Вокзал был похожим на большой стеклянный лабиринт: каждый коридор вёл в следующий, заканчивающийся просторным залом с множеством дверей, за которыми снова начиналось переплетение коридоров. Франц подумал, что никогда не выберется наружу, но вскоре заметил, что большая часть прибывших людей движется кучной толпой в одном направлении. Должно быть, они шли на выход, так что Франц решил следовать за ними. Первое, что удивило, так это полное равнодушие к его персоне, как будто он был полностью невидимым. Оно и к лучшему: никаких подозрительных косых взглядов и никаких ненужных вопросов, но ни один из них и не придёт на помощь в непростой ситуации. Но для непростых ситуаций есть Ангел, так что Франц даже немного успокоился и стал шагать более уверено по гранитному полу вокзала города М.
Как только он оказался на улице, то сразу же ощутил себя пропавшим в другом мире. Толпа рассыпалась в разные стороны, как рассыпаются крупицы соли из разбитой банки. Вскоре Франц обнаружил себя в почти полном одиночестве среди кирпичных стен, говоривших на чужом языке. Редкие прохожие продолжали игнорировать его – всё спешили по своим делам. Какое им дело до очередного напуганного чужака в их городе? Однако Франц не чувствовал ни отчаяния, ни огорчения: он шёл по бульвару, будто тот был его родным, рассматривая причудливые для его глаза дома и читая вывески и объявления. Нет, такого в своей жизни ещё видеть не приходилось. Страх перед неизвестностью сменился на восхищённый трепет перед городом: он чувствовал, что эти места куда старше и повидали так много, что это читалась в каждом сантиметре, что оставались с каждым шагом за его спиной. Громадные дома гордо смотрели сверху вниз пустыми глазницами чердачных окон на Франца, как бы усмехаясь над его попытками выведать их секреты. Здесь даже воздух был иным, более лёгким, с привкусом неведомых специй. Неужели, душа и вправду оказалась здесь? Франц прошёл уже не один километр, осматривая каждый угол, но так и не нашёл ни единого знака. Он уже начал чувствовать, как выбивается из сил, и тут стало понятно, в какое непростое приключение пришлось себя втянуть. Солнце медленно ползло к краю горизонта, готовясь совершить прыжок в ночь, а у Франца даже не было и намёка на укрытие на ночь. Люди всё так же не желали обращать на него внимания, в карманах почти не осталось ни гроша…. Франц принялся лихорадочно оглядываться вокруг. И тут ему вспомнилось, как однажды, засидевшись допоздна с Хельгой на крыше, он провёл там всю ночь, и ничто не потревожило его сон. Благо, на улице стояли тёплые дни, дождя не ожидалось, так что оставалось лишь найти подходящую крышу.
Поначалу Франц выбирал дома, откуда, по его мнению, открывался красивый вид на город, но везде его ждало разочарование: выходы на крышу, равно как и чердаки, были крепко заперты, а просить ключи у управляющего было крайне неудобно. Тем более не хотелось рассказывать свою весьма странную историю, которая изначально была обречена на непонимание. Тогда Франц решил попытать счастье в других домах – в такой ситуации было уже не до красивых видов. Он обежал не один жилой сектор, безнадёжно дёргая за ручки неподдающиеся двери, но в одном старом пятиэтажном доме, который, как ему показалось, был брошен, его ждала удача. Уже не надеясь на чудо, Франц с силой толкнул дверь, ведущую на крышу. К удивлению, она поддалась, со скрипом открывшись. Лестница наверх уже давно отсутствовала, так что пришлось полагаться на свои силы. Францу не сразу удалось вскарабкаться в своё убежище, но с некоторой попытки и порвав рукав, он оказался на крыше. Конечно, вид открывался не самый лучший, но вполне любопытный: там, внизу был тротуар, по которому иногда пробегали редкие прохожие. Определённо, это место совсем другое и люди здесь были иными. Конечно, выглядели они более-менее одинаково, но их умы и души в корне отличались от того, что привык видеть Франц. Он уже ждал новый день, чтобы как следует всё разузнать, найти более достойное жильё на время пребывания здесь и, быть может, отыскать хотя бы подобие знака. А пока он наблюдал, как один за другим зажигались фонари на улицах, город начинал жить своей жизнью. В здании напротив находился маленький ресторан, который с наступлением сумерек наводнили посетители. Оттуда доносились дружелюбный галдёж и тёплый смех, и это здорово скрашивало одинокий вечер на крыше. Вскоре на летней площадке появились музыканты, и с первыми аккордами толпа тут же стихла, внимая чарующим мелодиям. Франц уже давно не слышал звуков музыки и, откинувшись назад, он устремил свой взгляд в небо. Несмотря на яркое уличное освещение и лёгкие облака, он мог видеть звёзды, которые всё так же мерцали с высоты. Глядя на них, думалось о доме, всех тех, кого пришлось оставить, о том, что будет дальше. Там, внизу, громко рыдала скрипка, отчего поневоле хотелось плакать вместе с ней. «Интересно, а какая она – душа?» - подумал вдруг Франц и не заметил, как задремал прямо на крыше в этот летний день, переполненный музыкой.
