Кэрол Каваларис. Разговор с птицами

Добрый день друзья! Под каждой картиной Кэрол Каваларис строки, поразившего меня стихотворения Игоря Кружкова, "Разговор с птицами". Не могла пройти мимо них, а работы художницы Кэрол с изображением птиц мне показались, как будто специально написанными для этих строк. Возможно, не все согласятся с моим видением. Вы можете это оспорить... Я не возражаю. О художнице и ее цветах можно посмотреть здесь.

Спустились птицы с облака лилового
И понесли меня в заоблачную высь.
И вот стою я пред Светом Всеобъемлющим,
Всё в Нём слилось – слился и верх и низ.

«Кто Ты?» - спросил я Лучезарного. –
«Я Брат Твой и пособник во благом.
Я – Свет Вам в дни луны, затмения.
Моя частица в Вас, мы все в Отце Одном.

Ты здесь, чтоб видеть все свои деяния.
И выбрать путь единый для себя.
Отвечу на вопросы, коль возникнут, -
Всё сделано во благо и любя.

У каждого такой момент есть в жизни,
Для каждого на свете есть свой срок.
У нас лишь два пути, другого не бывает, -
Иль жизни путь, иль бренности порог.

Тебе решать какой тропой ступаешь –
Иль вверх по тропке, или вниз с рекой,
Иль Солнца свет – или же тьма ущелий,
Иль Божий Глас – или же стон и вой.

Во время разговора предо мною
Прошла вся жизнь, все мысли, все дела.
Я видел всё, что делал я с другими,
И понял – миру дал я много зла.

Как мучимы бывали люди,
Входившие в общение со мной.
Ничто благое не было мне мило,
Я был привержен страсти лишь одной.

Мне предлагали помощь во спасенье.
Давали Руку Светлые Отцы –
Во мне горело лишь одно влеченье,
И на ухо шептали лишь лжецы.

И вот стою я: предо мной картина жизни.
Весы возданья – чаши зла, добра,
А сверху падают на них крупинки,
Что нефть – недобрая, благая как искра.

Весы стоят, пока ещё не заиграли,
Но камни накопляются – вот-вот
Одна из чаш – добра или незнания
Всю тяжесть жизни на себя возьмёт.

Коль будет это чаша вожделений,
То воспылает чёрной смерти жар.
Он поглотит меня – то самое Святое,
И бросит в нескончаемый пожар.

Пожар раздутый мной – самим собою.
Своею похотью, желанием вещей.
Обманом, нецензурностью и страхом –
Разящим, удушающим людей.

Те муки, поджидающие Душу,
Страшны не тем, что смерть в себе таят.
Нет смерти на земле и в Мире,
А тем, что нам забвение сулят.

Воздастся всё тебе за капли пота,
Что оросили почву доброты,
Что дали силу зёрнам для пророста,
Что хлеб дадут Небесной Чистоты.

Ты встанешь в ряд с Великою Дружиной,
Небесным Воинством – Хранителем Огня,
Что строят Храм Небесный, несказанный,
Храм, где сияет Вышняя Заря.

Всё это предо мною промелькнуло,
Когда стоял я перед Чашами Весов.
И только лишь одно – «Аминь» – звучало,
Святое Слово – Мать людей и слов.

Увидел я, что много углей чёрных,
Дымятся в чаше, расточая яд.
И несколько лишь капелек лазурных
Мне с чаши золотой свой свет дарят.

Да будет мне на всё Господня Воля.
Но понял я – кем был, и кем мог стать.
Оставлю я зловонную трясину,
И стану светлый Храм воссоздавать.

Сейчас ты вновь вернёшься в измеренья,
Где есть пространство, время, звук и цвет.
Но всё, что видено и познано тобою
Не позабудешь ты от селе и вовек.

И в тот же миг, как солнца луч сияя,
Упала в чашу яркая звезда.
И понял я, стучащийся допущен,
Уходит тьма незнанья навсегда.

И мучаемся мы, идя в потёмках.
Внутри – Небесный Свет, вокруг же алый смрад.
Всё это то, что люди называют
Одним названым чёрным словом – ад.

Но даже после этого пыланья
Нас ждёт возможность к светлому воззвать.
Оставить цепи – страхи, страсть, дремоту,
И словно солнца луч – любовью воссиять.

Ну а коль будет полной чаша самоцветов,
Растопит чистый свет клубящуюся мглу.
И осветит тебя заря небес – свободы,
И воспоёшь ты в храме сердца гимн утру.

Наградою сие тебе за то, что
Не запятнал ни сердце ты, ни стоны, ни глаза.
Не ставил пред собой ни злато, ни кумира,
В Душе сияли лишь святые образа.

В дни тяжкие невзгод и испытаний,
Долбил скалу, хоть иногда робел.
И ты дошёл к истокам начинаний –
Беспомощность страдания презрел.

Хоть падал ты, но тут же поднимался,
И руки разбивал, и бил себя подчас,
Но слёзы вытирал мозолистой рукою.
И стона не было, лишь песнь из уст лилась.

Он изливался всюду, где возможно.
Я был наполнен им, я слился с Ним в одно.
Во мне миры звучали – музыка созданья.
Единая струна – и верх и дно.

А птицы всё кружились надо мною,
Три белых голубя небесной красоты,
И ветром благостным как будто обвивали
Так, словно в колыбели чистоты.

То ангелы тебя оберегают,
Ты не готов ещё к Всевышнему Огню –
Они ведут тебя, от омутов спасают,
И принимают на себя заботу всю.

Теперь иди, работа ждать не может,
Что не усвоено тобой – найдёшь в Пути,
Но только не усни в лесах дремучих,
Как ни было бы трудно – вверх иди, иди.

Не будет воздуха хватать, не будет силы,
Начнут лавины камни с гор срывать.
Закроют тучами ветра полог небесный,
Но Сердца Голос будет: - «Не страшись, вперёд, не спать».

Достигнешь ты в заоблачных высотах,
Лугов альпийских – отдых для тебя.
Но Сердце вверх зовёт, в космические дали,
Их можно одолеть – забыв себя.

И станешь биться ты с нечистою ордою,
Тушить пожары, бури усмирять,
Срывать запруды – знаки наводнений –
Ты будешь как гора на их пути стоять.

Тебе помогут Посланные Небом.
Дадут и щит, и меч, и стрелы, и копьё.
Взовьётся под тобою конь крылатый,
И Солнце озарит чело твоё.

Теперь же6 возвращайся – делу время.
Прощаться мы не будем – Ты во Мне.
И спящий также, как дающий воду,
Мы существуем все в одном Святом Огне.

Ярило – соизволь вопрос послушать.
Не от неведенья, но ради знанья он.
Прости, коль будет он Тебе не столь приятен.
Ответь пожалуйста, поведай мне – Ты – Он?

«Я говорил – Мы все Его частицы,
его Частица в нас – мы существуем в Нём.
Как будто Лотоса цветок небесный –
Всяк лепесток горит бессмертьем в нём.

Когда рассказывал мне это Собеседник,
То сквозь Его Огонь я видел Свет.
Не поддающийся людскому описанью,
Ему названья в мире века нет.

И там, средь света, ставшего другим безмолвьем,
Нам встреча предстоит в Сиянии Светил.
Восславим мы Отца, дающего Дорогу,
За то, что Часть Свою Он в нас Явил.

И вот гляжу я – те же воды, те же формы.
Но нет, уже не те – всё в мире уж не то.
И кажется, что камень не такой уж мёртвый.
Красивым кажется неяркое лицо.

Всё излучает Вышнее Сиянье,
Нет в Мире тьмы, а есть один лишь свет.
Бывает тень, но эта тень – незнанье,
Незнанью в этом мире нет.

Великий Светоч, Высшее Творенье,
Ты отражаешь Несказанный Свет.
Отображён в Тебе весь замысел незримый.
Через Тебя – Отцом нам Дан Ответ.

«Лучи Исходят от Него в сей свет,
Он – мы, Он – Мир, Он – Слово Божие.
Господь сказал: - «И Слово было Бог».
Он – камень чистый, из галактик сложенный».
«Сотворённый Отцом – Отца являющий!»

© 02.04.2010 Кружков Игорь