Мы не виделись больше десяти лет. Мне было 20, мама уже уехала, я уже наелась совместной жизни ("семейной"), но ещё не имела сил с нею покончить ( и в скобках: долго-долго ещё этих сил найти не могла, что повлекло за собой множество печальных последствий, но и вообще последствий тоже).
Случайный звонок: муж одной не самой близкой знакомой предложил поработать поварёшкой на базе биофака на белом море. Я уже на Среднем была - в 16 лет, сохранила о нём самые нежные воспоминания, и согласилась мгновенно и с энтузиазом.Купила билет, дала телеграмму - и не смогла уехать... В дверях сломался ключ, в тот момент, когда я заехала домой за вещами и билетами - в день отъезда. Облом-с... Но не на таковских напали, я рванула на вокзал, поменяла билет, и уехала днём позже. Жуткий плацкарт, пьяные мужики гудели всю ночь, на вокзале меня никто не встречает: кто ж знал, что я приеду! Зато я встречаю - Герша, с очередным классом, к-рый он на Средний везёт. Ура-ура, я спасена - еду вместе с ними.
На пристани - странный человек, вид - экзотический до немоги, то ли японец, то ли индеец - чёрная коса ниже плеч. Дикарь, неизвестно как оказавшийся в сизой северной российской глубинке... Мелькнул, исчез, забылся.
Чудный, четырёхчасовой путь на корабле до Среднего - всегда помню каждый поворот, каждый остров, всё сладостно захватывает - заболев однажды ЭТИМ севером, уже не вылечишься, всегда продолжаю туда стремиться, никогда не забуду...
Высаживаюсь, мыкаюсь - не знаю куда идти, где меня ждут. Наконец нахожу двухэтажный деревянный дом, обычный здесь, на два-три подъезда. Захожу, сразу попадаю на кухню, где за столом "весёлая компания сидит" - трое сидело, но одного не помню и не знаю, кто это был. А чуть ли не Слюсарев? Не помню... Два же других... Один - тот, с пристани, чёрные раскосые глаза, чёрные волосы в косу; другой - интеллегентное лицо, очки, борода, ирония во всём. Я - Здравствуйте, я - Маша! ( я ваша тётя !). Первый - Мы же Вас вчера ждали? Я - подрыгиваю от неожиданности: оказывается, совершенно не думала, что он по-русски говорит! Эту первую свою мысль ( Как странно звучит русская речь от ТАКОГО...) - я запомнила.
Короче: первый - лаборант курса, на БМ первый раз, учится на биофаке, и зовут его Индейцем, что неудивительно.
Второй - "А это наш доктор!" - Доктор, для меня раз и навсегда, невзирая на имя и фамилию, которую узнала через несколько лет.
Эта парочка стала для меня счастливой в то лето, на Среднем. Невозможно их по одному представить там: они перекидывались словами и фразами, я - кисла от хохота где-то на заднем плане. Блестящее сочетание дикости и мягкости, и оба галантны, и оба - сами по себе. Я, измученная перепетиями вязкой и болезненной ( больной)псевдосемейной жизни, купалась в атмосфере совершенного ЗДОРОВЬЯ и родства душ, их - друг с другом, моей - с ними обоими. Не знаю, что им была я - гораздо младше, без того блеска и самостоятельности, с большой долей глупости ещё подростковой... Скорее всего - понимающий зритель и ценитель. КАК я их любила! Остальная жизнь, в т.ч. мои поварские обязанности, отошли на второй план, сама я цвела в постоянном ожидании ИХ, биофаковские мальчики ( младше меня на пару лет, а потому - "малышня" презренная) меня окружали, биофаковские девочки - терпеть не могли (и, кажется, было за что!) и покусывали - а я любила ИХ до безумия, и на всё мне было чихать, и была я счастлива, и уверена, что всё совсем скоро будет прекрасно, и планировала расстаться с "мужем", который мужем ещё не стал, но уже затягивал мою жизнь в какую-то свою, мутную и полубредовую, воронку...
Потом мне надо было уезжать - на пике этого счастья. Я не горевала, наоборот - была рада, что ничего не надоело, не усложнилось ( а в таких тройственных тандемах, как наш был, усложнения неизбежны, и у нас тоже наметились некие перекосы). Они проводили меня на поезд, купили в дорогу варёной колбасы - у меня уже денег не было, расцеловали на прощание, и я уехала. Сидя на боковом плацкарте успела расстроиться: в купе напротив ехала крошечная девочка, годовалая, наверное, и вопила, не переставая. Я расстелила постель и проспала все двадцать часов кряду, не слыша ни девочки, ни топающих в туалет соседей, ни остановок. Белое море вообще лишает своих пленников возможности спать - своими вечными днями, которые сравниться не могут с нашими белыми, но всё-таки ночами. Я отсыпалась за весь срок.
Дальше - история печальная. Жизнь закрутилась дальше, расстаться с мужчиной (с мальчиком - он и по сей день "мальчик", возраст значения не имеет, и даже на внешности его не отразился) - так вот, расстаться я не смогла, не помогла даже поездка к маме, и встреча по пути ещё двух... Но это история другая, и потом - не было у тех, в Ноксвиле, той конгруэнтности и слитности, просто - приятная компания. Короче, я вернулась из Штатов, пыталась всё начать с начала, опять не нашла сил, опять поволоклась по течению, куда оно несло, горевала, тосковала, не могла выплыть и не имела сил выплывать. Меня заволакивало какой-то пеленой, тягучей, как бред наркомана, и моего крайне здорового по сути своей строения только и хватало, чтобы самой не погрузиться в бредятину, всю жизнь окружающую моего, теперь уже почти бывшего, мужа...
С теми двумя я виделась ещё, но уже по одному, и это оказалось - как и было вполне предсказуемо - совсем не то. Пару раз заходила на кафедру к одному, пару раз приглашала в гости другого. Пару раз созванивались. Отношения - чудные, моя щемящая тоска по потерянному раю, неловкость, непонятно, о чём говорить - и, наконец, тишина...
Последний раз Индеец звонил, когда моему сыну - выстраданному, долгожданному мною, обожаемому и превозносимому на все мыслимые ( и немыслимые, конечно) высоты - когда моему сыну было пять месяцев. Муж меня позвал к телефону аж из душа, зная, КАК я вспоминаю этих двоих. Мы поговорили - как дела, как сын, как Доктор, надо увидеться. Всё.
Сейчас сыну 5,5, родилась дочка - ей год, муж наконец-то, после долгой и продолжительной борьбы, перешёл в разряд бывших, хотя бы де факто, а вскоре должен и де юро ( о, где тот сладостный миг!). Мне - 32, я одна с двумя детьми, замотана и без денег постоянно, по прежнему оказываюсь втянута в проблемы бывшего мужа, и тоска охватывает. Я полезла в сеть, и нашла ИХ. Один всё там же, на биофаке, другой - много где, и в сети об этом много чего есть. Первый - не находится и не откликается, второй - откликается сразу. С месяц - осторожная переписка, хотя телефонами обменялись. Мне страшновато звонить, вдруг всё слишком изменилось? Вообще - страшновато. Наконец - созвон, и - встреча. Мы сидим в кафешке, пьём кофе и осторожненько болтаем. Как и чего. И - ура-ура, всё так же, ничего не изменилось, можно говорить, можно хихикать, можно быть самой собой, все свои! Увидимся ещё, разыщем Индейца, жизнь продолжается.
Я еду домой на метро, вспоминаю наш разговор, улыбаюсь "вслух" - и на Ладожской, на противоположной платформе, вижу индейского вида чела с косой ниже плеч. Вглядываюсь - это не бред потревоженного воспоминаниями сознания! Это Индеец, собственной персоной, садится в поезд, и уезжает в другую сторону.
Десять лет я не видела ни одного из них, сто лет не слышала. И - увидела обоих в один и тот же день, с интервалом в пол-часа..
Знаки.
Картинка двенадцатилетней давности: сидим в домике у Доктора, доктор за столом, Индеец - на диване, я - заплетаю ему волосы в косу ( чувствую себя несколько неловко за таким "интимным" занятием, но не показываю виду изо всех сил - мол, а чего тут такого?). Разговор о праздниках, подарках, а когда у тебя ДР. Доктор - у меня 28-го декабря. А какой это знак, и ла-ла-ла, и т.п. А у меня 15-го мая, ну и т.д. Индеец - а у меня 28-го декабря... Я - зависаю. Пауза. Осторожно - Доктор, а у тебя когда? Ну, уже ясно - у них ДР в один день, только два года разница.
Знаки.
И жизнь начнётся сначала, и всё будет потрясно...
