В общем, я всё практически успела: и мероприятие, и Сочи, и Москву, и домой.
Для начала: свои 1,5 часа "утренника" я провела как лапушка, никто из артистов не подвёл, наоборот, даже добавочные желающие приехали :) Ребята, иногда я вас просто люблю. Давайте делать так, чтобы это происходило чаще и взаимней - вдруг обеим сторонам понравится? :)))
Теперь вот о чём...
Отгадайте загадку.
В городе Сочи тёмные…
а) ночи
б) «хачи»
в) аэропорты, в которых вас эти самые хачи встречают.
Самое интересное, что все три варианта будут правдой.
Конечно, Сочи – это не Рио-де-Жанейро, но тоже город контрастов. Сначала – аэропорт в стиле «back in the USSR», потом шикарная многоэтажка с надписью «отель «Рэдиссон САС Лазурная» (не получил 5 звёзд только потому, что на крыше, видите ли, нет площадки для вертолётов, да относительно недалеко проходит железная дорога; вообще же этот отель из всемирной сети гостиниц «Рэдиссон» считается в Сочи, пожалуй, самым высококлассным – о резиденции Путина сочинцы то ли скромно, то ли благоразумно подробностей не рассказывают). Сочи-2014 – эта надпись тут встречается на каждом шагу, чтоб не дай бог не забыли.
Сочи – город-гостиница. Только здесь гостиница «Москва» вполне себе мирно соседствует с отелем «Ривьера» и одноименным парком развлечений, которому больше 100 лет, а массивно-скульптурный мозаичный Ленин со знакомой улыбочкой времён октябрятского детства (куда там Моне Лизе!) снисходительно наблюдает ща VIP-номерами. В «Правде» живут КГБ-шники из ведомства внешней разведки, в «Искре» - не самые важные чины МВД. На главных воротах санатория «Металлург» - потёки ржавчины, у ворот огромного санатория им. Орджоникидзе (кипарисно-пальмовый парк вокруг главного корпуса разбивал, между прочим, юелорусский ландшафтный архитектор) – почему-то две скульптуры античных богов, похожие, как брат и сестра. В «Северном Сиянии», кажется, никто не живёт – только на дорожном указателе сиротливый белый медвед вцепился в пояснительную табличку «Норильский никель». Ж/д вокзал в Адлере – а прямо напротив сочинский рыбокомбинат. Романтика та ещё.
Гостиница «Нева Интернейшенел» (вот не вру, так и пишется) без малого не упирается в санаторий Беларусь. То есть «малое» - это вообще-то 15 минут пешком, но при сочинских расстояниях бешеной собаке не крюк, так, лёгкая прогулка. Несмотря на то, что «Беларусь» принадлежит управделами президента – вот ещё спросите, какого, ага – беларусам в нём места не нашлось, пришлось совершить тараканий набег на «Неву». Здравствуй, «совок»! реинкарнация нашего «Могилёва», если его вс ещё не снесли. В столовой чудная мозаика: героические красноармейцы в будённовках со звёздами, в бушлатах, с винтовками, и героические женщины с мужественными лицами – похоже, только что из горящей конюшни. В последний раз я видала такой чудесатый китч разве что на журфаке, в стенах аудитории, условно называемой ЗАЗ – за актовым залом… В номере нежарко. Сквозит, и угнетает отсутствие соседей – «не сезон, места много», -- объясняет милая девушка на ресепшен. Видимо, несезонностью объясняется и самоубийственная расцветочка: серые ковёр и обои, тёмно-синие, почти чёрные, покрывала и шторы. Ещё в номере, как ни странно, работающий телевизор, холодильник, обогреватель и, если проявить чудеса буддистского терпения, горячая вода. Впрочем, если вернуться слишком поздно, то она уже ТОЛЬКО горячая. :)
У меня гудят ноги, так что усталость можно вполне принять за то самое смиренное терпение – удаётся помыться и завернуться в белое махровое полотенце, аки Понтий Пилат в свой плащ с кровавым подбоем. Походка после сапожек с узкими носами у меня, кстати, тоже шаркающая.
Из окна потрясающий вид: внутренний двор гостиницы, конкуренты –высотные отели, пальмы, неработающая канатная дорога («не сезон», -- заученно объясняет персонал). В небе лучи далёких дискотечных стробоскопов спорят с маяком, в воздухе характерное «тумс-тумс» и запах копчёной рыбы. Но самого моря не видно – по крайней мере сейчас, ночью. Чобы с ним встретиться, нужно насильно оторвать гудящие ноги от кресла и потопать вдоль по улице Политехнической – через территорию упомянутого уже санатория «Беларусь». (Позже мы узнали, что мест в нём не оказалось из-за…. съезда абхазских, адыгейских и каких-то там ещё хирургов – впрочем, говорят, были врачи из Минска и Гомеля, но осадок остался).
…Встали, пошли. Причём мужики от прогулки отказались, цокают по вдрызг разбитому асфальту только девицы. Охрана так офигевает при виде разномастной женской компании в возрасте от 12 до 45 лет, что проходим беспрепятственно. Идти нужно довольно долго, спускаясь каскадами лестниц, почти призрачных в фонарном свете. Фонарей, кстати, вполне в стиле «города контрастов» -- то слишком много, то слишком мало. Такое чувство, что по Сочи прошагал припадочный Санта-Клаус – вот здесь он семенил и неторопливо разукрашивал каждое деревце лампочными гирляндами; вот здесь – двигался огромными скачками: ствол в паутине синих ламп, через 20 метров – красно-зелёный светящийся кустарник, только что без белорусского орнаментна, ещё через 30 метров – огромное дерево, увешанное такими же огромными китайскими фонариками-шарами. Фонарями. Фонарищами. Всё это блестит, мигает, переливается и положительно сводит людей с ума.
Пока таращишься на фонари, незаметно проходишь фонтаны, платановую аллею, рощицу пальм, уже не цветущие магнолии, тростники, пампасскую траву в полтора человеческих роста и ещё какие-то неведомые, свежо и пряно пахнущие, растения. Входишь как будто в туман – на самом деле это водяная пыль, ведь море совсем рядом. Редкий неяркий свет, прибой, туман – почувствуйте себя героем фильма «Зимний вечер в Гаграх». Да ещё вокруг бродят люди с безумными глазами и сюрреалистичными речами. Вот прошествовал мужик, в которого вцепились две подержанные барышни: он – купаться (на улице плюс 10), они для моральной поддержки штанов.
- А вы читали «Донна Флора и два её мужа»? – на ходу смеётся мужчина, явно намекая на обратную ситуацию. Окстись, мужик, кто в ноябре крутит курортные романы в Сочи… А впрочем, попутного тебе ветра. Нам тоже – наконец выбираемся на пляж.
…Вы знаете, как выглядит море в ноябре? Нет, не там, где вечное лето с перерывами на дожди, а там, где, пускай и в десяток градусов разница, всё же бывает зима? Это летом море пропитано до дна солнцем, солью, сексом и немного сумасшествием. Нынче уже даже не бархатный сезон, а шапочно-плащевой, и море почти не пахнет. Оно не даётся в руки, как кошка с характером – подбежит, лизнёт, отскочит и рявкнет для острастки, а потом снова неожиданно прыгнет. Оно кутается в пенную шаль глубокой, почти траурной белизны. По-моему, оно злится на весёлые беззаботные толпы курортников, которые поматросили и бросили. А морю теперь – «я грущу здесь, как зигзица, не поймёшь о ком, а его, засранца, носит неизвестно где» (с).
Если простоять на берегу неподвижно, долго, понимаешь, что море всё-таки источает слабый аромат. Тонкий, чистый, словно кожа любимого человека, в которого утыкаешься носом, засыпая. И вместе с тем – пронзительный, словно смесь бертолетовой соли (никогда не знала, как выглядит эта хрень, да и без запаха она почти что) и раствора нашатырного спирта для слабонервной девицы.
У осеннего моря совершенно особый цвет. Непроницаемый, как броня банковского сейфа. Одновременно – ясный и глубокий, как взгляд обожаемого врага. Ничего, что я опять о любви? Я просто не представляю, о чём ещё можно мечтать в ночном Слчи.
Вернее, не преждставляла – до того момента, пока не увидела в витрине магазина на обратном пути скромное горлышко «Реддса». Если я когда-нибудь снова заведу волынку о том, что надо худеть, не жрать и не пить, просто шепните мне на ухо это волшебное слово или молча протяните бутылочку «Реддса». …В обнимку с бутылкой (да, я пью! а ещё иногда, если вправду довести, разговариваю матом – с каждым на том языке, который будет наиболее понятен) доборела до номера, где «Реддсу» наступил кирдык, а мне – простое человеческое счастье. Рухнув на постель, наконец ощутила себя принцессой на горошине – на матрас был зачем-то положен сверху ещё один тюфяк. Поиски горошины результатов не дали, стащить в сторону слишком мягкий тюфяк тоже не удалось, пришлось угнездиться как есть.
(Я бы ещё что-нибудь написала в первые дни пребывания – они самые яркие, да на часах обычно было полпервого ночи по Москве. А вставать приходилось в семь по ней же, так что покочи-ночи-тамагочи и… заснуть всё равно не получалось. Коллеги по группе приходили и звали к себе – пить вино, петь революционные песни. То есть это 7 ноября они были революционные, а потом – какие придётся. Оказывается, у Руслана из «СП» красивый голос и абсолютно цыганская манера исполнения, что вкупе с особенностями пр-р-роизношения даёт очень забавный эффект; у Лены, молодёжного деятеля, хорошая память на стройотрядовские песни наших мам; Руслан из «НГ» просто гостеприимный и компанейский. Последний такой музыкальный вечер закончился в четыре утра. :)).
…На улице тепло, как-то по-домашнему уютно. Пальмы не вяжутся в голове с зимней олимпиадой, как ни крути. «Хочу жить в Сочи!» - утверждает пингвин на рекламном плакате. «Я тоже», -- вздыхаю я. Впрочем, вздыхаю недолго – до первой пробки. Вы можете себе представить, что в городе, вытянутом вдоль побережья на 50 км, с населением 500 тысяч человек, есть 2-3-часовые пробки? А вот бывают каждый день. Гид говорит, что это нам ещё повезло – когда в Сочи приехал экономический форум, местных вообще заставили пилить в объезд, а это около шести часов, только успеваешь доехать на работу, как можно сразу пилить обратно. Очарование города меркнет, но всё-таки не развеивается – мы останавливаемся прямо напротив очень доброго плаката с олимпийским мишкой: «Здравствуй, Сочи, я вернулся!».
-- Виктория, выбирай олигарха – смотри, какой дом шикарный! – подзуживает коллега из «СБ».
-- Не-ет, этот дом ещё не достроен, нам такие олигархи не нужны! – решительно выносят отрицательный вердикт коллеги-женщины.
Дорога в Красную поляну – именно здесь есть одноименный санаторий, филиал нашей «Беларуси» -- идёт по отннелям, пробитым прямо сквозь горы. По местному шуточному поверью, если в самом длинном тоннеле задержать дыхание и загадать желание, оно сбудется. Если откачают (дорога в тоннеле – 3 минуты, засекала). Одному из наших удалось, загадал миллион баксов. Ну-ну.
В просветах – горная речка Чеш…--что-то-там в переводе с упыхского языка и красивейшие горы, по которым ползёт туман. В белорусской «Красной поляне» потрясающе красиво, к тому же место стратегически выгодное – его успели сдать буквально в марте этого года, до объявления Сочи столицей олимпиады. Цены, правда, тоже сказочные: 3200 – стандарт, 4500 – самый супер-пупер-люкс. Всё в российских рублях и за сутки. Учитывая, что до моря тут практически на оленях, в Болгарию или Турцию дешевле. Но наши разумники надеются на лучшее. Недаром же у них на открытии президент был (вот опять не спрашивайте, который) – теперь в этот домик никого не водят.
За оставшиеся дни успеваем досконально изучить навороченный санаторий «Беларусь» (для сравнения: в нём цена за сутки – 32 бакса с трёхразовым питанием и лечением, и 64 – для россиян, покупающих путёвки через посредников), выслушать жалобы спортивной общественности Сочи на нехватку денег (олимпийские стройки финансируются из федерального бюджета, так что местные бизнесмены – смесь эстонского и восточного темпераментов – интерес к 2014 году проявляют весьма прохладно), поговорили с молодёжыми лидерами (всяких организаций по досугу меньше, чем у нас, но зато у них нет БРСМ). Плюс экскурсия на Мацесту – сероводородные ванны, говорят, прелесть, но становиться ярко-красными никто из нас почему-то не пожелал. К тому же порадовало местное «гостеприимство»: «Вот тут у нас минеральная вода прямо из кранов течёт, можете попробовать… только она закончилась». Плюс один, но солнечный почти свободный день. Красиво, господа…. Очень красиво. Наверное, раз в жизни туда всё-таки стоит съездить. То есть хотя бы раз в жизни. Чего и вам желаю. :)))
З.Ы.
О, чуть не забыла – как выяснилось, я не боюсь летать на самолётах. Хотя первый раз это случилось 24 года назад, и всё, что я помню – большущий зал и как я чуть не потерялась, а в Симферополе нас встречал на машине дедов друг с палочками, обмотанными черешней…
