Та роза, 

которая вне тленья и стиха, -  
всего лишь аромат и тяжесть, роза 
чернеющих садов, глухих ночей, 
любого сада на любом закате, 
та, воскресающаяся волшебством 
алхимика из теплой горстки пепла, 
та роза персов или Ариосто, 
единая вовеки, 
вовеки роза роз, 
тот юный платонический цветок - 
слепая, алая и для стиха 
недосягаемая роза.

БОРХЕС

Серия сообщений "Борхес":
Часть 1 - Роза Парацельса
Часть 2 - Та роза,...
Часть 3 - ЛИТЕРАТУРНЫЕ ФРАКТАЛЫ

Хорхе Луис Борхес

Роза Парацельса

 

 

               В   лаборатории,  расположенной  в  двух  подвальных комнатах. Парацельс молил своего Бога, Бога вообще,  Бога все   равно   какого,  чтобы  тот  послал  ему   ученика.

               Смеркалось. Тусклый огонь камина отбрасывал смутные тени. Сил,  чтобы  подняться и зажечь железный  светильник,  не было.  Парацельса сморила усталость, и он забыл  о  своей мольбе.

                Ночь  уже  стерла очертания  запыленных  колб  и сосуда для перегонки, когда в дверь постучали. Полусонный хозяин  встал,  поднялся по высокой винтовой  лестнице  и

отворил одну из створок. В дом вошел незнакомец. Он  тоже был  очень  усталым.  Парацельс  указал  ему  на  скамью; вошедший сел и стал ждать. Некоторое время они молчали.

               Первым заговорил учитель.

                ─ Мне знаком и восточный, и западный тип лица, ─  не без гордости сказал он. ─  Но твой мне неизвестен. Кто  ты и чего ждешь от меня?

                ─  Мое имя не имеет значения, ─ ответил вошедший  ─ Три дня и три ночи я был в пути, прежде чем достиг твоего дома. Я хочу быть твоим учеником. Я взял с собой все, что у меня есть.

               Он снял торбу и вытряхнул ее над столом. Монеты были золотые,  и  их  было очень много. Он сделал  это  правой рукой. 

                Парацельс   отошел,  чтобы  зажечь   светильник. Вернувшись,  он  увидел, что в левой руке вошедшего  была роза. Роза его взволновала.

               Он сел поудобнее, скрестил кончики пальцев и произнес:

               ─ Ты надеешься, что я могу создать камень, способный превращать в золото все природные элементы, и предлагаешь мне  золото.  Но я ищу не золото, и если тебя  интересует золото, ты никогда не будешь моим учеником.

               ─  Золото меня не интересует, ─ ответил вошедший ─ Эти  монеты  ─ всего лишь доказательство моей  готовности работать.  Я  хочу, чтобы ты обучил меня  Науке.  Я  хочу рядом с тобой пройти путь, ведущий к Камню.

               Парацельс медленно промолвил:

                ─  Путь ─ это и есть Камень. Место, откуда идешь, ─ это и есть Камень. Если ты не понимаешь этих слов, то  ты ничего пока не понимаешь. Каждый шаг является целью.

               Вошедший  смотрел на него с недоверием. Он отчетливо произнес:

               ─  Значит, цель все-таки есть?

               Парацельс засмеялся.

                ─   Мои  хулители, столь же многочисленные,  сколь  и недалекие,  уверяют, что нет, и называют меня  лжецом.  У меня на этот счет иное мнение, однако допускаю, что я и в самом  деле  обольщаю себя иллюзиями. Мне известно  лишь,что есть Дорога.

               Наступила тишина, затем вошедший сказал:

                ─ Я готов пройти ее вместе с тобой; если понадобится ─  положить  на  это годы. Позволь мне  одолеть  пустыню.Позволь  мне  хотя  бы издали увидеть обетованную  землю, если  даже  мне не суждено на нее ступить. Но прежде  чем отправиться  в  путь, дай мне одно доказательство  своего мастерства.

               ─ Когда? ─  с тревогой произнес Парацельс.

               ─   Немедленно, ─   с неожиданной решимостью  ответил ученик.

               Вначале они говорили на латыни, теперь по-немецки.

               Юноша поднял перед собой розу.

               ─ Говорят, что ты можешь, вооружившись своей наукой, сжечь  розу  и затем возродить ее из пепла.  Позволь  мне быть свидетелем этого чуда. Вот о чем я тебя прошу,  и  я отдам тебе мою жизнь без остатка.

                ─  Ты  слишком доверчив, ─  сказал учитель.  ─  Я  не нуждаюсь в доверчивости. Мне нужна вера.

               Вошедший стоял на своем.

                ─   Именно потому, что я недоверчив, я и хочу увидеть воочию исчезновение и возвращение розы к жизни.

               Парацельс взял ее и, разговаривая, играл ею.

               ─ Ты доверчив, ─ повторил он. ─  Ты утверждаешь, что я могу уничтожить ее?

    ─ Каждый может ее уничтожить, ─ сказал ученик.     ─  Ты заблуждаешься. Неужели ты думаешь, что возможен возврат к небытию? Неужели ты думаешь, что Адам в Раю мог ничтожить хотя бы один цветок, хотя бы одну былинку?

 ─  Мы не в Раю, ─ настойчиво повторил юноша, ─ здесь, под луной, все смертно.

               Парацельс встал.

                ─  А  где  же  мы  тогда? Неужели  ты  думаешь,  что Всевышний  мог создать что-то, помимо Рая?  Понимаешь  ли ты, что Грехопадение ─ это неспособность осознать, что мы в Раю?

                ─ Роза может сгореть, ─ упорствовал ученик.

                ─ Однако в камине останется огонь, ─ сказал Парацельс.

               ─   Стоит  тебе  бросить эту розу  в  пламя,  как  ты убедишься, что она исчезнет, а пепел будет настоящим.

               ─ Я повторяю, что роза бессмертна и что только облик ее  меняется. Одного моего слова хватило бы чтобы  ты  ее вновь увидел.

               ─ Одного слова? ─  с недоверием сказал ученик. ─ Сосуд для перегонки стоит без дела, а колбы покрыты слоем пыли. Как же ты вернул бы ее к жизни?

               Парацельс взглянул на него с сожалением.

                ─ Сосуд для перегонки стоит без дела, ─ повторил он ─ и колбы покрыты слоем пыли. Чем я только не пользовался на моем долгом веку; сейчас я обхожусь без них.

               ─  Чем  же  ты  пользуешься сейчас? ─   с  напускным смирением спросил вошедший.

               ─  Тем  же,  чем  пользовался  Всевышний,  создавший небеса, и землю, и невидимый Рай, в котором мы обитаем  и который сокрыт от нас первородным грехом. Я имею  в  виду Слово, познать которое помогает нам Каббала.

               Ученик сказал с полным безразличием:

               ─   Я   прошу,   чтобы   ты  продемонстрировал   мне исчезновение  и  появление  розы.  К  чему  ты  при  этом прибегнешь  ─ к сосуду для перегонки или к Слову,  ─  для

меня не имеет значения.

               Парацельс задумался. Затем он сказал:

                ─   Если бы я это сделал, ты мог бы сказать, что  все увиденное  ─  всего лишь обман зрения. Чудо  не  принесет тебе искомой веры. Поэтому положи розу.

               Юноша  смотрел на него с недоверием. Тогда  учитель, повысив голос, сказал:

                ─   А  кто  дал  тебе право входить в дом  учителя  и требовать чуда? Чем ты заслужил подобную милость?

               Вошедший, охваченный волнением, произнес:

                ─ Я сознаю свое нынешнее ничтожество. Я заклинаю тебяво  имя  долгих лет моего будущего  послушничества у  тебя позволить мне лицезреть пепел, а затем розу. Я ни  о  чем больше не попрошу тебя.Увиденное собственными глазами  и будет для меня доказательством.

               Резким  движением он схватил алую розу,  оставленную Парацельсом на пюпитре, и швырнул ее в огонь. Цвет истаял и  осталась горсточка пепла. Некоторое время он ждал слов и чуда.

                Парацельс был невозмутим. Он сказал с неожиданной прямотой:

               ─    Все   врачи  и  аптекари  Базеля  считают   меня шарлатаном. Как видно, они правы. Вот пепел, который  был розой и который ею больше не будет.

               Юноше  стало  стыдно. Парацельс был  лгуном  или  же фантазером, а он, ворвавшись к нему, требовал, чтобы  тот признал бессилие всей своей колдовской науки.

               Он преклонил колени и сказал:

               ─   Я  совершил проступок. Мне не хватило  веры,  без которой  для Господа нет благочестия. Так пусть же  глаза мои видят пепел. Я вернусь, когда дух мой окрепнет, стану твоим учеником, и в конце пути я увижу розу.

               Он говорил с неподдельным чувством, однако это чувство было   вызвано  состраданием  к  старому  учителю,  столь почитаемому, столь пострадавшему, столь необыкновенному и поэтому-то   столь  ничтожному.  Как  смеет  он,   Иоганн Гризебах,  срывать своей нечестивой рукой маску,  которая прикрывает пустоту?

               Оставленные золотые монеты были бы милостыней. Уходя, он взял их.  Парацельс проводил его до лестницы и сказал ему, что в   этом  доме  он  всегда  будет  желанным  гостем.  Оба прекрасно   понимали,  что  встретиться  им   больше   не придется.

               Парацельс остался один. Прежде чем погасить светильник и удобно расположиться в кресле, он встряхнул щепотку пепла в горсти, тихо произнеся Слово. И возникла роза.

Серия сообщений "Борхес":
Часть 1 - Роза Парацельса
Часть 2 - Та роза,...
Часть 3 - ЛИТЕРАТУРНЫЕ ФРАКТАЛЫ