-Поиск по дневнику

Поиск сообщений в Cial_Fontomhaif

 -Подписка по e-mail

 

 -Постоянные читатели

 -Статистика

Статистика LiveInternet.ru: показано количество хитов и посетителей
Создан: 07.05.2009
Записей:
Комментариев:
Написано: 7

Записи с меткой северус снейп

(и еще 6031 записям на сайте сопоставлена такая метка)

Другие метки пользователя ↓

гарри поттер северус снейп слэш фанфики
Комментарии (1)

Потому что ты единственный.

Дневник

Четверг, 07 Мая 2009 г. 19:03 + в цитатник
Кому понравится выложу вторую главу.
Потому что ты - единственный (слэш)
Проект "Поттер-Фанфикшн"
http://www.fanfics.ru


Автор: Galit
Бета: Катю
Пэйринг: СС/ГП
Рейтинг: NC-17
Жанр: Romance, Humor, POV Снейпа
Размер: Макси
Статус: Закончен
Саммари: Предупреждение: кое-кого убьют с особой жестокостью.
Саммари: Если вкратце - то "Десять лет спустя".
Размещение: Буду только рада, если кому-то настолько понравится, но скажите мне все-таки.
Благодарности: Прежде всего Катю, которая (в отличие от многих других бет, как я слышала) относится ко мне очень мягко и бережно. А также - Остролисту, чья идея (любезно предоставленная в пользование) помогла мне преодолеть один из творческих кризисов.


--------------------------------------------------------------------------------




Глава 1.

Северус Снейп, Мастер Зелий, профессор Хогвартса, дважды обладатель ордена Мерлина, чувствовал себя... пусть не счастливым, но определенно довольным жизнью. Создавалось впечатление, что эта самая жизнь наконец решила воздать ему по заслугам (разумеется, в себе самом и своих заслугах он никогда не сомневался, а вот в жизненной справедливости... но тем приятней было ошибаться). Наверно, какие-то Вселенские Весы (Высшая Справедливость или еще что-то в этом роде) все же существовали и, отмерив ему все уготованные человеку неприятности одним куском в молодости, качнулись в другую сторону, осыпая его, как золотым песком, всевозможными удачами и свершениями. Временами ему становилось безумно жаль, что Альбус не застал одного из своих любимых "мальчиков" благополучным и процветающим:

"Хоть он и был бессовестным интриганом и манипулятором с периодически обостряющейся шизофренией, но во многом заменил мне отца, занял место, не больно-то нужное Тобиасу Снейпу, и показал, что отношения между людьми не обязательно должны строиться на побоях и оскорблениях..."

В данный момент Северус лежал обнаженным поверх сбитых в беспорядке простыней, на широкой разворошенной постели самого шикарного номера самого шикарного борделя Лютного переулка, прекрасно себя чувствовал и задумчиво разглядывал свое отражение в потолочном зеркале. Лежал и лениво думал о том, почему большинство англичан, будучи страстными патриотами своей страны, для развлечений неизменно выбирают континентальный стиль. Видимо, сама атмосфера этого дома навевала подобные мысли, которые не пришли бы в голову в любой другой обстановке, не такой спокойной и расслабляющей. Дом был словно вырезанная из книги о фламандском барокко иллюстрация: с его светлыми стенами и темной мебелью, пуховыми перинами и огромными подушками, простынями кремового голландского полотна и кружевами повсюду, где только можно их прикрепить.

Отражение отвечало Северусу таким же благодушно-рассеянным взглядом: неплохо сложенный мужчина, длинноногий и длиннорукий, с бледной кожей, негусто поросшей волосами, такими же угольно-черными, как и густая грива, разметавшаяся сейчас по большой подушке с кружевной оборкой. Северус поднял руку и поправил одну из прядей, лежавшую, по его мнению, не так живописно, как хотелось бы, полюбовался результатом, вздохнул и, опустив руку, потер забурчавший живот. Настолько энергичные упражнения, как те, которым он предавался на этой кровати (и которые привели ее в это жалкое состояние), вызывали дикое чувство голода, нарушая общий фон удовлетворенности и расслабленности. От висящего рядом с входной дверью зеркала донесся пьяненький смешок, и молодой голос, жеманно растягивая слова, произнес:

— Да, дорогуша, ты и меня заездил, и сам притомился. Хочешь, чтобы я заказал нам обед сюда, или спустимся вниз, присоединимся к madame?

— Ни то, ни другое, — отозвался лежащий. — Я скоро должен вернуться. Пообедаю дома.

— Ну, почему ты всегда все бросаешь и убегаешь? Тебя что, семья ждет? Ты не похож на семейного мужчину, — капризно загнусавили от зеркала.

— Семья? — по губам лежащего скользнула легкая усмешка. — О да, у меня огромная семья, и все они сейчас ждут меня, чтобы поздравить с днем рождения...

— У тебя сегодня день рождения?! А почему ты мне не сказал? Я сделал бы тебе хороший подарок, — игривые нотки в молодом голосе не оставляли сомнений в том, каким должен был быть этот дар.

— Не хотел никаких подарков. И, Альдо... — заколебался на секунду, — я не приду больше.

— Как?! Почему?! Я тебе не понравился сегодня? Мы как-то очень быстро со всем управились нынче, — жалобные вопросы посыпались как горошины и завершились вспышкой паники: — Ой! Что же скажет madame?!

Здесь надо отметить, что madame Изабель де Буа (Заза для друзей, к каким относился и Северус), пышная румяная дама неопределенного возраста, правила своим маленьким "веселым королевством" железной рукой, хоть и одетой в перчатку двойного бархата. Никогда не обижая своих "птичек" зря, в некоторых вопросах она придерживалась армейской дисциплины, и клиенты могли быть спокойны: обитатели этого светлого особняка всегда были ухожены, здоровы, сыты, очаровательны и готовы выполнить любое пожелание посетителей.

— Ничего, — равнодушно бросил Северус. — Ты здесь ни при чем, просто у меня кончились ингредиенты для твоего зелья.

— А еще купить? Или без него? — жалобно прозвучал высокий голосок. — Я буду по тебе скучать, ты мне нравишься...

Северус беззлобно усмехнулся. Паренек был легкомысленным, но ласковым и привязчивым, за три года их знакомства он многое сделал для Снейпа, даже не подозревая об этом. И мужчина был ему благодарен, но этот этап его жизни закончился, пора подвести итог и перевернуть страницу.

— Иди в горячей ванне отдохни, — посоветовал Северус и загодя пресек возможные возражения: — А я подремлю полча
Альдо беспрекословно повиновался, а Снейп потянулся, глядя на снег, тихо падающий за окном. Потом вытащил из-под поясницы большой тряпичный ком, при ближайшем рассмотрении оказавшийся роскошным прежде покрывалом с кровати, набросил его на себя и закрыл глаза. Спать он не собирался, но время, остававшееся до окончания действия Оборотного зелья, надо было как-то убить.

Надо заметить, что, экспериментируя на досуге, профессор кафедры Зельеделия обнаружил, что виноградное масло, добавленное к основному рецепту этого зелья, значительно продлевает срок его действия. Это открытие сделало бы настоящий переворот в мире магической науки, если бы не один-единственный, но зато весьма существенный недостаток: действие препарата продлялось в ущерб ясности ума принявшего, а следовательно, практического применения он не имел. Как правило, временно сменить свою внешность хотят люди, следящие за кем-то, либо наоборот, прячущиеся от чьей-то слежки; в любом случае, здравый рассудок им необходим. Модифицированое же средство давало эффект опьянения, попутно искажая воспоминания о произошедшем, поэтому лицензировать зелье профессор не стал, а предпочел использовать его в своих личных целях, в частности — для Альдо и его коллег.

А насчет кончившихся ингредиентов... Снейп снова ухмыльнулся: сомнительно, чтобы где-то хранилось еще по пряди волос Джеймса Поттера и Сириуса Блэка. Те же, что были самолично срезаны им в конце шестого курса, после их гнусной выходки с оборотнем, вот-вот закончат свое действие, и парень-проститутка снова станет собой — смазливым итальянцем — в последний раз утратив сходство с давно умершим школьным врагом Северуса Снейпа.

Около тридцати лет назад, после разговора с Дамблдором, на который он возлагал безумные надежды (и который дал ему понять: гриффиндорская безбашенность гораздо сильнее импонирует директору, чем все слизеринские добродетели, вместе взятые...), плюнув на осторожность, он выпросил у Люциуса Малфоя, своего взрослого друга, мантию-невидимку, пробрался в башню Гриффиндора и, наложив чары Глубокого Сна на и без того сопящих недругов, срезал у них по прядке: выполнять данное Дамблдору обещание не мстить хотя бы Поттеру, спасшему ему жизнь, он не собирался. При том образе жизни, который вел лохматый задавала, Северусу не составит труда разок спасти его никчемное существование. А вот устроить до тех пор несколько мелких пакостей, вроде персональных проклятий, чтобы успокоить кипящую в душе злобу... Люциус давно уговаривает его, самого талантливого студента кафедры Зельеделия за много лет, присоединиться к свите самого сильного на сегодняшний день волшебника Британии — лорда Волдеморта, который сможет по достоинству оценить его дарование.

Северус так и собирался поступить, а "происшествие", как выразился Дамблдор, подтолкнуло его решение: узнав, что Люциус практикует некоторые темные искусства и узнал о них много нового от своего покровителя, молодой слизеринец загорелся идеей наконец расправиться с этими "волкозаводчиками", как он величал Мародеров, презрительно оттопыривая при этом нижнюю губу и морща нос с подчеркнутой брезгливостью.

Увы, Северус всегда делал то, что намечал. Он получил-таки свою Метку, попутно осознав, что расправиться в понимании Темного Лорда непременно подразумевало убить, а вовсе не искусно и красиво заклясть своих неприятелей, как он предполагал ранее... Что пресловутая Черная Метка — совсем не знак высокого отличия, а хозяйское клеймо, пометившее его, как фермерскую корову (да еще и позволяющее хозяину в любой момент вытащить его к себе, чем бы он ни занимался в это время)... Что вместе с нею он приобрел больше обязанностей, чем расписанных привилегий, и этот расклад его абсолютно не устраивает... Что Дамблдор, к которому он прибежал за помощью, не смог ничего сделать, только тыкал в нос совершенной глупостью и разглагольствовал о выборе и ответственности (Спустя годы Северус смог оценить тяжесть решения, легшего на плечи Альбуса: даже не пытаться решить проблемы "мальчика" за него, а предоставить ему взрослеть самостоятельно. Тогда же он покинул Хогвартс еще более озлобленным и потерявшим надежду)... А еще... что Люц Малфой, с недавних пор ставший его любовником, рассматривает их связь не как любовь на всю жизнь, а как продолжение дружбы, закрепившее еще в школе возникшее чувство приязни, только и возможное между первокурсником из бедной семьи и признанным лидером седьмого курса Слизерина...

Именно под рассуждения Люциуса о том, что "мужская дружба" не должна мешать выполнению долга, возникновению семьи и продолжению рода, юный Северус понял, что судьба к людям бывает благосклонна по-разному; и если кто-то вроде Поттеров и Малфоев является ее баловнем, которому по жизни везет и удается все задуманное, то он к таковым явно не относится и должен заниматься своими делами сам, лично, не полагаясь на помощь звезд, богов, Мерлина или еще кого. Поэтому в пророчестве Сибиллы Трелони, сделанном той для Дамблдора, он увидел свой шанс избавиться от навязчивого господства Волдеморта. Скрыть от Темного Лорда наличие такой угрозы не удалось, но подготовить себе пути отступления было святым долгом.

Итак, Волдеморт исчез, Поттеры погибли, Сириус Блэк сел в Азкабан, Северус спрятался под крылышком Дамблдора, а два локона старинных врагов, не нашедшие своего применения, много лет валялись среди старых школьных принадлежностей на чердаке дома в Спиннерс-Энд, обернутые в клочки пергамента с буквами П и Б, и были найдены при наведении там порядка. Северус тогда как раз работал с Оборотным зельем и, обнаружив в пожелтевшем учебнике два маленьких сверточка, автоматически задумался о том, чего можно достичь превращением в кого-то из шестнадцатилетних Мародеров. Сначала в голову не шло ничего, кроме довольно дурацкой идеи попугать МакГонагалл или Люпина — сразу отринутой за очевидный идиотизм и бесполезность. Ни та, ни другой не отличались железным здоровьем, и годами варить им потом Сердечные зелья Северус не собирался.

Решение пришло ранним утром, когда Северус еще затемно был разбужен вечной проблемой одиноких мужчин, уделяющих работе все свое время, а именно — сильнейшей эрекцией после довольно забавного сна-воспоминания о временах учебы в Хогвартсе. Когда-то тощий нескладный подросток, каким он был в юношеские годы, завистливо следил повсюду за красавцами-Мародерами, стремясь застукать на чем-нибудь предосудительном (так, чтобы их хотя бы оштрафовали, если не исключили), и однажды увидел Блэка целующимся с парнем-рейвенкловцем в сарае для метел. И вот, проснувшись в темноте, вспоминая сон (несомненно, навеянный вчерашней находкой) и не имея другой возможности решить свою "неприятность", кроме собственных рук, Северус в полудреме неспешно ласкал себя, когда гадкая усмешка вдруг расплылась по его лицу от возникшей в голове идеи — своей вспышкой, казалось, осветившей темную спальню и заставившей его бурно кончить.

"Уж теперь-то я их поимею так, как мог только мечтать тогда!" — блаженно обдумывал осуществление детской мести Северус Снейп, солидный господин, профессор весьма уважаемого учебно-магического заведения, отмахиваясь от несмелых вяканий совести. "Плевать я хотел на то, что они давно мертвы, и прах их остыл. Никому это не повредит... А если я использую ту модификацию, что замутняет воспоминания, то даже и не узнает никто!"

Не обращая внимания на промозглый холод, царивший зимой в подземельях, где эльфы-домовики не успели еще развести огонь в каминах, Северус выпрыгнул из постели и бросился в ванную, быстро привел себя в порядок и облачился в привычные мрачные одеяния. Рассвет он встретил в лаборатории: отыскивая среди пробирок с отвергнутыми вариантами зелья — результатами нескольких месяцев экспериментов — ту самую, с виноградным маслом. К завтраку в Большой Зал Северус поднялся во всеоружии и самом прекрасном настроении — нужный образец был найден, каминный разговор с давней знакомой, madame Заза, состоялся: требования были предъявлены, вопрос оплаты утрясен, теперь оставалось только выкроить себе время для досуга. К концу последнего урока было найдено решение и этой проблемы.

Велев старостам Слизерина собрать в общей гостиной всех без исключения шести— и семикурсников, обязательно присутствовать самим и выкинуть оттуда младшие курсы, Северус дал им полчаса, по истечении которых не спеша вышел к изнывающей от любопытства аудитории, мгновенно перешедшей при его появлении от состояния нетерпеливого возбуждения к настороженному молчанию.

— Господа старшекурсники, я хочу сделать объявление. — Пауза, звенящая тишиной. — Начиная с этой недели, я буду отсутствовать в Хогвартсе по воскресеньям с утра и до обеда и не хотел бы афишировать этот факт перед другими факультетами. — Заметил мечтательно загоревшиеся глаза некоторых и поспешил их разочаровать: — Ничего противозаконного. Чтобы сразу пресечь все возможные домыслы с вашей стороны, могу заранее сообщить, что собираюсь в это время заниматься устройством своей личной жизни. При этом я очень надеюсь, что все вы — взрослые люди, обладающие достаточным количеством здравого смысла, чтобы понять: никакой слежки за собой я не потерплю. Также я жду, что вы проявите в отношении моей частной жизни то уважение, которое сам выказываю вашей. Думаю, все в курсе, что на спальни всех Домов Хогвартса, кроме нашего, наложены Сигнализационные и Контрацептивные чары. И лишь в Слизерине — одни Контрацептивные.

"Естественно, это знали единицы, но никто даже бровью не повел, молодцы".

— Таким образом, все просьбы и неувязки, требующие моего личного контроля, попрошу перенести на субботу, а также — по мере необходимости — помогать младшим, не обнародуя моего отсутствия. Далее: старостам я повышаю статус (разумеется, внутри Дома) и даю право назначать наказания. — Чуть слышный гул недовольства. — Естественно, они будут назначать их соразмерно проступкам, а подробный список подавать мне на утверждение по возвращении. До тех пор — мои функции, включая контроль за выполнением домашнего задания, передаются им. Взамен я даю разрешение всем присутствующим в субботние посещения Хогсмида задерживаться на один час дольше остальных факультетов, а старостам — возможность свободно провести личное время вечером воскресений. Не собираюсь спрашивать, что они делали — ходили на свидания, дополнительно занимались или попросту спали... Да, мистер Стентон, предупреждая ваш вопрос: вы можете пригласить свою пару на ужин в ресторан, — староста мальчиков слегка порозовел и смутился, — лишь будьте так любезны вернуться в замок до отбоя и в адекватном состоянии. Считаю нужным заметить, — он слегка повысил голос, перекрывая возникший было шум, — что все эти льготы не являются платой за ваше молчание либо боязнью шантажа. Я все слышал, мисс Морган. Просто я считаю необходимым и справедливым компенсировать вам ту дополнительную нагрузку, которая периодически будет ложиться на ваши плечи. Младшекурсникам можете сказать, что конец недели я посвящаю отдыху, разработке новых зелий — на ваше усмотрение. Это все. Вы свободны. — И удалился, посмеиваясь про себя и думая о том, что уж слизеринцы-то зубами и когтями будут держаться за неожиданную тайну, тем более — несущую им определенную выгоду. И, что греха таить — определенную власть.

Так и повелось, и длилось около трех лет. Северус попеременно пользовал то "Джеймса Поттера", то "Сириуса Блэка", применяя свою обширную фантазию и давая возможность выздороветь уязвленной гордости, уйти старым обидам, постепенно "отпуская" в небытие школьных недоброжелателей. Многие из знакомых, включая директрису МакГонагалл и других преподавателей Хогвартса, только удивлялись: насколько легче стал характер печально известного профессора Зелий. "Он даже стал изредка улыбаться! — потрясенно заявил в разговоре со знакомым профессор Флитвик. — Совсем другой человек!"

...Скрипнула дверь ванной комнаты, прервав Снейповы воспоминания-размышления и впуская в комнату Альдо в черном махровом халате нараспашку, все еще в образе Джеймса Поттера. Из-за полумрака ненастного зимнего дня невысокая фигурка в глубине комнаты вдруг показалась профессору более тонкой, чем обычно в этом облике, руки резким движением зябко запахнули халат, словно полы мантии, голова чуть склонилась в повороте каким-то птичьим жестом, качнулись влажные черные вихры... Зеленоватый отблеск в необходимых для роли очках на миг придал темным глазам прозрачную глубину морской волны... Секунда — и наваждение прошло, оставив подскочившего от неожиданности Снейпа растерянным и... возбужденным?! "Гарри Поттер!" Это имя — мальчика, затем юноши, ставшего сплошной головной болью для Северуса и спасением для магического мира, — нежданно-негаданно снова ворвалось в жизнь Мастера Зелий...

— А что это мы глазки распахнули? А что это у нас тут под одеялом такое интересное образовалось? — польщенно-кокетливо запел Альдо. — Я такой вкусный из ванны вышел, или ты надумал получать свой подарок? — подняв за уголок одеяло, он с головой нырнул под него и с энтузиазмом принялся обихаживать то "интересное", что там пряталось. Нежные губы умело приняли член Северуса, пропуская все дальше, в горячее горло и... Все кончилось очень быстро для потрясенного мужчины. Оргазма такой силы он не припоминал даже в дни пылкой юности.

"Неужели меня так возбудила одна только мысль о Гарри Поттере, отсасывающем у меня под одеялом? Я же никогда не думал о Золотом Мальчике в таком ключе!" И в самом деле, за десять лет знакомства ни одна эротическая мысль о Мальчике-Который-Выжил не посещала голову его учителя.

(Да и вообще педофилия его не привлекала. Возникший однажды скандал с одной из шестикурсниц-слизеринок был задавлен в зародыше возмущенной директрисой, устроившей такую головомойку прибывшим в Хогвартс родителям девушки, как будто и они до сих пор являлись ее учениками. "Профессора Снейпа обвиняют во многих прегрешениях, — заявила она, — он иногда бывает излишне строг, порою до жестокости, к нерадивым студентам. Но никогда, слышите, никогда пальцем не тронул ни одного из них! Тем более девочек! — Присутствовавший Северус досадливо поморщился — забота Минервы, конечно, была приятна, но за речью ей все же надо следить. — При поступлении на работу в Хогвартс все преподаватели добровольно связывают себя магической клятвой на этот счет, и ни одного случая ее нарушения еще не было зафиксировано! Лишь настолько глупая девочка, как ваша дочь, могла придумать такую гадость, желая отмстить учителю за плохие оценки!"

Красные от злости и стыда родители забрали девушку домой, отплатив Хогвартсу грязной статейкой Риты Скитер в "Ежедневном пророке", повлекшей за собой лавину возмущенных писем от родственников учеников. Но в редакцию газеты было послано официальное заявление директрисы МакГонагалл, и журналисты вновь потеряли интерес к Ужасу Подземелий.)

Вынырнувший из-под одеяла Альдо, потерявший в мягких складках ненужные ему больше очки, уже в своем собственном виде, чмокнул Северуса в щеку, прощебетав "С днем рождения, дорогуша!", потуже запахнул свой халат и умчался обедать, оставив профессора в одиночестве — медленно одеваться, наложив предварительно очередное очищающее заклинание на себя и постель.

Выйдя из дома madame, Северус не стал терять время и аппарировал сразу с порога. Очутившись на досконально за все эти годы изученной (и слава богу, потому что с таким душевным разладом не рискнули бы аппарировать даже мастера-"дальнобойщики") опушке Запретного леса, он побрел в направлении видневшихся из-за верхушек деревьев башен Хогвартса. Нападавший с утра снег, липнущий сейчас на подол его длинной мантии, утяжелял и замедлял шаги профессора, тормозил обычно стремительное продвижение. Утопая своими черными, как и все, что он носил, сапогами в сугробах, Северус сумел мобилизовать остаток самоконтроля лишь у крыльца главного входа.

Внушив себе, что учащиеся в любом случае не должны видеть его в разваливающемся состоянии, он отряхнул мантию от целого сугроба, налипшего на нее, оставил его на ступенях Филчу и нашел в себе силы прошествовать в своем привычном стиле от входа через холл и далее, в родную нору... То есть, подземелья, конечно, но душа просила именно забиться в норку, подобно раненому зверьку, чтобы там зализать нанесенную ей сегодня рану. Призвав из глубин самоуважения еще толику сил, он даже смог с благосклонной улыбкой выслушать поздравления своих студентов и пришедшиеся очень кстати заверения старост в том, что и остаток дня они присмотрят за порядком и дадут ему сегодня возможность отдохнуть. Нисколько не заблуждаясь насчет причин такой заботливости, он все же поблагодарил за оказанное внимание и поднесенную в качестве подарка древнюю инкунабулу о восточных притираниях, удалился в свои комнаты и уже там, за запертой дверью, в тиши своего кабинета, позволил себе "рассыпаться" на диване.

Мысли — медленные, тягучие, — вяло шевелились в шокированном сознании, казалось, отдельными словами-закорючками цепляясь за какие-то уголки и выступы, вдруг возникшие в мозге, и не желали додумываться до конца. "Простудился я, что ли? — отстраненно спросил себя Снейп. — Надо бы выпить Перцового зелья. А то — сходить в больничное крыло и попросить мадам Помфри провести полную диагностику. Как-то странно я себя чувствую". Эти мысли скользили в голове легче, чем те, которые... в общем, те самые.

Организм постепенно сам сформулировал, что выпить бренди ему будет гораздо приятнее и полезнее, нежели любое зелье, заставив Снейпа сначала сесть, тяжело упираясь локтями в колени, а затем сконцентрироваться в достаточной степени, чтобы с помощью Accio призвать из бара бутылку и рюмку. Опрокинув в себя первую порцию, он не почувствовал вкуса и лишь по распространившемуся от желудка теплу понял, что еще жив. И что те самые мысли нуждались именно в этой смазке, чтобы теперь бешено заскакать в голове:

"Чтоб мне провалиться к дьяволу в преисподнюю! Гарри Поттер! Зачем он мне? Не хочу! Неправда, хочу, и очень сильно. Нет, не так: не хочу хотеть Гарри Поттера! Проклятый мальчишка! Его и так все хотят, зачем ему еще и я?! Да он и не знает ни о чем... Наверняка кто-то меня проклял... Нет, глупости, у кого бы хватило умения проклясть меня так, чтобы я не заметил?! Волдеморту не удавалось, и даже он уже на том свете, спасибо Гарри Поттеру... — на этом месте Северус тихонько завыл. — Опять?! Что такое со мной случилось? Мальчишка исчез, послав магический мир ко всем чертям, уже тому десять лет скоро, и никакой он не мальчишка, а взрослый мужик, гетеросексуальный к тому же... И что же мне на свете спокойно не живется?! Ведь уже освободился от его папаши с крестным, так нет — подавай тебе теперь самого Золотого Мальчика! Ну да, он был красивым ребенком, наверняка стал красивым мужчиной..." — Снейп понял, что снова возбужден, и ему захотелось поплакать. С трудом заставив себя глубоко дышать и успокоиться, он принял решение: прежде всего надо сесть и логически обдумать происходящее. Скрупулезно вспомнить все в своей жизни, касающееся Гарри Поттера, и понять: где настигла его такая беда?..


я знаю что я извращенец))) кому что то во мне не нравится можете уйти из этого днева))

Метки:  

 Страницы: [1]