Мое творение! Оцените)
Стрелки часов лениво переползли отметку в три часа дня. В доме ни звука, все пошли отдыхать после плотного обеда. У окна на кухне стоит молодая девушка. На ней нежного голубого цвета шелковое платье, ноги босые. Ее правая рука медленно сползает по оконному стеклу, оставляя мутные разводы. Взгляд ее устремлен куда-то вглубь сада. Смотрит из стороны в сторону так, словно ищет кого, но в саду совсем пусто. Все спят, а ее дневной сон как всегда обошел стороной. Она бесцельно бродит по комнатам и коридорам дома в поисках чего-то интересного. Поднимает всякие вазочки, коробочки на полках, перелистывает книги, которые уже миллион раз читала, поправляет картины на стенах. Поднимаясь на второй этаж, внезапно останавливается напротив одной из фотографий висящей на стене. (На ней изображен парень лет двадцати: высокий, с длинными темными волосами, глаза черные, взгляд острый такой, одет во все черное.) Долго спокойно смотрит на нее, как будто пытается узнать его. Наклоняет голову немного вперед, кривит губы в непонимании и идет дальше наверх. Не вспомнился….
В ее памяти образы все мутные, нечеткие. Каждый новый день для нее абсолютно чистый лист. Каждую ночь, засыпая, она стирает из своей памяти еще одно воспоминание, еще один образ, еще одно чувство. Шрам на веске – единственное напоминание ей о том, что с ней произошло. После автомобильной катастрофы она почти год была в коме, а когда проснулась, то обнаружила способность терять и находить частички памяти. Но случалось это только тогда, когда она испытывала сильное эмоциональное волнение.
Шаги по лестнице тихие, аккуратные, неуверенные. Поднимаясь, она легонечко держится за перила. Так же тихо она проходит в свою комнату и садится на кровать. В окно ее комнаты светит солнце, ветер играет с занавесками, ваза на подоконнике кокетливо поблескивает от солнечных лучей.
Слышен звук хлопнувшей двери.
Камера снимает ее со спины.
Она вздрогнула, вскочила с кровати, и побежала вниз.
- Ричард… - чуть слышно произнесла она, торопясь посмотреть, кто пришел. Вошла в холл, но никого не увидела. Быстро выскочила на улицу – и там никого. – Кто-то приехал? – спросила она у охранника, величаво подметавшего тропинки сада.
- Нет, мэм. Никого. Ваша мама сказала, что гости приедут только после семи вечера.
Девушка разочаровано уходит, нервно срывая по пути головку красной розы. Рука яростно сжимает лепестки розы, глаза гневно застыли на месте.
Слышен звук чьих-то шагов, кто-то спускается вниз.
Девушка торопливо хватает книгу с полки и садится на диван.
В комнату входит мать девушки. Невысокая, полная женщина в простой домашней одежде, с растрепанными волосами и телефоном в руке.
- Как ты, Александра? Опять не спала? – спрашивает она.
- Нет, как-то не получилось. – Голос Саши немного растерян и напуган. – Давай уедем, пожалуйста.
- Уедем? – удивленно спрашивает мать и идет на кухню. Брови подняты, губы поджаты в раздумьях.
Александра бросает книгу и быстрыми шагами идет к матери, берет ее за руку.
- Да. Мне не нравится в этом доме. Ты же знаешь. Я люблю городскую квартиру. (Мы видим изображение дома, стоящего на побережье, пляж, затем большой сад на заднем дворе, собака, лениво развалившаяся около маленького каменного фонтана).
- - Все эти порты, запах этой дурацкой рыбы, который пропитал уже все, даже этот аквариум, который считается самым крупным в Европе, меня уже не интересует. Скучно мне тут. – ныла Алекс.
Мать медленно села на стул, расстроено посмотрела на дочь. Вздохнула.
- Но милая, Булонь-сюр-Мэр прекрасное место. И я рада, что у нас тут есть такой замечательный дом. Тем более врачи сказали, что для твоих мозгов это будет полезно. А скука твоя пройдет. Вечером в гости приедет Филипп со своим сыном Эдуардом. Ты помнишь Эдуарда? Прекрасный молодой человек и такой воспитанный, образованный, красивый. Что ты о нем думаешь?
Саша стоит с широко раскрытыми глазами и удивленно смотрит на мать. Руки жестко вцепились в платье, оставляя грубые складки.
- Мама… Я ничего не думаю о нем. Он мне вообще не интересен. Он скучный до ужаса и с ним может быть весело или сорокалетней деве, или моей дуре племяннице. (Кадр сначала с изображением полной девы, а затем с фотографией страшной рыжей девушки в очках и с брекитами, в руках которой учебник по физике за десятый класс). Вот была бы пара. Тем более он считает меня сумасшедшей, хотя, на самом деле, я просто иногда как будто теряю свои воспоминания. – Девушка говорит нервно, машет руками, ходит из стороны в сторону.
Кот с зелеными глазами, запрыгнул на окно.
Мать растерянно смотрит на дачь,
- Ну…Я так не думаю…Ты хочешь уехать? Правда? Куда? Ты поедешь в верхнюю часть города или обратно в Шантильи?
- Пока просто в верхнюю часть города.
Алекс берет со стола свой мобильный и отправляет кому-то короткое смс сообщение. На экране телефона: текст сообщения – « Я приеду к вечеру, жди меня». Получатель – Сесиль.
В этот момент входит мужчина – отец Александры. Вид у него заспанный, но довольный. Мужчине на вид лет пятьдесят, выглядит на сорок.
- Мотье, ты представляешь, Алекс хочет уехать сейчас в город. Ей совсем неинтересен Эдуард. Что ты об этом думаешь? – возмущенно говорит она, встает и подходит к мужу.
- Я могу ее понять. Этот молодой человек совсем ей не подходит. Он же ботаник, а она у нас человек творческий и любящий свободу. Ей нужен дикарь, который сможет подарить ей что-то новое. – Сказал отец и тепло улыбнулся дочери.
Мать Алекс резко отошла от мужа и возмущенно посмотрела на него. Александра улыбнулась отцу в ответ и побежала наверх.
Комната Алекс. Она быстро кидает вещи в сумку. Алекс выходит из комнаты, хлопает дверью. Ноги Алекс быстро-быстро перебирают ступеньки, но вдруг резко останавливаются где-то посередине лестницы.
Она опять смотрит на эту фотографию. Девушка дотрагивается до изображения рукой, потом резко разворачивается и бежит вниз.
Родители на кухне тихо спорят о чем-то. Вбегает Александра, они резко замолкают.
- Все шушукаетесь? Да все нормально будет. Что вы так переживаете? Мне двадцать три года – я уж совсем не ребенок. – Улыбнулась родителям и обняла мать.
Мы видим дом через стекло машины. Изображение немного трясется, дом быстро исчезает из виду. На мгновение видно лицо Алекс полное спокойствия и радости. Затем пейзаж окружающей природы по пути в верхний город. Солнце уже начинает садиться, небо желто-розового цвета. Встречных машин почти нет. Через какое-то время асфальт уступает место брусчатке, а двадцать первый век сменяется веком тринадцатым. Мы видим крепостные стены Верхнего города, огромное количество всевозможных лавчонок и маленьких магазинчиков. Машина двигается не торопясь по узким извилистым улочками. Солнце уже почти село. Наконец машина остановилась около небольшого домика в самом центре города недалеко от площади.
Мы видим Алекс через лобовое стекло. Она крепко держится за руль, правой рукой вытаскивает ключи и откидывается назад.
Звук телефонного звонка.
Алекс хватает телефон с соседнего кресла.
- Да… - совсем неслышно сказала она в трубку.
- Ты где? – голос из трубки звучал взволнованно.
- Сесиль, я уже приехала. Сейчас зайду. – Алекс улыбнулась и бросила трубку.
Алекс выходит из машины, берет вещи с заднего сидения и подходит к входной двери. Звонит. Дверь резко открывается, Алекс успевает увернуться, чтобы избежать столкновения с дверью. На пороге стоит девушка, брюнетка невысокого роста, одетая в мальчуковую одежду и с почти лысой головой. Это Сесиль – ее подруга. Они долго обнимаются, так, словно не виделись лет десять и с улыбками входят в дом.
Стены бетонные, покрыты огромным количеством всевозможных плакатов, картинок, фотографий и открыток, пол выложен дешевой плиткой, отколовшейся в некоторых местах. Мебели немного: стол, два стула, кухня, диван и телевизор. Еще некое подобие шкафа. В комнате настоящий хаос – все валяется, куча разных книг, журналов, газет, пакетов с дисками и винилом.
- Проходи! Садись! – довольно произнесла Сесиль и указала Алекс на диван.
- Ну, как жизнь? – Сесиль все так же оптимистична.
- Сокращается. – отрезала Алекс. – Мама все еще отчаянно хочется выдать меня за Эдуарда. А я, как ты, наверное, уже догадалась, совсем не хочу.
- А чем он тебе так не нравится? Он богатый и умный парень. – сказала Сесиль, поставив чайник на плиту.
- Он конечно умный и богатый, но жутко скучный тип с анатомией кукольного Кена! – язвительно сказала Алекс.
- Хм…Откуда ты знаешь?
Обе засмеялись.
- Ну, Алекс, тогда тебе нужно найти парня, который бы тебе подходил и в то же время, твоя мама бы его хоть как-то одобрила. – сделала вывод Сесиль насыпая в чашки кофе.
- Гениально! Как ты до этого догадалась? – сказала Алекс с улыбкой. – Я понимаю, но где ж мне такого хорошего найти?
- Ну, в нашем городе сорок тысяч человек, один я думаю найдется. – Сесиль села рядом.
- «Уж зла любовь…Ну а козла все нету» - с улыбкой сказала Алекс.
- Книжная девушка. Есть хочешь? У меня есть рыба.
- Я не ем рыбу.
- Почему?
- Она писает в море.
- Ну и дети тоже.
- Детей я тоже не ем.
Опять вместе засмеялись. Чайник закипел ,и Сесиль заваривает чай.
- Включи телевизор, пожалуйста, я сатанею от тишины. – попросила Алекс.
- Нам дьявол тут не нужен. – с усмешкой сказала Сесиль и включила крошечный телевизор, висящий на стене.
(Камера на экран телевизора: « Сегодня в Париже сумасшедший еврей опередил убийцу и застрелил заложника, после чего скрылся…»)
- Боже! Мир сошел с ума! – громко продекламировала Сесиль.
- Есть три запрета, которые еврей не может нарушить: он не вправе сотворить себе кумира, совершить прелюбодеяние и убить по заранее запланированному сценарию. А опередить убийцу это…
- Кошерно?
- Приемлемо! – рассмеявшись, закончила Алекс.
Солнце совсем село. День подошел к концу.
Все та же кухня: девушки завтракают и беседуют о планах на день. Затем сменяющиеся планы: девушки катаются по городу, гуляют на площади, фотографируются, едят мороженое.
Вдруг мы видим глаза Алекс: они полны невозмутимой горечи и страха внезапно напавшего на нее. Сесиль замечает состояние подруги и быстро тащит ее на ближайшую лавочку. Через какое-то время Алекс приходит в себя и смотрит на Сесиль мокрыми глазами. Заплакала.
- Вот всегда так. Только все начинает налаживаться, и мой мозг тут же решает отключиться. Когда это кончится Сесиль?
- Хм…Я долго думала об этих твоих «отключках» … Влюбись Александра. Ты красивая девушка, с невероятным внутренним миром. Ну и что с того, что ты периодически забываешь что-то, это же не долго длится. – подбадривала ее Сесиль.
- Конечно. Я понимаю. Но мне кажется, что после первого такого случая парень испугается и убежит. Ведь, сама подумай, кому нужна такая ответственность? И мне кажется, что с возрастом это может ухудшиться.
- Детка, думаю лучше всего было бы перестать все время об этом думать, все твои занятия крутятся вокруг этой проблемы и того, что мама хочет выдать тебя замуж. Так давай сначала перестанем думать о том, что ты что-то забываешь, а потом найдем тебе половинку, которая забудет об эом вместе с тобой. Это совсем не правда, что ты не найдешь того, кто сможет с этим жить. Правда, это то, во что мы верим Алекс. Я верю в то6 что ты обязана быть счастливой, и ты в это поверь. – и она обняла Алекс.
Камера посмотрела на девушек со стороны площади, а затем стала подниматься наверх – в кадре сначала лица девушек, потом ветки и листья дерева, что сзади, а потом синее небо без единого облака. После камера на мгновение возвращается к девушкам.
- Бог меня наверное невзлюбил. – вздыхая сказала Алекс.
- Только не отвечай ему тем же. – ответила Сесиль.
Вечерний город, де-то далеко играет тихая мелодичная музыка. Комната Сесиль. Девушки красиво одеты и накрашены. Алекс сидит на стуле у окна, Сесиль бегает в поисках чего-то.
- Ну что ты суетишься? Пошли уже… - устало и раздраженно сказала Алекс.
- Ты темперамент с суетливостью не путай! – брякнула Сесиль, продолжая носиться по комнате
Входная дверь открылась из дома вышли девушки.
Идут молча.
Сесиль пишет кому-то сообщение, Алекс отрешенно глядит по сторонам.
Внезапно остановилась и стала смотреть в переулок. В почти черном переулке облокотившись на стену стоял человек, сам кажется весь в черном. В памяти Алекс всплывает образ похожего молодого человека из прошлого.
- Ричард? – лихорадочно выдохнула Алекс. Лицо Александры стало белым.
Сесиль продолжает идти по улице, даже не замечая отсутствия подруги.
Алекс проходит в переулок все глубже.– она пытается вглядеться во мрак, чтобы удостовериться окончательно ли она сошла с ума. Внезапно, с мерзким электрическим звуком, загорается фонарь.
Алекс смотрит в глаза незнакомцу.
- Извините, я вас спутала с…. Да не важно, извините еще раз. – нервно заговорила она.
Черные глаза, узкие губы, растянутые в добрейшей улыбке, длинные черные волосы до плеч и белая-белая кожа, казавшаяся фарфоровой в свете этого фонаря – образ, представший перед ней.
- Что вы улыбаетесь? – немного смутившись, сказала Алекс.
- Красивая…- протянул он. – ВыОчень красивая девушка. Страшно наверное гулять вот так одной? – стал подходить ближе.
- Да я вообще не одна , просто подруга ушла вперед, а я увидела вас и подумала, что вы это…один мой знакомый, которого я не помню. Извините за беспокойство. Прощайте.
Она уходит из переулка быстрыми шагами и движется в ту сторону, куда должна была уйти Сесиль.
Незнакомец идет позади
Вдруг она резко останавливается и поворачивается к нему.
- Ну что? – уже раздраженно сказала она и взмахнула руками.
- У вас проблемы? – поинтересовался он.
- Да нет…Дайте мне побыть несчастной! – с широкой улыбкой сказала она.
- а можно с вами? В смысле не «побыть несчастным», а пойти рядом?
- Попробуйте, жизнь застраховать успели? – кинула она, уже шагая вперед по улице.
Он улыбнулся и побрел рядом. Девушка не смотрела на него, просто шла и набирала телефон Сесиль. Они идут на фоне каменной стены и цветастых вывесок разных заведений, которые уже закрылись в этой части города.
- Алло! Ты куда ушла? – почти крикнула Алекс в трубку.
Голос из телефона: «Я в пабе у Франсуа. Думала ты ушла обратно домой. Не хотела тебя тревожить, извини. Ты идешь?»
- Да… - прижала трубку к груди, чтобы Сесиль не слышала.
- ты со мной? – спросила она незнакомца.
Он в знак согласия кивнул головой.
- Сесиль, я буду не одна. – скромно созналась Алекс.
Голос из трубки: «Ого, ты времени зря не теряешь! Ну, давай приходи, я посмотрю на твоего принца.»
Заходят в паб.
Много людей, шум, играет музыка 80-х годов. Алекс и парень находят Сесиль и она знакомит их. Они веселятся, выпивают, общаются. Незнакомец периодически обнимает Александру то за талию, то чуть ниже, то старается
целовать ее, то гладить по волосам.
Вдруг Алекс выбегает из паба в состоянии полной растерянности. Тяжело дышит и смотрит по сторонам, словно в поиске места, где бы она могла спрятаться от шума и этого парня, который так ей кого-то напоминал.
Алекс бежит к фонтану и садится на край, свесив ноги. В воде виднеется ее отражение. Лицо совсем нечеткое.
Слышны шаги. Алекс оборачивается.
- Ты чего ушла? Устала? – спросил он, немного нахмурив красивое лицо.
- Как трудно делать вид…что мы знакомы… - еле слышно произнесла она.
- Что?...Знакомы?... – он подошел чуть ближе и взял ее за колени, чтобы она не свалилась в фонтан.
- Да нет…Просто ты так на него похож… - застеснявшись, сказала Алекс.
- На кого? – спокойно спросил он.
- Я не помню…не помню… - заплакала.
Он обнял ее покрепче.
Вид фонтана, моря вдалеке, деревьев, снова фонтана. Все в дымке. Темнеет.
Дом семьи Алекс. Слышен детский смех.
Много людей, все чем-то заняты. Алекс сидит на веранде перед морем и держит на руках мальчика с черными волосами и такими же черными глазами. Он возится с маленькой игрушечной машинкой.
- Мам, а когда я буду большим, я стану гонщиком? – спросил мальчик, поднимая свои глаза на Алекс.
Алекс поворачивает голову и смотрит на мужа, высокого мужчину с длинными черными волосами и черными глазами, и улыбаясь ему, отвечает сыну:
- Конечно сынок, только надо будет быть очень осторожным и настоящим профессионалом, чтобы ничего с тобой не случилось. – тут подходит отрастившая волосы Сесиль и дает Алекс чашку чая.
Мальчик спрыгивает с рук Алекс и бежит в дом. Камера его провожает.
В кадре Алекс, сидящая на кресле, укрытая пледом, и Сесиль, стоящая перед ней, облокотившаяся на перила веранды. На заднем плане уходящий муж Алекс .
- А я говорила, что ты будешь счастлива. И вот ты уже шесть лет как в полном шоколаде. – улыбаясь тихо сказала Сесиль.
- Тебе почти тридцать, а выражаешься ты все как малолетняя, а шляешься как шлюха - посмеиваясь, сказала Алекс.
- Я тусовщица мирового масштаба! – сказала в свою защиту Сесиль.
- Значит ты шлюха с загранпаспортом! – обе засмеялись.
Алекс встает и уходит в дом. Сесиль остается на веранде и поворачивается лицом к морю. Приходит муж Алекс.
- Могу я задать тебе один вопрос? – тихо спрашивает он, вставая рядом.
- Да…давай…
- Ричард. Кто это?
- А с чего вдруг тебя это заинтересовало спустя аж шесть лет, - недоверчивый взгляд Сесиль.
- Нет, ничего. Просто она стала чаще называть меня этим именем.
- Ну шесть лет тебя это не смущало, а сейчас ты вдруг об этом задумался? – возмущаясь спросила Сесиль.
- Шесть лет она максимум два раза в день меня так называла и сама потом исправлялась, а теперь она каждый раз, обращаясь, называет меня Ричардом. Я ее очень люблю, и все понимаю, что с ней произошло и с ее памятью. Но это уже слишком. – нервничая говорит он.
- Каждый раз она тебя так называет? Вот это да…Ричард был ее возлюбленным до аварии. Они были помолвлены. Алекс очень его любила. Они знали друг друга с раннего детства. Она так и не поняла, что он погиб в той аварии. Она как бы отказалась запоминать этот факт. Овально долго она все время звонила на его номер, посылала письма к нему. Ответа не было, но она так и не поняла, что он погиб. Она нормальный человек, с ее сознанием все хорошо. Просто она очень выборочно помнит. Даже врачи до конца это не поняли, но одно ясно точно – ей очень тяжело. А ты просто как две капли воды на Ричарда похож, вот она тебя так и называет.
Сесиль уходит. Муж Алекс остается стоять на веранде в раздумьях.
Алекс, сидящая в своей спальне перед зеркалом в ночной рубашке. Входит ее муж. Долго мнется на пороге комнаты. Затем закрывает дверь и садится рядом с ней.
- Мы можем поговорить? – мы смотрим на них в отражении зеркала.
- Конечно милый… - погладив его по волосам сказала Алекс.
- Я….только хотел сказать…ты понимаешь…Я тебя очень люблю…люблю нашего сына… - она улыбается ему, - но…
- Но? – на лице ее легкая паника.
- Но я не Ричард!
- Что? Что за шутки…Это бред…Все это время ты был Ричардом, а теперь вдруг не он. Глупая шутка милый, но я тебя за нее прощаю. – она отвернулась от него и стала расчесывать волосы.
- Александра! Я не Ричард! Я повторяю! И никогда им не был. И видимо любишь ты не меня, а этого Ричарда! Я терпел это сколько мог, пока ты лишь иногда меня называла его именем, но теперь ты взяла это за правило. Что с тобой?
- Ты знаешь…Твоя шутка теперь мне кажется жестокой! – еле сдерживая слезы сказала Алекс.
- Сдурела?! – выпалил он и сам испугался этого слова.
-…Я не сдурела! Я вообще такая! Что ты хочешь всем этим сказать?
- … - он медлил с ответом. Боялся ее реакции. В глазах у него ужас от ее искреннего непонимания. – Александра, я вынужден признать свое поражение и уйти. Я так больше не могу.
- Ты со мной не счастлив? – совершенно спокойно спросила Алекс, продолжая расчесывать волосы.
- Счастлив…
- Так в чем проблема?
- В Ричарде!
- То есть в тебе?
- Нет..Не во мне…В Ричарде. – он встал и хотел было уже уйти, но она остановила его.
- Стой…Как мы с тобой познакомились?
- Милая, я рассказывал миллион раз…
- Как мы с тобой познакомились? – настаивала она.
- В переулке, поздно вечером. Ты гуляла с Сесиль и увидела меня, и подумала, что я это…
- Кто? – твердо спросила она.
- Что я это Ричард.
- А ты не он?! – трясущимися губами спросила она.
- Нет, милая. – еле сдерживая слезы произнес он.
Она заплакала, но очень тихо, не издавая ни одного звука. Рот ее чуть приоткрыт, из глаз не переставая, текут слезы.
Она роняет расческу.
- Долго я вас так мучила, молодой человек? – спросила она немного сдержав рыдания.
- Шесть лет. Но ты меня не мучила! Я полюбил тебя…но это невыносимо. – почти кричал он.
- Ради чего…вы все это делали? – невозмутимо тихо продолжала она сквозь слезы.
- Ради тебя…ради сына… - он стоял уже на коленях.
- У нас еще и ребенок есть. Вам хоть стыдно?
- Стыдно? Да о чем ты вообще говоришь? Я самый счастливый отец на свете.
- Да?...Я рада, что было и хорошее. Вы теперь хотите уйти? – спросила она немного улыбнувшись.
- Да…Мне кажется так будет лучше для всех. – сказал он вставая.
- А мальчик. Он может остаться со мной?
- Да, конечно. – тихо сказал он сдерживая слезы.
- Но вы безусловно приходите его навещать. Он вам рад очень будет, я думаю. – сказала она уже совсем перестав плакать. Он подошел и обнял ее.
Камера медленно подползает к окну. Панорама вечернего пляжа. Чайки кричат.
тикают часы. темная столовая, старая женщина в мрачном синем платье стоит у окна, правая рука медленно сползает по стеклу, оставляя мутные разводы.
Сзади становится видно молодого парня с черными волосами и черными глазами, он курит. Потом исчезает в дымке.
. Она плачет и улыбается. чуть ниже видно медальон на ее шее. А там фотография…
