в эпоху ренессанса прямо и откровенно заявляли, что пр0ститутка и дом терпимости — необходимая защита брака и семьи.
в конце средних веков и в эпоху ренессанса люди еще были чрезвычайно далеки от теоретического проникновения в сущность и условия существования гражданского брака. тем лучше понимали они тогда логику событий. так как эпоха отличалась крайней эротической напряженностью, то люди очень хорошо уясняли се6е практические нужды времени. было ясно, что без проституции не обойдешься, если только брак хотел с грехом пополам достигнуть своей цели, а именно производства законных наследников.
люди знали, что в их жилах течет кровь, что она течет бурно и кипуче, воспламеняя горячими желаниями стариков и молодых. все были убеждены, что держать в объятиях хорошенькую женщину или ласкать удалого молодца — высшее наслаждение в жизни, которому далеко уступают все другие. и потому желание «грешить» было у всех велико. бес сладострастия сидел на каждой крыше, нашептывал каждому изо дня в день самые страстные желания. десятки примеров ежедневно доказывали тому, кто умел смотреть, что это было так. каждый день можно было видеть, как добрый молодец подстерегает девицу, как сосед обнимает служанку, как подмастерье заигрывает с женой мастера, если того нет дома, как соседка приводит в порядок платье, когда молодой монах выходил из дома, и многое другое. само собой понятно, в своем доме никто ничего подобного не видел или только очень редко, так как большинство верило в незапятнанность своей домашней и семейной чести.
если на добрые нравы своей семьи и можно было рассчитывать, то все же в эту эпоху существовало нечто, перед чем и они не могли устоять, — насилие. перед дикой жаждой наслаждения, не совращающей словами, а прямо прибегающей к силе, были беспомощны и самая нравственная девушка, и самая честная жена. а подобная опасность подстерегала их на всех перекрестках и углах. всюду массами проходили ландскнехты и всевозможный бродячий люд, нищие и паломники. во многих городах их насчитывались сотни, даже тысячи.
эта опасность, подстерегавшая около каждого дома, протягивавшая руки за каждой женщиной, вызывала всеобщий сtrax. нужен был надежный громоотвод для страстей, ежеминутно готовых вспыхнуть. уже одной этой опасности достаточно, чтобы объяснить, почему эпоха ренессанса относилась повсеместно с такой широкой терпимостью к проституции.
сознание этой опасности укреплялось, однако, еще одним обстоятельством, быть может, наиболее важным из всех, — чрезвычайно сильными социальными потре6ностями, обусловленными всей структурой общества. мы уже указали раньше на тот факт, что тогда во многих странах и во многих ремеслах подмастерья не имели права жениться. для этой значительной части населения во многих городах и городках оставалось только вне6рачное удовлетворение половой потре6ности, притом в продолжение почти всей их жизни. чем больше росла индустрия, а с ней и число занятых в ней подмастерьев — часто они составляли половину населения, — тем, естественно, увеличивалась опасность, грозившая женщинам и девушкам от этой холостой части населения. из-за узости жизненных условий и местной связанности, ввиду малого развития путей и средств сообщения, благодаря тому, что все знали друг друга и постоянно сталкивались друг с другом, эта опасность достигала размеров, которые мы, ныне живущие, можем легко недооценить, но едва ли переоценить.
ввиду этого обстоятельства интересы семьи тре6овали прямо чрезвычайной охраны. в этом никто не сомневался. а подобную охрану обещала именно проституция, эта продажа и купля любви в розницу и за сдельную плату. под влиянием всех этих причин в эпоху ренессанса решили не только узаконить проституцию, но и оказать пр0ститутке такое снисхождение, отвести ей в общественной жизни такое место, которое наложило в конце концов на эпоху очень своеобразный отпечаток.
в эпоху ренессанса прямо и откровенно заявляли, что пр0ститутка и дом терпимости — необходимая защита брака и семьи. в течение всего этого периода во всех странах дома терпимости считались созданными «для лучшей защиты брака и девичьей чести»; так говорилось не только в хрониках и литературных трактатах, но и в указах властей, разрешавших открытие дома терпимости или санкционировавших уже совершившееся открытие подобного учреждения.
организуя и систематизируя разврат, люди не только говорили, но и искренно верили, что делают это в интересах священнейших идей, каковыми являются брак и женское целомудрие. и, однако, эта вера была в значительной степени просто великим благочестивым самообманом. охрана семьи была, конечно, важной, но отнюдь не важнейшей причиной своеобразной терпимости к пр0ститутке. главным, хотя и неосознанным мотивом этого стремления избежать большее зло путем меньшего было желание мужчины обеспечить свое господское право.
мужчина хотел беспрепятственно удовлетворять свои желания, а это было бы невозможно, если бы строго относились к тре6ованию мужской верности и мужского целомудрия или если бы захотели придать ему законную силу. вот почему и узаконили проституцию, тем более что она к тому же позволяла мужчине удовлетворять изо дня в день свою потре6ность в разнообразии чувственных удовольствий, свою повышенную потре6ность в разврате.
вот почему тот факт, что пр0ститутка была включена в рамки общественной организации, и особенно тот способ, каким проституция была легализирована, представляли вместе с тем и один из величайших триумфов господского права.
в глаза бросается тот факт, что тогда даже самый ничтожный городок имел свой дом терпимости, свой «женский дом», как его тогда называли, а подчас и целых два. в более значительных городках существовали целые улицы, заселенные пр0ститутками, а в крупных и портовых городах даже целые, порой значительные кварталы, где публичные женщины жили или вместе в домах терпимости, или в одиночку, одна рядом с другой. клиентов пр0ститутки искали не только на улице, их они ожидали не только дома, они отправлялись за ними и в другие места. так, трактиры были тогда часто синонимами домов терпимости, а также в еще большей степени многочисленные общественные бани — во многих городах излюбленная арена действия проституток. а там, где сами посетительницы и не были пр0ститутками, эту профессию исполняли банщицы.
чтобы обрисовать степень развития проституции в некоторых городах, укажем на следующие данные современных хроник и других источников. в лондоне, как сообщают, уже рано существовало «невероятное количество домов терпимости». аналогичные не менее достоверные сведения имеются у нас относительно парижа.
в своей истории проституции гюгель пишет: «многочисленные бани, существовавшие в берлине в xiv в., были также домами терпимости. проституток называли городскими девицами». в соседнем кёльне в 1400 г. возникло первое такое учреждение.
хуже всего обстояло дело, по-видимому, в риме. здесь всегда насчитывались многие тысячи проституток, и притом сюда включались только «честные пр0ститутки», те, которые не скрывали своего ремесла. не меньше было, однако, и число бесчестных. как раз в риме очень многие женские монастыри были вместе с тем наиболее бойкими домами земной любви. можно не придавать безусловной веры грязным эротическим фантазиям «божественного аретино», в особенности его сатирическим описаниям римской монастырской жизни, но бесспорHым остается то, что в его диалогах в преувеличенных очертаниях отражается реальная действительность, и уже одно это оправдывает поговорку: «все пути ведут в рим, а в риме — к безнравственности».
это состояние нравов вполне объясняется особой исторической ситуацией рима. надо принять во внимание, что нигде не было такого благоприятного для проституции стечения обстоятельств и что эти условия были совершенно своеобразными и исключительными. подобное стечение обстоятельств никогда больше не повторялось в культурной истории: в риме жил в эту эпоху наибольший процент холостых и незамужних. из года в год сюда стекались десятки тысяч клириков, и каждый из них проживал здесь целыми неделями, даже месяцами. как бы ни было велико войско этих холостых клириков, оно совершенно терялось в бесконечных вереницах паломников всех стран, ежедневно прибывавших в рим, большая часть которых состояла из временных холостяков и незамужних. здесь легче, чем где бы то ни было, могли они заработать деньги, необходимые для обратного путешествия. это было настолько обычное, настолько бросавшееся в глаза явление, что оно отразилось также и в соответствующих карикатурах. как ни примитивны многие из этих картин, их смысл не подлежит сомнению: паломница не более как ходячее орудие любви, само собой понятно — земной.
очень наглядное представление о большом количестве проституток в эпоху ренессанса дают далее сообщения хронистов об имперских съездах, церковных соборах и т. д. пр0ститутки подобны навозным мухам: где есть падаль, туда они слетаются. во все времена поэтому на соборы и съезды стекалась масса проституток.
то безусловное понимание, которое земные потре6ности высшего духовенства находили в таких случаях у бюргерских жен, иллюстрируется циническим выражением кардинала гуго. в1241-1251 гг. папа иннокентий iv находился со своим двором в лионе. когда он покидал город, упомянутый кардинал сказал горожанам: «друзья, вы многим нам обязаны. мы были вам полезны. когда мы прибыли сюда, здесь было только три или четыре публичных дома. а теперь, уезжая, мы оставляем только один, охватывающий зато весь город от восточных и до западных его ворот».
среди проституток, стекавшихся на церковные соборы, находились самые красивые и знаменитые куртизанки всех стран. торговля любовью была, по-видимому, в таких случаях очень выгодна. о констанцском соборе сообщается, что многие первоклассные куртизанки, находившие своих клиентов среди епископов и кардиналов, заработали состояние, доходившее до сотни тысяч.
особую разновидность проституток представляли совершенно неизвестные нашему времени, но игравшие почти до конца xviii столетия очень большую роль солдатские девки, огромными массами сопровождавшие войска. уже в «парцифале» говорится: «было там немало женщин, иные из которых носили на се6е двадцать поясов от мечей, заложенных им за проданную ими любовь. они совсем не походили на королев. эти публичные женщины назывались маркитантками».
известно, что во время осады нейса карлом смелым в его войске находилось «около четырех тысяч публичных женщин». в войске немецкого кондотьера вернера фон урслингера, состоявшем в 1342 г. из трех тысяч пятисот человек, насчитывалось, по имеющимся у нас данным, не менее тысячи проституток, мальчиков и мошенников. к войску, которое в 1570 г. должен был привести в италию французский полководец страцци, присоединилась такая масса галантных дам, что ему было трудно передвигаться. полководец вышел из этого затруднительного положения весьма жестоким образом, утопив, по сообщению брантома, не менее восьмисот этих несчастных особ.
первоначально солдатские женщины были не паразитами, питавшимися, ничего не делая, от избытка добычи, а очень важной составной частью организации войска, организации вооружения, интендантства и т. д., что объясняется продолжительностью войны. отдельный солдат нуждался в помощнике, который носил бы за ним ненужное в данный момент оружие, кухонные принадлежности, который заботился бы о его пропитании, помогал бы ему делить и уносить добычу и который бы ухаживал за ним во время болезни или когда он бывал ранен, защищал бы его, иначе он мог легко очутиться в самом беспомощном положении и погибнуть. эти обязанности исполняли мальчики и пр0ститутки. рядом с такими разнообразными обязанностями роль солдатской женщины как пр0ститутки отступала на задний план. ничто не подтверждает это лучше народных песен, в которых отражается жизнь проституток и мальчиков, сопровождавших войско.
одна из таких песен, относящаяся к xv и xvi вв., гласит: «мы, пр0ститутки и мальчики, обслуживаем по собственному желанию наших господ. мы, мальчики, уносим все, что можно продать. мы приносим им еду и питье. мы, пр0ститутки, почти все из фландрии, отдаемся то одному, то другому ландскнехту, но мы и полезны войску: мы стряпаем обед, метем, моем и ухаживаем за больными. а после работы мы не прочь повеселиться. если бы мы вздумали ткать, мы немного заработали бы. и хотя ландскнехты часто нас колотят, все же мы, пр0ститутки и мальчики, предпочитаем служить им».
по мере того как война принимала все более разбойничий характер и все более росла возможность делить добычу, увеличивалось и число проституток, сопровождавших войска. все меньше женщин боялось неудобств военной жизни. зато все больше женщин манила перспектива богатой жизни. несмотря на всевозможные жестокости, которым они ежечасно подвергались, их увлекала за собой мечта о добыче. ткать, пока кровь не пойдет из пальцев, тоже не было особенным удовольствием и едва доставляло нужное для жизни. так не лучше ли «служить ландскнехту»?
естественным последствием такого массового наплыва проституток к войску было то, что их уже рано организовали, включили как составную часть в организм войска и старались в самом широком масштабе использовать в интересах военного дела.
при тогдашних условиях военного дела пр0ститутка была прежде всего работницей, и притом очень важной. разумеется, это нисколько не мешало ей усердно отдаваться и своей исконной профессии, позволявшей ей выманивать у ландскнехта награбленные дукаты, к чему она в конечном счете главным образом и стремилась.
другим характерным доказательством огромного развития проституции в эпоху ренессанса служат значительные доходы, получавшиеся от эксплуатации публичных женщин, на которых смотрели как на доходную податную статью. в податных книгах разных городов сохранилось на этот счет немало интересного материала. ни городские, ни церковные, ни княжеские кассы не упустили из виду, что из карманов проституток можно выудить немало денег, и они поэтому с самого начала обирали проституток по всем правилам утонченного финансового искусства.
сохранившиеся податные списки города парижа показывают, как рано проституция была обложена податью. из этого документа видно, что уже в xiii в. налог на проституцию давал городской казне изрядный доход. о сиксте iv сообщают, что он получал от одного только дома терпимости не менее двадцати тысяч дукатов. тот же папа часто передавал священникам в виде синекуры налоги, вносившиеся известным числом проституток. агриппа фон неттесrейм сообщает, что доходы одного церковного сановника состояли из «двух бенефиций, одного курата в двадцать дукатов, одного приората, доставлявшего сорок дукатов, и трех проституток в доме терпимости». не менее интересные данные имеются у нас также и об обложении проституции и ее доходов в гамбурге в конце xv в. по имеющимся у нас сведениям, «городское управление совершило договор с двумя содержателями домов терпимости, в силу которого они должны были платить ежегодно за каждую девицу таксу от пяти до девяти талантов». кое-какие данные имеются у нас и относительно нюрнберга. правда, точных цифр в данном случае нет, но известно, что в силу указа 1487 г. содержатель дома терпимости был обязан выплачивать по неделям выговоренную плату за наем помещения и за концессию.
когда пр0ститутка старится и красота ее уже не находит спроса на рынке любви, она, если только не погибнет в нищете и больнице, принимается за еще более доходную профессию сводни. «в молодости — девка, под старость — сводня».
войско своден рекрутировалось, однако, не только из проституток в отставке, а также из значительного числа женщин, всегда исключительно занимавшихся только этим ремеслом или публично для всех желающих, или под той или другой маской для отдельных лиц. такие женщины встречались во всех классах. наиболее обычным покровом, под которым сводня исполняла свою деятельность на службе отдельных лиц, был чин камеристки.
в испании прикомандированная к жене или дочери знатных людей дуэнья, или «блюстительница чести», была в огромном большинстве случаев не чем иным, как сводней, доставлявшей любовников своей осужденной по испанскому обычаю на затворническую жизнь госпоже. сводне, находящейся на службе у всех и каждого, посвятил целую главу аретино. по его описанию, выходит, что она порой наиболее занятая особа. особенно ночью у нее часто ни минуты отдыха. выведенная аретино сводня рассказывает: «по ночам сводня ведет образ жизни летучей мыши, которая ни на минуту не садится. главная ее деятельность начинается, когда совы и филины вылетают из своих нор. тогда и сводня покидает свое гнездо и бегает по женским и мужским монастырям, дворам, притонам и трактирам. в одном месте она приглашает с собой монаха, в другом монахиню. одного она сводит со вдовой, другого с куртизанкой, одного с замужней, другого с девушкой; лакею она подводит камеристку, мажордома соединяет с госпожой. она заговаривает раны, собирает растения, заклинает духов, вырывает мертвецам зубы, снимает с повешенных сапоги, пишет формулы заклинания, сводит звезды, разъединяет планеты и порой получает изрядную встрепку».
эти отряды проституции были всегда безмерно велики, особенно в эпохи всеобщей разнузданности. никто их не считал, да и никогда не сочтет!
еще значительнее было войско мужских паразитов, живших за счет пр0ститутки, войско сводников — сутенеры. профессия сводника весьма напоминает ремесло сводни. подобно тому как камеристка часто исполняла обязанности сводни — при знатной даме, так камердинер — при знатном барине. гораздо больше было, однако, число тех, кто занимались этим ремеслом на собственный риск и сtrax и сбывали одну или несколько проституток для временного или более продолжительного пользования. уже и тогда публичная женщина, промышлявшая на воле, нуждалась во всегда готовом к ее услугам заступнике, который мог бы защитить ее от нападений и грубого обращения, а также вовремя предупредить ее о появлении городских стражников, ловивших тайных проституток.
пр0ститутка была одним из главных центров тогдашней общественной жизни. наиболее ценны ми и характерными доказательствами в этом отношении являются, несомненно, празднества эпохи ренессанса. можно без преувеличения сказать, что в большинстве случаев пр0ститутка была главным фактором, создававшим праздничное настроение, так как она вносила больше всех жизнь в эти увеселения. и это было вовсе не случайностью и не было простым сопутствующим явлением: именно создание такого настроения было в данном случае главной целью. специально ради этой цели проституток привлекали ко всем праздникам, и устроители, т. е. отцы города, сознательно выдвигали их для повышения настроения.
это прежде всего доказывается той выдающейся постоянной ролью, которую эти женщины играли на таких празднествах. в большинстве случаев, когда торжество происходило в теплую пору года, в эпоху ренессанса господствовал обычай передавать букеты, бросать к ногам торжественного шествия цветы, забрасывать ими присутствовавший народ. эту обязанность возлагали в большинстве случаев на проституток. этим, однако, еще не исчерпывалась их роль в деле возбуждения известного настроения. они отнюдь не исполняли обязанности простых статисток; не уступали потом своего места порядочным женщинам, дабы те тем ярче сияли своей благовоспитанностью и добродетелью. нет, они действовали часто в продолжение всего празднества и являлись гвоздем всей увеселительной программы.
мы имеем в виду довольно распространенный обычай, по которому одна или несколько красивых нагих куртизанок встречали или приветствовали высокого княжеского гостя. именно этот пункт программы был всегда главной частью торжественного приема. когда начинались танцы, то пр0ституткам не отводились места простых зрительниц за оградой. напротив, именно с ними обыкновенно плясали придворные и дворяне, тогда как гордые патрицианки смотрели на пляску с высоты балкона или эстрады. во время таких празднеств устраивались далее всевозможные представления, турниры, бега и т. п., участницами которых бывали исключительно «вольные дочери» города. одни из прекраснейших куртизанок изображали группы мифологического или символического характера, другие исполняли вакхические танцы, или они состязались между собой из-за премии красоты, назначенной городом. особенной популярностью пользовались так называемые «бега проституток», ибо здесь случай всегда являлся услужливым сводником чувств зрителей.
когда праздничный день кончался, то и тогда роль пр0ститутки еще не была сыграна до конца. напротив, как раз теперь начиналась ее истинно активная роль, также относившаяся к официальной программе. только теперь место действия прямо переносилось в «женский переулок», в «женский дом». на средства города дорога туда празднично освещалась во все время пре6ывания в стенах города высоких гостей, на средства города все придворные гости могли там веселиться сколько душе было угодно. самым красивым куртизанкам города далее приказывалось в любой момент быть готовыми к приему находившихся в городе гостей и «обслуживать их всех своим искусством». и, несомненно, куртизанки старались и в этом отношении постоять за репутацию города.
даже и во время чисто семейных увеселений, во время народных праздников, на свадьбах патрициев и т. д. пр0ституткам отводилась довольно значительная роль в целях повышения общего праздничного настроения. на народных праздниках и специально для этого придуманных торжествах они участвовали в таких же представлениях, как в дни княжеских посещений. были и такие увеселения и праздники, которые устраивались исключительно пр0ститутками, как, например, танец магдалины, а также и такие, которые посещались главным образом ради представлений, устраиваемых пр0ститутками. необходимо заметить еще, что пр0ститутки иногда получали от городской общины известные повинности, например вино и дичь. на свадьбах патрициев или городских дворян публичным женщинам города порой устраивался особый стол, где их угощали за счет жениха. а во время так называемой вечерней пляски, обыкновенно завершавшей свадьбу, пр0ститутки всегда составляли главную часть женского элемента.
таковы некоторые наиболее яркие формы, в которых обитательницы «женского переулка» активно содействовали общему праздничному настроению.
протоколы городских советов и городские счета дают немало иллюстраций и доказательств в пользу вышеизложенного.
на основании протоколов бернского городского совета историк швейцарии иоганн мюллер сообщает по поводу пре6ывания в городе императора сигизмунда в 1414 г., проездом в констанцу на собор: «городской совет постановил, что за все это время каждый может получать вино из постоянно открытого погре6ка (вообще двору и свите устраивалось роскошное угощение), а также был отдан приказ, чтобы в домах, где прекрасные женщины торговали собой, придворные принимались гостеприимно и даром».
а император путешествовал на восьмистах лошадях. свита была, следовательно, немала. император остался, по-видимому, весьма доволен оказанным приемом, и в особенности куртизанками, ибо в другом месте говорится: «впоследствии в обществе князей и господ король не мог нахвалиться этими двумя ему оказанными почестями: вином и женской лаской. городу пришлось тогда заплатить по счету, предъявленному «красавицами из переулка»!»
о существовании разных обычаев, о том, как они претворялись в жизнь, мы часто узнаем из запрещений, которым они подвергались. об упразднении «бега проституток» в мюнхене мы узнаем из примечания к протоколам городского совета от 10 июля 1562 г.:
«решено в городском совете, чтобы отныне падшим женщинам возбранялось устраивать бега ввиду их непристойности, бегают они отвратительно, почти оголяются, подают молодым людям плохой пример и возбуждают их пойти за ними вниз (т. е. в «женский переулок»)».
в вене такие ежегодно устраивавшиеся бега были упразднены уже в 1531г., или, вернее, в этом году они были устроены в последний раз.
изображая роль, которую пр0ститутка играла в общественной жизни ренессанса, мы должны сказать, естественно, несколько слов и об отношениях к проституции отдельной личности.
так как половое общение считалось тогда главным содержанием, самой сущностью всякого увеселения и развлечения, то холостяк, желавший весело провести день или вечер, отправлялся в большинстве случаев прежде всего в «женский переулок». для многих «женский дом» был местом свидания, где каждый легче всего мог встретить знакомых и где собиралось постоянно самое интересное общество. все, кто только легко зарабатывал деньги и потому так же легко их тратил, встречались здесь: праздные ландскнехты, авантюристы, всякие искатели счастья, всякий опустившийся люд. очень часто туда отправлялись в компании, подобно тому как ныне отправляются в компании кутил. в «женском доме» веселились, как ныне веселятся в ресторанах и трактирах: пели, играли, плясали, позволяли се6е скабрезные шутки и выходки с его обитательницами.
иначе относился к проституции женатый, семейный мелкий буржуа. если холостяку знакомство с пр0ститутками официально разрешалось, то семьянину оно строго запрещалось, и не только неписаными законами, а обыкновенно даже прямо специальными постановлениями городских советов, целый ряд которых дошел до нас.
вдовец снова имел официальное право сходиться с пр0ституткой. для последнего пр0ститутка часто становилась так называемой «тайной женой», т. е. экономкой, необходимой для ведения хозяйства, очень часто также его сожительницей. что это нередко бывало, что в этом опять-таки видели нечто естественное, явствует из частых указаний на то, что, вступая в брак, такой-то мужчина имел ре6енка от своей «тайной жены».
что конкубинат часто существовал наряду с браком, что муж часто содержал наряду с женой в своем же доме еще наложницу, этот факт также подтверждается достоверными документами. впрочем, более распространенным этот обычай был не в мелкой буржуазии, а в восходившей крупной буржуазии, в среде богатого купечества, которое в качестве революционного класса смело игнорировало суровые тре6ования патриархальной семьи и обнаруживало свою революционность особенно именно в сеkсуальной области.
еще положительнее, притом с уклоном в сторону рафинированности, относилось к проституции дворянство, как городское, так и придворное. здесь открытые связи с красивыми куртизанками вполне обычное дело. здесь красивая куртизанка становится высшим предметом роскоши. в этих кругах возродился поэтому до известной степени античный гетеризм, разумеется, именно только до известной степени.
представители знати открыто содержали красивых куртизанок, подобно тому как они содержали редких, драгоценных зверей. они нанимают им дома или отдают в их распоряжение свой дом, окружают их прислугой, лошадьми, колясками, покупают им роскошные платья, драгоценности и т. д., превращают их дом в блестящий предмет роскоши. здесь они бывают совершенно открыто, приводят сюда своих друзей, устраивают общие празднества. связи с куртизанкой, безумная на нее трата денег являются даже одним из способов демонстративного выставления напоказ своих богатств. порой несколько друзей сообща покрывали расходы по содержанию куртизанок.
Взято с сайта mxload.org
