Дорога к вокзалу. Привокзальные переулки. Темень, вонь, в каждом закутке лежит по несколько человек. Прохожу сквозь стаю собак. Они смотрят на меня.
Фестиваль начался.
***
Поезд едет 12 часов. Интересно, когда-нибудь прогресс дойдет до поездов, которые будут идти сутки?..
***
- Вот этот поезд видите перед нами, битый такой? В нем фанатов возят бесплатно. Я однажды в таком ездила, чуть не убили совсем, упаси господи.
***
- А что вы вообще в Москве делали? Что вы там забыли? Сейчас же белые ночи!
***
Обдолбанный подросток стоит у кафе «Чижик-пыжик» на вокзале, смотрит на большого медного чижика, сидящего на нем и лыбится. Видимо, ему кажется, что птичка танцует, поэтому он пытается вихлять задницей, подражая Чижику-Пыжику.
***
На выходе из ворот вижу машину, полностью покрытую стикерами: «Внимание: сохрани чужую жизнь – пропусти мотоциклиста». Видимо, не уступил мужик место-то. Интересно, эти стикеры отклеиваются без краски?
***
В поезде дорвался-таки до «Половины неба» (под ее гнетом прошел весь фестиваль). Площадь Восстания перед московским вокзалом, вид в сторону Гончарной. Колонна стоит сзади, на углу Кофе Хаус, магазинчики какие-то. Переклинивает: Площадь Колумба, Гончарная как восьмая авеню, ростральная колонна с Колумбом и Невский как Бродвей уходит куда-то влево, за дома.
***
Как не очень уверенный в себе подросток, стесняющийся, например, своего большого носа, стремиться в компании проехаться по этому своему выпирающему факту, чтобы отсечь любые шутки на эту тему, так и Питер явно стесняется своего прошлого, превращая его в фарс. И появляется салон babochka, кафе СССР соседствует с карикатуристами, рисующими карикатуры на Петра I, майки с надписями «Питер, сука, исторический». Вполне возможно, что сейчас в нем тоже есть своя культура, только Питер боится выставлять ее на осмеяние. А пока огромные фотографии А3 прилеплены сверху на стены Петропавловской крепости (божественно, только пытаешься хоть что-то сфотографировать, тут же в объектив лезет вид какой-нибудь Ниагары с лейблом «Эти фотографии сделаны с помощью HP», мать его за ногу). Пока стоящие на причале парусники совмещают в себе функции казино, ресторана и спорткомплекса. И прочее, прочее. Кстати, когда видишь всех этих Петров («А вот, кому фотки с Петром Первым! Или с обезьянкой!»), сразу становится понятен взгляд Шемякина. А если приглядеться к их одухотворенным лицам, то и Церетели вспоминается с приязнью.