Все маленькие городки до безобразия похожи друг на друга. Привокзальная площадь, оккупированная южными братьями, называется гордым словом Рынок, где половину выходных проводят женщины в поисках трусов, простыней, мяса( естественно дешевле , но лучше), косметики от рубирозы, покидая это заколдованное место "усталые, но довольные", больше похожие на вьючных животных, нежели на людей. Обычный набор магазинов- универмаг, продукты, подарки, ремонт обуви, салон красоты и стоматология- центр местной цивилизации, обнимаемый потоком снующих людей, серых в большинстве своем и ничем не примечательных на первый взгляд,но при ближайшем рассмотрении - с разными проблемами и судьбами, в основном с меркантильными желаниями и отсутствующими возможностями...Все это с точностью до миллиметра повторяется в любой отдаленной населенной точке.. тот же поток серой массы, те же ремонты обуви и магазины с одинаковым набором лореалей и тайдов,чипсами, пивом и "армянским коньяком" местного розлива...
но в этом городке, рядом с ремонтом обуви находилась железная дверь. Без надписи, без опознавательных знаков, только маленькая табличка- Мастерская- незаметная беглому взгляду суетливо движушегося человека. Что за мастерская, откуда она взялась, никто не знал , да и, честно говоря, не интересовался.Ну, мастерская и мастерская.. Никому и в голову не приходило, что там, внутри, сидит старый сердечных дел мастер, который восстанавливает чужие сердечки, разбитые о черствые глыбы людской ненависти и зависти, засыхающие от непонимания близких, умирающе от недостатка человеческого внимания и любви.Ему приносили сердца с различными повреждениями, и он брал их в ремонт, не задумываясь и несмотря на сложность работы. Иногда он при заказчике просто зашлифовывал шрамы и рубцы- если они были неглубокими, не требующими обработки раствором времени и забвения. Иногда заказы годами лежали в этом растворе, восстанавливая свои человеческие функции, иногда требовались дополнительные детали- пару грамм нежности или капля ласки. С три десятка флаконов заполняли полки помещения, на каждом из которых была надпись, что внутри и срок годности-Женское самолюбие, до весны, Мужская грубость, не ограничено, Наивность- до 14 лет, Память-до смешения с забвением.. Эти названия были написаны старческой рукой, но правильным каллиграфическим почерком, с правильным наклонном и непонятным старинным росчерком в конце каждого слова.

Он мне часто повторял - тебе будет легче знать, что я где-то рядом, с кем-то рядом, чем, если бы ты узнала, что меня нет вообще. Тогда я не придала его словам никакого значения, я наслаждалась его присутствием, его шершавой рукой, зажавшей мою, как он говорил лапку, его голубыми глазами, огромными, пугающими своей глубиной. Глаза его были самыми необычными из всего земного, что мне пришлось увидеть в мои 19 лет, в мои тогда 19 лет. Прошло почти 5 лет, но эти глаза иногда до сих пор смотрят на меня из прошлого, и мурашки бегут по спине от ощущения его незримого присутствия. Мне было больно уходить от него, осознавая, что единственный человек, которого я на тот момент любила, без которого не представляла своего будущего, настоящего, с кем было неразрывно связанно прошлое, никогда не будет принадлежать мне, которому я отдала бы все на свете, ни минуты не раздумывая. Хотя какое это прошлое- первый поцелуй в темном подъезде в мои 15 лет, его роман с моей "подругой", длившийся 4 года, развивавшийся на моих глазах, апогей ее любви к нему и его презрение ко всему человечеству, их разрыв. Моя бесконечная боль, когда я видела их вместе, ненависть к самой себе, самоистязание себя самой, что во мне не так, что в ней лучше, чем во мне.
Летним вечером меня что-то выгнало из дому, это что-то было желанием покурить. Я хотела пойти в магазин рядом, но КТО-ТО развернул меня в противоположную сторону, к самому дальнему ларьку. Когда я вошла в этот маленький полугроб, первое, что я почувствовала - ЕГО запах. Еще тогда, четыре года назад, я навсегда запомнила аромат его кожи, запах грудного молока, смешанный с дешевой туалетной водой с идиотским названием ДЕМОН. За 4 года запах не изменился ни на йоту, как и он сам. Те же очки, та же короткая стрижка, те же пугающие глубиной и безумством глаза. Привет - привет-как дела внезапно перетекли в приглашение пройтись и покурить. Так начались наши отношения по второму (по-взрослому) кругу, так начались две недели моего счастья и горя одновременно. Мы были во многом похожи. Я ему напоминала его, толка лет в 16, бесшабашная, радующаяся всему на свете. Но, как он говорил - это не надолго. Реальность губит молодость, заставляя принимать законы жизни и правила игры-точнее отсутствие этих правил. Но мне было все равно, я растворилась в нем снова, так же как и 4 года назад, при нашем первом (и первом в моем жизни) поцелуе. В нашем маленьком районе наша прогулка (абсолютно невинная и не подразумевающая абсолютно ничего) произвела фурор, в частности фурор на мою и его екс-подругу. Мне был нанесен визит вежливости ее персоной на следующий день, и во всех красках изложена их совместная жизнь за чаем со многими интимными подробностями. Я очень жалею, что тогда я, как дура, сидела и слушала, что я не вылила на нее что-нибудь, не разбила о ее голову пару чашек. Всю ночь я прорыдала. От безысходности. Они были связаны слишком сильно, сильно телесно, сильно духовно, а я- я всего лишь могла довольствоваться его присутствием и пониманием того, что хоть, и целует он меня, и обнимает меня, но видит пред собой он ее, и разговаривает с ней, и любит ее. Мой максимализм и гордость я выбросила на помойку, но через две недели я за ними вернулась. Эти две недели-ими я жила последние пять лет, лелея каждую минуту в своей памяти, каждой клеткой тела помня соприкосновения наших тел, но слияния душ- этого не было никогда и никогда уже не будет. Все, чем богата моя память-это он, его образ, его голос, его глаза, единственные в мире глаза, которые видели во мне лишь друга, но не более. Я ушла, не могла больше знать, что он не со мной, а с ней, в мыслях, в действиях, в разговорах. Я пережила наше расставание, я пережила его свадьбу и рождение его дочери. Иногда я сталкивалась с ним на улице или в электричке, его запах и тогда завораживал меня, и колени тряслись при одном только его виде. Я пережила его смерть, но смириться я с ней не смогла. Мне легче знать, что он где-то рядом, с кем-то рядом, чем знать, что его нет вообще.

http://directorinfo.ru/article.asp?IDN=7&IDY=2004&IDA=1144

луна в твоих глазах,
не выплеснута боль,
застывшие давно ночные полутени согревают, обнимают страх.
и слезы по лицу......

ты больше не придешь....
тебя уже здесь нет.............
ты где-то высоко над головой ее кружишь,
но говорить нельзя.

и никогда к ногам
ее не сядешь ты...
и не услышишь ее крика в никуда-не уходи..
и вечная тоска....

и в голове бардак.
и рядом пустота..
и губы в кровь искусаны от нежелания кричать в ночную тьму,
и больше нету сил.....

отсутствие тебя
на всей большой земле
сломало ее душу и,как бомба,разрывает сердце на куски...
все не вернуть назад...


постой, не уходи,
но стынет огонек,
и тело тяжелеет на руках, и гаснет взгляд...
с собою забери......

в полумраке пафосного зала , в окружении свечей и немыслимых картин, сидели они уже довольно долго. она никак не могла определится с заказом и склонялась к кофе и какому-нибудь фруктовому пирожному, но он твердо настаивал , чтобы она попробовала что-нибудь из кухни этого заведения. шуточные отговорки- на диете, кариес и прочая ерунда только разогревали в нем желание подчинить этот молодой, дерзкий и стойкий разум. минут через 10 после словесной дуэли он сдался. ее ничем невозможно было убедить.. кофе. черный, с сахаром. от сладкого она внезапно отказалась.
она загадочно выглядела в полумраке дрожавшего огня свечи - волосы казались золотыми,глаза , большие, карие глаза, в которых черти плясали, отражали пляшущий от сквозняка огонь свечи. голос, мягкий, немного с сипотой , грудной настолько хорошо вписывался в обстановку, действовал как наркотик, одурманивал, он чувствовал, что он теряется перед ней.
когда принесли его заказ , он обрадовался, что можно, занявшись едой ,обдумать тему для разговора, но мысли работали не в том направлении.
они познакомились неделю назад, и это было третье свидание, тщательно им спланированное, и чуть не сорвавшееся из за ее нежелания идти куда-то . но сюрприз не хотелось пускать коту под хвост и вот -они сидели в ресторане, где безликие официантки меняли безликие пепельницы, а Тверская за окном жила своей бешенной суетливой жизнью, давя своим темпом тех, кто не успевал за ним, давила беспощадно.
что то было в этой парочке за соседним столиком ,загадочное, романтичное. они безумно походили друг другу- оба стройные, смуглые и кареглазые.
только в его кармане лежало вовремя снятое обручальное кольцо, а она об этом еще не знала.

зарыли в землю сломленное тело,
истерзанную душу затаскали по устам
я не сказала то, чего хотела,
и не скатилась скорбная слеза,
я не прощалась, я не проважала
тебя в последний, дальний путь,
тебя забыть я не старалась,
от боли лишь чуть-чуть болела грудь..
твои глаза во всех искала
мельканье лиц-осточертело
прости, что я с тобой не попрощалась,
и не сказала то, чего хотела.

Я никогда не ставила перед собой вопроса - что же есть такое - Любовь? что это на самом деле? мужского, среднего, женского ли она рода? какая она??? есть ли она на самом деле???

Я (как мне казалось раньше) любила многое, но на поверку все объяснялось понятием - привычка... Я любила музыку, но, лишившись сначала старенького (но вполне сносного) магнитофона, я смогла жить без него, без любимых кассет, которых я собрала около ста штук и периодически развлекалась, перекладывая и протирая их от пыли...

потом в мою жизнь пришел компьютер... я научилась из лазерных дисков перегонять треки в пм три, колонки были мощнее, чем у старого панасоника... я стала с не меньшей любовью складировать мп три на жестком диске... Потом комп переехал в комнату младшего брата... я любила ... я смогла обходиться без них... я любила вкусно поесть, но я смогла обходиться минимумом вкусовых предпочтений, лишь бы желудок не болел...

я любила кататься по городу на трамвае летом... До чистых прудов и обратно. Зимой я прекрасно без этого обходилась, зимой в трамвае мерзли ноги и ездили бомжи...

Я любила мраморную красоту мальчика Славы. Я любила с ним разговаривать, наблюдать за его саркастической улыбкой, за лицом, на котором не отражалось ни одной эмоции. Я в лепешку расшиблась, пытаясь заставить его огорчиться или порадоваться, на худой конец разозлиться... за пол года я не смогла выбить из него ничего, кроме этой, возненавиденной мною улыбки... когда наши отношения прекратились, я ни капли не расстроилась... я не любила его...

я любила баловать себя красивыми вещами... но оказалось все гораздо проще... просто я хотела, чтобы любили и баловали меня. Я себя не любила...

Я не любила родителей (без них становилось проще, почему-то я по ним совершенно не скучала). Я ни к чему и ничем не была привязана - ни к работе, ни к самой себе, ни к своей семье и дому... Я не привязалась к нему, мужчине, который мог дать мне положение и деньги... не смогла...

Я не привязалась к человеку, с которым мы общались на уровне мыслей, одинаково думали, одинаково чувствовали... Нам не нужны были слова, чтобы общаться и выражать своё отношение к чему- то происходящему. Оно было идентично... нам стало неинтересно... Я не любила его... Я не любила и не вспоминала его уже по прошествии часа, как мы выяснили отношения...

я ничего и никого не любила...

сегодня ему в первый раз разрешили посидеть на облаке и посмотреть на нее сверху. Он долго упрашивал херувима отпустить его хотя бы на 5 минут полетать, но тот никак не соглашался, отделываясь однообразными фразами типа-не положено, тебя нет в списках, вот исполниться 40 дней... Эти сорок дней для него показались вечностью... Сначала никто не знал, куда определить его - к самоубийцам - нельзя, когда резался - пьяный был, в затмении, в рай - грехов много - в ад - мало... Долго его мучили тестами и испытаниями, решили - пусть болтается по приемной, с душами разговаривает... Это он умеет... Только вот давать ему облако или нет, решали долго. В итоге, после того, как из приемной исчезли две души (как оказалось в последствии, он убедил вернуться души на землю) и закончился срок, ему выдали маленькое, но непослушное облако. Самое капризное из всех, что были в наличии.
сначала, оно брыкалось, фыркало, пытаясь избавиться от своего невесомого наездника, но почему-то резко успокоилось, полностью подчинившись его воле, последовало за его мыслями.
и вот, спустя два мгновения, он висел почти над своим домом, отражаясь полностью в своем окне.
сверху ему все казалось маленьким, почти игрушечным, лавочка возле дома, где он совсем недавно качал в коляске сына, палатка с самым дешевым пивом в их районе, песочница, где он ребенком строил канализацию и закапывал совки играющих с ним девчонок... все было до боли родным... боли. Он помнил только одну боль... боль от разорванной кожной ткани... резкую, внезапно сменившуюся теплом и состоянием полета, которое для него стало вечным. Не было больше никаких ощущений, только какая то бесившая невесомость и ничего... Даже не было ощущения времени, пространства, только невесомость...
Он увидел, как из его подъезда вышла она, немного ссутулившаяся, с отрешенным видом, с глазами, переполненными болью и ничего не видевшими. Такая маленькая, беззащитная. Ему захотелось сорваться вниз, подойти, обнять ее, но уже ничего нельзя было повернуть вспять. Захотелось завыть, закричать, заплакать, но даже этого он не смог бы сделать, не смог бы сделать этого уже никогда.

было странно наблюдать с земли за облаком, которое, несмотря на сильный ветер, не двигалось вовсе, как будто его прибили к небу

был тихий спокойный мерзкий вечер. мерзкий, потому, что тихий и спокойный, и потому что был. от нечего делать (хотя заняться было чем, но было лень) я стала перебирать по памяти, что же хорошего было в моей жизни. детство. детский сад, подготовительная к школе группа, ветрянка, тихий час с 13-00 до 14-00, когда все дети делали вид что спали, а спать нормальный ребенок совсем не хочет, полдник, с протухшими яйцами, навсегда врезавшимися в мой мозг отвратительными запахами, поход домой, спокойной ночи малыши с мутантами свиньями, собаками, воронами (если конечно это можно было так назвать), дядями Валями, тетями Танями, идиотским мультиком про непонятно что....ночь. школа, первый класс, линеечки клеточки, циферки, закорючки, подзатыльники, двойки за чистописание. вопросы, почему нельзя писать в крупной линейке, также красивее?(двойка)почему клюшки надо загибать в эту строну?(двойка)почему(родители в школу!)приходила мама(папа постоянно был занят и занимал позицию следующего характера- я деньги зарабатываю, а ты(мать) занимайся домом...и воспитанием -зря он ей это доверил!! ее воспитательная система ничем не отличалась от допросной системы Гестапо.....на задницу иногда и сесть невозможно было, а делалось все только ради моего светлого будущего, иначе светило мне коровам хвосты крутить и закончить жизнь в женской колонии, приводилось в сравнение часто житие детей в детском доме, их там били больше, кормили меньше, и вообще меня бы туда не год и я стала бы шелковая. на вопрос что значит шелковая, мне говорили ОНА ЕЩЕ И ИЗДЕВАЕТСЯ!!! так я поняла, что любопытство- это порок (потому что за него порят, как сидорову козу, очень хотела узнать, что значит сидорова, (что такое коза я уже знала) но уж слишком болела пятая точка, а на следующий день было шесть уроков, и я боялась, что не высижу).

где - то в третьем классе на меня нашло озарение(я благодаря подзатыльникам и постоянно болевшей заднице - это было не единственное место , которому доставалось дабы познать сущность бытия-начала хорошо учиться, мать хотела чтобы я стала академиком , так же как мой отец, которого она ненавидела всеми фибрами своей души, но тем не менее жила с ним, во первых, потому что умный, во - вторых, хорошо зарабатывает, в третьих, уже детей трое....умная женщина она.... очень. Да, нас было трое, потом появился брат, которого так хотели родители... поскольку я была первой и очень неудачной попыткой восстановить демографическую политику в стране, я постоянно была камнем преткновения, они притыкались по поводу и без, и я была старшей, мое детство было неразрывно связано с качанием коляски то с младшей сестрой, то с единственным братом, бегать с детьми по улице было непозволительно, потому что она или он могли в любой момент проснуться... но бегала! потихоньку убегала из дому, носилась на находящееся под запретом футбольное поле, лазила по турникам, и потом опять не могла сесть на задницу, и все равно на следующий день срывалась, на турники, а то и дальше. бесило не столько то, что мне попадало за что то, сколько то, что мне никогда не могли объяснить, почему это и это нельзя, а говорили, что нельзя, потому что Я ТАК СКАЗАЛА. И я перестала быть любопытной... Мне вдруг захотелось стать лучше всех, и я была лучше всех, в классе, на уроке. Я читала бешеное количество книг, по ночам, под одеялом, я представляла, как скоро, очень скоро, всего через 7 или 8 лет, я вырвусь из дома, гулять по свету, свободная, как ветер, и никогда не вернусь туда, где постоянно болит задница. Только никто в книгах не рассказывал, что свобода стоит очень дорого.

вся моя жизнь-осколок снов,
в ней нет любви,лишь холод тьмы,
нет ни друзей в ней, ни врагов,
все под контролем тишины...
мой бог!как не хотела жить
я в тот холодный зимний вечер!
твой холод глаз и резкость слов.
меж нами пропасть, бесконечность.
как я хочу в обьятья сна,
чтоб наступил покой навечно,
чтобы забыла я ,как ты
меня разбил бесчеловечно
как я хочу, чтоб ночь навек
сокрыла тело, успокоив душу,
чтобы никем и никогда
покой мой не был бы нарушен,
чтобы никто и никогда
мой вечный сон не потревожил
чтобы и ты когда-нибудь
до боли в сердце был встревожен,
чтоб каменной души гранит
сменила бы любовь и нежность
но для меня-лишь холод пустоты
и одиночество как вечность.



Мой нежный демон-очень жаль, что ты не мой...
я не хочу тревожить твою душу.
Я не жалею, что я больше не с тобой
И я сознательно все , что построила , разрушу

Я ветер попрошу, чтоб он ласкал
Смолу твоих волос и нежность твоей кожи
Я ангелам скажу, чтоб охраняли сон
Той, что с тобой, и что тебе дороже...

И твой покой и днем и ночью сторожить
Я звезды и небесный свод заставлю...
Я многое смогу, но мне не пережить
Ту боль,что я тебя другой оставлю...



Облака кровавые над землею свесились
Месяц, весь изогнутый, к небу был прибит
Видела как в суммерках маленькая звездочка падала
и как ее душа полымем горит.
а случилось страшное, а случилось дикое
звездочка не выдержала,вот и сорвалась
та звезда, что рядышком,та , одна, родимая
от любви к большой звезде в миг разорвалась.
и летела звездочка в тяжких темных суммерках,
и паденья жуткого жаждала,ждала,
и слезинка горькая,каплятрехкаратная
из глазницы звездочки реченькой текла.
раскачавшись в шоковом состоянье горюшка
без опоры жизненной понеслась к земле
и сгорела в пламени,не узнав падения
никому не нужная, в собственном огне........

уютные кафе всегда привлекали мое внимание. возможность тихо испивать кофий под эротические этнические напевы народов Африки заставляла иногда всерьёз задумываться над своей жизнью, ставить перед собой, любимой, вопросы кто я и что я, где я и для чего я.... попытки следить за происходящей жизнью чужих для меня людей из-за стекла превосходили все ожидания..люди радовали своей разнообразностью, но тем не менее они целиком и полностью подходили под образ этого города- серый и мрачный зимой, зеленый до резкости летом, дерзкий весной и, как ни странно , осенью..
любимое кафе на покровке... неописуемый аромат стони смешавшихся сортов кофе..смешные глиняные кружки, трубочки.. каждый раз, заказывая себе кофе, я пыталась угадать цвет кружки и ни разу так и не попала... я зажмуривалась или опускала глаза, чтобы по дольше потомить себя, чтобы подольше не видеть результатов.. это было так приятно, так волновало.. мои неугадывания, как ни странно, меня не огорчали, скорее наоборот, подзадоривали лишний раз... мне начинало казаться, что в тот день, когда я угадаю цвет кружки, мне обязательно повезет, случится чудо или что-то необыкновенное.. последний раз, когда я сидела в углу, и грелась от пронизывающего мартовского ветра, в кафе вошли два человека с ящиками, в которых по-моему, лежали музыкальные инструменты.. в тот день было безумное количество народа.. все чего-то ждали.. в тот вечер я просидела в кафе до закрытия.. в тот вечер играли джаз..
в тот вечер я была в другом измерении.. где-то на небе..

они воевали- каждый на своей территории
он на пьянки ходил,ездил по санаторям,
она вечно считала себя виноватой,
не смогла, не сделала, утром-помятая,
они слишком упорно рвали друг другу душу
люблю говорили редко,показывали наружу,
что прожить отдельно кадждый был в состоянии
играли в прятки с судьбою на расстоянии.
ставили на кон свое проклятое Я и Эго
путали благородство и пошлую подлость,
она всегда прогрывала ему пару геймов
по измене ,ненависти, выигрывая по скорости.
ее мучил вопрос- почему столь бешеено
она хотела его,полностью, все бросив к лешему..
он мечтал оставить ее и ее истерики ,
приходы уходы, сборы в америку..
он мечтал быть на свадьбе ее простым гостем..
посмеяться с друзьми, рассказать пару тостов,
и под крики горько смтореть, как она целуется.
лишь бы больше не вместе с нею ходить по улицам..
в конечном итоге все им надоело..его измены ее заели
ее глаза с немым укором ЗА ЧТО ? развод ускорили.
оставив ему на память все,что когда то имела,
ушла с дамской сумочкой, забрала документы
куда?надолго?не объяняла, сказала нет времени.
ему оставила пустую постель,помаду,тушь, для волос гель
начиная по отдельности жизни с листа белого
не смогли понять, что все они не так делали
и, бросаясь,каждый в свою в тоску с головой ,
понимал, какою же невыносимой болью
они заполнили все вокруг,
нет ни друзей, ни подруг
нет уже ничего, что когда-то для них было жизнью.

задолбали проспекты и пробки,
залолбал полурынок - совок,
зодолбали жилые коробки
и вдобавок еще журнал ВОГ

замудохали выборы, взрывы
заканали менты и омон,
задолбали заплывшие жиром
депутаты из телеокон....

обещают нам все,что угодно,
на костях наших строят дома,
по кускам разрывая проворно,
то, что раньше мы звали-СТРАНА

задолбали скины с их идеей,
задолбало, что люди- товар
задобали все методы , цели,
задолбал меня мой гонорар.

положу я на все и забуду,
этот город и эту страну,
буду жить, где снега и метели
разгоняют по пьяни пургу.

где тайга обнимает порочно,
где высокое небо - моё,
где трава зеленеет так сочно,
и где солнце пораньше встает

где квартиры не так актуальны,
и машина совсем не нужна
где природа ласкает и манит,
где не сломанна нами она.

где спокойно хожу по тропинкам
где вдыхаю я запах лесов,
на дома свои где по старинке,
не повещу тяжелый засов.

люди, когда встречаются, похожи на две замерзшие руки, при первом соприкосновении друг с другом, они чувствуют(при чем каждая), что вторая рука намного холоднее , чем твоя собственная, но она мягче, кожа ее пальцев и ладоней нежнее. Почему-то вдруг хочется ее, даже холодную, ощущать в своей, более теплой, более сильной руке, иметь возможность согреть ее, защитить от холода внешнего мира.... Постепенно, тепло друг друга распрямляет скукоженные долгими холодами руки, они теплеют, они уже касаются друг друга кончиками пальцев, но на самом деле, они уже общаются на уровне нервных окончаний, они уже проникают друг другу в мысли через глаза, улыбку, жесты, я уже начинаю угадывать каждое мимолетное измененение твоего настроения, ты начинаешь чувствовать, как тебя обволакивает мой голос, мои прикосновения, все начинает переходить на уровень чувственности обоих... уже кругом идет голова, уже невозможно оторваться от губ, которые стали самими дорогими и желанными... уже...... невозможно себе представить, как жить мне без тебя, а тебе без меня... уже каждая ночь укрывает нас негой... уже...

взрыв... первый барьер, обида боль,крики.... выматывание друг друга до опустошения.....

ощущение, что теряется тот настрой, настрой на него, любимого человека... теряется ощущения сказки,

И БОЛЬ ОТ ЭТОГО СТАНОВИТЬСЯ НЕВЫНОСИМОЙ,наконец, наступает момент, когда ничего уже нельзя спасти...

ты( или я) просто говорим- прости, просто все прошло..исчезло...

1. возможность выспаться и более того, возможность не пойти на работу, потому , что я сама себе хозяйка(я стремлюсь к этому) 2. возможность проснуться рядом с телом, которое является тааааааааким родным, что нечаяно задев его во сне, прислонившись к нему, ощущаещь себя на седьмом небе... 3.возможность проснуться с родным телом и знать, что оно так же боготворит меня, как и я его.. 4.возможность не спать всю ночь, потому что у меня и родного тела рядом внезапно(или запланировано) случился приступ обожания не духовными путями 5.кофе, приготовленное родным телом, дабы дать мне возможность еще лишних пять минут поворчать из под одеяла, что утро-это самое худшее изобретение человесества,высунусть сонную рожицу на запах кофе, сказать, -ты такой хороший, но вставать я все равно не буду.. 6.завизжать когда меня на плече принесут в ванну и на голову обрушиться холодная вода...долго выкрикивать из ванной ругательства,кричать, какая же я дура , что связалась с тобой, садистом... 7.знать что в сумке лежат мои любимые сигареты и что я не могу закурить их потому что тело рядом заботиться о моем здоровье, а еще оно читает лекции о сверхчеловеке, и Ницше в этот момент переворачивается в гробу от зависти к этому словесному потоку 8.я не хочу, чтобы тело высадило меня у моей работы и на целый день исчезло из моего поля зрения. 9. прийти на работу и тут же настучать мыло любимому телу 10.работа... Опустим этот пункт. Я обещала стать хорошей девочкой и не матерится(обещала себе и сдерживаю это обещание. 11. радует , что я всегда сдерживаю свои слова 12.вечер, тело.кино.ужин приготовленный вместе... 13 втык за то , что я не хочу мыть посуду, НО МЕНЯ ВСЕ ЭТО РАДУЕТ!а еще...

ингода мне хочется сказать, как же я тебя люблю, иногда разбить о твою голову что ни-будь ценное и тебе полезное..
иногда я готова просто задушить тебя от радости, что ты со мной , рядом, такой замечательный и хороший, иногда я готова задушить тебя по другому поводу...
иногда я скучаю по тебе уже через пять минут нашего расставания на время рабочего дня, иногда я хочу не видеть и не слышать тебя годами...
иногда мои мысли омрачаются глупыми подозрениями(или не глупыми), иногда я могу не заметить даже если все будет происходить на моих глазах...
иногда я хочу слышать нежные слова в твоем исполнении, иногда я вообще не хочу тебя слышать...мне достаточно одного тебя, и недостаточно времени, проводимого с тобой...
иногда....
а чаще всего, мне просто хочется, чтобы все , что было, длилось бесконечно...чаще всего, именно на твоем плече я засыпаю счастливая и довольная всем, и прежде всего тем, что засыпаю я именно на твоем плече

небо окрасилось в кровавые цвета..Солнце заходило медленно.его последний луч прыгал по осколкам разбитого о скалы дня,заставляя переливами отражать рождение новой ночи.День умирал величественно и торжественно,сохраняя на своем лице важность и значимость для каждого, кто это видел.Последний луч исчез в сумерках.Торжественная тишина заполнила собою пространство между землей и небом, и лишь далекие первые загоревшиеся на небе звезды разряжали темноту своим робким далеким светом.темнота окутала все и вся,не позволяя никому вырваться за линию горизонта вслед за ушедшим солнцем.Казалось, что оно уже не вернется и не согреет, казалось ,что оно ушло навсегда.Солнце всегда было чем то непонятным...к нему тянулось все живое, без него-никло, вяло, теряло смысл...оно так же манило, как и ночь, со своими шорохами, запахами, таинственными звуками и явлениями, с прохладным ветром и тайными страхами...

тухнет взгляд, стекленеет

руки плетьми повисли

сердце остановилось

мысли во тьме повисли

где ты, родной далекий,

как там, на небе синем?

тебя на земле любили

тебя, не меня скосили...

я за тобою-в пламя

я за тобой и в воду

вечная тебе память.

мне на земле нет броду

свечу за тебя поставлю

глаза промочу слезою

вечная тебе память

лишь пустота со мною

Ночь. Ураган.
Простыни в ком.
Утро. Голос.
Я позвоню.
Два дня спустя.
Голова пополам.
Люблю.Ненавижу.
Не буду.Не Жду.
Ночь.Пустота.
Холод.Тоска.
Утро.Метро.
Телефон не звонит.
в который раз.
Лицом об асфальт.
Звонок.Я приду?
ДА, ДА, Я ЖДУ!!!!!
Пьяный угар.
Его глаза.
Немые
Вопрос-Ответ
Я стала им.
Я растворилась в нем.
Его рядом не будет.
Его рядом нет.

И было слово. Нежное и возможно честное. И была боль, сладкая, которую терпеть хотелось вечно. И были глаза, которыми взахлеб упивалась, в которые готова была смотреть до головокружения, в которых хотела утонуть.
потом была другая боль, боль утраты, боль ненависти, она жгла изнутри, она не давала спокойно жить, точнее, делать вид что живешь, чему-то радуешься, чего-то хочешь,
наступило опустошение. Слоняясь по коридорам, офисам, теряясь в толпе, хотелось выбросить тот камень, что внезапно образовался внутри. Его присутствие тяготило, он ощущался физически и рос так быстро, что, казалось, все тело отдавалось под власть камня и становилось каменным, тяжелым, неповоротливым.
люди в метро раздражали, звуки как бы потеряли свою сущность, какое то непонятное и ирреальное стало все вокруг. Полудрема. Полужизнь. Та ниточка внутри, которая как-то держала все время до этого, натянулась до предела. Казалось, что она вот-вот порвется, с треском, как скрипичная струна, заставляя вибрировать воздух и отдаваться эхом в ушах.
пустота стала затягивать, к ней стали привыкать глаза, мысли. Чувств не осталось. Желание есть или пить вдруг потеряло смысл, все стало одного пресного вкуса, одного цвета, одного запаха.
зарядили дожди, тоска обострилась. Стало страшно даже под одеялом. Шум дождя не успокаивал, как раньше, скорее пугал. Пролетающий по мусоропроводу очередной пакет с отходами цивилизации заставлял вздрагивать. Свет лампы в комнате вдруг начинал бесить своей резкостью и яркостью. Утро наступало мучительно долго. Настолько долго, что чудилось, что оно наступило, просто солнце об этом не узнало, не взошло, и мрак, окутавший все и вся еще с вечера, не рассеивался. Становилось страшно оттого, что и дневной свет станет резким и режущим глаза, а морозный, не прогревшийся с утра воздух неприятными ощущениями заполнит грудь и заставит вздрогнуть от холода, совсем не нежно сжавшего тело.
осень. Кто говорил, что это прекрасная пора?? Тот был не прав, именно осенью (да и зимой) выползают те страхи, которые весной и летом просто прячутся от света, тепла и теплого ветра, обнимающего и ласкающего тебя с такой бешеной нежностью, хулиганисто лезущего под юбку, и ерошащего на голове с трудом уложенные волосы.
летом все вроде хорошо. Просыпаешься - светло, луч солнца, мечущийся по постели, необузданный и неуловимый, приводит в восторг, восторг детский, и возникает ощущение, что именно сегодня, именно в этот залитый солнцем и наполненный теплым ветром день что-то произойдет, что-то сказочное, неописуемо важное для тебя.
вечер. Разочарование... не сегодня. Завтра, завтра, послезавтра, и открывая однажды утром глаза, потягиваясь, ты видишь, что завтра, точнее сегодня, будет медленно тянуться под унылый дождь, действующий на нервные окончания, машинально ты начнешь мерзнуть, и надеяться: скорей бы закончился день. И ты закутаешься в одеяло и, брякнувшись на подушку, вернешься в тот сон, что мерзкий звонок будильника не дал досмотреть. Там было все... море. Ласковое, лазурное, настолько чистое, что дно было видно даже на большой глубине. Небо. Без единого облака, такое же глубокое как море, такое, что, лежа на земле и глядя в него, казалось, что вот-вот закружиться голова.....
и мерзкий звонок будильника, кофе, душ, снова метро, дни, клоны друг друга, новый год наедине с бутылкой водки и пельменями с майонезом, 8 марта с букетом от начальника, день рождения с салатом из помидоров и бутылкой дешевого портвейна.
И было слово. И были руки, из которых не хотелось вырваться, и было плечо, на котором засыпать и просыпаться было настолько приятно, что страхи, неуверенность и прочие непонятные вещи забывались, и хотелось летать, и действительно летала, шла по улице, а земли не чувствовала, летела... И была боль. И сердце заходилось от счастья. И была другая боль. А дальше... дальше ничего не было. И никогда уже не будет.