Я сейчас осознала, что всю жизнь жила в некотором отдалении от соседских участков.

У нас был дачный дом на обычных 6-ти сотках, развёрнутый лицом к полю, и были куплены ещё 6 соток рядом, перед дачным домом. Перед этими пустыми шестью сотками был чужой незаселённый участок - это 12 пустых соток перед взором каждый год, и дальше стоял за забором, но не перекрывая сильно взгляд, участок соседей - соток из 12, мне кажется. После была дорога и поле.

Позади нашего дачного дома тоже были 6 соток - потому что дачный дом стоял на самом их краю. Таким образом он как-бы стоял в середине 12-тисоточного участка, окружённый только нашими владениями, а дальше были соседи. Слева от дома - если смотреть на поле - была маленькая тупиковая дорога, по которой ездили только свои, а дальше... правильно, пустое место и небольшой сарай на никем не купленных примерно 12-ти сотках, а потом небольшой дом с пожилой женщиной. Слева ближе к полю - старый вагончик на опять-же незаселённом участке. Справа - небольшой сарай, где жила мамина подруга, то есть это не был "неизвестный недружественный сосед", а далее - поле с оврагом на много метров и дорога с уже другой деревней.

Таким образом пока я росла вокруг меня было действительно много простора и действительно немного людей. Эта свобода и тишина - привычное и родное для меня состояние мира вокруг.

[Мне невыносимо тяжело смотреть, как эти места застраиваются. Я привыкла к свободе и покою, к просторам, которые могут пересекаться лишь лесом и вышками. А сейчас и у нас появился забор (я росла, когда дача была без забора) и появились соседи сбоку и спереди, причём спереди очень проблемные - какие-то твари, которые обстреливали ночью наш дом пневматикой, а днём навязчиво лезли знакомиться и после преследовали нас с друзьями вечером на машине по посёлку]. Я вижу, как дорогие мне места поганятся застройками и людьми, появляется больше шума, радио и визга детей. Покоя больше нет. Мерзкое общество стремительно уничтожает всё хорошее.]

Но я знаю, что в поле начал расти лес.