные потери. Жители оккупированных территориий опасались венгров больше, чем немцев.
Читать далее...

в 1928 году в Ленинграде основан завод под названием «Артель Прогресс-Радио». Артель являлась единственной в то время, выпускающей детали для бурно развивающегося в СССР радиолюбительского движения. Организатором и первым техническим руководителем предприятия был Леонид Карлович Штукевич. Расширяя производственные площади и номенклатуру изделий, артель в 1930 году освоила и выпустила динамические громкоговорители, любительские выпрямители, простейшие ламповые радиоприемники. Наращивая свои производственные мощности и расширяя номенклатуру выпускаемого оборудования, завод приобретает широкую известность на территории нашей страны и стран ближнего зарубежья, под названием завод радиоизмерительной аппаратуры «Радист». К 1934 году организуется вполне законченный производственный цикл предприятия.В номенклатуру входят 2-х и 3-х ламповые приемники РПС-35, многоламповые супергетеродины СГ-6, радиолы Р-1 (впервые в выпускаемые в СССР - 1933 год) и т.д. В предвоенные 1940-1941 годы, по решению правительства, завод специализируется на выпуске телевизоров. Созданная на заводе лаборатория разработала высококачественную по техническому уровню того времени, модель телевизора - 17ТН-1. Этот телевизор является одним из первых электронных телевизоров. Во время Великой Отечественной войны на заводе производились УКВ-приемопередающие станции, миноискатели, ретрансляционные установки и др. изделия. Послевоенное развитие завода связано с созданием измерительной аппаратуры различного назначения 24 марта 1966 года заводу присвоено наименование "Измеритель". Завод является старейшим на территории России и СНГ предприятием по изготовлению универсальных приборов для контроля герметичности самых разнообразных объектов и изделий в масштабах серийного производства. Первый масс-спектрометрический гелиевый течеискатель ПТИ-1 появился в СССР в 1948 году на предприятии «Радист» (в будущем ОАО «Завод «Измеритель») благодаря советскому атомному проекту. Перед центральной заводской лабораторией была поставлена задача, в кратчайшие сроки создать прибор, позволяющий контролировать вакуумную плотность оборудования. Необходимость в данном течеискателе возникла в связи с начавшимися в стране разработками ядерного оружия. И одним из стратегически важных предприятий для этого проекта стал Уральский Электрохимический Комбинат (УЭХК), куда и была поставлена первая партия течеискателей. За внедрение этого прибора главному инженеру завода И.В.Мейзерову была присуждена Государственная премия. Во время освоения страной космического пространства все работы по контролю герметичности отдельных деталей и систем космических аппаратов проводились с использованием техники завода Измеритель. В рамках программы модернизации, ОАО «Завод «Измеритель», используя свою производственную и научную базу, за короткий период, разработал и приступил к серийному выпуску современных, полностью конкурентоспособных с зарубежными образцами, приборов. К этой работе был привлечен лучший научный потенциал Санкт-Петербурга, а финансовую поддержку оказали два крупных отечественных промышленных комплекса – Госкорпорация «Росатом» и Федеральное Космическое Агентство «Роскосмос». Завод располагает собственным конструкторским бюро и исследовательской лабораторией, в которой проводится постоянная работа над усовершенствованием уже существующего оборудования и проектируется вакуумной техника нового поколения. Мощный научно-производственный потенциал ОАО «Завода «Измеритель», высокий уровень подготовки сотрудников, многие из которых являются выпускниками и преподавателями ведущих вузов Санкт-Петербурга с научными степенями, богатые традиции, а также постоянные контакты с ведущими предприятиями-заказчиками – все это гарантия стабильной работы предприятия.
Читать далее...

в 420 году смерть в Вифлееме святого Иеронима (около 347), автора Вульгаты (латинского перевода Библии)

в 451 году римляне разбивают гуннов под предводительством Аттилы в Chalon-sur-Marne.

в 622 году переселение (хиджра) пророка Магомета и его сторонников из Мекки в Медину положил начало мусульманскому летоисчислению.


в 1066 году состоялась Битва при Фулфорде (Battle of Fulford) — сражение между армией короля Норвегии Харальда Сурового и североанглийским ополчением в период норвежского вторжения в Англию. Победа норвежцев в этой битве была достигнута ценой значительных потерь, что ослабило войска Харальда Сурового и способствовало краху последней попытки скандинавских викингов утвердиться в Англии.


в 1187 году войска султана Салах ад-Дина начали осаду Иерусалима. 2 октября 1187 года франки капитулировали. Для свободного выхода из города каждый мужчина - богатый или бедный - должен был заплатить за себя 10 золотых монет, женщина - пять, ребенок - две. По истечении 40 дней все неуплатившие стали рабами. Позднее султан согласился освободить 7000 бедняков за 30 000 монет, собранных патриархом среди зажиточных горожан, госпитальеров и тамплиеров. Еще 1500 пленных освободили «из уважения» к бывшему иерусалимскому правителю Бальану. На волю были отпущены также старики и дети. 5000 мужчин и женщин угнали на невольничьи рынки Египта и Сирии.

в 1246 году черниговский князь Михаил Всеволодович, отказавшийся исполнять языческие обряды, был убит в Золотой Орде по приказу хана Батыя.


в 1258 году освящен кафедральный собор в Солсбери - один из старейших и красивейших в Англии. Он строился 38 лет. Позже был воздвигнут церковный шпиль высотой 123 м - самый высокий в стране. Каждый год его посещают свыше 600 тысяч туристов со всего мира.
Читать далее...

2

Переносной транзисторный радиоприёмник 4-го класса "Атмосфера" Изготовитель: Воронежский радиозавод. Выпуск с I кв 1959 года.
Радиоприёмник выпускал и Грозненский радиотехнический завод. Радиоприёмник ''Атмосфера'' с 1959 года выпускал ещё и Ленинградский завод ''ТЭМП'' (точных электро-механических приборов). ''Атмосфера'' - это один из первых транзисторных приёмников переносного типа, выпускавшихся серийно отечественной радиопромышленностью. Модель на конвейере Воронежского радиозавода с января 1959 года. ''Атмосфера'' это супергетеродин, выполненный на полупроводниковых приборах. В нем 7 транзисторов типа П-402 и П-13А, а также полупроводниковый диод Д2В. Радиоприёмник рассчитан на работу в диапазонах ДВ 2000...723 м и СВ 577...187,5 м. Включение нужного диапазона производится одной из двух кнопок. Промежуточная частота приёмника - 465 кГц. Чувствительность 2,5...3 мВ/м. Избирательность по соседнему каналу 16...20 дБ. Полоса воспроизводимых звуковых частот 450...3000 Гц. Номинальная выходная мощность на громкоговорителе 0,5ГД-14 - 150 мВт, максимальная 400. Питание аппарата осуществляется от двух батарей типа КБС-Л-0,5, напряжением по 4,5 В каждая. Комплект обеспечивает непрерывную работу радиоприёмника при средней громкости в течении 60 часов. Относительная работоспособность модели сохраняется п ри снижении напряжения батарей до 6,3 В, при этом вдвое уменьшается чувствительность и выходная мощность, до 10-15% увеличиваются нелинейные искажения в звуковом тракте. Размеры радиоприёмника 220х160х70 мм. Масса 1,35 кг. Футляр модели изготовлен из цветной ударопрочной пластмассы - сополимера. Высокая чувствительность приёмника и его хорошая избирательность обеспечивает приём на магнитную антенну не только местных, но и большое количество отдаленных радиостанций. Цена модели с батареями 40 руб 25 коп. (1961)

1949
Салли Поттер (Sally Potter)
английский кинорежиссёр и сценарист. Фильмография: 1979 — Триллер / Thriller; 1980 — Лондонская история / London Story; 1983 — Золотоискательницы / The Gold Diggers; 1992 — Орландо / Orlando; 1997 — Урок танго / The Tango Lesson; 2000 — Человек, который плакал / The Man Who Cried; 2004 — Да / Yes; 2009 — Ярость / Rage; 2012 — Бомба / Ginger & Rosa; 2017 — Вечеринка. Награды: 1984 Премия Берлинского кинофестиваля — за фильм «Золотоискательницы»; 1992 Премии Международного кинофестиваля в Салониках (ФИПРЕССИ и «Золотой Александр») — за фильм «Орландо»; 1992 Премия Венецианского кинофестиваля — за фильм «Орландо»; 1993 Премия Каталонского международного кинофестиваля — за фильм «Орландо»; 1994 Премия «Независимый дух» — за фильм «Орландо»; 1997 Премия Международного кинофестиваля в Мар-дель-Плата — за фильм «Урок танго». Номинации: 2000 Премия Венецианского кинофестиваля — за фильм «Человек, который плакал»; 2005 Премия Международного кинофестиваля в Эмдене — за фильм «Да». Литература: Fowler C. Sally Potter : University of Illinois Press, 2008. — 168 p. — ISBN 978-0-252-03382-7; Mayer S. The Cinema of Sally Potter: A Politics of Love : Wallflower Press, 2009. — 224 p. — ISBN 978-1-905674-67-1.
Читать далее...

1937
Валентин Владимирович Семко
начальник отдела научно-исследовательского управления Государственного научно-исследовательского института аварийно-спасательного дела, водолазных и глубоководных работ Министерства обороны СССР, полковник медицинской службы. Родился в посёлке Клиново города Урицка, ныне – город Лигово администрации Санкт-Петербурга. Русский. В Военно-Морском Флоте с 1955 года. В июле 1961 года окончил факультет подготовки врачей для ВМФ Военно-медицинской академии имени С.М. Кирова, получив назначение на Северный флот (с 7 мая 1965 года – Краснознамённый Северный флот): с августа 1961 года по сентябрь 1962 года - начальник медицинской службы средних подводных лодок «С-232», «С-375» - с сентября 1962 года по июнь 1964 года, «С-197» - с июня 1964 года по февраль 1966 года и с июля 1966 года по октябрь 1967 года. В июле 1966 года окончил курсы усовершенствования медицинского состава Военно-медицинской академии имени С.М.Кирова. С октября 1967 года по сентябрь 1969 года военный медик Валентин Семко служил флагманским врачом бригады подводных лодок Краснознамённого Северного флота, а с сентября 1969 года продолжил службу в Государственном научно-исследовательском институте аварийно-спасательного дела, водолазных и глубоководных работ Министерства обороны СССР. В этом НИИ военный врач Семко занимал различные должности: с сентября 1969 года по январь 1970 года – старшего научного сотрудника 33-го отдела, затем до ноября 1973 года - 311-й лаборатории; с ноября 1973 года по март 1979 года был начальником той же лаборатории; с марта 1979 по апрель 1985 года – начальником 31-го отдела; с апреля 1985 года по январь 1987 года - начальник 21-го научно-исследовательского отдела; с января 1987 года по март 1988 года - начальник 33-го научно-исследовательского отдела; с марта 1988 по ноябрь 1993 года начальник отдела научно-исследовательского управления. В 1976 году В.В.Семко присвоено учёное звание «старший научный сотрудник». 12 июля 1979 года подполковнику медицинской службы Семко В.В. присвоено воинское звание «полковник медицинской службы». В 1984 году он защитил диссертацию на соискание учёной степени «доктор медицинских наук». С сентября по ноябрь 1991 года полковник медицинской службы Семко В.В. прошёл курсы усовершенствования на факультете переподготовки и повышения квалификации Военно-медицинской академии имени С.М.Кирова по циклу «Оксигенобаротерапия». В должности начальника медицинской службы врач-подводник В.В.Семко проводил большую работу по соблюдению на подводных лодках требований санитарии и гигиены. Он многократно участвовал в дальних походах, своевременно оказывая медицинскую помощь больным, приобрёл опыт хирургических операций в море. Подготовил и опубликовал две научные работы, связанные со службой на подводных лодках. В НИИ активно участвовал в разработке проблем тематики отделов и успешно руководил проведением большого комплекса физиологических и биохимических исследований по изучению вопросов длительного пребывания человека под повышенным давлением и обитаемости глубоководной техники. На основе современных научных методов лично выполнил значительный объём исследований. Результаты их нашли отражение в кандидатской (1973 год), а затем и в докторской (1984 год) диссертациях, защищённых В.В.Семко. В исследованиях по совершенствованию метода длительного пребывания для работ на глубинах до трёхсот метров В.В. Семко разработал способ «быстрой компрессии», который по¬зволил в экстренных случаях сократить время погружения водолазов с 10—12 часов до 30 минут с сохранением вполне удовлетворительной умственной и физической работоспособности водолазов. С 1971 по 1976 годы В.В.Семко – учёный секретарь секции Научно-технического совета, а с 1976 по 1979 годы – учёный секретарь Научно-технического совета Государственного на¬учно-исследовательского института аварийно-спасательного дела, водолазных и глубоководных работ Министерства обороны СССР. Являясь одним из ведущий специалистов СССР и Российской Федерации в области физиологии погружений методом длительного пребывания В.В. Семко создал основы собственной научной школы по вопросам специальной физиологии водолазных по¬гружений. Он возглавлял перспективное научное направление по освоению человеком глубины пятьсот метров. В процессе научных исследований В.В. Семко руководил уникальными экспериментальными спусками акванавтов на большие глубины различными методами. В ходе погружений была достигнута рекордная продолжительность пребывания акванавтов под повышенным давлением, соответствующим предельным глубинам погружений водолазов. Тем самым он внёс значительный вклад в совершенствование глубоководной водолазной техники, методов физиологических исследований человека. Указом Президента СССР от 24 января 1991 года за большой личный вклад в развитие медицинской науки, разработку новых высокоэффективных методов обеспечения жизнедеятельности человека в агрессивных экологических средах обитания полковнику медицинской службы Семко Валентину Владимировичу присвоено звание Героя Социалистического Труда с вручением ордена Ленина и золотой медали «Серп и Молот». 30 июля 1993 года В.В.Семко присвоено учёное звание «профессор» по специальности «Авиационная, космическая и морская медицина». Одним из выдающихся учёных В.В.Семко опубликовано большое количество научных статей в сборниках института, в журналах, включая и зарубежные издания. Он автор более двух сотен научных работ, одной монографии (в соавторстве); имеет двадцать семь авторских свидетельств и один патент на изобретение. С ноября 1993 года полковник медицинской службы Семко В.В. - в запасе. С апреля 1994 года он работал в 1-м Центральном научно-исследовательском институте Министерства обороны Российской Федерации. Умер 3 января 2007 года. Похоронен в Санкт-Петербурге на Ново-Волковском кладбище. Награждён орденом Ленина, «Знак Почёта», медалями. В 1997 году удостоен почётного звания «Заслуженный деятель науки».
Читать далее...

1924
Михаил Иванович Ступаков
командир расчета 2-й минометной роты 88-го гвардейского стрелкового полка (33-я гвардейская Севастопольская ордена Суворова стрелковая дивизия, 13-й гвардейский стрелковый корпус, 39-я армия, 3-й Белорусский фронт), гвардии старший сержант. Родился в деревне Гудовка ныне Суражского района Брянской области в крестьянской семье. Русский. Позже с родителями переехал в Сталинскую (ныне Донецкую) область (Украина). Окончил школу, 2 курса Донецкого горного техникума. В Красной Армии с сентября 1943 года. В действующей армии с октября 1943 года. Воевал на 4-м Украинском, 1-м Прибалтийском и 3-м Белорусском фронтах. Принимал участие в Крымской, Вильнюсской, Шауляйской, Мемельской и Восточно-Прусской наступательных операциях. На подступах к городу Севастополь в апреле 1944 года наводчик миномета гвардии красноармеец М.И.Ступаков точным огнем уничтожил пулеметный расчет противника, чем способствовал продвижению стрелковых подразделений. Приказом командира полка награжден медалью «За боевые заслуги». В июне 1944 года 33-я гвардейская стрелковая дивизия была передислоцирована в полосу 1-го Прибалтийского фронта и заняла оборонительные позиции. 18 августа 1944 года минометный расчет М.И.Ступакова поддерживал боевые действия 7-й стрелковой роты своего полка севернее города Кельме (ныне Шауляйский уезд, Литва). При отражении контратаки противника воины уничтожили пулеметную точку и до взвода живой силы врага. Приказом командира 33-й гвардейской стрелковой дивизии от 30 августа 1944 года гвардии красноармеец Ступаков Михаил Иванович награжден орденом Славы 3-й степени. В ходе Мемельской наступательной операции минометная рота поддерживала действия 3-го стрелкового батальона. М.И.Ступаков выполнял обязанности заряжающего. 5 октября 1944 года северо-восточнее города Кельме при овладении оборонительной позицией противника минометный расчет М.И.Ступакова уничтожил 2 пулеметные точки врага, способствуя успешной атаке батальона. Приказом командующего 2-й гвардейской армией от 26 ноября 1944 года гвардии младший сержант Ступаков Михаил Иванович награжден орденом Славы 2-й степени. В феврале и марте 1945 года 33-я гвардейская стрелковая дивизия принимала участие в ожесточенных боях с частями блокированной группировки немецких войск на Земландском (ныне Калининградский) полуострове. Наводчик миномета М.И.Ступаков, находясь в боевых порядках 3-го стрелкового батальона своего полка, вел огонь по огневым средствам и пехоте противника. За время боев с 26 февраля по 6 марта 1945 года минометчиками были уничтожены 4 пулеметных точки с расчетами, 3 повозки с боеприпасами, 15 немецких солдат. Приказом командира дивизии М.И.Ступаков был награжден орденом Красной Звезды. В ходе штурма города-крепости Кёнигсберг (ныне Калининград) с 6 по 10 апреля 1945 года командир минометного расчета М.И.Ступаков уверенно управлял своим расчетом, уничтожил 3 миномета и 4 пулеметные точки с их расчетами, до взвода живой силы противника, совместно с другими расчетами своей роты подавил огонь минометной батареи врага. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 29 июня 1945 года за образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом доблесть и мужество гвардии старший сержант Ступаков Михаил Иванович награжден орденом Славы 1-й степени. 26 апреля 1945 года расчет М.И.Ступакова принимал участие в морском десанте на косу Фриш-Нерунг (ныне Балтийская коса). Под заградительным огнем противника минометчики в числе первых высадились на берег и вступили в рукопашный бой. Огнем из автомата и гранатами М.И.Ступаков уничтожил 8 немецких солдат. После захвата небольшого плацдарма воины развернули миномет и открыли огонь по врагу. При отражении контратак противника и продвижении вперед они уничтожили 8 огневых точек врага. Приказом командира 11-го гвардейского стрелкового корпуса М.И.Ступаков был награжден орденом Отечественной войны 2-й степени. В июне 1945 года 33-я гвардейская стрелковая дивизия была передислоцирована в Монголию, где приступила к подготовке к боевым действиям. С 9 августа по 2 сентября 1945 года М.И.Ступаков в составе своего полка принимал участие в Хингано-Мукденской наступательной операции. В 1947 году демобилизован. Жил в городе Симферополь (республика Крым). Работал заведующим складом хлебокомбината. В 1949 году переехал в город Ясиноватая Донецкой области (Украина). В 1963 году окончил Донецкий техникум общественного питания. Работал директором комбината общественного питания Ясиноватского районного потребительского союза. Умер 30 мая 1971 года. Награжден орденами Отечественной войны 2-й степени (31 мая 1945), Красной Звезды (22 марта 1945), Славы 1-й (29 июня 1945), 2-й (26 ноября 1944) и 3-й (30 августа 1944) степеней, медалями, в том числе «За боевые заслуги» (21 мая 1944).
Читать далее...

1919
София Андреевна Лобко
звеньевая колхоза «Советская Белоруссия» Несвижского района Минской области, Белорусская ССР. Родилась в деревне Панкратовичи Клецкой волости оккупированного польской армией Слуцкого уезда Минской губернии, ныне в составе Зубковского сельсовета Клецкого района Минской области Белоруссии. Из бедной семьи крестьян. Белоруска. На долю семьи Софии выпали оккупация родной деревни войсками новообразованной Польской Республики в апреле 1919 — июле 1920 годов. Большой трагедией для них, как и для всех односельчан, явилась российско-польская война 1920 года. В июле Панкратовичи были освобождены войсками Красной Армии, после чего здесь была повторно установлена Советская власть. Через два месяца деревня была вновь занята польскими войсками и в ноябре 1920 года вошла в состав Несвижского повета Новогрудского воеводства Польши. Дальше были полуголодное детство, изнурительная подневольная работа на зажиточных хозяев. В детстве София смогла получить только начальное образование. С малых лет она была приучена к разным работам, рано начала помогать родителям управляться с хозяйством. Чтобы заработать для семьи пуд-другой хлеба, бралась за любую тяжёлую работу. В труде проявляла старательность и трудолюбие. В сентябре 1939 года произошло воссоединение западных земель Белоруссии с Белорусской ССР. С января следующего года Панкратовичи стали входить в состав Клецкого (в 1962—1966 годах — Несвижского) района Барановичской (с 1954 года — Минской) области. В годы Великой Отечественной войны София Андреевна пережила немецко-фашистскую оккупацию (1941—1944), стойко вынося тяготы военного времени вместе с родными. Уже после войны вышла замуж за фронтовика Михаила Ивановича Лобко и переехала на жительство в его родную деревню Кухчицы Щепичского (с 1954 года — Лисковичского) сельсовета. До 1950 года Лобко трудились в собственном хозяйстве, затем одними из первых вступили в местную сельскохозяйственную артель «Советская Белоруссия» (ныне — ОАО «Кухчицы»), поровну разделяя с односельчанами и трудности становления коллективного хозяйства, и первые успехи. Первое время София Андреевна была занята на разных работах в полеводстве. Легче назвать ту работу, которую не приходилось выполнять, чем ту, что доводилось. Не подразделялась она тогда для неё на мужскую и женскую, на выгодную и невыгодную. Дочь крестьянина, с детства познавшая истинную цену куску хлеба, С.А.Лобко знала одно — нужно работать: для жизненности первого коллективного хозяйства, для лучшего завтра. Хотя и трудно было — двое малолетних детей на руках, хозяйство. Другая в такой ситуации, может быть, и замкнулась бы в домашней «скорлупе», выждала бы, ссылаясь на объективные причины, лучших времён для участия в колхозном производстве. Но это не было в деятельном характере Софии Андреевны. Трудолюбивая, неунывающая, она заражала всех своей активностью, неутомимостью. И не случайно, когда в 1955 году формировались в колхозе специализированные звенья по выращиванию льна-долгунца, одной из первых записалась в звено Михалины Лембиевской. Тогда в 1950-х годах льноводство получило широкое распространение в сельском хозяйстве Белоруссии. При правильной экономической политике «льняные» миллионы позволяли в тяжёлых условиях послевоенного времени многим колхозам прочно становиться на ноги, приобретать финансовую независимость и тем самым содействовали укреплению материально-технической базы, развитию производства и улучшению благосостояния колхозников. В целях повышения урожайности и товарности выращивание «северного шёлка» было передано льноводческим звеньям, которым доводились конкретные задания, определялись меры материальной заинтересованности за конечные результаты. Работа в таком звене ещё больше укрепила в полеводке С.А.Лобко чувство ответственности, коллективности, постоянной заинтересованности в успехе общего дела. Именно эти качества позволили Софии Андреевне успешно пройти проверку временем, навсегда остаться верной делу льновода. А ведь немногие тогда связывали свою судьбу с выращиванием этой сложной по агротехнике культуры. Механизация отсутствовала, а работ по возделыванию льна — больше десяти, и все надо было пропустить сквозь свои руки. Только самоотверженный труд и доскональное знание агротехники позволяли добиваться существенных результатов. Приходили многие колхозницы в звено, но, поработав год-другой, возвращались на прежнее место работы, где спокойнее и где загруженность меньшая. Не искала лёгкого хлеба только Лобко, инициативная и вдумчивая работница, хороший организатор, осознавая, что льноводство стало её призванием. После пяти лет работы сменила подругу Михалину Лембиевскую на должности звеньевой. Та понимала, что София с её хваткой, с умением работать с людьми, с её подходом к делу, лучше справится, да и колхозное правление с этим живо согласилось. Желая в совершенстве овладеть профессией, немолодая уже звеньевая целеустремлённо занялась самообразованием, пошла учиться. По вечерам она посещала занятия в агрономическом кружке, знакомилась с публикациями в печати известных льноводов, учёных-агрономов. И учёба не была для неё пассивной — всё лучшее, полезное отбирала для дела, для практического применения в звене, внедряла всё новое, прогрессивное у себя на участке. Задавшись целью вырастить как можно больший с каждым годом урожай, звеньевая не знала усталости в труде и подруг настраивала на это. Она была полноправной хозяйкой льняного поля, умеющей и потребовать для него всё необходимое, и досмотреть его надлежащим образом. Добивалась того, чтобы колхозницы болели душой за судьбу урожая, качественно и своевременно проводили все агротехнические мероприятия, начиная с подготовки почвы к посеву и заканчивая уборкой урожая. Так, в короткий срок София Андреевна сумела в совершенстве овладеть мастерством выращивания «северного шёлка» — и это в условиях, когда все работы, даже самые трудоёмкие, выполнялись вручную. В период седьмой пятилетки (расширенной: 1959—1966) участок, который возделывало её звено, был самым лучшим в хозяйстве, непременно приносил богатые урожаи. Неоднократно льноводы во главе с С.А.Лобко выходили призёрами либо победителями ежегодного социалистического соревнования в районе. Их работу отличали высокая культура земледелия, своевременная уборка растений, ранний расстил и старательное двухразовое сортирование тресты. По шесть-семь центнеров льносемян и по девять-десять центнеров волокна они собирали ежегодно. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 30 апреля 1966 года за успехи, достигнутые в увеличении производства и заготовок льна, Лобко Софии Андреевне присвоено звание Героя Социалистического Труда с вручением ордена Ленина и золотой медали «Серп и Молот». София Андреевна неоднократно принимала участие в работе Выставки достижений народного хозяйства (ВДНХ) СССР и была награждена медалями и дипломами Главного выставочного комитета. На базе её передового звена была создана школа передового опыта. Неутомимая труженица по крупицам передавала молодым льноводам свой опыт, учила любить и ценить землю. Среди её учеников — десятки руководителей льноводческих звеньев района, с которыми она щедро делилась секретами мастерства. Многие из них стали вровень с наставницей, сами были отмечены высокими правительственными наградами, сами стали наставниками молодёжи. Все последующие годы София Андреевна подтверждала высокое звание передовой льноводки, ударно трудилась в период выполнения заданий восьмого и девятого (1966—1975) планов развития народного хозяйства. Избиралась депутатом местного Совета депутатов трудящихся. В 1974 году ушла на заслуженный отдых. Проживала в деревне (ныне — агрогородок) Кухчицы Лисковичского (с 1980 года — Кухчицкого) сельсовета Клецкого района Минской области. Умерла 15 сентября 1993 года. Награждена орденами Ленина (30 апреля 1966), медалями, в том числе одной золотой и двумя бронзовыми медалями ВДНХ СССР.
Читать далее...

1913
Леонтий Арсентьевич Черемнов
стрелок 299-го стрелкового полка 225-й стрелковой дивизии 52-й армии Волховского фронта, рядовой. Родился в селе Старая Тараба ныне Кытмановского района Алтайского края в крестьянской семье. Русский. Образование начальное. Работал в гужевой артели «Красный транспортник» Кузнецкстроя. В Красной Армии с 1941 года. На фронте в Великую Отечественную войну с августа 1942 года. Стрелок 299-го стрелкового полка (225-я стрелковая дивизия, 52-я армия, Волховский фронт) кандидат в члены ВКП(б) красноармеец Леонтий Черемнов в бою на левом берегу реки Волхов у Новгорода (ныне Великий Новгород) 29 января 1942 года при разведке позиций и системы огня противника, в критическую минуту боя вместе с И.С.Герасименко и А.С.Красиловым, спасая жизнь товарищей, своим телом закрыл амбразуру вражеского дзота. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 21 февраля 1944 года за образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецко-фашистским захватчиками и проявленные при этом мужество и героизм красноармейцу Черемнову Леонтию Арсентьевичу посмертно присвоено звание Героя Советского Союза. Награждён орденом Ленина. Памятники Герою установлены в Великом Новгороде и на месте подвига. Мемориальная доска - в Великом Новгороде. Его именем названы улицы в Великом Новгороде и Новокузнецке.
Читать далее...

1907
Николай Антонович Клочко
летчик-инспектор по технике пилотирования 276-й Гатчинской дважды Краснознаменной ордена Суворова бомбардировочной авиационной дивизии 1-й воздушной армии 3-го Белорусского фронта, майор. Родился в селе Воронеж ныне поселок городского типа Шосткинского района Сумской области Украины в семье рабочего. Украинец. Член ВКП(б)/КПСС с 1930 года. Окончив начальную школу, работал телефонно-телеграфным мастером шахты № 1 Чистяковского рудоуправления Донецкой области. В Красной Армии с 1929 года. В 1933 году окончил военно-авиационную школу летчиков и летнабов в городе Харькове. Участник советско-финляндской войны 1939-1940 годов. Участник Великой Отечественной войны с сентября 1941 года. Сражался на Ленинградском, Калининском и 3-м Белорусском фронтах. Несколько раз был ранен. Летчик-инспектор по технике пилотирования 276-й Гатчинской дважды Краснознаменной ордена Суворова бомбардировочной авиационной дивизии (1-я воздушная армия, 3-й Белорусский фронт) майор Николай Клочко совершил 192 боевых вылета на бомбардировку укрепленных узлов обороны, скоплений живой силы и техники противника, железнодорожных станций и аэродромов, нанес врагу большой урон. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 29 июня 1945 года за образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецко-фашистскими захватчиками и проявленные при этом мужество и героизм, майору Николаю Антоновичу Клочко присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали "Золотая Звезда" (№ 6352). После войны отважный летчик продолжал службу в ВВС СССР. В 1951 году окончил Высшие офицерские летно-тактические курсы. С 1954 года подполковник Н.А.Клочко — в запасе. Жил в городе-герое Ленинграде. Скончался 8 апреля 1981 года. Награжден орденом Ленина, четырьмя орденами Красного Знамени, орденами Александра Невского, Отечественной войны 1-й степени, двумя орденами Красной Звезды, медалями.
Читать далее...

1889
Болеслав Фридрихович Гриндлер
советский горный инженер, горноспасатель, учёный, выдающийся хозяйственник-организатор, один из основоположников горноспасательного дела в СССР. Родился в городе Полтаве в семье бухгалтера. В 1905 году был исключён из Полтавского реального училища за участие в политических беспорядках. В 1907 году поступил в Горловское горное училище, по окончании которого работал в Донбассе, а затем уехал на золотые прииски в Сибирь. В 1918 году вернулся в Донбасс, где в 1919 году возглавил Центральную спасательную станцию в Макеевке в качестве заведующего. С 1920 по 1926 год руководил восстановлением разрушенных спасательных станций Донбасса, расширением и модернизацией действующих и строительством новых станций. Благодаря его настойчивости в Донбассе были, в том числе, открыты Голубовская и Горловская спасательные станции. Одновременно Б.Ф.Гриндлер доставал оборудование, организовал научно-исследовательскую и практическую работу горноспасательных центров и станций, обучал кадры горноспасателей. Неоднократно участвовал в спасении людей и ликвидации катастроф в шахтах.

Д.Г.Левицкий и Б.Ф.Гриндлер (справа), 1916
«К 1920 году горноспасательное дело в СССР почти прекратило своё существование, и когда пришлось взятся за его восстановление в условиях совершенной разрухи и полного отсутствия каких бы то ни было средств и технических материалов, то никто из товарищей по работе не верил, что из этого что-нибудь выйдет». - Б.Ф.Гриндлер, «Пути развития горноспасательного дела в СССР». Доклад на 1-м Донецком съезде по безопасности горных работ, Горловка, 1925. Благодаря усилиям Б.Ф.Гриндлера, такое восстановление оказалось возможным. Горноспасательное дело было изъято из ведения рудоуправлений и шахт, остатки аппаратуры и запасных частей реквизированы и создана централизованная организация с единым управляющим органом. В то время подобной централиации горноспасательного дела не было ни в одной стране мира. Это позволило спасти горноспасательное дело СССР и вывести его на качественно иной уровень развития. В 1928 году, в числе многих других опытных руководителей угольной отрасли, был обвинен в связях с зарубежными подрывными центрами (Шахтинское дело). В 1930 году высылан из Донбасса в Казахстан. В 1930 году Б.Ф.Гриндлер назначен главным инженером треста «Казстройуголь» (позднее — трест «Карагандауголь»). Совместно с К.О.Горбачёвым, первым управляющим трестом и одним из первых организаторов угольной отрасли СССР, руководил развитием геологоразведочных и изыскательских работ в Карагандинском угольном бассейне, закладкой новых шахт, строительством рудничных дворов, постройкой надшахтных зданий, жилья для работников. В то же время он активно работал над созданием в Караганде горноспасательной службы. Благодаря его энергии и настойчивости, первая горноспасательная станция Карагандинского угольного бассейна вступила в строй 1 ноября 1932 года. В 1928 году Совет народных комиссаров РСФСР принял решение о создании Центральной спасательной станции в городе Ленинск-Кузнецкий — географическом центре будущего индустриального Кузбасса. Б.Ф.Гриндлер осуществлял консультацию этого проекта, поскольку был не только выдающимся горным инженером, но и имел ценный опыт организации оперативных работ по спасению людей и ликвидации аварий в шахтах. В 1932 году переведен в Кузбасс в связи с назначением Начальником военизированных горноспасательных частей Сибири и Дальневосточного края с базированием в городе Ленинск-Кузнецкий. Активно занимался становлением и развитием горноспасательного дела. Под его руководством, в 1934 году сдана в эксплуатацию Сибирская Центральная спасательная станция в городе Ленинск-Кузнецкий, которая по своим масштабам и техническим возможностям была одной из лучших в СССР и за рубежом. В 1932 году Б.Ф.Гриндлер организовал при районных спасательных станциях городов Анжеро-Судженск, Прокопьевск и Ленинск-Кузнецкий создание особых лабораторий, изучавших явление окисляемости углей и определявших степень самовозгораемости массивных пластов Кузбасса. В 1933 году организовал при районных горноспасательных станциях Сибири и Дальнего Востока особые психотехнические, физиологические и эргометрические лаборатории, которые инспектировали состояние здоровья кандидатов, поступающих на горноспасарельную службу, и регулярно контролировали их физическое состояние.

Гриндлер Б.Ф., Что нужно знать всем работающим в респираторе, 1932.
В 1934 году объединил все лаборатории, в том числе и особые, в единый научно-исследовательский отдел при вновь созданной инспекции ВГСЧ Сибири и Далекого Востока. Лично осуществлял руководство научно-исследовательскими работами. Несмотря на загруженность в своем непосредственном деле, создал в 1932—1934 годах Ленинск-Кузнецкую опытную станцию подземной газификации угля на пласте «Журинском». Автор множества статей, инструкций и наставлений по горноспасательному делу, в том числе известных пособий. Активно сотрудничал с вновь созданным «Сборником трудов и материалов по горноспасательному делу». Опубликованные им работы использовались для повышения уровня знаний горноспасателей и работников шахт и рудников СССР. 9 декабря 1937 года арестован в Кузбассе по обвинению в участии в контрреволюционной террористической организации. 14 марта 1938 года Военной коллегией Верховного суда СССР приговорён к расстрелу и в тот же день приговор приведён в исполнение. Место захоронения — Бутово-Коммунарка. 25 августа 1956 года определением Военной коллегии Верховного суда СССР реабилитирован. 6 ноября 1933 года за исключительно энергичную работу по горноспасательному делу награждён именным пистолетом. Литература: Золотой век МакНИИ: история создания, развития и становления (1907—2007)/под редакцией кандидата техннических наук О.М.Брюханова — Донецк: ТОВ «ВПП „Промiнь“», 2007—416 страниц : иллюстрации — ISBN 966-96743-4-1.
Читать далее...

1884
Дмитрий Михайлович Генкин
российский юрист, заслуженный деятель науки СССР (1945), доктор юридических наук (1940). Специалист в области гражданского права, исследователь проблем правовой науки. Родился в Калуге. В 1902 году поступил на медицинский факультет Московского университета, однако в 1904 году был исключён из него из-за участия в организации забастовок на фабриках и заводах в Москве и Орехово-Зуеве и ведение пропаганды среди солдат. В 1905—1909 годах обучался на юридическом факультете Московского университета. После окончания университета оставляется для подготовки к профессорскому званию. При этом он работает в Московском коммерческом институте (с которым он был связан до конца своих дней), где ведёт занятия по гражданскому праву. Подготовка магистерской диссертации в Московском университете была сорвана из за его ухода в 1911 году из университета в знак протеста против политики министра просвещения Кассо. Магистерские экзамены были им сданы в Казанском университете, по итогам которых он получает звание магистра и приват — доцента. В период с 1912 по 1914 годы в Лейпциге он готовит диссертационную работу на тему: «Относительная недействительность сделок», которая не была защищена, но при этом частично опубликована. В 1939 году защитил докторскую диссертацию на тему: «Правовое регулирование труда в промысловой кооперации», в которой много внимания уделил сущности трудового права и его соотношению с правом гражданским. В 1918 году он становится профессором и заведующим кафедрой гражданского права Московского института народного хозяйства, а в 1920—1923 годах уже ректором этого института. Одновременно он продолжает читать лекции по гражданскому, трудовому и кооперативному праву в МГУ и других высших учебных заведениях. Является консультантом правового отдела ВЦСПС, принимает участие в работе по созданию первого Трудового кодекса 1922 года. Будучи сторонником Октябрьской революции, Д.М.Генкин участвует в различных весьма значимых общественных мероприятиях. Так, он являлся детальным организатором образования рабочих масс. В 1917—1922 годах возглавляет Пречистенские рабочие курсы. После открытия 2 февраля 1919 года первого рабочего факультета при Московском коммерческом институте также стал его руководителем, подготовил Положение о рабочих факультетах. В период с 1921 по 1936 годы Д.М.Генкин работал в рамках системы промысловой кооперации, участвовал в нормотворческой работе в этой сфере, выпустил ряд книг и статей. С 1938 года работал во Всесоюзном институте юридических наук, в должности старшего научного сотрудника, а затем — заведующего сектором гражданского права. С его активным участием был разработан проект Гражданского кодекса СССР (впоследствии Основ гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик), подготовлены научные труды и учебники в области гражданского права. В 1941—1942 годах Д.М.Генкин состоял членом Верховного суда Башкирской АССР. В течение многих лет был членом, а затем председателем Внешнеторговой арбитражной комиссии. Последние 20 лет наряду с работой в Московском институте народного хозяйства имени Плеханова преподавал во Всесоюзной Академии внешней торговли. Д.М.Генкиным было написано около 200 работ различного профиля. Умер в Москве 24 января 1966 года. Д.М.Генкин был одним из инициаторов дискуссии о системе советского права и месте в нём гражданского права, в которой с довоенного периода до первой половины 50 годов его позиция менялась. Вначале он исходил из того, что право подлежит делению на отрасли «в зависимости от тех сторон общественной жизни, которые эти отрасли права призваны регулировать», а не от метода правового регулирования, так как особенности последнего, полагал Генкин, «относятся к надстроечным явлениям». Впоследствии он стал утверждать, что метод правового регулирования имущественных отношений, обусловливаемый предметом регулирования, выступает дополнительным критерием определения области гражданского права. И соответственно, в сферу гражданского права входят исключительно имущественные отношения, возникающие в связи с эквивалентным гражданским обменом, участники которых находятся в равном друг другу положении. Это отличает их от административно — правовых отношений, в которых одна сторона, как правило, подчинена другой. Имущественные отношения, связанные с иными общественными отношениями, не могут быть разделены и по этой причине регулируются другими отраслями права — трудовым, семейным, — утверждал Д.М.Генкин. Что же касается имущественных отношений, не находящихся прямо или косвенно под воздействием закона стоимости и принципа эквивалентности (например, земля, финансы), то они, по мнению Д.М.Генкина, регулируются не гражданским, а иными отраслями права. Рассуждая о появившейся в то время в литературе концепции хозяйственного права, отводящей гражданскому праву только сферу регулирования имущественных связей с участием граждан, он отметил, что сам факт заключения договоров между хозяйственными организациями на основе плановых актов, имеющих административно — правовой характер, не подтверждает того, что различные общественные отношения регулируются единой отраслью права, а говорит лишь о взаимосвязи различных отраслей права. В монографии «Право собственности в СССР» он выдвинул тезис о том, что право собственности не может быть охарактеризовано как присвоение, так как оно является не самим присвоением (производством), а его условием. Содержание право собственности, по взглядам Д.М.Генкина, включает в себя наряду с правомочием владения также правомочия пользования и распоряжения, которые как юридические факты необходимы для возникновения правоотношений, опосредующих процесс присвоения. В силу этого право собственности выявляет и статику и динамику производства, в то время как обязательственное право — только его динамику. Правомочия владения, пользования и распоряжения в социалистическом обществе в разных формах собственности различны, что означает перенесение при переходе права собственности лишь титула этого права, а не его содержания. Немалый интерес представляют взгляды Д.М.Генкина по проблеме соотношения права собственности государства и правомочий государственных организаций на закреплённое за ними имущество, которые, как и его позиции по некоторым иным вопросам, эволюционировали. Первоначально он отстаивал точку зрения о том, что правомочия владения, пользования и распоряжения, осуществляемые государственной организацией — юридическим лицом — по отношению к закреплённому за ней имуществу, являются формой деятельности государства в обороте, обусловленной действием в обществе закона стоимости. Государственные органы — юридические лица не могут обладать никакими правомочиями, не присущими самому государству, так как такое обладание в итоге могло бы привести к противопоставлению государственного органа государству. Затем, после принятия Основ гражданского законодательства 1961 года, признавших за организациями права владения, пользования и распоряжения имуществом на началах оперативного управления, Д.М.Генкин обращается к анализу юридической природы института оперативного управления. Право оперативного управления трактуется им как субъективное право, заключающееся в осуществлении субъектом принадлежащих ему правомочий, в частности правомочий организации по владению, пользованию и распоряжению закреплённым за ней имуществом. Право оперативного управления, так же как и право собственности, выступает абсолютным правом, но если правомочия собственника имеют независимый характер, то право оперативного управления производно и зависимо от права собственности. Воля организации, имеющей имущество на праве оперативного управления, в гражданских отношениях ограничивается волей образовавшего её собственника. Также если правомочия государства как собственника могут быть реализованы на основе норм различных отраслей права, то правомочия из права оперативного управления направлены преимущественно на осуществление гражданско — правовых отношений. Исследуя право личной собственности в СССР, он указывал на её потребительский характер и производность от социалистической собственности. При этом нормы гражданского права, очерчивающие пределы обладания имуществом гражданами, он трактовал не как ограничение, а как определение содержания права личной собственности. Немалую ценность представляет его классификация субъективных прав и суждения о природе права собственности. Все субъективные права делятся им на три группы. В первую входят те, которые возникают непосредственно из нормы права и существуют вне правоотношения (политические права). Во вторую те, которые хотя и возникают при наличии юридического факта, но существуют вне правоотношения (абсолютные права). Как абсолютное субъективное право Д.М.Генкин определял право собственности. И в третью группу им включались субъективные права, возникающие с наступлением юридического факта и существующие в правоотношении (относительные права, в том числе и право кредитора в обязательстве). Специфика абсолютных субъективных прав, в том числе права собственности, по мнению Д.М.Генкина, состоит в том, что в них право может быть одновременно и обязанностью, что невозможно в относительных субъективных правах. Разрабатывая вопрос о природе юридического лица, Д.М.Генкин отмечал, что юридическое лицо как социальная реальность не может отождествляться с коллективом. Он исходил из того, что внешнее единство юридического лица отнюдь не требует его внутреннего единства и различия в нём не должны влиять на вопрос о правосубъектности организации. Из этого вытекало, что юридическими лицами могут быть признаны и организации, собственность которых вовне выступает как единая, а внутри — как общая (долевая или совместная собственность). Обращаясь к проблеме ответственности за ущерб, причинённый неисполнением обязательств, Д.М.Генкин отмечал, что освобождение от ответственности, то есть признание, что ущерб произошёл не по вине должника, а в результате «случая» (казуса), должно основываться на объективном критерии — объективной мере заботливости, которую должник в данных конкретных условиях должен был проявить. Он предпринял попытку разграничить казус и непреодолимую силу на основе философского деления причинных связей на необходимые и случайные. Если казус означает отсутствие какой — либо вины (вина и казус находятся в ряду необходимой причинности), то непреодолимая сила связана с понятием случайной причинности. При этом, отмечал Д.М.Генкин, по мере познания и активного воздействия на природу человека «случайно-причинённое может оказаться впоследствии необходимо — причинным, а в связи с этим то, что в своё время считалось непреодолимой силой, может быть в дальнейшем отнесено к понятию простого случая или даже к вине». Значительное в научной деятельности Д.М.Генкина занимают исторические исследования. Так, его перу принадлежит глава в книге «История советского гражданского права», которую он посвятил истории законодательства о собственности. Он поделил её на две фазы, в первой из которых ещё сохраняются различные виды собственности, во второй — господствующим видом собственности уже признаётся социалистическая собственность. При этом вся история права собственности в СССР за отмеченный период распадается на следующие этапы: завоевание советской власти; Гражданская война и интервенция; переход на мирную работу по восстановлению народного хозяйства; социалистическая реконструкция народного хозяйства; период завершения строительства социалистического общества и проведения сталинской конституции; период Великой Отечественной войны и послевоенного социалистического строительства. Этап особенностей развития законодательства о собственности в период проведения Великой Октябрьской социалистической революции Д.М.Генкин видит прежде всего в национализации земли, недр, лесов и вод, крупной и средней промышленности, банков, транспорта, недвижимости в городах, некоторых торговых предприятий, установлении монополии внешней торговли и ряда важнейших отраслей внутренней торговли, установления контроля местных самоуправлений над городской торговлей, продовольствием и предметами первой необходимости, учёте этой торговли и руководства ею. Законодательство о собственности периода иностранной военной интервенции и Гражданской войны отличалось закреплением основ личной собственности граждан, имеющей целью удовлетворение личных потребительских нужд граждан, собственности, связанной с социалистической собственностью. Законодательство о собственности периода перехода на мирную работу по восстановлению народного хозяйства допустило в определённых пределах и под контролем государства капиталистическую частную собственность, но при этом сохранило государственную социалистическую собственность и заложило основы развития кооперативной собственности. Также в нормативных правовых актах было отражено единство фонда государственной социалистической собственности, принадлежность кооперативной социалистической собственности каждой кооперативной организации и постепенное превращение частной собственности граждан в личную собственность лишь на средства потребления. Законодательство о собственности в период социалистической реконструкции народного хозяйства было ориентировано на укрепление и дальнейшие права социалистической собственности в двух формах: государственной и кооперативно — колхозной и окончательное превращение права частной собственности граждан в право личной собственности граждан на средства потребления. Существенные изменения по сравнению с предыдущими этапами произошли в области права личной собственности. Так, фактически перестали действовать положения, отчасти допускавшие предпринимательскую частную собственность. Была запрещена организация магазинов и лавок, запрещена деятельность перекупщиков, исключена частная собственность в промышленности, ликвидирован кулак в сельском хозяйстве. Законодательство о собственности в период завершения строительства социалистического общества и проведения сталинской конституции основывается на закреплении социалистической собственности, имеющей формы либо государственной собственности, либо кооперативно-колхозной собственности, а также личной собственности граждан и личной собственности колхозного двора. Законодательство о собственности периода Великой Отечественной войны и послевоенного социалистического строительства в основном имело характер административно-плановых постановлений по перебазированию производства, созданию новых предприятий, регулированию производства и распределению продукции. Также была усилена ответственность за посягательство на социалистическую собственность. В частности, кроме уголовной была установлена повышенная материальная ответственность за хищения, недостачи и злоупотребления товарами. Д.М.Генкин вёл обширную работу по переводу иностранной цивилистической литературы. Совместно с И.Б.Новицким он подготовил русский перевод первого тома известного Курса германского гражданского права Л.Эннекцеруса (1949—1950). По его инициативе, под его редакцией и предисловиями вышли на русском языке «Сборник нормативных актов по гражданскому праву Болгарии» (1952) и учебник гражданского права ГДР (1959). Всего Д.М.Генкиным было написано около 200 работ различного профиля. Наиболее значимые из них: Сборник статей по гражданскому и торговому праву, Москва 1915; Вопросы гражданского и трудового права периода Великой Отечественной войны, Москва 1944; Некоторые вопросы теории права собственности, 1959; Советское гражданское право: Учебник для юридических школ, Москва 1950; Значение применения института юридического лица во внешнем и внутреннем товарообороте, Москва 1955; Право собственности в СССР , Москва 1961; Правовые вопросы хозяйственного расчёта государственных промышленных предприятий , Москва 1966; Судебная практика по гражданским делам в период войны , Москва 1943; Советское трудовое право, Москва 1946; Колхозное право, Москва 1947; История советского гражданского права 1917—1947, Москва 1949; Гражданское право стран народной демократии, Москва 1958. Читать далее...

1866
Федор Ипполитович Щербатской
русский и советский востоковед (буддолог, индолог и тибетолог академик Академии Наук СССР (1925; академик Российской Академии Наук с 1918). Один из основателей русской школы буддологии. Перевёл и издал ряд памятников санскритской и тибетской литературы. Почётный член научных обществ Великобритании, Германии, Франции. Родился в Кельце (Царство Польское), где в то время служил его отец. Учился в Царскосельской гимназии, которую закончил в 1884 г. Усадьба Щербатских находилась в деревне Лютка Лужского района Ленинградской области. В 1889 г. окончил историко-филологический факультет Санкт-Петербургского университета. Ученик И.П.Минаева. После защиты диссертации на тему «О двух рядах гортанных в индоевропейских языках» Щербатской был оставлен при университете для подготовки к профессуре по индологии. Был командирован за границу, где занимался индийской поэтикой (в Вене у Г.Бюлера) и философией (в Бонне у Г.Якоби). В 1893 г. возвратился в Россию. На некоторое время он отходит от научной деятельности и занимается общественной деятельностью — был земским гласным и уездным предводителем дворянства. В октябре 1899 года участвовал в работе 12-го международного конгресса ориенталистов в Риме, на котором было объявлено о нахождении древних буддийских рукописей в Синьцзяне. В 1901—1930 гг. является профессором Санкт-Петербургского (Ленинградского) университета. В 1905 г. был командирован в Ургу для переговоров с Далай-ламой XIII Тхубтэном Гьяцо. В 1910—1911 гг. совершает поездку в Индию. Посещает Бомбей, Пуну, Бенарес и Дарджилинг. С 1918 года - действительный член Российской Академии наук. В начале 1920-х годов работает в Англии, по заданию советской дипломатической миссии, с лордом Керзоном. В 1923 г. в Лондоне издается первая книга его большой "трилогии" по буддийской философии: "Центральная концепция буддизма и значение термина "Дхарма". В 1924 году научная поездка в Бурятию. В 1928—1930 гг. — директор Института буддийской культуры (ИНБУК). В 1930—1942 гг. — заведующий Индо-тибетским кабинетом Института востоковедения Академии Наук СССР. В 1937 году Щербатский подвергся резкой критике, а многие его ученики были репрессированы во время борьбы с идеализмом в востоковедении. В 1937 году участвует в организации приезда в СССР индийского буддолога Рахула Санкритьяяна, ставшего преподавателем в ЛГУ. В 1941 году после начала войны он в числе некоторых учёных был эвакуирован в посёлок Боровое (Акмолинская область, Казахская ССР), где умер 18 марта 1942 года. Труды по буддийской логике и философии. Опубликовал и ввел в научный оборот значительное число письменных памятников на санскрите и тибетском языке Вместе с С.Ф.Ольденбургом основал в 1897 г. международный научно-издательский проект «Bibliotheca Buddhica». Труды: Ф.И.Щербатской — автор свыше 60 работ, из них 6 монографий: Щербатской Ф.И. Центральная концепция буддизма и значение термина «дхарма» (перевод с английского Б.В.Семичова). // Ф.И.Щербатской. Избранные труды по буддизму. — Москва: Наука, 1988. — Страницы 112—198; Щербатской Ф.И. Концепция буддийской нирваны (перевод с английского Б.В.Семичова и А.Н.Зелинского).// Ф.И. Щербатской. Избранные труды по буддизму. — Москва: Наука, 1988. — Страницы 199—262; Щербатской Ф.И. Буддийская логика. тома 1-2 (перевод В.И.Рудого).// Ф.И.Щербатской. Избранные труды по буддизму. — Москва: Наука, 1988. — Страницы 54—111;Теория познания и логика по учению позднейших буддистов: Часть I. «Учебник логики» Дхармакирти с толкованием Дхармоттары. — Санкт-Петербург, 1903; Часть II. Источники и пределы познания. — Санкт-Петербург, 1909. Литература о Ф.И.Щербатском: Аникеев И. П. Выдающийся русский индолог Ф.И.Щербатской // Вестник истории мировой культуры. — 1958. — № 3; Федор Ипполитович Щербатской: (К столетию со дня рождения) // Народы Азии и Африки. 1966. № 6; Кальянов В.И. Академик Ф.И.Щербатской. Его жизнь и деятельность // Буддийская культура и буддизм. Сборник статей памяти академика Ф.И.Щербатского. Москва, 1972. Страницы 13-26; Шохин В.К. Федор Ипполитович Щербатской // Ф.И.Щербатской и его компаративистская философия; Сидорова Е.Г. Интерпретация буддизма средствами философской компаративистики: вклад Ф.И.Щербатского в формирование языка межкультурного диалога // Восток. Афро-Азиатские общества: история и современность. 2008. № 3. Страницы 47-57.
Читать далее...

1841
Анатолий Климович Вахнянин (украинское имя - Анатоль Вахнянин)
украинский политический деятель, композитор, журналист и педагог. Анатолий Вахнянин родился в селе Сенява, недалеко от Перемышля, Австрийская империя. С 1852 года он обучался в Перемышльской гимназии, с 1859 по 1863 год изучал теологию во Львовской Духовной семинарии, занимался литературной и музыкальной деятельностью. Некоторое время преподавал народное наречие в гимназии в Перемышле, затем переехал в Вену. Учась на философском факультете Венского университета, в 1867 году организовал и возглавил студенческое товарищество «Сечь». С 1867 года являлся редактором «Правды». По окончании университета в 1868 году вернулся во Львов, где продолжил педагогическую деятельность в Академической гимназии. В 1868 году стал одним из организаторов и первым главой товарищества «Просвита». В 1878—1879 годах являлся редактором издания «Письма з Просвіти», соредактором газеты «Діло». В 1870 году организовал музыкально-хоровое товарищество «Торбан». В 1885 году Вахнянин вместе с Юланом Романчуком организовал «народовскую» политическую организацию «Народная рада». Эта организация стала продвигать идеи «украинства», выступая в оппозиции к русофилам, которые считали себя русскими малороссами, и сторонникам «русинства», которые считали русинов самостоятельной национальностью. В 1890 году вместе с другими лидерами «народовцев» стал инициатором политики «новой эры». В этом же году Вахнянин и Романчук объявили с трибуны галицкого сейма, что народ, населяющий Галичину — это украинцы, и они не имеют ничего общего с русскими. С этого момента австрийские власти в Галиции начали проводить политику украинизации, началась борьба с русофильскими партиями и организациями. В 1894—1900 годах Вахнянин являлся депутатом Венского парламента. В 1903 году А.Вахнянин основал Высший музыкальный институт имени Н.Лысенко во Львове, и стал его первым директором. Также был основателем и руководителем «Союза певческих и музыкальных товариществ». Умер во Львове, Австро-Венгерская империя, 11 февраля 1908 года, похоронен на Лычаковском кладбище. Произведения: А.Вахнянин является автором оперы «Купало», музыки к драмам Т.Шевченко «Назар Стодоля», Ф.Заревича «Бондарівна», хоров, песен, а также литературных произведений «Три тополя», «Рассказы и юморески» (1902), «Воспоминания о жизни» (1908), школьных учебников.
Читать далее...

1803
Мария Тереза Фернанда Фелицитас Гаэтана Пия Савойская (итальянское имя - Maria Teresa Fernanda Felicitas Gaetana Pia di Savoia)
принцесса Савойского дома, дочь сардинского короля Виктора Эммануила I, жена пармского герцога Карла II. Дама ордена Королевы Марии Луизы. Мария Тереза Савойская родилась в палаццо Колонна в Риме. Она была дочерью Виктора Эммануила I, короля Сардинии от Марии Терезы Австрийской. Вместе с ней родилась сестра-близнец, Мария Анна Савойская, будущая императрица Австрии. Обе принцессы были крещены римским папой Пием VII. Крёстными родителями девочек стали дедушка и бабушка по линии матери, эрцгерцог Фердинанд Австрийский и Мария Беатриче Моденская, герцогиня Массы и Каррары. За пять лет до её рождения владения Савойского дома на континенте были аннексированы Францией и монаршая семья была вынуждена отправиться в изгнание сначала во Флоренцию, затем в Рим. Когда в 1806 году армия Франции вторглась в Папскую область, они перебрались на Сардинию. В королевском дворце в Кальяри прошло детство Марии Терезы Савойской. Она получила хорошее домашнее образование под руководством гувернантки Джованны Баттисты Терци. Воспитывалась в духе католического благочестия. Пережив тяжёлое заболевание, думала постричься в монахини, но не решилась. В 1815 году, после возвращения Савойской династии владений на континенте по итогам Венского конгресса, вместе с матерью и сёстрами покинула Кальяри и прибыла в порт Генуи, откуда приехала в Турин, где их уже ждал отец. В 1819 году Мария Тереза Савойская была обручена с Карлом Людовиком Бурбон-Пармским. 15 августа 1820 года в Турине на вилле Реале был заключён брак по доверенности. Жениха представлял Карл Феликс Савойский, герцог Генуи. Вскоре Мария Тереза Савойская выехала во Виареджо, где её встретил муж, и 7 сентября 1820 года они прибыли ко двору его матери, герцогини Лукки. Брак был династическим. Супруги не имели общих интересов. Мария Тереза Савойская была религиозной женщиной, светским членом Ордена покаяния святого Доминика. Карл Людовик Бурбон-Пармский, красавец со взбалмошным характером, молитвам предпочитал развлечения и путешествия. Большую часть супружеской жизни они прожили вдалеке друг от друга. В их браке родились дочь и сын, но выжил только сын, дочь умерла в младенчестве. После смерти авторитарной свекрови 13 марта 1824 года Карл Людовик Бурбон-Пармский стал герцогом Лукки под именем Карла I, и она получила титул герцогини Лукки. Испытания в личной жизни, бесконечные путешествия вместе с мужем по городам Европы расшатали нервную систему Марии Терезы Савойской. С 1833 года она перестала сопровождать супруга в его поездках и поселилась на вилле в Пьяноре. Карл Людовик Бурбон-Пармский отправил их сына получать образование в Германию и Австрию. Симпатизировавший протестантизму, он не желал воспитывать сына в духе католического благочестия. В 1838 году герцогиня переехала на виллу в Сан-Мартино-ин-Виньяле. В сентябре 1847 года из-за революционных волнений она переехала сначала в Массу, затем в Геную, где её встретил двоюродный брат Карл Альберт Савойский, новый король Сардинии.т 17 декабря 1847 года после смерти жены Наполеона I, бывшей императрицы Мария Луизы Австрийской, в соответствии с решением Венского конгресса, Карл I обменял герцогство Лукку на герцогство Пармы и Пьяченцы и стал сувереном последнего под именем Карла II, а Мария Тереза Савойская получила титул герцогини Пармы и Пьяченцы. Во время революции 1848 года, когда её муж был вынужден принять условия временного правительства, она переехала к родственникам в Турин. После восстановления власти Карла II в 1849 году переехала сначала в Массу, затем в Лукку и, наконец, снова поселилась на вилле в Пьяноре. В марте 1849 года Карло II отрекся от трона в пользу сына Карла Фердинанда, ставшего новым герцогом Пармы и Пьяченцы под именем Карла III. С этого времени Мария Тереза Савойская носила титул графини Виллафранка. Мария Тереза Савойская жила на вилле во Виареджо до трагической смерти сына. В 1854 году Карл III был убит карбонарием. Затем она переехала на виллу в Сан-Мартино-ин-Виньяле под Луккой. Здесь Мария Тереза Савойская вела весьма замкнутый образ жизни, принимала только духовника, которому в 1855 году передала свои мемуары. В 1857 году в монастыре доминиканцев в Лукке была на тайной аудиенции у римского папы блаженного Пия IX, посетившего город. В последние годы жизни страдала прогрессирующим атеросклерозом сосудов головного мозга. Мария Тереза Савойская умерла на вилле в Сан-Мартино-ин-Виньяле 16 июля 1879 года. После панихиды в соборе Святого Мартина (по другой версии в церкви Святого Романа) в Лукке, согласно завещанию, её похоронили в одеянии светского члена Ордена покаяния святого Доминика в капелле доминиканцев на кладбище Верано в Риме. В Турине 15 августа 1820 года по доверенности был заключён брак между Марией Терезой Савойской, принцессой Сардинии и Карлом Людовиком Бурбон-Пармским (22 декабря 1799 — 16.4.1883), инфантом Испании, герцогом Лукки под именем Карла I, бывшим королём Этрурии под именем Людовика II и будущим герцогом Пармы и Пьяченцы под именем Карла II, сыном Людовика I, короля Этрурии и Марии Луизы Испанской, инфанты Испании и герцогини Лукки. Свадебные торжества длились до 5 сентября 1820 года. В этом браке родились двое детей: принцесса Луиза Франциска Бурбон-Пармская (29 октября 1821 — 8 сентября 1823), инфанта Испании, умерла в младенческом возрасте; принц Карл Фердинанд Бурбон-Пармский (14 января 1823 — 27 марта 1854), инфант Испании, герцог Пармы и Пьяченцы под именем Карла III, женился на принцессе Луизе Марии Французской (21 сентября 1819 — 1 февраля 1864). Титул Марии Терезы после замужества: инфанта Испании, герцогиня Лукки (13 марта 1824 — 18 декабря 1847), герцогиня Пармы и Пьяченцы (18 декабря 1847 — 17 мая 1849), графиня Виллафранка (17 мая 1849 — 16 июля 1879). Некоторыми якобитами рассматривается как королева Шотландии под именем Марии II и королева Англии, Ирландии и Франции под именем Марии III, так, как её старшая сестра Мария Беатриче Савойская вступила в брак с дядей по линии матери Франциском IV, герцогом Модены и Реджо. Однако брак старшей сестры был разрешён Святым Престолом, поэтому большая часть якобитов не признаёт эти претензии. Литература: Real Academia Matritense de Heráldica y Genealogía. Anales de la Real Academia Matritense de Heráldica y Genealogía : Madrid : RAMHG, 2008. — P. 377–378. — 497 p.
Читать далее...

1783
Елизавета Михайловна Хитрово (графиня Тизенгаузен, урождённая - Голенищева-Кутузова)
дочь Михаила Илларионовича Кутузова, подруга А.С.Пушкина. Хозяйка известного петербургского салона. Елизавета Михайловна (Элиза, Лизанька) была третьей дочерью Михаила Илларионовича Кутузова (1745—1813) и Екатерины Ильиничны, урождённой Бибиковой (1754—1824). Получила обычное для барышень того времени домашнее образование. После длительного отсутствия, вернулась в Петербург в 1826 году вместе с дочерью Екатериной. Позднее (1829) к ним присоединилась вторая дочь Елизаветы Михайловны — Доротея (Дарья) и её муж, австрийский посланник граф Шарль-Луи Фикельмон (1777—1857). Елизавета Михайловна держала свой салон, который стал своеобразным центром интеллектуальной жизни. Его посещали Пушкин, Жуковский, Вяземский. П.А.Вяземский вспоминал о Е.М.Хитрово: «В летописях петербургского общежития имя её осталось так же незаменимо, как было оно привлекательно в течение многих лет. Утра её (впрочем продолжавшиеся от часа до четырёх пополудни) и вечера дочери её, графини Фикельмонт, неизгладимо врезаны в памяти тех, кто имел счастье в них участвовать». Предметом бесконечных шуток высшего света было увлечение Елизаветы Михайловны не по возрасту открытыми туалетами. За страсть Хитрово к декольте в одной из эпиграмм была названа «Лизой голенькой». Но подтрунивая над странностями Элизы, друзья всегда относились к ней с глубокой симпатией за доброту, искренность и широту души. Скончалась Елизавета Михайловна 3 мая 1839 года, похоронена в Александро-Невской Лавре. На её могиле было установлено надгробие, заказанное дочерьми у итальянского скульптора Винченцо Леви. 6 июня 1802 года Елизавета Михайловна вышла замуж за флигель-адъютанта отца, Фердинанда из графского рода Тизенгаузенов. На русский манер её супруг назывался Фёдором Ивановичем. Свадьба состоялась в Павловской дворцовой церкви в присутствии вдовствующей императрицы Марии Фёдоровны, у которой Елизавета Михайловна была фрейлиной. В письме к дочери в 1803 году (вскоре после рождения внучки Екатерины) Кутузов писал: «Итак ты — мать, дорогая Лиза. Люби своих детей, как я люблю моих — этого довольно… Ежели быть у меня сыну, то не хотел бы иметь другого как Фердинанд.» Брак не был долгим: 2 декабря 1805 года в сражении при Аустерлице, подняв солдат в атаку, Фердинанд Тизенгаузен был тяжело ранен, пленён и скончался через несколько дней. Елизавета Михайловна тяжело переживала потерю. В двадцать два года она осталась вдовой с двумя дочерьми. Любящий отец пишет: «Лизанька, мой друг сердечный, у тебя детки маленькие, я лучший твой друг и матушка; побереги себя для них.» 27 мая 1807 года Михаил Илларионович вновь обращается к дочери, которая, видимо, находилась на грани самоубийства: «Лизанька, решаюсь наконец, тебя пожурить: ты мне рассказываешь о разговоре с маленькой Катенькой, где ей объявляешь о дальнем путешествии, которое ты намереваешься предпринять и которое все мы предпримем, но желать не смеем, тем более, когда имеем существа, привязывающие нас к жизни …» Лишь в августе 1811 года Елизавета вышла замуж вторично за генерала Николая Фёдоровича Хитрово, назначенного в 1815 году временным поверенным в делах России во Флоренции. Вместе с мужем отправилась и Елизавета Михайловна с дочерьми. Вскоре они уже обладали обширными связями. Меттерних, видевший их во время работы конгресса в Лайбахе писал жене: «Мадам Хитрово находится здесь вместе с обеими своими очаровательными дочерьми. Мы все влюблены в этих молодых особ…» За ними закрепилось прозвище «любезное Трио». Супруг Елизаветы Михайловны генерал-майор Н. Ф. Хитрово был поверенным в делах при Тосканском дворе (1813—1817). Её сестра Анна Михайловна была замужем за родственником и тёзкой мужа Елизаветы — Николаем Захаровичем Хитрово. Возможно, в 1817 году, муж Елизаветы Михайловны впал в немилость из-за своих неумеренных трат: он жил на широкую ногу и занимался коллекционированием, составив прекрасное собрание античных ваз и гемм. Должность Хитрово была упразднена, а самому ему было поставлено условие для получения пенсии оставаться в Тоскане. По свидетельству Ф.Г.Головкина, Хитрово переносил «своё несчастие мужественно <…> Он всё продаёт и рассчитывается со своими кредиторами; своё хозяйство он упразднил и нанял маленькую квартирку». Второй брак Елизаветы Михайловны тоже был коротким: 19 мая 1819 года Николай Хитрово, не отличавшийся крепким здоровьем, умер. Елизавета Михайловна по-прежнему жила во Флоренции, в 1820 году совершила путешествие в Неаполь с дочерьми, а позднее — поездку в Центральную Европу. Среди личных друзей семьи Хитрово были прусский король Фридрих-Вильгельм III (одно время ухаживавший за старшей дочерью Елизаветы Михайловны Екатериной), будущий бельгийский король Леопольд и многие другие члены владетельных европейских домов. В 1823 году Елизавета Михайловна с дочерьми совершила поездку в Петербург. Оставшись после смерти второго мужа в тяжёлом материальном положении, Хитрово надеялась выхлопотать пенсию. При дворе она была принята необычайно благосклонно. По словам французского дипломата Шарля де Флао, она получила пенсию «в семь тысяч рублей» и земли в Бессарабии. Дети от первого брака с графом Фердинандом Тизенгаузеном (1782—1805): Екатерина, фрейлина (1803—1888) — не замужем; Дарья (1804—1863) — с 1821 года супруга Шарля-Луи Фикельмона (1777—1857). Знакомство Елизаветы Михайловны с Александром Пушкиным состоялось летом 1827 года и вскоре переросло в крепкую дружбу. Она исправно снабжала поэта новостями о культурной жизни Европы, литературными новинками и новостями о политических событиях. Пушкин писал: «Возвратившись в Москву, сударыня, нашёл у княгини Долгорукой пакет от Вас, — французские газеты и трагедию Дюма, — всё это было новостью для меня, несчастного зачумлённого нижегородца.» 21 января 1831 года поэт сообщает с благодарностью: «Ваши письма — единственный луч, проникающий ко мне из Европы.» Хотя отношения Элизы и поэта не были безоблачными. Будучи старше поэта на шестнадцать лет и не имея шансов на какое-либо ответное чувство, Елизавета Михайловна окружила Пушкина прямо-таки материнской заботой, которой тот часто откровенно тяготился. Пушкин писал своему другу Вяземскому: «…… а она преследует меня и здесь письмами и посылками. Избавь меня от Пентефреихи.» Впрочем, П.Вяземский в письме жене жаловался: «Скажи Пушкину, что он плут. Тебе говорит о своей досаде, жалуется на Эрминию (прозвище Елизаветы Михайловны), а сам к ней пишет … Я на днях видел у неё письмо от него. Не прочёл, но прочёл на лице её, что она довольна.» Муж приятельницы Пушкина Александры Смирновой-Россет, дипломат Н.М.Смирнов, также отмечал: «Он никогда не мог решиться огорчить её, оттолкнув от себя, хотя, смеясь, бросал в огонь, не читая, её еженедельные записки.» И сам поэт, отвечая на письмо Элизы, в котором та переживает по поводу его помолвки с Натали Гончаровой, сообщает: «Поверьте, что я останусь всегда самым искренним поклонником Вашего очарования, столь простого, Вашего разговора, столь приветливого и столь увлекательного. хотя Вы имеете несчастье быть самой блестящей из наших светских дам.» В 1925 году в библиотеке Юсуповского дворца были обнаружены двадцать семь писем Пушкина к Е.Хитрово. Литература: Неверов О. Коллекции семьи Хитрово. // Наше наследие. — 1990. — № 6 (18). — Стрницы 41—46; иллюстрации; Раевский Н.А.. Избранное. — Москва: Художественная литература, 1978. — Страницы 52—342.
Читать далее...

1765
Василий Михайлович Севергин (латинское имя - Basilio Sewergin; французское имя - Basile Severgyne или B.Severguine)
российский химик, минералог, геолог, академик Императорской академии наук (1793). В.М.Севергин, родившийся в Санкт-Петербурге в год смерти М.В.Ломоносова, стал продолжателем его идей. 37 лет состоял на службе при Академии, с именем химика и минералога В.М.Севергина было связано зарождение и развитие геологических и химических знаний в России. Родился в семье придворного вольноотпущенного музыканта. Н.М.Карамзин писал, что род Севергиных крестьянский и приводил сведения об этимологический связи его фамилии с именем казачьего атамана 16 века Северги. Родился в Санкт-Петербурге. Получил домашнее обучение российской грамоте и живописи, а также начальные знания латинского, французского и немецкого языков. В 11 лет в сентябре 1776 года поступил в Академическую гимназию сразу в отделение «взрослых гимназистов». Им были изучены: латынь, логика, геометрия, тригонометрия, механика, физика, химия, горное дело, минералогия. В 1782 году по рекомендации руководителя гимназии И.И.Лепёхина за «успехи в учении» он был переведён на казённое содержание. В 19 лет 1784 году окончил курс гимназии и был принят в Академический университет. В 1785 году по рекомендации директора Академии Е.Р.Дашковой и академика И.И.Лепехина в 1785 г. В.М.Севергин был послан «за науками» в немецкий Университет Гёттингена. Три года он успешно осваивал минералогию, горное дело, химию, физику и географию под руководством профессора химии И.Ф.Гмелина. В 1789 году вернулся в Санкт-Петербург и на отлично сдал экзамены: по химии и минералогии — И.И.Георги; по физике и химии — Л.Ю.Крафту; по ботанике − И.И.Лепехину; по зоологии и анатомии — П.С.Палласу. Кроме того, он представил в Академию диссертации: О природе различных щелочных солей — положительный отзыв от академиков И.Георги и Н.Соколова; О свойствах и образовании базальта — работа для получения звания академика адъюнкта, положительный отзыв П.Палласа. В 1789 году, был избран адъюнктом Академии наук по кафедре минералогии, а в 1793 году возведён в звание академика и профессора минералогии Академии наук. Умер в Санкт-Петербурге 29 ноября 1826 года.

Цитата из В.М.Севергина, выбитая в граните: «Минералогия есть часть естественной истории, которая научает нас познавать ископаемые тела, то есть отличать оныя от всех других тел по существенным их признакам, знать их свойства, месторождения, пользу и все отношения их как между собою, так и к другим телам». Минералогический музей имени А.Е.Ферсмана Российской Академии Наук.
Главной задачей минералога и вообще натуралиста В.М.Севергин считал строгую точность в наблюдениях и описаниях с уклонением от произвольных теорий. Многочисленные мемуары и статьи Севергина написаны по-русски и лишь некоторые из них по-латыни и по-французски. В статьях излагаются предметы, относящиеся к области минералогии, физики, химии, физики Земли, технологии сельского хозяйства. В них он высказывал мысль о тесной связи минералогии с химией. В трудах Севергин следовал Р-Ж.Гаюи в минералогии и Лавуазье — в химии. Он содействовал образованию и обогащению русской научной терминологии: ему, например, принадлежит термин «окисление». Кроме научно-литературных трудов М.В.Севергин способствовал распространению научных знаний с помощью публичных лекций, прочитанных им в конце 1790-х годов. В 1798 году В.М.Севергин разделил горы на: Первородные (например, гранитные горы); Второго происхождения (глинистые слоистые горы); Третьего происхождения (известковые горы с окаменелостями); Четвёртого образования (песчаные горы и холмы) — что можно считать началом четвертичной геологии; В 1798 году В.М.Севергин открыл закономерности совместного нахождения некоторых минералов в одном месторождении, которое он назвал «смежностью» минералов (современный термин — Парагенезис). Принял теорию кристаллографии Р.Гаюи и излагал её в своих трудах. Создал первую геологическую номенклатуру на русском языке, и ввёл термины описывающие свойства минералов, например: блеск минерала, гибкость минерала, цвет черты и пр. Свёл эти данные в толковых словарях. В.М.Севергин был сторонником новых идей французского химика А.Л.Лавуазье повторил и описал многие его опыты. Создал первую русскоязычную Химическую номенклатуру и химические словари. Описал и усовершенствовал химические технологии, например, Порохового дела — получения серы из серного колчедана и селитры в перегнойных ямах. В начале XIX века он совершил три экспедиции по России, во время которых главное внимание уделил минералогии. В 1802 году академик побывал в Белоруссии. В 1803 году посетил Северное Приладожье, описал этнический состав населения, месторождения железной руды, мрамора, привёл краткий русско-финский словарь топонимов. Результаты этой экспедиции изложены в книге «Обозрение российской Финляндии» (1805). Севергиным были опубликованы «Записки путешествия по западным провинциям российского государства», в которых наряду с минералогическими и почвенными сведениями включены описания растительности, а в конце книги помещена «Flora Grodnensis», или «Роспись растениям, произрастающм в окрестностях г. Гродно, собранным Жилибером и расположенным по системе Линнея». Севергин В.М. — один из организаторов Санкт-Петербургского минералогического общества в 1817 году. Членство в организациях: 1789 — Адъюнкт Императорской академии наук и художеств в Санкт-Петербурге по кафедре минералогии, избран (26 июля); 1791 — Императорское Вольное экономическое общество. Секретарь общества в 1797—1798 годах; 1795 — Действительный член Российской академии; 1795 — Член-корреспондент Гёттингенсого учёного общества; 1798 — Общество земледелия в Лондоне; 1799 — Минералогическое общество в Йене; 1801 — Стокгольмская Академия наук. Именем В.М.Севергина названы: минерал севергинит — разновидность манганаксинита; Вулкан Севергина или Пик Севергина (Большая Курильская гряда); Пролив Севергина (Охотское море); Бухта Севергина (остров Харимкотан); улица Севергина в Горловке (Украина). В.М.Севергин публиковался в «Новых ежемесячных сочинениях» и «Трудах вольного экономического общества». Был главным редактором издававшегося с 1804 года Академией наук «Технологического журнала», который в 1816 году был переименован в «Продолжение технологического журнала». Ему принадлежит ряд переводов с иностранных языков: так, он перевёл «Химический словарь» Луи-Каде (4 тома, 1810—1813), «Ботанику» Жилибера (3 тома), «Химические основания ремесел и заводов» Иоганна Гмелина (2 тома, 1803), «Начальные основания физики» Кузена (1800) и других. При переводе он делал различные добавления на основании новейших открытий. Кроме того, он давал критическую оценку трудов и воззрений иностранных авторов, делал добавления в сведениях, касающихся России. Принимал также участие, по поручению академии, в переводе сочинения Иоанна Зульцера «Allgemeine Theorie der schönen Künste», долго считавшегося образцовым в области эстетики и теории словесности, и в переводе «Путешествия скифа Анахарсиса» Жан-Жака Бартелеми. Он же написал два похвальных слова: одно, посвященное Кузьме Минину и Дмитрию Пожарскому (Санкт-Петербург, 1807), другое — М.В.Ломоносову (Санкт-Петербург, 1805). Им были опубликованы словари — Минералогический (1801, 1807), Химический (1810) и Толковый словарь научных терминов (1815). Первую библиографию В.М.Севергина опубликовал М.И.Сухомлинов в «Истории Российской Академии» в 1878 году. В.М.Севергин опубликовал 100 работ по химии и 92 работы по минералогии. Основные работы: «Начальные основания естественной истории» («Царство ископаемых», 2 тома, Санкт-Петербург, 1791; «Царство произрастений», 3 тома, Санкт-Петербург, 1794); «Первые основания минералогии, или естественной истории ископаемых тел» (2 тома, 1798); «Пробирное искусство, или руководство к химическому испытанию металлических руд» (1801); «Способ испытывать минеральные воды» (Санкт-Петербург, 1800); «Способ испытывать чистоту и неподложность химических произведений лекарственных» (ib., 1800); «Записки путешествия по западным провинциям российского государства» (1803); «Продолжение записок и т. д.» (1804); «Обозрение российской Финляндии» (1805); «Подробный словарь минералогический, содержащий в себе подробное изъяснение всех в минералогии употребительных слов и названий, также все в науке сей учиненные новейшие открытия» В 2 томах. Санкт-Петербург: типография ИАН, 1807. Том 1., Tом 2; «Опыт минералогического землеописания российского государства» (2 тома, 1809); «Руководство к удобнейшему разумению химических книг иностранных, заключающее в себе химические словари: латинско-российский, франц.-российский и немецко-российский» (1816); «Новая система минералов, основанная на наружных отличительных признаках» (Санкт-Петербург, 1816); Гай Плиний Старший. Естественная история ископаемых тел / перевод и примечания В.М.Севергина. — Санкт-Петербург: Императорская академия наук, 1819. — 364 страницы. Литература: Ушакова Н.Н., Фигурновский Н.А. Василий Михайлович Севергин: (1765—1826) / Редактор И.И.Шафрановский. Москва: Наука, 1981. 160 страниц (Научно-биографическая серия). Тираж 13800; Пименов В.В., Эпштейн Е.М. Русские исследователи Карелии (XVIII век). — Петрозаводск, 1958; Карелия: энциклопедия: в 3 томах / главный редактопр А.Ф.Титов. Том 3: Р — Я. — Петрозаводск: ИД «ПетроПресс», 2011. — 384 страницы: иллюстрации, карты. — Страница 69 ISBN 978-5-8430-0127-8 (том 3); Седлецкий И.Д. Академик В.М. Севергин и учение о парагенезисе минералов // Вестник Академии Наук СССР. 1948. № 1. Страница 37. (К 150-летию «Первых оснований минералогии»).
Читать далее...

1683
Лоренц Гейстер (Лаврентий Гейстер, немецкое имя - Lorenz Heister)
Немецкий ботаник, профессор ботаники, анатом, врач, хирург, доктор медицинских наук, профессор теоретической медицины, профессор анатомии и хирургии, основатель немецкой хирургии. Лоренц Гейстер родился во Франкфурте-на-Майне, получил образование во франкфуртской гимназии, а также получил дополнительные частные уроки на французском языке и итальянском языке. С 1702 по 1703 год Гейстер учился в Гиссенском университете. 31 мая 1708 года он получил степень доктора медицинских наук в Университете Хардервейка. В июле 1709 года Гейстер присоединился к голландской армии как полевой хирург во время осады Турне. В конце 1709 года Лоренц Гейстер приехал в Амстердам, но 11 ноября 1711 года он был назначен профессором анатомии и хирургии в Альтдорфском университете около Нюрнберга. В 1720 году Лоренц Гейстер был назначен профессором анатомии и хирургии в Гельмштедтском университет. В 1730 году Гейстер был профессором теоретической медицины и ботаники в Гельмштедтском университете. Он остался в коммуне Хельмштадт на всю оставшуюся жизнь. Его ботанический сад в Хельмштадте вскоре стал одним из самых красивых в Германии. Лоренц Гейстер вёл переписку с выдающимся шведским учёным Карлом Линнеем.

Лоренц Гейстер (портрет 1749 года).
Его переписка с Карлом Линнеем длилась с 31 марта 1736 года до 30 апреля 1742 года. Гейстер обучил большое количество хирургов и других врачей в Альтдорфском университете и в Хельмштадте. Его книги по анатомии, медицине и хирургии были доминирующими для нескольких поколений и служили для обучения тысяч хирургов и других врачей по всей Западной Европе. В библиотеке Гейстера было более 12000 томов, а его гербарий сохранился в 90 томах. Лоренц Гейстер также обладал не менее чем 470 хирургическими инструментами, большинство из которых были сделаны из серебра. Лоренц Гейстер умер в Борнум-ам-Эльме 18 апреля 1758 года. Лоренц Гейстер специализировался на семенных растениях. Научные работы: Heister, Lorenz. 1727. Compendium anatomicum. Sumtibus Iod. Guil. Kohlesii Acad. typogr. et Georg Christoph VVeberi Bibliop. Norimb. A; Laurentii Heisteri Systema plantarum …. 1748; Descriptio novi generis plantae rarissimae …. 1753. Карл Линней назвал в его честь род растений Heisteria семейства Истодовые. Литература: Ernst Julius Gurlt: Heister, Lorenz. In: Allgemeine Deutsche Biographie (ADB). Band 11, Duncker & Humblot, Leipzig 1880, S. 672—676; Georg B. Gruber: Heister, Lorenz. In: Neue Deutsche Biographie (NDB). Band 8, Duncker & Humblot, Berlin 1969, S. 458 f; Horst-Rüdiger Jarck (Hrsg.): Braunschweigisches Biographisches Lexikon. 8. bis 18. Jahrhundert., Braunschweig 2006, S. 332—33; Robert Zander, Fritz Encke, Günther Buchheim, Siegmund Seybold (Hrsg.): Handwörterbuch der Pflanzennamen. 13. Auflage. Ulmer Verlag, Stuttgart 1984, ISBN 3-8001-5042-5.
Читать далее...

1551
Генрих III Валуа (французское имя - Henri III de Valois, польское имя - Henryk Walezy)
четвёртый сын Генриха II, короля Франции и Екатерины Медичи, герцог Ангулемский (1551—1574), герцог Орлеанский (1560—1574), герцог Анжуйский (1566—1574), герцог Бурбонский (1566—1574), герцог Овернский (1569—1574), король польский и великий князь литовский с 21 февраля 1573 года по 18 июня 1574 года (формально до 12 мая 1575 года), с 30 мая 1574 год последний король Франции из династии Валуа. Днем своего рождения Генрих III всегда считал 18 сентября 1551 года, хотя в действительности он появился на свет спустя 40 минут после полуночи, то есть девятнадцатого. При крещении мальчик получил имя Александр-Эдуард (Alexandre-Edouard) и титул герцога Ангулемского. Родители его, король Генрих II и Екатерина Медичи, сочетались браком в 1533 году; первые одиннадцать лет детей у них не было. У Генриха было четверо старших братьев и сестёр: Франсуа (Франциск II), «маленький дофин», родившийся в 1544 году, официально объявленный дофином в 1547 году, когда его отец занял трон; Елизавета, впоследствии ставшая супругой Филиппа II Испанского; Клод, в 1559 году вышедшая замуж за Шарля III, герцога Лотарингского и де Бар, и Шарль-Максимилиан, которому ранняя смерть брата-первенца принесла корону, сделав его Карлом IX. Пятый ребёнок, Луи, умер в октябре 1550 года, будучи 20 месяцев от роду. Младшими братьями и сёстрами Генриха были Маргарита, более известная как «королева Марго» (которая, по слухам, была также его любовницей), за неделю до Варфоломеевской ночи вышедшая замуж за Генриха Наваррского, будущего Генриха IV, короля Франции, и Эркюль, единственный из четырёх братьев, так и не ставший королём. Длинный ряд рождений в 1556 году завершился двойней — родились сёстры Жанна и Виктория, вскоре после этого умершие. Высокая детская смертность, характерная для той эпохи, не обошла и королевскую семью; всё же благодаря лучшему медицинскому обслуживанию и благоприятным условиям жизни для неё это не имело таких катастрофических последствий, как для низших слоев населения. Из шести выживших в детстве братьев и сестер пятеро умерли раньше Генриха. Лишь Маргарита пережила его и достигла 62-летнего возраста. Она и Генрих, единственные из десяти детей, оставались в живых ко дню смерти их матери — 5 января 1589 года. Все представители последнего поколения Валуа отличались слабым сложением и болезненностью; их страшным бичом был туберкулёз, против которого тогдашняя медицина не знала средств. Во время конфирмации 17 марта 1565 года Александр-Эдуард получил в честь отца имя Генрих. Его младший брат Эркюль (Геркулес), чьи «физические и интеллектуальные уродства совершенно не соответствовали его имени» (Холт), спустя год получил таким же образом имя деда, Франсуа. С февраля 1566 года он носил титул герцога Алансонского; Генрих в дальнейшем фигурирует как герцог Анжуйский. Сначала его, как сына правящего короля, называли Monseigneur, затем Monsieur — прежде это были официальные обозначения. В исторической литературе обоих братьев — Генриха и Франсуа — с 1566 года именуют коротко «Анжу» и «Алансон». Когда Генрих стал королём, титулы Monsieur (1574), герцог Анжуйский (1576) перешли к Франсуа, прежде бывшему Алансоном. Александр-Эдуард-Генрих был жизнерадостным, дружелюбным и смышлёным ребёнком. Образованием юного принца занимались известные люди своего времени — Франсуа Карнавале (Francois de Carnavalet) и епископ Жак Амио (Jacques Amyot), известный своими переводами Аристотеля. В юности он много читал, охотно вёл беседы о литературе, брал уроки риторики, недурно танцевал и фехтовал, умел очаровывать своим обаянием и элегантностью. В совершенстве владея итальянским (на котором часто разговаривал с матерью), он читал труды Макиавелли. Подобно всем дворянам, он рано начал заниматься различными физическими упражнениями и в дальнейшем, во время военных походов, показал хорошую сноровку в ратном деле.

Личность и поведение Генриха резко выделяли его во французском дворе. А позже, по прибытии в Польшу, вызвали культурный шок у местного населения. В 1573 году посол Венеции в Париже Морисони писал о роскошных одеждах принца, о его почти «дамской деликатности», о его серьгах в каждом ухе. «Он не удовлетворился одной серёжкой в каждом из них — ему нужны двойные, украшенные драгоценными камнями и жемчугом…». Всё чаще стали раздаваться и передаваться из уст в уста мнения о гомосексуализме принца Анжуйского, который получил прозвище — «принц Содома»… Сама Екатерина, любившая Генриха больше остальных своих детей, мечтала оставить ему королевскую корону. Она называла его «моё всё» (mon tout) и «мой маленький орёл» (mon petit aigle), подписывала свои письма к нему «ваша нежно любящая мать» и видела в нём черты характера, напоминавшие ей её предков, Медичи. Генрих в детстве был её любимцем, а позднее стал её доверенным лицом. Однако для этого матери пришлось изрядно потрудиться. Где-то в возрасте 9 лет Генрих стал интересоваться гугенотами и постепенно сближаться с их миром, называя себя «маленьким протестантом». Более того, он стал приобщать к протестантизму и Маргариту (что потом имело решающие последствия для истории Франции). Он пел гугенотские песни, не соблюдал католические обряды и даже попытался разбить статую святого Павла. Однако, воспитываясь при католическом дворе, вряд ли он мог серьёзно полагать, что всё так и будет оставаться. Взяв сына в ежовые рукавицы, Екатерина в течение трёх лет сумела выбить из него гугенотские взгляды и превратить в ревностного католика…Отношения между королём Карлом и Генрихом были несколько натянутыми — несомненно, из-за интеллектуального превосходства младшего, к тому же предпочитаемого матерью. Карл не любил брата и весьма опасался его, как претендента на трон. Некоторая враждебность, по-видимому, ещё увеличилась в ходе более чем двухлетнего путешествия, которое королевский двор совершил по всей Франции. Этим путешествием и передачей Генриху 8 февраля 1566 года в качестве апанажа герцогств Анжу, Бурбоннэ и Мэна, что дало ему финансовую независимость, окончился первый этап его жизни. Детство и юность Генриха пришлись на время, когда французская монархия начала менять свои политические приоритеты. В мирном договоре, заключённом 3 апреля 1559 года в Като-Камбрези между Францией и Испанией, прослеживается перенесение акцента с внешней политики, всю первую половину века остававшейся в центре внимания, на внутренние проблемы Франции. Этим договором завершился первый этап французско-габсбургского противостояния. Герцогство Бургундское осталось за Францией, тогда как в Италии она сохранила лишь несколько опорных пунктов. Договор этот, получивший название «католический мир» (pax catolica), предоставлял обоим правителям возможность более энергично взяться за решение религиозных проблем в своих странах. Особенно это касалось Генриха II, в период правления которого движение гугенотов, несмотря на ужесточившиеся преследования, набирало силу. Примерно с 1550 года в ряды сторонников учения Кальвина вступало всё больше и больше представителей высших слоев общества: юристы, врачи, купцы, дворяне. Такое проникновение протестантизма в верхушку социальной иерархии достигло апогея к 1558 году, когда к реформаторской церкви примкнули представители высшего дворянства: Антуан де Бурбон, король Наварры, его брат, принц Конде, а также братья Франсуа д’Андело и Гаспар де Колиньи. Венцом охвативших всю империю усилий по организации новой церкви стал первый Синодальный собор гугенотов, состоявшийся 25 мая 1559 года в Париже. С 1558—1559 годов уже было очевидно, что королевской власти придётся каким-то образом урегулировать отношения с этим столь хорошо организованным религиозным меньшинством. Необходимо было терпеть сосуществование различных конфессий как данность и искать пути и средства его правильно организовать. Эта программа могла быть реализована лишь за достаточно долгий срок и требовала всестороннего обдумывания. Екатерина Медичи воспользовалась шансом, который ей предоставила смена царствования в 1560 году, чтобы взять государственные дела в свои руки и изменить политический курс. С поразительной целеустремлённостью она проводила новую политику в отношении вопросов вероисповедания. В обстановке ненависти и непримиримости она снова и снова осторожно пыталась осваивать terra incognita конфессиональной терпимости — о подлинной свободе совести пока не могло быть и речи. Попытки Екатерины, на доброе столетие опережавшие свою эпоху, выдвинули эту женщину, до 1559 года отстранённую своим мужем и его любовницей Дианой де Пуатье от какого-либо участия в политической жизни, в первые ряды государственных деятелей, когда-либо управлявших Францией. Особого внимания заслуживает тот факт, что ей удалось передать свои убеждения сыну Генриху. Важнейшей инициативой Екатерины и канцлера Франции Мишеля де л’Опиталя, её единомышленника, стал Эдикт о веротерпимости от 17 января 1562 года, призванный заложить основы свободы совести и национального примирения. Однако старания королевы и канцлера провалились благодаря Гизам — лидерам ультракатолической партии. Франсуа де Гиз устроил резню в городке Васси, которая расширила фронт борьбы и развязала первую гражданскую войну. Большое путешествие по стране, предпринятое, в частности, с целью преодоления религиозного противостояния, оказались безрезультатным в этом отношении. Раздуваемое экстремистами обеих сторон растущее напряжение привело в 1567—1568 годах ко второй, а в 1569—1570 годах и к третьей гражданской войне. В эти годы, собственно, и началась политическая карьера Генриха. Поскольку его брат-король избегал подвергать себя военной опасности, 14 ноября 1567 года герцог Анжуйский был назначен генерал-лейтенантом королевства и вместе с этим титулом получил командование королевскими войсками. Естественно, за спиной 16-летнего полководца стояли опытные военные деятели (такие, как Гаспар де Таванн), однако благодаря таланту, искусству и активной деятельности Генриха обе победы над войсками гугенотов — 13 марта 1569 года при Жарнаке и 3 октября 1569 года при Монконтуре — приписывались в первую очередь ему. Однако юный военный герой, всегда активно интересовавшийся и политикой, в отличие от своего царствующего брата, пошёл дальше: по настоянию Екатерины Карл произвёл его в генерал-интенданты короля. Вместе с этим (прежде не существовавшим) титулом он становился в некотором роде вице-королём, к которому должны были обращаться по всем вопросам, возможно, чтобы разгрузить Екатерину. Помимо всего этого Генрих Анжу оставался престолонаследником, хотя бы и условно, так как право наследования неизбежно переходило к законному сыну короля. Однако тут Генриху повезло. В браке, который Карл IX заключил 26 ноября 1570 года с Елизаветой Австрийской, дочерью императора Максимилиана II, родилась лишь единственная дочь, Мария-Елизавета (1573—1578), а сын, родившийся от связи короля с Марией Туше (1549 −1639), Шарль де Валуа, впоследствии герцог Ангулемский, естественно, не мог считаться законным наследником. Так и остался Генрих, брат-соперник короля, соперником его и в вопросе о престоле. Когда после почти трёхлетнего брака наследник престола так и не появился на свет, а здоровье короля быстро ухудшалось, Карлу IX пришлось официально признать 22 августа 1573 года своим преемником Генриха. Блестящая политическая карьера, казалось, открывшаяся перед Анжу, должна была увенчаться браком с Елизаветой Английской. Однако этот проект провалился, не в последнюю очередь из-за отрицательного отношения самого Генриха к этому союзу — ведь ему пришлось бы покинуть Францию. В конце концов Государственный совет решил заменить кандидатуру Анжу кандидатурой Алансона, бывшего на 22 года моложе неувядающей Елизаветы. Популярности наследника престола провал планов женитьбы отнюдь не повредил, так же как и то, что очень следивший за модой и несколько эксцентричный Генрих начал носить довольно крупные серьги с подвесками — это делал и его царственный брат и многие аристократы при тогдашнем дворе. После подписания 8 августа 1570 года Сен-Жерменского мирного договора, Екатерина возобновила свою примирительную конфессиональную политику. Почти символическим выражением такой политики стал брак её дочери Маргариты и Генриха, сына ревностной кальвинистки, королевы Наваррской, Жанны д’Альбре. Отец жениха, Антуан де Бурбон, умер в 1562 году. После внезапной смерти королевы Жанны 9 июля 1572 года в Париже, Генрих, ещё до свадьбы, состоявшейся 18 августа 1572 года, стал королём Наварры. Южная часть его владений, впрочем, уже в 1572 году была аннексирована Испанией. Женитьба не принесла Генриху Наваррскому прав на французский трон, однако он, пожалуй, и так имел их из-за своих родственных связей с королевским домом, прослеживавшихся с XIII века. Пока же сохранялась ещё надежда на то, что у короля появится законный наследник, кроме того, были живы оба наследника престола, Анжу и Алансон, у которых после женитьбы тоже могли родиться отпрыски мужского пола. Другая свадьба, состоявшаяся в том богатом событиями августе 1572 года, полностью выбила Генриха Анжу из равновесия — он влюбился в «чужую» невесту. Имя её — Мария Клевская (1550—1574): 21-летний «ребёнок из провинции с чистым сердцем, свежими щёчками, стройным станом, здоровым телом и сердечной улыбкой». Она обладала чарующей красотой и заставила наследника престола забыть все его прежние увлечения. Он решил жениться на этой девушке, ответившей на его любовь. Екатерина пришла в ужас от желания своего сына, который отверг английскую королеву, тогда как Мария вовсе не принадлежала к высшему дворянству. Помимо того, Екатерина уже отвела ей вполне определённую роль в своих планах, связанных с политикой межконфессионального согласия. Воспитанная в кальвинистской вере девушка, с 1569 года находившаяся под опекой короля, должна была стать женой гугенотского принца де Конде. Екатерина не позволила разрушить своего проекта. Анжу был вынужден склониться перед государственной необходимостью, и 10 августа состоялась свадьба — ровно за две недели до Варфоломеевской ночи. Возобновлённая с заключением Сен-Жерменского мира примирительная политика Екатерины сделала возможным возвращение в 1571 году ко двору — и даже в королевский Совет — адмирала Колиньи, «заочно повешенного» вождя гугенотов, приговорённого в 1569 году к смертной казни. Он попытался провести в жизнь свои политические планы — оказать военную помощь Нидерландам, с 1566 года сражавшимся с Испанией. С этой целью он намеревался организовать европейский протестантский союз против Филиппа II. Однако после сокрушительного поражения при Сен-Кантене (10 августа 1557 года) ничего так не пугало Екатерину, как война с Испанией. Военные специалисты в один голос поддержали её: Франция неминуемо проиграет эту войну. Поражение французского подкрепления, на чей поход Карл IX просто закрыл глаза, укрепил единодушное решение королевского Совета: при любых обстоятельствах избегать войны с Испанией. Однако Колиньи не отступался от своих планов и выдвинул в их защиту в порядке военно-политического шантажа им самим изобретённую, отнюдь не неизбежную альтернативу: война с Испанией либо гражданская война. Этот шаг сделал его — тут сходятся мнения всех исследователей — государственным изменником, устранения которого требовали интересы государства. Екатерина и Анжу, без ведома короля, подготовили покушение на Колиньи, которое состоялось 22 августа 1572 года. В свете новых исследований эта ситуация выглядит совсем по-иному. В середине августа 1572 года Колиньи был в полной политической изоляции и не представлял никакой реальной военной силы. Возможно даже, что, в то время как он думал управлять королём, в действительности использовали его самого: тем, что тот уговаривал его отправить в Нидерланды, то есть на верную гибель, протестантские войска. Одно это делало Колиньи хотя и слабой, но политически важной фигурой на политической арене: «Французская монархия сделала Колиньи слишком важной персоной, чтобы думать о том, чтоб от него избавиться». Этот тезис ломает столетиями возводимую стройную концепцию о времени и способе совместной подготовки убийства адмирала Екатериной и Генрихом Анжу. Обоим эта смерть не была нужна, и они даже не знали о покушении. В одной работе, аргументированной исключительно источниками той эпохи, на свет выводятся истинные виновники преступления: «Душой заговора был не кто иной, как Филипп II»; сугубое подозрение высказывается в отношении герцога Альбы, что он «на расстоянии руководил покушением на адмирала при активном соучастии горсточки ультра-католиков, сторонников Гизов». Буржон также даёт совершенно новую интерпретацию предыстории Варфоломеевской ночи — событиям двух дней, прошедших после покушения на Колиньи. Из-за плохого состояния источников легче сказать, чего не было, чем обосновать какие-то позитивные высказывания. Но то, что ни Екатерина, ни Генрих никак не повлияли на кем-то спланированную кровавую акцию, состоявшуюся в ночь 24 августа 1572 года, праздник св. Варфоломея, представляется вполне вероятным. Варфоломеевская ночь отнюдь не была демонстрацией королевской силы; напротив, она стала результатом полного — хотя и временного — коллапса власти короля. Видимо, в какой-то момент ночью Карл IX уступил ультиматуму, предъявленному испанско-гизской партией, и дал согласие на убийство гугенотских вождей — и только о них шла речь. Убийство приверженцами Гизов гугенотского генерального штаба было одно, а бойня, унёсшая жизни сотен протестантов, — совсем другое. Эта кровавая акция взбудоражила Париж, получивший удобную возможность выразить свой протест против религиозной, экономической и внешней политики, проводимой с 1570—1571 годов; Варфоломеевская ночь стала бунтом против королевской власти. В событиях последующих дней королевской семье не пришлось принять участия: словно бы и не существовало короля и муниципалитета, власть в городе на три дня взяли в свои руки набранные одним из бывших бургомистров и другом Гизов Марселем вспомогательные войска. Из их числа формировались отряды убийц и бандитов, которые с целью обогащения беззастенчиво грабили и убивали преимущественно — но никоим образом не исключительно — гугенотское население, пытаясь таким образом под прикрытием религиозной борьбы восстановить по своему усмотрению социальную справедливость. Такая точка зрения противоречит выдвигаемому ещё современниками событий, а в последнее время активно возрождаемому тезису, что городская милиция в полном составе активно участвовала в погромах. Чтобы прояснить, как обстояло дело в действительности, нужны ещё более подробные исследования. Протестанты ответили на Варфоломеевскую ночь четвёртой гражданской войной. Её кульминацией стала осада Ла-Рошели. После того как Карл IX официально признал себя ответственным за события Варфоломеевской ночи, гугеноты отказались от лояльности в отношении короля, которую до сих пор всегда соблюдали. Ла-Рошель словно почувствовала себя независимой республикой и отказалась даже впустить в город губернатора Бирона, направленного королём. 11 февраля 1573 года Генрих Анжуйский прибыл к Ла-Рошели и принял командование армией. После яростного обстрела королевские войска вновь безуспешно попытались штурмовать крепостные стены. Monsieur, легко раненый 14 июня, долго надеялся на действие блокады; но предпринятые в мае и июне новые попытки штурма тоже полностью провалились. Вскоре от Ла-Рошели пришлось отказаться: 19 июня Генрих Анжуйский получил известие о том, что он избран королём Польши. Переговоры с осаждёнными быстро привели к заключению мира 2 июля 1573 года, который гарантировал свободу совести на всей территории Франции, однако свободу отправления культа для гугенотов легализовал лишь в городах Ла-Рошель, Монтобан и Ним. Это был неудачный договор, наспех составленный и поспешно заключённый; его истинной целью было освободить герцога Анжу от осады Ла-Рошели. Тем временем в Речи Посполитой умирал Сигизмунд II Август — последний король и великий князь из династии Ягеллонов. Кроме годовалой дочери Барбары Воронецкой, прижитой вне брака, других детей у него не было. Вопрос о престолонаследии встал как нельзя остро. Вновь для Екатерины и Карла открылась возможность соответственно сделать королём любимого сына и отправить подальше «любимого брата». В 1572 году ко двору Августа отправилось посольство Жана де Баланьи с предложением выдать незамужнюю сестру короля Анну Ягеллонку (Инфанту) за принца Генриха. Однако Баланьи ко двору не допустили, и ему пришлось возвращаться во Францию ни с чем. Интеррексом (то есть королём переходного периода) был избран епископ Якуб Уханский. Вскоре, сразу же после смерти Сигизмунда Августа, в Польшу прибыл новый французский эмиссар, опытный дипломат, 70-летний Жан де Монлюк, епископ Валенсии, отец де Баланьи и сторонник гугенотов. Монлюк выехал из Парижа 17 августа 1572 года — за неделю до Варфоломеевской ночи. Так что известие об избиении гугенотов застигло его в дороге. События 24 августа до глубины души потрясли всё польское общество. Как, впрочем, и некоторые другие народы. Резко осудил массовую резню гугенотов царь Иван Васильевич (в этом же году отменив опричнину). Разве что, испанский король Филипп II впервые в жизни рассмеялся, узнав о парижской резне. Секретарь епископа де Монлюка, Жан Шуаснен сообщал в Париж: «Они не желают даже упоминать имён короля, королевы и принца Анжуйского». Тем не менее, посольство Монлюка предприняло пропагандистскую акцию с тем, чтобы полностью обелить Генриха. Епископ обнародовал в Кракове оправдательное письмо на французском языке — которым многие поляки, к удивлению французов, прекрасно владели. Было заявлено, что принц не только не участвовал в организации «Ночи», но и всячески противился ей. Когда же она наступила, он попытался прекратить кровопролитие и даже укрывал гугенотов. Никакие старания Монлюка поляков не убедили. Уже после выборов коронный казначей Иероним Буженский посоветовал епископу даже не пытаться вновь убеждать общество в том, что принц «не принимал участия в резне и не является жестоким тираном», ибо это приведёт к тому, что «скорее, он должен будет бояться своих подданных, нежели подданные — его». Выборы нового короля Польши состоялись 5 апреля — 10 мая 1573 года, в Праге, на правом берегу Вислы, напротив Варшавы, под деревней Камень, которая сегодня является частью столицы. Помимо Генриха главными кандидатами на престол являлись: Эрцгерцог Эрнест Габсбург, сын императора Максимилиана II; Царь Иван IV Грозный (был не против женитьбы на Анне Ягеллонке, но выдвинул целый ряд заведомо неприемлемых условий, так что шансы его были весьма невелики); Король Швеции Юхан III Ваза, муж Катерины Ягеллонки, сестры Сигизмунда Августа; Cемиградский князь Стефан Баторий. Выборы, в сущности, представляли собой борьбу между сторонниками Габсбургов и их противниками. Более 50 тысяч человек прибыли на избирательный сейм для участия в голосовании. Сначала состоялась презентация кандидатов, с которой выступили послы. Затем, 5 апреля, прошло голосование, в котором уверенную победу одержал французский принц. Через несколько дней представители принца от его имени присягнули на так называемых Генриховых артикулах, утверждённых здесь же, на сейме, 20 мая. Включали они список прав как избранного короля, так и его подданных. И, фактически, подобно конституции, определяли отношения между королевской властью и народом. Артикулы гарантировали сохранение шляхетских привилегий. В них был записан также важнейший пункт о престолонаследии. Король может только избираться и никаких наследников не имеет. В отличие от Артикулов, остающихся неизменными при любом монархе, принятая на сейме Pacta conventa, относилась уже непосредственно к новому королю. Она касалась, в основном, вопросов преемственности. Генрих обязывался погасить все долги Сигизмунда Августа, обеспечить получение польской молодёжью образования в Париже, выставить несколько тысяч солдат пехоты против Ивана Грозного, выплачивать ежегодно в польскую казну 450 тысяч злотых из своих личных доходов, послать французский флот на Балтику, обеспечить строительство польского флота. Во Францию отправилось специальное посольство, имевшее целью уведомить принца Анжуйского о его избрании королём польским и великим князем литовским и взять с него присягу о согласии с вышеупомянутыми документами. А затем, как можно быстрее, организовать прибытие нового короля в Польшу. Вопреки ожиданиям, эта миссия весьма затянулась. В основном, из-за некоторых положений Артикулов и Пактов. Насколько кратким оказалось правление Генриха Анжуйского в Польше, настолько ключевыми для всего политического будущего Польши были подписанные Монлюком грамоты. Позднее они были объединены в одну и почти до конца существования Польского государства сводили к минимуму права короля и расчищали путь для почти неограниченной власти дворян. Положение короля было слабее, чем положение монарха в конституционной монархии XX века. Во Франции, где Жан Боден тремя годами позже распространял своё учение о безраздельной и абсолютной власти монарха, такое положение короля было трудно себе представить. Генрих пришёл в ужас, когда прибывшая к нему в Париж 24 августа 1573 года польская делегация предъявила подписанные Монлюком документы для ратификации. В конце концов оба брата, Карл и Генрих, согласились со всеми пунктами и 22 сентября 1573 года поставили свои подписи на всех привезённых бумагах. После чего Генриху официально был вручён документ, подтверждающий факт его избрания на польский престол. 10 сентября, в ходе устроенной по этому поводу в Соборе Парижской богоматери пышной церемонии, Генрих принёс требуемую присягу, после чего его провозгласили королём. Через три дня на торжественном собрании ему преподнесли в серебряной шкатулке роскошно изданную грамоту, подтверждающую его избрание. К удивлению его новых подданных, рассчитывавших на выполнение многочисленных политических, экономических и династических обещаний, Генрих вовсе не спешил отправляться в Польшу. Бесспорно, его пугала перспектива поменять своё почётное и надёжное положение во Франции на довольно специфическую королевскую власть в далёкой Польше. Кроме того, было очевидно, что здоровье французского короля быстро ухудшается, а объявленный преемником короля Анжу не мог быть уверен, что тщеславный Алансон, в случае смерти короля, выкажет достаточную лояльность по отношению к законному преемнику. 2 декабря 1573 года в Бламонте, Лотарингия Генрих распрощался с Екатериной и двинулся в путь. Путешествие до границ Польши заняло целых два месяца. Королевский поезд состоял из 1200 лошадей, повозок с багажом и карет с придворными дамами и девицами легкого поведения. Путь пролегал через Гейдельберг, Торгау, Франкфурт, которые Генрих проехал без излишней спешки, и после многочисленных встреч, приёмов и бесед 24 января 1574 года вступил на территорию Польши. В Лужице короля ожидал князь Ежи Брестский из Пястов, который далее сопровождал Генриха до польской границы. Границу благополучно пересекли в Мендзыжечи, где короля приветствовали епископ куявский с воеводами. Затем вся кавалькада двинулась через Познань и Ченстохову в Краков, где 18 февраля состоялась официальная и торжественная встреча нового монарха. На ней присутствовали сенаторы, епископы, дворяне, министры и тысячи простых людей. 21 февраля 1574 года в Вавельском соборе архиепископ, интеррекс и примас Польши Якуб Уханский короновал Генриха Валуа на польский трон. Во время церемонии произошёл серьёзный инцидент с участием «польского Кальвина» — коронного маршала Яна Фирлея. Ян Фирлей, великий маршал коронный, краковский воевода, являлся одним из лидеров протестантского движения в Польше. На выборы в Камень он явился с 200 солдатами и 27 орудиями, чтобы поддержать своего кандидата — шведского короля Юхана. Это вызвало серьёзное противодействие властей, после чего войско маршала отступило к Грохову. После выборов Фирлей поддержал Генриха, при условии, что тот примет Артикулы и Пакты. По дороге в Краков 16 февраля 1574 года Генрих гостил у Фирлея в Балицах…Ян прервал коронацию, подошёл к королю с тремя документами, гарантирующими права и свободы протестантам, и потребовал, чтобы Генрих подписал их. При этом он обратился к последнему со словами: Jurabis, rex, promisisti («Поклянись, король, ты обещал!»). Генриху ничего не оставалось, как подписать. Приезд французского двора в Польшу стал событием номер один для всего общества. И, прежде всего, для польских дворян. Париж, собственно, уже и тогда являлся законодателем мод. Так что можно себе представить, что именно испытали польские дамы, увидев своих французских «колежанок». В спешном порядке начался пошив новых платьев и костюмов (наряду с перекраиванием старых). К счастью, в свите Генриха имелось несколько портных. Сам король (ему тогда было 23 года) тоже произвёл неизгладимое впечатление на поляков своим умом, манерами и речью. Но внешний облик короля абсолютно не гармонировал с традициями страны. Его перстни и серьги не способствовали уважительному к нему отношению со стороны шляхты. Внутренними делами страны король вообще не интересовался. А поскольку польским языком он не владел, то участие в различных церемониях и публичной жизни его невыносимо раздражало. Ночами он развлекался, а днём спал. Играя в карты, нередко проигрывал огромные суммы, которые возмещал из польской казны. В сущности, Генрих вёл себя как капризный ребёнок, не понимая и не выполняя королевских обязанностей…Короткое пребывание короля в Вавеле стало поистине культурным шоком для поляков и способствовало сближению двух народов. Обе стороны впервые взглянули друг на друга столь близко. Генриха и его двор неприятно поразили и склонность простого народа к выпивке, и запущенность польских деревень, и суровый климат. Шляхтичи же с нескрываемым презрением рассматривали увешанных драгоценностями и облитых парфюмерией французских дворян (включая самого короля), их изысканную одежду, светские манеры. Всё это они считали «бабьим». Впрочем, многие дворяне взяли французскую моду на вооружение. Однако надо признать, и французов кое-что поразило в Польше. В Вавельском замке Генрих впервые в жизни увидел польскую канализационную систему — самую передовую по тем временам. Из специально построенных инженерных строений все нечистоты замка уходили за пределы крепостной стены. Король пришёл в неописуемый восторг. А по приезде во Францию распорядился немедленно построить подобные сооружения в Лувре и других дворцах. Впрочем, прошло немало времени, прежде чем французы привыкли к канализации и перестали использовать для этой цели камины и чуланы… 31 декабря 1578 года Генрих утвердил Орден Св. Духа — высшую награду французского королевства, в память об избрании на польский престол, поскольку оно — 11 мая 1573 года — пришлось на день Сошествия Св. Духа. С перерывом на Французскую революцию орден просуществовал до 1830 года. Пока его после Июльской революции окончательно не отменил Луи-Филипп. Избрание французского принца на польский престол предусматривало и его женитьбу на Анне Ягеллонке. Однако молодой король не очень спешил жениться на женщине, годящейся ему в матери. Именно поэтому, кстати, только в ноябре 1573 года он и двинулся, наконец, в своё королевство. Всё это время было занято его бурным романом с Марией Клевской. А затем его и без того длительное путешествие несколько раз намеренно затягивалось. В Лотарингии он завязал пылкие отношения с Луизой Водемон (Людовикой Лотарингской), которая через год с небольшим стала его женой. Анна Ягеллонка никогда не была замужем. Во многом это произошло по вине её брата, Сигизмунда Августа, с которым у неё произошёл серьёзный конфликт сразу же после его женитьбы на Бáрбаре Радзивилл. Так, например, в мае 1565 года он отклонил просьбу на брак с Анной датского принца Магнуса, поскольку тот в приданое потребовал несколько замков в Рижском архиепископстве. К слову сказать, Магнус был тоже моложе Анны. Правда, только на 17 лет (все же не 28, как Генрих). Незамужнюю сестру короля в Польше, в общем, любили. Её прозвали Инфантой — так, как именовались дочери испанского короля, не являющиеся наследницами престола. Смерть брата открыла перед Анной возможность наконец выйти замуж — женитьба на ней являлась обязательной для всех кандидатов на престол. Самой Инфанте больше всех нравился эрцгерцог Эрнест Габсбург (который, кстати, был моложе Генриха на два года). Эрнест проиграл выборы. 21 мая 1574 года Ян Замойский официально обязал Анну Ягеллонку выйти замуж за избранного короля Генриха Валуа. Первая встреча с Анной прошла так, как и было запланировано. Генрих произнёс пару дежурно-вежливых фраз и вышел из комнаты. Через три дня состоялась его коронация, но о женитьбе никто не напоминал. Начались ежедневные балы и турниры, но мысль о предстоящем браке с Анной омрачала мысли короля. Он всё оттягивал и оттягивал неприятный момент. Симулировал болезни, а затем запирался в комнатах и никого к себе не велел допускать. Поговаривали, правда, что короля всё же навещали проститутки, которых впускали в замок по его приказу. Чуть ли не каждый день он писал письма во Францию. Причём некоторые — адресованные Марии Клевской — и собственной кровью. Время шло. Анна всё ждала. А Генрих всё не спешил. Наконец на 15 июня 1574 года наметили пышный бал, на котором должны были официально объявить о предстоящей женитьбе короля Генриха Валуа и Анны Ягеллонки. Однако утром 14 июня на встрече с императором Максимилианом король узнал о смерти своего брата, Карла IX, и вспыхнувшая вновь мечта о французском троне охватила все его мысли. 15 июня 1574 года в Краков пришло письмо. Оно было подписано королевой-матерью: «Королю, господину моему сыну. Королю Польши. Ваш брат скончался, отдав Богу душу ранним утром; его последними словами были: «А моя мать!» Это не могло не причинить мне огромного горя, и для меня единственным утешением будет увидеть вас вскоре здесь, поскольку ваше королевство в этом нуждается, и в полном здравии, потому что если я вас потеряю, то меня живой похоронят вместе с вами… Ваша добрая и любящая вас, как никто на свете, мать. Екатерина.» Генрих не терзался сомнениями: «Франция и Вы, матушка, важнее Польши», — писал он матери несколько дней спустя. Впрочем, сначала требовалось успокоить поляков. Кое-кто из министров выразил опасение, что ему придётся уехать, но он их успокоил: «Я прежде всего король Польши, — заявил он, — и я вас не покину». Несколько дней Генрих делал вид, что предоставляет регентство Екатерине и, возможно, назначит во Франции вице-короля, но всё это были лишь отговорки, чтобы усыпить подозрения поляков. Четыре дня спустя, 18 июня, Генрих устроил грандиозный обед, напоив всех так, что самые знатные сеньоры свалились под стол, будучи мертвецки пьяными. В ночь на 19 июня 1574 года, не уведомив сенат, в обстановке строжайшей секретности Генрих Валуа покинул Вавель и поспешно направился в сторону границы. Короля сопровождали его постельничий Ян ду Хальде, дворянин Жиль де Сувр, врач Марек Мирон и капитан королевской гвардии Николя де Ларшан. Отъезд короля, однако, не остался незамеченным. Немедленно за ним снарядили погоню, которую возглавил каштелян войницкий Ян Тенчинский. Когда кортеж короля приблизился к границе, его заметил освенцимский староста. Старик скинул с себя одежду, бросился в реку и поплыл к королю с криком: «Светлейший господин мой, почему ты убегаешь?». Тут же Генриха настигла и погоня. Король объяснил Тенчинскому, насколько важно сейчас его присутствие во Франции, обещал вернуться через несколько месяцев и заверил, что у него достанет сил носить сразу две короны, и сверх всего подарил ему бриллиант. Тенчинский был растроган до слёз, выпил по польскому обычаю каплю собственной крови в знак уважения к королю, и вернулся в Краков. В Моравской Остраве Генриха поджидала карета, и вечером 19 июня он уже мог спокойно отдохнуть в Весково — беглецы проделали почти без остановок более 34 миль. По совету Екатерины, Генрих во время своего путешествия избегал протестантских территорий. В Вене он встретил Максимилиана II, который усердно сватал ему свою овдовевшую дочь Елизавету, но Генрих думал лишь о Марии Клевской. В Венеции, где он оставался неделю, одно торжество сменяло другое — ведь прежде французскому королю не доводилось посещать островную республику. Для торжественного въезда дважды короля, которому Екатерина на покрытие расходов выслала в Венецию 100 тыс. ливров, был задействован даже знаменитый праздничный корабль Бучинторо. Через Падую, Феррару, Мантую, Кремону и Монцу (где он познакомился с Карло Борромео, в 1610 году причисленным к лику святых, и проникся к нему глубоким уважением) Генрих проследовал далее, к Турину, чтобы вести там с герцогом Савойским политические переговоры. Там же он встретился с дружески настроенным по отношению к протестантам маршалом Монморанси-Данвилем, назначенным Карлом IX правителем Лангедока. Так ещё до возвращения во Францию Генриху пришлось столкнуться с важнейшей проблемой французской внутренней политики — необходимостью найти способ сосуществования католического большинства и сильного протестантского меньшинства. 3 сентября 1574 году Генрих вновь ступил на французскую землю. Через два дня он встретился с Екатериной, выехавшей ему навстречу из Лиона. Так завершилось польское царствование Генриха Валуа. На следующий день находящиеся в Кракове малопольские министры и сенаторы официально сообщили об отъезде короля. В конце августа состоялся собранный примасом сейм. Почти все сенаторы выступали против объявления нового «бескоролевья» и назначения новых выборов. Зато большинство делегатов посчитало тайный отъезд короля освобождающим его подданных от каких-либо в отношении его обязательств и призвали избрать нового монарха. После долгих дебатов сейм составил письмо королю, где окончательной датой его возвращения значился май 1575 года. Если король не вернётся до июня 1575 года, он потеряет свои права на польский трон. Так и случилось. Вторые выборы короля состоялись в декабре 1575 года. 12 декабря Якуб Уханский объявил новым польским королём императора Максимилиана Габсбурга. В Пактах король обязывался женить своего сына Эрнеста на Анне Ягеллонке. Вновь для Инфанты засияло солнце. Однако, противники Габсбургов (и прежде всего, магнат Ян Замойский) заявили о том, что иностранцев больше не будет на польском престоле. И что необходимо восстановить Пястов. 13 декабря на Рынке Старого города Анна Ягеллонка была объявлена королём Польши. А на следующий день она стала именоваться королём из династии Пястов. В мужья ей шляхта избрала князя Стефана Батория. 1 мая 1576 года Анна и Стефан обвенчались и короновались в Вавельском соборе. Страной практически до самой своей смерти в 1586 году руководил Стефан Баторий. Генрих вернулся во Францию в самый разгар религиозных войн. 11 февраля 1575 года он короновался в Реймсском соборе. А через два дня женился на Луизе Водемон-Лотарингской. Не имея средств на продолжение войны, Генрих пошёл на уступки гугенотам. Последние получали свободу вероисповедания и участие в местных парламентах. Таким образом, некоторые города, населённые сплошь гугенотами, становились полностью независимыми от королевской власти. Действия короля вызвали резкий протест со стороны Католической лиги, возглавляемой Генрихом Гизом и его братом Людовиком, кардиналом Лотарингским. Братья твердо решили избавиться от Генриха III и продолжить войну с гугенотами. Пока им удалось лишь второе. В 1577 году вспыхнула новая, шестая по счету, гражданская религиозная война, продолжавшаяся три года. Во главе протестантов встал Генрих Наваррский, который уцелел во время Варфоломеевской ночи, отрёкшись от своей веры и спешно приняв католичество. Война закончилась мирным договором, подписанным во Флё. В противовес гугенотской партии Гизы организуют Католическую Лигу, основной целью которой ставится уничтожение кальвинистов. Пытаясь противодействовать Гизам, Генрих объявляет себя номинальным главой Лиги. Гизы организуют несколько покушений на короля, пытаясь вынудить его отречься либо убить. В 1584 году неожиданно скончался младший брат короля, Франсуа, герцог Анжуйский. У самого Генриха и Луизы детей не было. Вновь встал вопрос о престолонаследии — на этот раз не в Польше, а во Франции. Опять заговорили о гомосексуализме короля, неспособного зачать ребёнка. Однако факты, включающие многочисленные любовные похождения Генриха, а также венерические заболевания его юности, свидетельствуют о том, что гомосексуалистом он не являлся. Скорее всего, все эти сплетни и слухи распространялись Гизами и дошли до наших дней… Поскольку король не имел детей, наследовать ему должен был ближайший кровный родственник. По иронии судьбы этим родственником (в 21 поколении) являлся всё тот же Генрих Наваррский — Бурбон, женатый, ко всему прочему, на родной сестре короля Маргарите. Сразу же после свадьбы и последующих кровавых потрясений Генрих поспешно вернулся в Наварру, оставив Маргариту в Париже. Когда же из Польши возвратился её брат и стал королём, Марго стала, практически, пленницей во дворце. В конце концов, король позволил ей вернуться к мужу. Следующие три с половиной года прошли, как кошмарный сон. Супруги ссорились, ругались, развлекались на стороне, как хотели. Наконец, в 1582 году, после болезни, Маргарита вернулась к брату. Однако, король заставил её покинуть дворец и вернуться в Наварру. Но и там она не могла оставаться. В 1586 году Генрих III отправил сестру в ссылку в Уссон (провинция Овернь), где она провела 18 лет. В 1599 году, после долгих семилетних переговоров, она получила развод с Генрихом — уже королём Генрихом IV. По согласию с бывшим мужем и его новой женой, Марией Медичи, Маргарита вернулась в Париж. Она занималась благотворительностью, меценатством и воспитанием всех детей Генриха IV (включая Луи — будущего Людовика XIII). Тем временем опасная перспектива занятия трона лидером протестантов совершенно не входила в планы Гизов. Лига получила финансовую и военную помощь от Филиппа II, а также и моральную — от папы Сикста V, который проклял Генриха Бурбона. В 1585 году вспыхнула очередная война, названная войной трёх Генрихов (короля, Бурбона и Гиза). Генрих Наваррский одерживал уверенные победы. Его поддерживала английская королева Елизавета и немецкие протестанты. Король Генрих III всеми силами пытался прекратить войну, но осуществить это было очень трудно…12 мая 1588 года Париж взбунтовался против короля, который вынужден был в спешном порядке покинуть столицу и перенести свою резиденцию в Блуа. В Париж торжественно вступил Генрих Гиз. Лотарингский герцог уже ощущал себя королём. Да, собственно, он и находился в двух шагах от престола. Его восторженно приветствовали жители столицы. Всё чаще в обращении к герцогу звучало «Сир». Несколько месяцев, проведённые в Париже, стали самыми счастливыми в жизни Генриха Гиза. В этой ситуации Генриха III могли спасти лишь самые решительные меры. Король созвал Генеральные Штаты, на которые прибыл и его противник. 23 декабря 1588 Генрих Гиз отправился на заседание Штатов.

Убийство Генриха де Гиза.
Неожиданно на его пути оказались гвардейцы короля, которые сначала несколькими кинжальными ударами убили Гиза, а затем уничтожили и всю охрану герцога. На следующий день по приказу короля был также схвачен, а затем и убит брат Генриха Гиза — Людовик, кардинал Лотарингский. Теперь король сжёг все мосты — обратного пути у него уже не было. Большинство католиков отвернулось от Генриха. А последний заключил союз с недавним своим врагом — Генрихом Бурбоном. Узнав об этом, папа Сикст V проклял также и короля. Тем временем, общими силами оба Генриха осадили Париж. Убийство братьев Гизов всколыхнуло умы многих католиков. Среди них был и 22-летний монах-доминиканец Жак Клеман. Жак был ярым католиком и врагом гугенотов. После проклятия Папы (которое на него особенно подействовало) Клеман принял твёрдое решение убить короля Генриха III. Его замысел получил одобрение некоторых руководителей Лиги. Монаха снабдили частично подлинными, частично фальшивыми письмами от заключенных роялистов, адресованными королю. А затем, 31 июля, он покинул Париж и отправился в Сен-Клу — имение герцога Реца, где король обосновался на время осады столицы. Попросив аудиенцию, он был принят королём на следующий день. Жак передал ему бумаги, сообщив, что в них содержатся важные сведения, предназначенные исключительно для прочтения лично королём. При этих словах охрана отступила от Генриха на несколько шагов…Король углубился в чтение. Неожиданно Клеман выхватил из-за пазухи стилет, бросился к королю и вонзил стилет ему в подбрюшье. Всё произошло настолько внезапно, что гвардейцы не успели даже понять, в чём дело. Генрих зашатался и вдруг начал оседать с криком: «Он убил меня, подлый монах! Убейте его!». Король сумел вытащить стилет и даже нанести им растерявшемуся от содеянного Жаку удар в голову в район брови. Монах попытался выскочить из зала, но не смог. Здесь же, на месте, он был заколот королевскими телохранителями Сент-Малином и Пенкорнэ и выброшен в окно (позднее его тело четвертовали и сожгли)… Короля сразу же положили на кровать. Вызванные врачи вложили его вывалившиеся внутренности обратно и зашили. Вскоре наступило некоторое улучшение, и Генрих воспрянул духом. Но уже через несколько часов он почувствовал приближение смерти. В присутствии свидетелей он объявил Генриха Бурбона своим преемником. Ночью Генрих III попросился на последнюю исповедь. Король простил всех своих врагов, включая Жака Клемана. В три часа ночи 2 августа 1589 года король Франции Генрих III Валуа скончался. Его тело забальзамировали и похоронили в Компьене, в аббатстве Сен-Корнилль. Урна с сердцем короля была захоронена в главном алтаре собора Сен-Клод. После окончания войны Генрих III так и остался в Компьене. Новый король Генрих IV не стал переносить тело своего предшественника в усыпальницу французских королей — базилику Сен-Дени, поскольку ему напророчили, что он там сам ляжет через неделю после Генриха III. Лишь в 1610 году останки Генриха III всё-таки перенесли в Сен-Дени. А через несколько недель Генрих IV погиб от руки другого убийцы — Франсуа Равальяка. Генрих появляется в первом романе трилогии Александра Дюма «Королева Марго» как герцог Анжуйский. В следующих романах, «Графиня де Монсоро» и «Сорок пять», он является одним из главных персонажей (как король Генрих III). Запечатлён он также и в экранизациях первых двух романов. Во французских версиях образ Генриха III воплощают Даниель Чеккальди («Королева Марго») и Дени Манюэль (сериал «Графиня де Монсоро»). Ещё в одной экранизации романа «Королева Марго» (Франция, Италия, Германия, 1994 год) роль Генриха исполнял Паскаль Грегори. В российских телесериалах «Королева Марго» и «Графиня де Монсоро» роль Генриха III исполнил Евгений Дворжецкий (в первом сериале роль озвучивал Владимир Вихров). В польских лентах, посвящённых пребыванию короля в Речи Посполитой и его бегству, роль Генриха исполняли Ольгерд Лукашевич, Кшиштоф Щигель, Гжегож Вонс и другие актёры.
Читать далее...

86
Тит Аврелий Фульвий Бойоний Аррий Антонин Пий (вошедший в историю как Антонин Пий, то есть «благочестивый»; латинское имя - Titus Aurelius Fulvius Boionius Arrius Antoninus Pius)
римский император, правивший c 10 июля 138 по 7 марта 161 года. Четвертый из пяти хороших императоров. Антонин Пий происходил из галльского сенаторского рода. В 120 году он был консулом, затем проконсулом Азии. В 135 году был усыновлён императором Адрианом и стал его преемником. После смерти Адриана Антонин уговорил сенат обожествить Адриана, и поэтому сенаторы прозвали его Пием (то есть «благочестивый», «исполняющий долг в отношении богов и родных»). Во время правления Антонина Пия Римская империя сохранила свои владения и упрочила границы. По его приказу в Шотландии был построен новый оборонительный вал от залива Ферт-оф-Клайд до залива Ферт-оф-Форт, а также продвинуты и укреплены государственные границы в Германии и Реции. Однако вспыхнувшие в провинциях Британия, Мавретания, Египет и Иудея восстания против римского правления означали скорый конец стабильности. Антонин Пий усыновил Марка Аврелия, женив его на своей дочери Фаустине, и провозгласил императором. С 139 года Антонин Пий носил титул «Отец Отечества». Будущий император Тит Аврелий Фульв Бойоний Аррий Антонин родился 19 сентября 86 года в ланувийском имении своих родителей к юго-востоку от Рима. Семья его отца, консула 89 года Тита Аврелия Фульва, происходила из города Немаус в провинции Нарбонская Галлия. Дедом Антонина по отцовской линии был двукратный консул и префект Рима Тит Аврелий Фульв. Матерью Антонина была Аррия Фадилла, дочь происходившего из Галлии двукратного консула и друга писателя Плиния Младшего Гнея Аррия Антонина и Бойонии Проциллы. В его честь был назван Антонин. Между 110 и 115 годами Антонин женился на Аннии Галерии Фаустине Старшей. По рассказу «Истории Августов», о Фаустине «было много разговоров из-за её слишком свободного и легкомысленного образа жизни, но он [Антонин] положил им конец, хотя и страдал в глубине души». Фаустина была дочерью двукратного консула Марка Анния Вера и Рупилии Фаустины (сводная сестра римской императрицы Вибии Сабины). Фаустина была известна своей мудростью. Она провела всю свою жизнь в заботе о бедных и оказании помощи обездоленным римлянам. Фаустина родила Антонину четверых детей — двух сыновей и двух дочерей: Марк Аврелий Фульв Антонин (умер до 138 года). Его могильная надпись была найдена в Мавзолее Адриана в Риме; Марк Аврелий Антонин Галерий (умер до 138 года). Его могильная надпись была найдена в Мавзолее Адриана в Риме, а также его имя появляется на греческой императорской монете; Аврелия Фадилла (умерла в 135 году) — вышла замуж за консула-суффекта 145 года Луция Ламию Сильвана. В их браке, по всей вероятности, детей не было. Её могильная надпись была обнаружена в Италии; Анния Галерия Фаустина Младшая (между 125 и 130 годом — 175 год) — будущая римская императрица, в 146 году вышла замуж за своего двоюродного брата будущего императора Марка Аврелия.

Мраморная статуя Антонина Пия (Эрмитаж).
Антонин был воспитан в Лориуме на Аврелиевой дороге неподалёку от Рима. Кажется, всегда считал своим родным местом тот город, потому что впоследствии он построил здесь дворец и провел в нём последние годы жизни. О его жизни до прихода к власти известно немногое. В трёхлетнем возрасте Антонин потерял отца; тогда его мать вышла замуж за консула-суффекта 98 года Публия Юлия Лупа, в браке с которым родились две дочери: Аррия Лупулла и Юлия Фадилла. В детстве Антонина воспитывали оба его деда. Мужскую тогу, свидетельствовавшую о достижении зрелости, Антонин надел в 100 году или в начале 101 года, вероятно, на праздник Либералий в марте 101 года. После этого он, что было естественно для отпрысков знатных фамилий, начал карьеру, так называемый «cursus honorum». Первыми постами, которые занимал Антонин, были, очевидно, посты военного трибуна и вигинтивира. Автор биографии Антонина в «Истории Августов» Юлий Капитолин сообщает, что он занимал должности квестора, во время которой проявил щедрость, претора (назначение на это место он пышно отпраздновал) и ординарного консула. П. фон Роден в Паули-Виссова предполагает следующие даты пребывания на этих постах — 112 год, 117 год и 120 год соответственно. В состав сената Тит вошёл не ранее 111 года. После своего консульства в 120 году Антонин, в силу своего характера, вышел в отставку и отправился вести спокойную жизнь в загородный дом. Но ему не позволили оставаться долго свободным от должностей. Вскоре император Адриан включил его в состав коллегии из четырёх консуляров, которым поручил управлять италийскими судебными округами, причём свои обязанности Антонин исполнял в таких богатых областях, как Этрурия и Умбрия, где находились императорские имения. Эта должность имела большое значение, особенно во время отсутствия императора в Италии, и, хотя не давала военной власти, являлась высокой наградой для своих владельцев. На неё мог быть назначен только лояльный и заслуживающий доверия человек. Во время правления Италией, как рассказывает «История Августов», Антонину «было дано знамение ожидавшей его императорской власти». Превосходную репутацию он получил во время управления Азией в звании проконсула между 133 и 136 годами. Существует история, что якобы во время своего проконсульства Тит подрался с известнейшим софистом того времени Геродом Аттиком на горе Ида. По возвращении из провинции Антонин вошёл в состав восстановленного императорского совета. Он всегда выступал сторонником мягких мер при решении каких-либо вопросов. Он приобрёл благосклонность императора Адриана. Антонин сделал прекрасную карьеру и мог бы уйти в отставку, но события 138 года радикально изменили его будущее. В январе 138 года приёмный сын и наследник императора Луций Элий Цезарь внезапно скончался от болезни. Адриан встретился с сенатом и решил усыновить и объявить наследником Антонина, которому дал время подумать над предложением. Наконец, после длительных размышлений Антонин принял его и 25 февраля был усыновлён Адрианом, получив полномочия трибуна и проконсула. Кроме того, Адриан поставил одним из условий усыновление Антонином Марка Анния Вера и Луция Вера, сына покойного Элия Цезаря, для продолжения династии. В честь Антонина была выпущена серия монет, на которых он именовался Титом Элием Цезарем Антонином. По рассказу Евтропия, после усыновления Антонин раздал своё имущество на жалование воинам и помощь друзьям. Когда Адриан скончался 10 июля 138 года и был захоронен в одноимённом мавзолее, Антонин мирно занял завещанный престол. В последние годы правления Адриан подорвал свой авторитет у сената за то, что он урезал его полномочия и некоторых сенаторов казнил, поэтому сенат решил предать покойного императора проклятию памяти. Это, в свою очередь, ставило под сомнение законность власти Антонина. Поэтому его правление началось с некоторых затруднений, поскольку, когда он решил обожествить своего предшественника, сенат оказался против. В конце концов из-за боязни вмешательства армии сенат отступил, но добился отмены непопулярной должности выездных судей, которые действовали на территории самой Италии. В результате за свои усилия император получил прозвище «Пий» (от латинского pius — благочестивый). «История Августов» даёт пять вариантов причин получения прозвища:
Антонин на глазах сената протянул руку, чтобы поддержать своего тестя;
Он сохранил жизнь всем приговорённым к смерти при Адриане;
Император удостоил покойного Адриана различных почестей;
Он не допустил, чтобы Адриан покончил жизнь самоубийством;
Антонин от природы был очень милосердным.
Наиболее общепринята третья версия. В 139 году Антонин Пий, согласно римским обычаям, принял титул «Отца Отечества» (латинское название - Pater Patriae), хотя он сначала хотел от него отказаться. Однако император отклонил предложение сената переименовать сентябрь в антонин, а октябрь в фаустин — в честь нового императора и его жены. Фаустина Старшая получила от сената титул Августы. Известно, что Антонин Пий всего лишь один раз покидал пределы Италии за всё время своего правления, живя постоянно на своей вилле в Ланувии. Основными принципами его правления были «aequitas, felicitas, fides» («справедливость, счастье, верность»). При нём провинции достигли своего расцвета. Одним из главных достоинств правления Пия было то, что он был легко доступен для всех своих подданных, и во вмешательстве вольноотпущенников для обработки каждого запроса не было никакой необходимости. Известны депутации, которые посылались императору из Тарракона, галльских городов. Были и случаи, когда Антонин Пий разрешал некоторые споры, возникавшие в провинциях. Вот один из примеров: некоторые граждане Фив были в споре с городом Платеи из-за некоторых земель, располагавшихся между городами. Будучи не в состоянии решить этот вопрос самостоятельно, они вынесли его на суд императора, удовлетворившего их просьбу.

Храм Антонина и Фаустины.
Деятельность в юриспруденции, которая ознаменовала правление Антонина Пия, подготовила почву для расцвета римского права в начале III века. В области законоведения императора беспокоила проблема равенства сословий, и в связи с этим он ввёл в римское право много важных новых принципов, основанных на этом понятии. Тут Антонину Пию помогали пять известных юристов того времени: Луций Фульвий Эбурний Валент, автор правовых трактатов; Луций Волузий Мециан, автор большой работы «Fidei Commissa» (Завещательные трасты); Луций Ульпий Марцелл, плодовитый писатель, и два других деятеля. Его правление застало появление «Институций» юриста Гая — элементарного правового пособия для начинающих. Некоторые из этих юристов принадлежали к школе прокулианцев, как Ульпий Марцелл, другие — к сабинианцам, как Валент, так что решения императорского консилиума представляли собой компромисс между двумя противоположными школами. Уже в то время было видно, что появилась тенденция облегчения положения рабов, и эту тенденцию усердно поддерживал Антонин Пий. Принцепс предпринял некоторые меры для облегчения процедуры освобождения рабов. По приказу императора убийство господином своего раба было приравнено к обыкновенному убийству. Кроме того, появилось важное постановление, что рабы, искавшие убежища в храмах, у статуй императоров от гнева своих господ, не возвращались бывшим хозяевам. В уголовном праве Антонин Пий ввёл важный принцип, что обвиняемые не должны рассматриваться как виновные до судебного процесса. Он также утвердил понятие, что суд и приведение приговора в исполнение должны состоятся там, где было совершено преступление. Кроме того, император смягчил пытки при допросе рабов и запретил их применение на детях в возрасте до четырнадцати лет, хотя из этого правила были исключения. Им же был введён новый закон о наследовании, в который было включено рассмотрение пожеланий дочери при заключении брачного договора. Законы Антонина, некоторые из которых цитируются дигестами византийского императора Юстиниана I, были для тех времён достаточно гуманными, что объясняется влиянием стоицизма и греческой философии. Антонин также уделял внимание сословному делению. Во времена империи почётные граждане делились на два класса: «humiliores», люди низких званий, и «honestiores», люди высших званий. Критерием этого различия являлось, главным образом, богатство. Honestiores были богатыми, а humiliores бедными. При Антонине это неписанное правило стало законом. Строительная деятельность Пия по сравнению с его предшественниками была не столь плодовита. Антонин завершил строительство Мавзолея Адриана неподалёку от Тибра, построил храм в честь божественного Адриана на Марсовом поле и Фаустины на форуме. Кроме того, он отреставрировал старый свайный мост в Риме, «Pons Sublicius», Грекостадиум и Колизей. Император, возможно, внёс некоторые исправления в конструкцию здания римского Пантеона, потому что историк Юлий Капитолин упоминает восстановление храма Агриппы, но текст может быть повреждён; в то же время произошло восстановление храма Божественного Августа в Риме, что было отмечено на монетах. Вне столицы Антонин активно занимался ремонтом дорог.

Примером тому служит восстановление Эмилиевой дороги в 143 году, строительство дорог в Нарбонской Галлии. По сообщению Павсания, во время правления Антонина Пия было построено несколько храмов неподалёку от Эпидавра. Отреставрирован был порт в Александрии, восстановлены Фарос, гавань в Кайете, Террацинская гавань, построены бани в Остии на выделенные по завещанию Адриана 20 тысяч сестерциев, водопровод в Анции, а также несколько храмов в родном городе императора Ланувии. При вступлении на престол император отменил целиком для жителей Италии и наполовину для провинциалов налог, назначенный по поводу его усыновления. Когда супруга императора Фаустина скончалась в 141 году, это стало большим ударом для императора, который глубоко её любил, как мы знаем из его собственных слов. Сенат её обожествил, устроив в честь покойной цирковые игры, построил храм и назначил в него служительниц. В Сардах был основан культ Фаустины и Артемиды. Кроме того, была отчеканена серия монет с портретом Фаустины и создан благотворительный фонд для помощи девочкам-сиротам Италии, названный «Фаустининские девочки» (лат. Puellae Faustinianae). На выпущенных монетах времён Антонина изображались преимущественно порты, мосты, бани и амфитеатры. Император приказал своим прокураторам проявлять умеренность при сборе налогов, а с тех, кто превышал допустимую меру, он требовал отчёта о совершённых ими действиях. Он был всегда готов прислушаться к жалобам, поданным провинциалами на своих прокураторов, и любого виновного принуждал вернуть награбленное их владельцам. В 148 году в Риме были отмечены 900-летие со дня основания города и десятилетие правления Антонина Пия. В честь этих событий в столице были организованы великолепные игры, которые продолжались в течение нескольких дней; во время игр было убито множество экзотических животных, в том числе слоны, жирафы, тигры, носороги, крокодилы и гиппопотамы. Народу раздавались подарки. Была выпущена серия монет, где отмечались происхождение римлян от троянцев, латинян, сабинян и заслуги богов, защищавших город. Монеты, темы которых связаны с Энеем, Ромулом, Нумой Помпилием и Октавианом Августом, косвенно называли Антонина преемником этих четырёх правителей. В связи с расходами на празднества император понизил количество серебра в денарии с 89 % до 83,5 %, то есть фактическая масса серебра уменьшилась с 2.88 граммов до 2.68 граммов. Ущерб имперской казне также наносили массовые стихийные бедствия, разорявшие чуть ли не целые провинции. На островах Эгейского моря и в Малой Азии произошёл ряд землетрясений. От опустошительных пожаров пострадали такие крупные города, как Рим, Нарбонна, Антиохия, Карфаген. Император использовал собственные средства для распределения масла, зерна и вина бесплатно во время голода, помогал восстанавливать Рим, пострадавший в результате пожара, а также оказывал помощь провинциям. Известно, что к моменту смерти Антонина в 161 году в римской казне находилась огромная сумма в 675 миллионов денариев.

Основание колонны Антонина Пия.
В отличие от своих двух предшественников, Траяна и Адриана, Антонин Пий был глубоко религиозным человеком и поклонялся только исконно римским богам. Однако, несмотря на это, император практически не преследовал христиан, но и не отменил запрета на их организацию. Однако историки церкви И.Гапонов и А.Лебедев приписывают Антонину Пию приказ, направленный в Азию, который облегчал положение христиан, а в качестве доказательства приводят этот приказ, который якобы сохранился у Юстина. Но, по всей видимости, этот рескрипт представляет собой позднюю вставку. Во времена Антонина преследования проводились в Ахайе, где был убит епископ Афинский Публий. На эпоху его правления приходится мученичество трёх христиан — Птолемея и двух мирян, носивших одинаковое имя Лукий. Птолемей был обвинён в том, что якобы способствовал переходу жены одного знатного римлянина в христианство. А два Лукия попытались опротестовать решения суда по делу Птолемея, за что и погибли. Евсевий Кесарийский рассказывает, что при Антонине во время гонений в Азии умер мученической смертью из-за бунта простого населения глава Смирнской церковной общины епископ Поликарп. В целом правительство Пия продолжало следовать политике невмешательства Траяна и Адриана. Христианина власти не преследовали, если у них не имелось против него какого-либо конкретного обвинения. Антонин старался начать религиозное возрождение, которое было бы направлено на возвращение старого республиканского духа почтения к богам греческой и римской мифологии. Император хотел возродить неприхотливость предпочтений эпохи раннего Рима. Кроме того, тот факт, что девятисотлетие Рима пало на правление Антонина, дал возможность напомнить народу о религиозных верованиях ранней Республики. На протяжении правления Антонина чеканились монеты, иллюстрировавшие эпизоды старой мифологии и особенно деяния Геракла в Италии. Кроме того, такие освящённые веками религиозные корпорации, как арвальские братья, получили большую поддержку и заняли особое место в правление Пия. Можно, конечно, считать случайным обстоятельством, но некоторые из наиболее важных надписей, связанные с арвальскими братьями, относятся к эпохе Антонина Пия. Но, как считал историк Э. Брайант, это связано с тем, что записи актов арвальских братьев особенно бережно хранились в то время. Однако попытки возрождения старой религии были обречены на провал. Всё больше людей обращалось к культам Великой Матери и Митры. Несмотря на имперскую пропаганду, которой отмечалось мирное римское царство, правление Антонина не обошлось без внутренних и внешних конфликтов. Его правление было самым мирным за всю историю принципата, основным средством разрешения споров была дипломатия. Антонин Пий не был военачальником, и он не имел никакого опыта в военном деле, а все войны вёл через своих легатов. Командованием армией в тот момент заведовал префект претория Марк Гавий Максим, занимавший этот важный пост почти весь период правления Антонина — 20 лет (с 138 по 158 год). Армия по-прежнему играла значительную роль в империи, её задачами были расширение и защита государства. Императорские легаты увеличили плату легионерам, но ограничили права военно-морского флота и моряков-ауксилиев. С этого момента дети солдат, не имевших римское гражданство, получали его только после того, как они сами запишутся в легион. Это побудило жителей становиться легионерами. Военная деятельность римлян, показанная в Британии, была противопоставлена бездействию в остальных провинциях империи. Тут политика разительно отличалась от политики предшественника Антонина Адриана, по приказу которого был возведён носивший его имя вал. В 139 году император назначил на пост легата провинции Британия Квинта Лоллия Урбика. До этого Урбик участвовал в подавлении восстания Бар-Кохбы под начальством Юлия Севера, затем, после исполнения обязанностей консула в 135 году, был наместником Нижней Германии. В 140 году в провинции вспыхнуло восстание племени бригантов, которое было подавлено. После Урбик начал активные наступательные действия в Северной Британии. Точные причины кампании неизвестны, но это могло быть желание Антонина иметь славу завоевателя. Легат одержал ряд побед и продвинул имперскую границу вглубь острова. В 142 году началось строительство оборонительного вала в самом узком месте между заливами Ферт-оф-Форт и Ферт-оф-Клайд, представлявшего собой 58-километровую стену из торфа, стоявшую на фундаменте из булыжников шириной четырнадцать футов и возвышавшуюся над глубоким рвом. Основные работы велись силами солдат трёх римских легионов: XX Победоносного Валериева, VI Победоносного и II Августова. К югу от стены проходила военная дорога, вдоль которой находились через каждые две мили небольшие форты с гарнизонами, окружённые насыпями и канавами. Эти достижения побудили Антонина Пия принять в 142 году, возможно в конце года, почётный титул «Imperator II». Однако завоёванные территории не оставались спокойными. В 154 году вспыхнуло восстание, зачинщиком которого стало племя бригантов, что повлекло за собой временный отвод части армии от вала Антонина, а в результате часть оборонительных сооружений была разрушена восставшими. Надпись из Тенеста рассказывает о прибытии в Британию подкреплений из Германии при наместнике Юлии Вере. Вполне вероятно, что именно эти события подтолкнули Антонина к решению о переселении большей части населения из местности между двумя валами в Германию на берег реки Неккар для защиты тамошних границ империи. Энергичная политика Антонина в Британии обеспечила этой провинции мир и процветание в течение шестидесяти лет. Этот факт позволяет предположить, что если бы император проводил такие же кампании на дунайской и восточной границах, то это позволило избежать неприятностей его преемнику. При Марке Аврелии, приблизительно в 160-х годах, вал Антонина был оставлен, хотя римская власть над некоторыми крепостями сохранялась ещё до конца 170-х годов. Около 155 года граница верхнегерманско-ретийского лимеса была продвинута на 30 миль к востоку от северной части оборонительных укреплений римлян. Старая граница проходила по реке Майн вдоль Викус Алисиненсиум и реки Неккар, а новая через Мильтенберг-Ост и Вельзеум. Для усиления обороны наместник Верхней Германии Гай Попилий Кар Педон построил новые укрепления в районе Декуматских полей, такие как деревянные и каменные башни. Нет никаких сведений о том, что эти земли были завоёваны. Вполне возможно, что причиной их занятия были не военные, а экономические, так как эта территория имела большое сельскохозяйственное значение. Рецийская граница тоже была продвинута. Отряды, стоявшие в Аквилее, были переведены в центр новой области — Аален. Это было последнее расширение рецийских территорий. Там были построены новые поселения и дороги. Известно, что дунайские племена квадов получили нового царя с согласия Антонина Пия, что было отмечено монетами с надписью «REX QUADIS DATUS» («Царь, данный квадам»), которые чеканились в период с 140 по 144 год. Пересёкшая дунайскую границу банда костобоков, которая дошла до Элатеи в Фокиде, была разгромлена. Это событие известно из трудов географа Павсания. Однако к данному сообщению следует подходить с подозрением, почти невероятно, что северные племена могли вторгнуться в такую центральную провинцию Римской империи, как Ахайя. Но вполне возможно, что рейд был слишком неожиданным, и римские войска не успели на него отреагировать. Такое вторжение, если оно действительно имело место, грозило большим беспокойством для государства в будущем. Между 144 и 152 годами мавры вторглись в североафриканские провинции Мавретанию Цезарейскую и Мавретанию Тингитанскую. Вместе с ними напали и банды мародёров. Конфликт достиг своего пика в 145 году, когда в Мавретанию была прислана помощь из ряда европейских провинций, а вместо обыкновенного прокуратора Антонин Пий назначил управлять обеими провинциями сенатора. В результате были построены новые укрепления и отремонтированы старые. В Нумидии римляне построили новую дорогу в Ламбезе, расположенный в горах Аурес, где находился лагерь бандитов. Работы были выполнены подразделениями VI Железного легиона под руководством нумидийского наместника Прастины Мессалина. Известно также о некоем Юлии Сенексе, который боролся с разбойниками, промышлявшими на дорогах. В то же время или чуть позже было начато строительство акведука, который был предназначен для поставки воды в Ламбез с близлежащих холмов. Но работы велись медленно из-за угрозы нападения бандитов. В результате акведук был ещё не завершён в 152 году, хотя в Ламбезе дислоцировался легион для защиты района. В Мавретании город Колония Элия Августа был хорошо укреплён и стал базой для ведения войны против мавров. О конфликте с маврами античные источники сохранили скудную информацию. Известна, например, надпись, сообщающая об участии паннонских отрядов в «экспедиции в Мавретанию Цезарейскую» (лат. expeditione ad Mauritania Caesariensis) или о префекте вспомогательных войск Тите Варии Клементе из Испании. К 150 году конфликт был практически завершён. Приблизительно 150 мавров-сектантов были отправлены в ссылку к дальним западным рубежам государства. По сообщению Остийских фаст, в сентябре 145 года Корнелий Присциан на заседании сената был признан виновным в подстрекательстве к беспорядкам в Испании. «История Августов» содержит краткое упоминание об этом событии: «Погиб и Присциан, обвинённый в стремлении к тирании, но добровольной смертью», добавив, что император запретил любое расследование, связанное с этим инцидентом. По той же причине и с теми же последствиями был осуждён и консул 127 года Тит Атилий Руф Тициан. Вполне возможно, что эти люди были вовлечены в заговор, целью которого было свержение Антонина Пия. Возможно, что Присциан делал попытку к этому с помощью проходивших через Испанию в Мавретанию войск. Известно, что в правление Антонина Пия в греческой провинции Ахайя было поднято восстание, которое было подавлено, но о его подробностях практически ничего неизвестно. В Египте введение повинностей в виде тяжёлых принудительных работ привело к тому, что местные жители начали бросать насиженные места. В конце концов всё это завершилось беспорядками и вылилось в вооружённое восстание в 152—153 годах, во время которого был убит наместник провинции Динарх. Из-за этого император даже был вынужден покинуть Италию. Император посетил, вероятно, в 154 году Александрию и сирийскую Антиохию. Однако восстание не было сильным, и местной египетской армии, состоявшей из II Неустрашимого Траянова легиона и вспомогательных частей, вскоре удалось разгромить повстанцев. События в Египте отразились на доставке в Рим зерна, что вызвало волнения столичных жителей. Чтобы успокоить население, Антонину пришлось устроить раздачу провианта за свой счёт. После завершения восстания в Александрии было возведено несколько зданий. В Рим Антонин вернулся в конце 157 года. По сообщению Иоанна Малалы, он побывал в Лаодикее, Кесарии и Гелиополе. В 152 году в Иудее вспыхнуло восстание, информация о котором мала. В связи с этим император изменил закон (однако не отменил его полностью) Адриана, который запрещал делать обрезание. Также император разрешил евреям исповедовать их религию, однако поставил им условие, чтобы они отказались от вербования прозелитов. Он разрешил евреям обрезать своих сыновей, но не позволял им придавать этому обычаю церемониальный характер, тем самым ослабив позиции иудаизма, соперничествовавшего с распространявшимся христианством. Далее, для укрепления мер, по которым иудеям под страхом смертной казни было запрещено входить в Иерусалим, вокруг города были усилены военные посты. Известно также о том, что как только в Иудее узнали, что императором стал Антонин Пий, они тотчас же отправили посольство во главе с раввином Иудой бен-Шамуею с ходатайством об улучшении их положения. Благодаря покровительству одной влиятельной матроны послы удостоились благосклонного приёма у императора. В августе 138 или 139 года император разрешил предать погребению всех еврейских солдат и мучеников, которые пали в битве с римлянами в правление Адриана и которых под страхом строжайшего наказания запрещено было хоронить.

Денарий Антонина Пия.
Во внешней политике, касавшейся восточных государств, Антонин Пий старался сохранить мир. В его правление иберийский царь Фарсман II посетил вместе с женой Рим, где был принят с почётом императором, который подарил ему некоторые земли. В Лазике по велению императора правителем был назначен Пакор. Царь был дан и колхам. Осроенского царя Абгара Антонин заставил одним своим авторитетом отступить от восточных границ империи, после того как тот разбил нескольких приграничных мелких правителей. Майкл Грант полагает, что этим царём был Абгар VIII, но есть также предположение, что им мог быть Абгар VII, который погиб или был вынужден бежать из своей столицы Эдессы от Траяна в Парфию во время войны с римлянами. Но, скорее всего, это был Ману VIII, правивший в 139—163 и 165—177 годах. Известно, что парфянский царь Вологез III подготавливал войну против Римской империи при Антонине, но начал её только при преемниках Пия Марке Аврелии и Луции Вере. Причиной тому было желание вернуть под парфянское владычество армянский престол. Однако со стороны римлян был встречен категоричный отказ, и парфяне начали нападать на соседние с Арменией земли. Только в конце своего правления Антонин Пий решил устроить поход против Парфянского царства. Найденная в среднеиталийском городе Сепинуме надпись рассказывает, что император отправил своего легата Луция Нерация Прокула в Сирию с подкреплением и поручением подготовить войну против Парфии (лат. ob bellum Parthicum). Известно, что Антонин предотвратил нападение парфян на Армению и отбил несколько набегов аланов. В Боспорском царстве царём он поставил Реметалка, а в Ольвию посылал помощь против тавроскифов (возможно, под этим названием имелись в виду аланы). Тавроскифы были разбиты, и у них в качестве залога будущего мира были взяты заложники. Всё это свидетельствует о том, что римляне продолжали внимательно следить за положением в этих регионах. По сообщению Псевдо-Аврелия Виктора, к Антонину присылали посольства из Индии, Гиркании и Бактрии. Антонин Пий предпринял осторожный подход к защите провинции. Большое количество мильных камней, датируемых его правлением, показывают, что император был особенно обеспокоен состоянием дорог. Найденные кирпичи показывают, что амфитеатр в Ульпии Траяне Сармизегетузе, построенный в первые годы существования колонии, был отремонтирован при Антонине. Кроме того, в то же время был перестроен и укреплён муниципиум Поролиссум. После восстания, произошедшего около 158 года, Антонин Пий принял решение реформировать дакийские провинции. Иногда предлагается в качестве даты реформы 168 год, но, скорее всего, это произошло уже в 158 году. Реформа проводилась дакийским наместником Марком Стацием Приском. Дакия Поролисская со столицей в Поролиссуме была оставлена без изменений. Верхняя Дакия была переименована в Дакию Апулейскую (территория современного Баната) со столицей в Апулуме, а Нижняя Дакия была преобразована в Дакию Мальвскую (территория современной Олтении) со столицей в Ромуле. В соответствии с ранними реформами Адриана каждая провинция управлялась прокуратором из сословия всадников, а все они были подчинены наместнику Дакии Апулейской. Всё это было сделано, чтобы осуществлять более тщательный контроль за данной областью. Известно также о том, что был разгромлен отряд сарматов, который, по-видимому, позвали на помощь восставшие даки.

Изображение Антонина Пия на денарии.
Вот что сообщала «История Августов» о внешности Антонина Пия: «Высокий рост придавал ему представительность. Но так как он был длинным и старым, то стан его согнулся, и он, чтобы ходить прямо, привязывал себе на грудь липовые дощечки». Аврелий Виктор так писал об императоре: «Он был настолько справедлив и обладал таким добрым нравом, что ясно этим доказал, что ни мир, ни продолжительный досуг не портят некоторых характеров и что города могут благоденствовать, если только управление их будет разумно». Антонин Пий был вторым императором после Адриана, носившим бороду. Одним из наилучших его портретов является байский бюст в Национальном музее в Неаполе, который датируют первыми годами его правления. Император изображён в плаще, накинутом поверх доспехов и скреплённом на правом плече застёжкой. Особенно подчёркнуты спокойствие и сдержанность, благородная и представительная внешность. Идеализация образа правителя согласуется с реалистической передачей черт лица — глубоко посаженных, притенённых глаз, немного впалого рта с выдающейся верхней губой и довольно сильно выступающего подбородка.

Статуя Антонина Пия в Ниме.
Антонин Пий скончался на своей вилле в Лориуме от лихорадки 7 марта 161 года на семьдесят четвёртом году своей жизни. Перед смертью император собрал двух префектов претория, Луция Фабия Викторина и Секста Корнелия Репентина, и в их присутствии он назначил Марка Аврелия своим преемником, однако ни разу не упомянул Луция Вера. Затем он приказал убрать золотую статую Фортуны, стоявшей в императорской опочивальне и передать её Марку как преемнику. Трибуну преторианской когорты он дал пароль «самообладание» (лат. aequanimitatis), а затем, повернувшись, умер. Его конец, как говорит историк Квадрат, был самым мирным как сладкий сон. В Риме были устроены пышные похороны, на Марсовом поле сложили погребальный костёр, в центре которого лежал император в колеснице. Как только костёр был подожжён, выпустили орла, что символизировало обожествление умершего императора. Потом Марк и Луций произнесли надгробные речи на Форуме. Битвы гладиаторов в Колизее были неотъемлемой частью торжеств. Позже в его честь была построена триумфальная колонна (на основании, которой изображён апофеоз Фаустины и Антонина), а храм Фаустины был переосвящён как храм Антонина и Фаустины. Антонина Пия историки иногда называют вторым Нумой Помпилием. Та же любовь к религии, справедливости и миру была отличительной чертой правления обоих государей. Но в отличие от Нумы, у Антонина была более крупная территория для осуществления этих добродетелей. Нума мог только предотвратить грабежи окрестных деревень, а Антонин установил порядок и спокойствие на землях от Испании до Сирии. В целом правление Пия можно назвать «золотым веком» Римской империи. Историк Эдвард Гиббон в своём труде «История упадка и разрушения Римской империи» включает Антонина в состав пяти хороших императоров. Однако некоторые историки, как Энтони Бирли, подвергли Антонина критике за его чрезмерную пассивность. Он не уделял достаточное внимание поддержанию боеспособности армии, последствия чего проявились при правлении его преемников. Согласно мнению историка Д.Б.Бьюри: «Но как бы высоко не ставить его добродетель, Антонина нельзя никоим образом назвать выдающимся государственным деятелем. Спокойствие, которым империя наслаждалась под его властью, достигнуто было исключительно стараниями Адриана, и отнюдь не его собственными усилиями; с другой стороны, в своих стараниях сохранить мир любой ценой он зашёл так далеко, что после его смерти это вылилось для империи в череду несчастий. В его стиле правления не было ни особой оригинальности, ни новизны, более того, у него не достало даже проницательности или смелости, чтобы развить то, что было ранее намечено Адрианом». Приёмный сын Антонина и его наследник Марк Аврелий с большим уважением отзывался о нём в своих «Размышлениях». Греческий философ II века Элий Аристид в восторженных тонах охарактеризовал Рим эпохи правления Антонина: «Лучше всех вы доказали расхожее мнение, что земля — мать и общая отчизна всех людей. Ныне действительно и грек, и варвар легко может странствовать как со своим добром, так и без него, куда пожелает, как если бы он просто переходил из одного отечества в другое. И его не пугают ни Киликийские ворота, ни узкие песчаные дороги сквозь Аравию к Египту, ни неприступные горы, ни бескрайние реки, ни дикие племена варваров. Ибо для безопасности ему достаточно быть римлянином, а точнее, одним из тех, кто живёт под вашей властью». Источники: Аврелий Виктор. Антонин Пий // О цезарях; Псевдо-Аврелий Виктор. Антонин Пий // Извлечения о жизни и нравах римских императоров; Евтропий. Книга VIII // Бревиарий от основания Города; Юлий Капитолин. Антонин Пий // История Августов; Элий Аристид. Похвала Риму. Литература: Bury, J. B. A History of the Roman Empire from its Foundation to the Death of Marcus Aurelius. — 1893; Bryant, E. The Reign of Antoninus Pius. — Cambridge: Cambridge University Press, 1895; Gibbon, Edward. The History of the Decline and Fall of the Roman Empire. Volume 1. Chapter 3. — New York: Fred de Fau and Co, 1930; Машкин, Н.А. История Древнего Рима. — Москва: Госполитиздат, 1956; Grant, Michael. The Antonines: The Roman Empire in Transition. — Routledge, 1994; Грант, М. Римские императоры. Антонин Пий. — Москва: ТЕРРА — Книжный клуб, 1998; Richard D. Weigel. Antoninus Pius (A.D. 138—161) An Online Encyclopedia of Roman Emperors. 1998; MacKendrick, Paul Lachlan. The Dacian Stones Speak. — The University of North Carolina Press, 2000; Bowman, Alan K. The Cambridge Ancient History: The High Empire, A.D. 70—192. — Cambridge University Press, 2000; Birley, Anthony. Marcus Aurelius: A Biography. — New York: Routledge Press, 2000; Bunson, Matthew. Encyclopedia of the Roman Empire. — New York: Facts On File, 2002; Цацура, Л.И. Христианство и Римская империя во II в. // Працы гiстарычнага факультэта. БДУ: навук. зб / У.К.Коршук.. — Мiнск: БДУ, 2008. — Выпуск 3. — Страницы 220—228;
Canduci, Alexander. Triumph & Tragedy: The Rise and Fall of Rome's Immortal Emperors. — PIER 9, 2010.
Читать далее...

в 1984 году столкновение теплохода «Братство» (Черноморское пароходство) и атомной подводной лодки «К-53» (проект «Ёрш», «Victor-I»). После прохождения Гибралтарского пролива «К-53» столкнулась с сухогрузом «Братство». После столкновения покинула место происшествия в подводном положении. Лодка получила повреждения лёгкого корпуса, средств гидроакустического корпуса, волнорезных щитов торпедных аппаратов и выдвижных устройств. После ремонта сопровождена плавмастерской в порт Хаммамет, откуда своим ходом вернулась на базу. Сухогруз получил пробоину корпуса и полузатопленном состоянии отбуксирован в Альхесирас, где продан на металлолом
Читать далее...