***
Если вы собрались это читать, то не надо.
Всё равно через пару страниц вам захочется отложить книжку. Так что лучше и не начинайте.
Бросайте. Бросайте, пока не поздно.
Спасайтесь.
Посмотрите программу - по телефизору наверняка будет что-то поинтереснее. Или, если у вас столько свободного времени, запишитесь на вечерние курсы. Выучитесь на врача. Сделайте из себя человека. Доставьте себе удовольствие - сходите поужинать в ресторанчик. Покрасьте волосы. (с)
***
"Удушье". После "Бойцовского клуба", само собой, кажется мягче и притягательней. Много секса, очень много секса и нереально много секса. Собственно, в аннотации предупреждали.
Ксюша может убить меня апстену, но Виктор Манчини чем-то напоминает Холдена Колфилда. Нет-нет-нет, моя шиза на "Над пропастью во ржи" здесь не при чём.
Но почему-то сразу на ум.
Отторжение от реальности. Самопризнание без наигранного самоуничижения.
Чего бы Иисус никогда не сделал? (с)
Наверное, не признал бы, что сумасшедший <не равен> человек.
Наверное, не стал бы создавать психушки.
Наверное, не вызвал бы общественного отторжения к не_нормальным.
Наверное, не сделал бы "шизофреник" именем нарицательным.
Наверное, он бы вообще не допустил не_нормальности.
Люди становятся сумасшедшими не оттого, что этим их наградил Господь Бог. Люди сами порождают сумасшедших. Своими идеями, образом жизни, своими вредными привычками, своей жестокостью, своей безответственностью, своим эгоцентризмом.
Порождают, а затем - шпыняют. Они же не такие. У них нет мании преследования или клептомании. Они помнят, что делали вчера и знают наверняка о том, что будут делать завтра. Они - обычные, самые обычные, такие, как все.
Будь проще - люди к тебе потянутся.
Вперёд. Осваивай азы общественного мнения. Становись приверженцом субкультуры, ведь такие сейчас - все. Слушай эту музыку, потому что это - модно. Отрицай всё - ведь иначе нельзя. Заводи ЖЖ и аську, входи в ГринПиС, балуйся энергетиками и не запаривайся по мелочам.
"Зомби" - не совсем верное слово, но это первое, что приходит на ум (с)
Вот они - на улицах или в больницах. Вот они - с затуманенным взглядом исподлобья. Не показывай на них пальцем - это неприлично. Не давай им денег - это бесполезно.
Радуйся, что ты не_такой. Живи и совершенствуйся. Тебя все любят.
Вот он я, оплот колониальной Америки тех лет (с)
Вот они мы - оплоты современных социологических законов. Мы не разграничиваем индивидуализм и мнение большинства. В хаотичных попытках оказаться в меньшинстве и не быть_похожим_на мы снова оказываемся в таком же хаотичном большинстве.
"Песочные часы или прозрачный лотерейный шар" - не совсем верное сравнение, но это первое, что приходит на ум (с)
Когда-нибудь все мы признаем правоту Иды Манчини.
Моё поколение...мы только смеялись над всем и вся и, как могли, развлекались...но мы не сумели сделать мир лучше, мы только судили то, что создали другие. У нас не было времени создавать что-то самим.
Бунт для меня - это был способ спрятаться. Критика и осуждение создавали иллюзию сопричастности. (с)
Иды Манчини. Той самой чокнутой бабы из романа Паланика, которая разучилась глотать еду и умерла от удушья шоколадным пудингом.
Что остаётся после "Удушья"?
Посмеяться. От души поржать.
Побиться в истерике над силой общественного осуждения.
Или одобрения.
Над нашей бессознательной зависимостью друг от друга.
Над нарицанием друг друга "всеми". Серой массой. О нежелании быть друг на друга похожими.
Над приступами индивидуализма, сопровождающимися построением своего собственного мира не посредством создания, а посредством отгорождения.
"Скафандр" - не совсем верное слово, но это первое что приходит на ум (с)
Паланик открывает занавес во время антракта. За занавесом - всё то, что мы делаем вид мы_не_делаем. Мастурбирующий король. Принцесса - лесбиянка. Шут - скинхед. У поварихи целлюлит, а у пажа - геморой.
Образно выражаясь.
Мир такой, какой есть. Мы зря пытаемся бежать от реальности, скрывая всё в скафандре.
Есть план.
Не нарушать связи. Не сжигать мосты.
Не начинать войны. Не разрушать памятники.
Не разрушать общественное мнение очередной раз.
Не перестраивать.
Строить.
Это странно и жутко, но вот они мы; отцы пилигримы, чокнутые, не вписавшиеся во время, - мы создаём свою собственную, альтернативную реальность. Пытаемся сотворить мир из камней и хаоса
Что получится - я не знаю.
Я не знаю, что это будет.
Мы искали, метались, бросались из крайности в крайность - и где оказались в итоге? Здесь. На заброшенном пустыре, посреди ночи.
Но может быть, знать - это не обязательно.
То, что мы строим сейчас, в темноте, на руинах, - это может быть всё, что угодно (с)
Я бы могла ещё много рассказать, но лучше Вам прочитать самим.
***
Одной не найти столько камней.
Несите.
