Исторический анекдот — короткая поучительная история из жизни. История обязательно должна происходить с реальными людьми, в реально существующих местах, и базироваться на реальной жизни, но при этом не обязана быть смешной. Это просто байка, которая могла произойти на самом деле. Но вполне возможно, ничего подобного не случалось. Чаще всего отделить анекдот от реального события сложно. Предлагаю не ломать голову над вопросом: было или нет, а просто насладиться историями.
Однажды, когда Николай Первый вышел к полку, одна пуговица на его обшлаге оказалась незастегнутой. Адъютант деликатно доложил императору о недосмотре. На это император произнес голосом, который был слышен всему полку:
- Я одет по форме. Это полк одет не по форме.
И тотчас полк расстегнул одну пуговицу на обшлаге.
Однажды Львов ехал вместе с Потемкиным в Царское Село и всю дорогу должен был сидеть, прижавшись в угол экипажа, не смея проронить слова, потому что светлейший находился в мрачном настроении духа и упорно молчал.
Когда Потемкин вышел из кареты, Львов остановил его и с умоляющим видом сказал:
— Ваша светлость, у меня есть до вас покорнейшая просьба.
— Какая? —спросил изумленный Потемкин.
— Не пересказывайте, пожалуйста, никому, о чем мы говорили с вами дорогою.
Потемкин расхохотался, и хандра его, конечно, исчезла.
В канун нового 1764 г трехлетнего Мишеньку Барклая-де-Толли тетушка решила покатать в санях по Невскому Проспекту. Внезапно на их экипаж налетела карета и ребенок вывалился на дорогу. Из кареты тут же выскочил гвардейский офицер, подхватил мальчика на руки и передал испуганной тетке. Извинившись он сказал: «Каков молодец! Он не только не заплакал, но даже не испугался. Этот ребенок будет великим мужем!» и, прощаясь, добавил: «Всегда готовый к услугам капитан гвардии Григорий Потемкин».
Спустя четверть века Потемкин вручал двадцативосьмилетнему Барклаю-де-Толли медаль за взятие Очакова. Потемкин был тогда фельдмаршалом, а будущий фельдмаршал Барклай-де-Толли - капитаном.
В обеденном зале дворца Екатерины II в Царском Селе была устроена автоматизированная подача блюд. Каждый обедающий мог потребовать любое блюдо, написав название на дощечке и отправив её на нижний этаж. Там располагалась кухня. А оттуда заказанное кушанье поднимали на специально заказанном лифте. Список блюд на кухне был настолько велик, что мог удовлетворить самого взыскательного гостя. И только однажды повара не смогли подать требуемого блюда - по заказу обедавшего у императрицы Александра Васильевича Суворова. Скромный генералиссимус заказал солдатские щи и кашу.
В XIX веке один далекий от светской жизни российский помещик хотел определить сына в какое-нибудь учебное заведение, но не знал, как правильно составить прошение. И, главное, как титуловать государя. После долгих раздумий он вспомнил, что как-то держал в руках газету и государя в ней называли "августейшим". На дворе стоял сентябрь и простак написал "сентябрейший государь". Прочитав, Николай I рассмеялся и приказал принять сына и учить, чтоб не был таким дураком, как его отец.
Когда началась революция 1905 года, Петр Столыпин, будущий председатель кабинета министров Российской империи, был саратовским губернатором. Столыпин вышел из экипажа к возбужденной толпе и увидел здоровенного парня с дубиной, бежавшего прямо на него. Петр Аркадьевич решительно шагнул навстречу, скинул меховую шинель и передал её парню: «Подержи голубчик!». Тот обалдел и, бросив дубину, взял шинель. А Столыпин обратился к толпе и успокоил её.
Незадолго до смерти врачи предложили Крылову придерживаться строжайшей диеты, а он был большим любителем поесть; Крылов невыразимо страдал от воздержания. Однажды в гостях он с жадностью смотрел на различные недоступные ему яства. Это заметил один из молодых франтиков и воскликнул:" Господа! Посмотрите, как разгорелся Иван Андреевич! Глазами, кажется, хотел бы всех он съесть!" Крылов, услышав колкость, ответил лениво: "За себя не беспокойтесь, мне свинина запрещена".
Профессор русской истории П. Г. Васенко со ссылкой на известного корабельного инженера Н. А. Субботина воспроизводит следующий достопамятный эпизод. «На рейде в Кронштадте стояла эскадра. Случайно рядом с крейсером "Рюрик" находился военный пароход "Ижора". Жена Александра III, Мария Федоровна, лорнируя суда смешав русское "Р" с французским "П", на своем ломаном языке громогласно прочитала – "Пюпик!". "Пожалуйста, не читай громко следующего заглавия", – поспешно сказал Александр III…»
В царствование Александра I Державин был назначен министром юстиции и в этом качестве получал множество самых разнообразных прошений. Одно из них оказалось более чем оригинальным. Некая весьма расторопная дама принесла Державину белую шелковую подушку с просьбой передать ее в дар царю. На подушке же меж тем вышита была овца и такие, с позволения сказать, стихи:
Российскому отцу
Вышила овцу,
Сих ради причин,
Чтоб мужу дали чин.
Министр-поэт, подлаживаясь под стиль просительницы, написал на белом шелке чернилами:
Российский отец
Не дает чинов за овец.
Граф Александр Иванович Соллогуб однажды прогуливался в Летнем саду со своей племянницей, девушкой необычайной красоты.
Вдруг встретился ему знакомый, человек очень самоуверенный и глупый.
- Скажи, пожалуйста, ты никогда красавцем не был, а дочь у тебя красавица!
- Это бывает, - ответил Соллогуб тут же. - Попробуй женись, и у тебя, может быть, будут очень умные дети.
В Отечественную войну 1812 года в один из лазаретов привезли раненного пулей в грудь русского гренадера. Лекарь, из пленных французов, стал осматривать гренадера, с боку на бок поворачивать, искать, где пуля засела. Боль была адская, а гренадер стиснул зубы и - ни звука. Офицер, легко раненный и лежавший рядом, поинтересовался:
- Тебе, братец, что ж, не больно разве?
- Как не больно, ваше благородие, - ответил тихо гренадер, - мочи нет, да ведь лекарь-то хранц, нельзя перед ним слабость свою показывать.
Лекарь, очевидно, неопытный был, искал пулю долго. Офицер, который лежал рядом, ответ гренадера передал своим соседям. В палате все притихли, наблюдали. И вдруг слышат, как гренадер зубами заскрипел, а следом стон тихий у него вырвался... Что такое? А гренадер, с трудом повернув голову к офицеру, говорит:
- Я не от слабости, а от стыда, ваше благородие... Прикажите, чтоб лекарь меня не обижал. - Да чем же он, - спрашивает офицер, - тебя обижает?
- А зачем он спину мне щупает, я русский, я грудью шел вперед.
источник
| |
|
|
|
|
|
|
|
klassika
