Примадонна призналась нашему журналу, что сцена для нее всегда была мучением, но она гордится прожитой жизнью

— Алла Борисовна, вот и закончился ваш прощальный тур — 37 концертов! Что у вас на сердце?

— Я впервые в жизни решила покончить с шоу-бизнесом. Хотя пытаются иронизировать — мол, я уже уходила. Но это не так — я брала тайм-аут на два года... Так вот, за 45 лет работы на сцене и 35 лет популярности я впервые призналась себе, что я — действительно великая артистка. Когда я видела радость и слезы публики, горе от того, что ухожу, то понимала: Бог дал мне такую жизнь, которой можно гордиться. Я всегда шутила — когда мне говорили «великая», отвечала: «Я от этого слова толстею!» Но сейчас я говорю: «Аллуся! Ты была великой!»

— Была?

— Была. Потому что я — человек слова. Я честно ухожу.

— Кобзон тоже уходил, но не смог без сцены!

— Ну, не надо нас сравнивать! Иосиф Давыдович — вокалист от бога и выходит на сцену с радостью! Он прямо бежит, здоровеет от этого. А я сценой никогда не жила. Я думала: «Боже мой, идти туда — это такая ответственность! Не дай бог, что-то случится! Другим простят, а мне — нет!» Для меня это была пытка! Выход на плаху! И преодоление этого страха 45 лет подряд измучило меня. Поэтому я сказала себе, что умирать на сцене не хочу. И не умру без сцены.

Что дальше? Сама не знаю!

— Нет ни малейшего шанса, что вы вернетесь?

— Нет. Я шутила во время тура, что встретимся в 80 лет. Меня спрашивали: «Почему в 80?», а я отвечала: «Это будет забавное зрелище!» Шутка! Но мысль, что я могу вернуться на сцену в 80 лет, поддерживает меня, заставляет следить хотя бы за своим здоровьем.

— И что дальше?

— Сама не знаю!

— Вы говорили, будет театр...

— Ну, мало ли, что я говорила! Театр, кино... Сейчас я не хочу об этом думать. У меня есть такая возможность — ни о чем не думать! Ну, кроме «Радио Алла».

Читать дальше, полное интервью...

Роман Попов,
Алена Жигалова,
Дмитрий Петровский