Дети – цветы жизни, гребаные хризантемки, скукоживающие свои хрупкие лепестки без вовремя введенной порции внимания и денег. С самого своего зачатия начинающие приносить неприятности – классический сердечный приступ отца тому подтверждение. А потом тошнота, раздражительность, нарушение сна. В течение многих лет, а не только периода нахождения в уютном животике. Они приходят сюда, что издеваться над нами, кидать пластмассовые погремушки в плазменную панель, совать пальцы в электромясорубки, лизать розетки и падать, падать, падать, возвещая о неудаче во весь голос. В три часа ночи. После тяжелейшего рабочего дня, когда тебе едва начинаются сниться далекие берега, ошибки молодости и покаранные анально надоедливые клиенты.

- А кого вы хотите, кого ждете? - интересуются обычно сердобольные бабульки у подъезда, вечно сующие свой нос, куда не следует.
- Я хочу пекинеса! Девочку! Чтобы была смелая, аки тигр, и незаметная, как гувернантка. Чтобы приносила тапочки, ела Чаппи и ждала своего господина. А жду я проблем на свою голову, вашу мать!

Какие памперсы мы купим сегодня, на 24 или 25 часов сухости? Конечно, на 25, ведь меняем мы их каждые 10, на всякий случай. И манная кашка от Нестле бяка-бяка, правда, малыш? Поэтому мы тебе найдем другую, био, из тех стран, где травку не топтали даже священные альпийские коровы. Которую, по специальной технологии, и упаковывали не глядя, чтобы не сглазить, блять.

У меня нет детей. Желающие заиметь их от меня были, а я не готов. Я еще сам не наигрался, не дорос, чтобы быть папой, а папиком меня и так считала едва ли ни каждая вторая попавшая в мои сети женщина.

Я слишком занят, слишком увлечен познанием окружающей среды на предмет «ебанет – не ебанет». Я должен сначала научиться сам, чтобы чему-то научить своего драгоценного нахребетника. Чтобы успеть предостеречь, куда соваться, а куда – только с бейсбольной битой. С кем водиться в детском саду и как уводить чужую принцессу. Чтобы если с синяками, то только победителем.
Я хочу, чтобы он приближался, и дверь сам вылетала, не дожидаясь пинка. А если это все-таки окажется она – чтобы все лежали у ее ног и принимали это за честь и великое снисхождение.

Мне нужно сколько-то, чтобы дозреть, налиться питательным соком, повисеть на ветке и долбануться со всей дури об пересохшую и потрескавшуюся землю. Стать новым человеком.
Способным в пятницу сорваться и, через самые пробки, повезти всех в свой интимный и бывший холостяцким уголок. Пожарить шашлыки, нажраться до отвала и задремать на раскладушке, пока остальные в доме с убавленным звуком смотрят Тома и Джерри или читают Робинзона Крузо. Но обязательно, обязательно надо не забыть перед этим воспитать их так, чтобы они принесли мне одеяло и укрыли тленное тело, а то ведь глава семейства заработает воспаление легких, немного поноет и отбросит копыта. Что совершенно не попадает под описание счастливого конца.