Дневник восстановлен...

я закрываю дневник

В колонках играет - Theatre of Tragedy - A Distance There is...

...о чем я вообще думаю?...экзамены уже близко, жуткие экзаменаторы уже тянут свои корявые ручонки к моей хрупкой шее. И следовало бы в данный момент сидеть и усердно изображать ботаника, зубря биологию денно и нощно....

....оказаться бы сейчас ТАМ...пройтись по серой мостовой, как тогда...сесть на парапет, свесив ноги вниз, туда, где до вечности - один шаг, одно неловкое движение и смотреть, смотреть на черные воды...смотреть до тех пор, пока не зашумит в висках...Потом подняться, выйти на площадь, под проливной дождь и стоять, чувствуя, как тушь растекается по щекам тоненькими ручейками черной крови...

Почему мое сердце так тоскует по ТЕМ местам, ТЕМ лесам, милым маленьким домикам, по садам, где в октябре цветут алые розы, по острым шпилям костелов, по камням мостовой?...

ТАМ я была одинока, никто не ждал меня, и все же я снова и снова возвращаюсь туда в своих мечтах... ТАМ я была свободна. Свободна! Как не хватает сейчас мне ее, этой свободы...

Ненавижу Москву...

... я никогда не смогу полюбить то, чему собираюсь посвятить всю свою жизнь...
Биология. Пестики-тычинки. Если бы...
Девушки падают в обморок при виде трупа. Я с любопытством подаюсь вперед, даже возникает желание подойти поближе, рассмотреть. Он уже мертв. И его не вернуть. И это только тело, оболочка, затвердевшая, навеки сведенная судорогой плоть... Но к чему убивать тех, кто не причинил нам зла? Ты держишь в руках лягушку. Ее хрупкое тельце трепещет в твоих ладонях. Ты должен убить ее, а она не ждет от тебя ничего плохого. И ты умираешь вместе с ней, ощущая ее боль как свою, каждой частичкой своего тела...Все мы с детства свято верим в то, что душа находится где-то в сердце. И вот: сердце - это только мышечный орган(далее описание его работы в подробностях)... Я уже сейчас себе противна, я становлюсь похожа на Базарова. Но я не могу считать природу мастерской. Кто мне дал право отбирать данные кем-то жизни, пусть даже во благо науки?!...

В колонках играет - Within Temptation - Memories

...дом на холме. Высокие шпили башен уходят в никуда, в пустое холодное серое небо. Местами потрескавшиеся стены увиты вечнозеленым плющом. Тяжелые двери ведут в сердце дома, в зал, где всегда горит камин и зеркало в резной раме манит в себя, в никуда, в свои черные глубины...
...дом на холме. Мой дом. Я вижу его снова и снова, он приходит из глубины моего подсознания. Мой родной дом...

...белая комната. Белые стены, белые шелковые простыни. Красивое мужское тело, белые длинные волосы, так похожие на шелк. Его прикосновения, его тепло... А потом - пустота, только вой ветра. А за ним - обрыв, бесконечный, как чувства, которые переполняют душу. Ветер треплет белое платье, снег по лицу. Стою на краю. А подо мной, там, внизу - кровь растекается по камням. Страх. Бесконечный страх. И осознание, что того, кто был дорог тебе больше жизни, больше нет...

...безликая толпа. Широкая городская площадь. Судья читает приговор. Подводят к столбу, привязывают, поджигают. Ветер треплет огненно-рыжие волосы, огонь разгорается, поднимается все выше, добрался уже до подола черного платья. В глазах нет страха, в них просто пустота, завораживающая и пугающая. Я больше не боюсь смерти, я и так уже мертва...

Сны...
Зачем???

В колонках играет - Plasebo - Without u i`m nothin`

...иногда мне кажется, что я карабкаюсь по отвесной скале, судорожно цепляюсь за чуть приметные впадинки окровавленными пальцами, всем телом прижимаюсь к холодным камням, а надо мной - серое равнодушное небо и пронзительный крик кружащего над ропастью ястреба...
И стоит мне на мгновение расслабиться, ощутив под ногами широкий и, казалось бы, надежный уступ, как он внезапно трескается и мелкой крошкой осыпается в бездну, оставляя меня вообще безо всякой опоры.
Удача.
Дружба.
Любовь.
Долг.
...гранитные камешки, шуршащие вниз по склону...
В мире нет ничего прочного. Ничего вечного.
И по скале лучше взбираться с выпущенными когтями, безжалостно засаживая их в удобные тебе щели.
И никогда не оглядываться.
Их все равно не вернуть. А мне - не вернуться...

Я, Ilfierinn Shaonell Torr`d`vissta, потомок древнего рода Летящих в Ночи, начинаю свое повествование. Здесь я оставлю частичку своей души, и, хоть бессмертный гений Оскар Уальд и утверждал, что, вкладывая во все часть своей души, можешь потерять ее, я не побоюсь этого. Мой хрупкий мир - серый дождь, мертвые осенние листья, черные витые ограды, холодный камень пафосных зданий - заслуживает того, чтобы о нем услышали, узнали, прочувствовали... Душа, которая стремится ввысь и неизменно разбивается о камни, однажды обретет смирение и покой. На страницах этого дневника...