В колонках играет - Калугин - "Покой и Свобода"
Мдаа.... не думал, что наткнусь на это... Писал этот... мм.... "рассказ" как предысторию миру, альтернативному Оберону. Мне тогда было лет 15ть наверное, если не меньше.

Синопсис
В начале начал было Ничто. В мире не было ничего, даже первородного хаоса. Да и мира, тоже не было. Было великое Отсутствие. Никто не знает что было до, потому что никто не знает, а было ли «до»? А затем появился Хаос, родившись из Ничего в великом взрыве. И был Хаос в движении, в перемещении энергии. Потому, что не было ничего, кроме энергии и времени. Это было начало. Затем энергия стала распространяться все дальше и дальше, ибо не было еще пределов, которые ее остановили бы. Но по мере своего распространения энергия остывала, ибо ее было не бесконечное множество, а удаляясь от самой себя она теряла свою силу. Но остывала она не равномерно. И тогда стали образовываться миры из различных участков энергии. И даже время текло в этих мирах по-разному, потому что тогда время и энергия были едины. Но даже в этих мирах энергия продолжала остывать. И тогда в этих мирах появлялись первые мельчайшие частицы мироздания. Но в промежутке, в переходном моменте между чистой энергией и материей, в этих мирах появлялся Разум. Разум был всем и ничем одновременно. Он не был ни материей ни энергией. Он превосходил и то и другое и мог управлять и тем и другим. Разум сразу потянулся к знаниям, а Хаос мешал ему в этом. И тогда Разум упорядочил течение энергии и материи, тогда исчез Хаос. Проходили многие миллионы лет, энергия продолжала остывать, превращаясь в частицы мироздания, и Разум познал все сущее в своем мире. Тогда он решил познать сущее в других мирах и познать разницу. Но миры продолжали двигаться хаотично и это мешало разуму в познании. И тогда Соборный Разум всех миров упорядочил движение миров. Так появилось упорядоченное – мир миров, упорядоченных между собой. Закончив познание ВСЕГО, он вернулся в свой мир. Но тяга к познанию терзала его. И тогда он усложнил материю с помощью энергии. Из частиц мироздания он сотворил усложненное. Тогда разум осознал, что перед ним лежит дорога к познанию нового и начал творить.


Элендор
Разум творил и разрушал, ибо он умел видеть созидание в разрушении. Он творил звезды и планеты, зажигал светила и гасил их, и однажды он решил достичь вершин искусства, и сотворить еще один Разум.
Но тут его ждало разочарование. Энергия уже достаточно остыла, чтобы из нее можно было создать разум. Но тогда Разум прибег к хитрости: он создал из материи вместилище для разума. Но поскольку материя – всего лишь часть энергии, то и младший разум являлся всего лишь частью Разума. Младший разум был глуп, не обладал такой мощью, как Разум, и не мог сливаться с ним, образуя Соборный Разум. Тогда Разум сотворил Речь, чтобы общаться со своим творением. И Разум стал учить его. И Разум познал радость учения! Он учил свое творение, которое он назвал Гхоат, что означало «вместилище», как созидать и разрушать.
Но прошли тысячелетия, и Разум обучил Гхоата всему, что знал сам. Тогда он разрушил все, что они создали и ушел на дно миров, дабы не мешать творить Гхоату. И Гхоат начал творить. Но Гхоат не стремился к познанию, а стремился к творению. Прошли еще тысячи лет, и Гхоат устал творить, потому что на половину состоял из материи. Тогда он сотворил себе дом, где мог отдыхать и назвал его Элендор. Но со временем Гхоату стало скучно и он решил повторить подвиг своего учителя и сотворить равного себе. И ему это удалсь. Потому что он знал все, чему его обучал Разум. И он назвал свое творение Галатея, что означало «творящие вместе». Но не было различий между Гхоатом и Галатеей, и потому никто не мог понять кто кого сотворил. И тогда Гхоат сотворил различия. И назвал себя мужчиной, а Галатею женщиной. И были они противоположны. Но и в Гхоате и в изначальной его копии Галатее было заложено стремление к познанию, а ничто так не интересно познавать, как противоположное. И познали они любовь, и поняли что это хорошо! И создали они в Элендоре всякой твари по паре и радовались, глядя, как все любят друг друга. А потом появился у них сын, Дунгорм, и стали они ухаживать за ним, и поняли что это тоже хорошо! И тогда они всем позволили иметь детей. И начали звери плодиться и размножаться. Но Дунгорм вырос, превратившись в крепкого, коренастого и низкорослого мужчину. И не за кем стало ухаживать Гхоату с Галатей. И тогда они собрались втроем и создали еще три пары существ, по своему образу и подобию, и наделили их частичкой Разума. И сказали они отпуская свои творения: «Запомните, кто вас сотворил. Мы будем заботиться о вас. И если вам что-то будет нужно – позовите нас». И ушли их творения. Двое, высокие и сильные, как Гхоат, пошли в степи и назвали себя Людьми. Двое, стройные и ловкие, как Галатея, ушли в леса, и назвали себя Эльфами. Двое, крепкие и низкорослые, как Дунгорм ушли в горы, и назвали себя Дварфами.
Шли годы. Люди, эльфы и дварфы плодились и размножались, и стали царями окружающего мира, потому что Боги исполняли все о чем те просили. И каждая мать говорила своему ребенку: «Попроси, и боги исполнят». И те просили. Но Боги устали исполнять все молитвы своих тварей, и тогда они стали выполнять то, что им больше нравилось. Гхоату нравилось смотреть на то, как его люди охотятся, поэтому он стал покровительствовать всем охотникам и рейнджерам. Его жене Галатее нравилось смотреть, как ее эльфы постигают законы магии, и она стала покровительницей магов. А Дунгорм наслаждался видом сражений и потому стал покровительствовать всем воинам.
Но тогда взмолились остальные: «О Боги, чем мы заслужили вашу немилость?». И пришлось Богам создать себе помощников. Таких же богов, как и они. Так появились Ньюарри, Салим и Льюн. Ньюари должна была помогать клирикам в их тяжелом труде излечения страждущих, Салим – стать покровителем наук, а Льюн – покровителем всем нуждающимся в крове и еде. И все стало на свои места.
Но время все так же неумолимо текло вперед, неся с собой новые испытания. Как люди молятся своим богам, так и Боги сживаются с проблемами людей, с их слабостями. И Ньюарри и Льюн стали уставать от своих обязанностей, но сменить их было некому, поэтому они искали легкие пути решения своих дел. Ньюарри, устав от молитв о спасении тела стала забирать души, чтобы только молитвы быстрее прекратились. А Льюн, чтобы не ломать голову над тем, как помочь беднякам, посоветовал им присваивать добро своих более богатых соседей. Так Ньюарри стала богиней смерти, и покровительницей всех злых, а Льюн покровителем воров и убийц.
В то же время Салим возроптал на старших богов. Он сказал: «Я не могу объяснять строение мира баранам! Мне нужны достойные последователи! Я хочу иметь собственную расу, которой я буду покровительствовать!». Боги собрались на совет, и разрешили ему создать собственную расу. Тогда Салим отобрал самых умных из дварфов, и дал им стремление к познанию мира через науки. А чтобы те не сбились с пути, и не пошли за его братом, Дунгормом, он отобрал у них силу. Так появились гномы.
Тогда возроптал и Льюн. И тоже потребовал себе собственную расу. Но Боги решили, что и так уже слишком много рас стало по всему Элендору, и потому запретили ему создавать еще одну. Но не послушал их Льюнф, и украл у своего брата Салима часть его гномов. Он отобрал у них стремление к познанию, но дал им хитрость и проворство. Он одарил их шерстью на ногах, чтобы босые ноги не стирались при дальних переходах, и научил их рыть глубокие норы, где они могли бы прятаться от погони, и где их трудно было бы найти. Он назвал их «хоббиты».
Но боги узнали об этих проступках, и ужаснулись, увидев, что натворили Льюн и Ньюарра. И тогда Гхоат с Галатеей решили создать сильного и воинственного бога, в помощь Дунгорму, который повел бы святых людей против мошенников и совращенных жрецов. Они собрали всю свою ненависть и силу и вложили в их нового сына – Трала. Трал был могуч и неукротим в своей ярости. Однако, творя его, Гхоат и Галатея забыли предать ему красоты внешней и духовной. Трал завидовал своей матери-красавице – Галатее. Он вел в бой воинов-эльфов, самых безудержных и неукротимых, но без всякой жалости бросал их на погибель, чтобы только досадить своей ей.
И началась великая война, которую назвали «Первая и Последняя война». Первой она была потому, что до нее войн не было, а последней потому, что творилось ужасное, и все думали, что настали последние времена.
Люди и дварфы, под прикрытием магов-эльфов и огнем гномов, оттесняли полуросликов к их норам, откуда летели стрелы и болты. Совращенные клирики поднимали павших в битве воинов, дабы те сражались на их стороне, а эльфы-воины Трала свирепствовали в храмах Ньюарри, подчас не разбирая ни своих ни чужих. Но все же совместными усилиями Боги оттесняли Ньюарри и Льюна к «Берегу Мечты», который потом назовут «Побережье Костей».
И вот настало утро решающей битвы. Взошедшее солнце осветило армии людей, эльфов, гномов и дварфов, а напротив стояли костяки, поднятые клириками Ньюарры и хоббиты-лучники Льюна. И вот закипела битва. Первыми в атаку пошел хирд дварфов, а с флангов наступала конница людей. Но хирд разлетелся, как волны об утес, об нежить, которую невозможно было убить. Люди, в надежде на скорость и маневренность решили дойти хотя бы до лучников, и поплатилось за это жизнью. Армия скелетов, с неожиданной для них прытью ринулась людям наперерез, и люди погибали от стрел и проржавевших мечей, завязнув в строе умертвий. И лишь остатки хирда с трудом сдерживал натиск мертвецов. Тогда ударили маги и клирики Галатеи. Воздух будто наполнился шипением. Вот с небес стали падать одна за другой огненные стрелы, поджигая хоббитов, и превращая в прах, давно отжившие свое кости. Будто воспрянув духом, дварфы начали свое победоносное наступление, круша молотами, ставшие вдруг хрупкими костяки. И вот завершающий маневр: воины Трала, с боевым кличем и двуручными секирами наперевес кинулись добивать противника. Глаза их были красными от ярости, а с зубов капала пена, чего никогда не случалось с такими грациозными эльфами.
Но уже на бегу эльфы стали превращаться во что-то другое. Вся ярость Трала, его ненависть и зависть к своей матери выплеснулась на его поданных, превращая их в ужасные создания с зеленой кожей и железными мускулами под ней.
Только потом, когда пройдет ужас от пережитого, этим существам дадут название. Их назовут Орками. Но до этого момента было еще далеко. А сейчас…Волна этих существ врезалась в незащищенную спину дварфского хирда и начала резню. Дварфы даже не успели понять, что произошло, когда от хирда осталась только передовая шеренга. Маги бросили поддерживать заклинание и стали перенацеливать его на предателей. В тот же момент, ставшая опять неуязвимой, нежить с новой силой ринулась в атаку, буквально смяв оставшуюся конницу. И вот уже маги и клирики Галатеи стали падать один за другим, утыканные стрелами. Битва была проиграна. Оставшиеся силы светлых богов бежали с поля боя, преследуемые войсками богов темных.
Трал, дорвавшись наконец до власти, начал творить таких же хищных и бездумных созданий, нечисть, на подобие орков. Ньарри и Льюн сжигали храмы светлых богов, уменьшая их силу. Но светлые боги не дремали. На последние крохи могущества они создали себе последнего и самого младшего сына – Аледана. Он был не так силен, как Трал, но он был честен и благороден. Как и отец он покровительствовал людям. Но он так же покровительствовал всем святым воинам, таким как паладины и монахи. И вновь столкнулись две армии. У города Аркантейл. И опять первым начал наступление хирд дварфов. И возликовали темные боги, решив, что победа у них в руках. И опять хирд дварфов встретился с армией нежити и нечисти. Но в этот раз в хирд входили не только воины, но и паладины. А так же монахи и клирики, давшие обет служения светлым богам до конца дней своих. Ненасытная Ньюарри уже почти видела, как ее нежить раздирает в клочья всех воинов хирда, но произошло невозможное! Как только солнце отразилось от сомкнутых щитов, вся нежить бросилась врассыпную. А те, что не успели – загорелись и рассыпались прахом за считанные мгновения. Разъяренные орки бросились в атаку, но тут же стали падать кто с разрывом сердца, а кто просто сраженный огненным шаром. Это давали знать о себе маги Галатеи. Да и те орки, которые добегали до хирда, не могли сломить своей яростью железную выучку и дисциплинированность дварфов. Луки хоббитов тоже причиняли мало вреда воинам хирда, плотно сомкнувшим щиты у себя над головами. Потом и хоббитам пришлось отступать, когда, обойдя с флангов нежить, в их ряды врезалась уцелевшая конница. А различная нечисть вроде кобольдов и гоблинов была просто затоптана конскими копытами. Это была окончательная победа светлых богов. Но, дабы не повторить подобного Гхоат отрезал магическую связь между расой и их тотемными богами. Теперь ни светлые, ни темные боги, не могли напрямую воздействовать на разум существ своей расы. Оставшись без предводительства темных богов, хоббиты и даже часть орков раскаялись в своих деяниях и были прощены. Совращенные жрецы, тоже в большинстве своем отреклись от богини смерти, Ньюарри. Но остались и такие, кто продолжал устраивать тайные жертвоприношения своей богине. И только нечисть, да большинство орков последовали за своим богом Тралом. Они разбежались по миру кто-куда, но и по сей день встреча с орком или гноллом сулит мало хорошего простому путешественнику. После того, как Боги перестали контролировать каждый свою расу, их сделалось невозможным уничтожить. Поэтому все Боги теперь так и обитают на верхних планах. Но кто знает, может однажды их власть вновь станет безграничной? Ведь время все еще неумолимо течет вперед, неся с собой новые испытания…