9 июня родились...
1672
Петр I Алексеевич (Романов; Пётр Великий)
русский царь (1682), первый российский император (с 1721), выдающийся государственный деятель, полководец и дипломат, вся деятельность которого связана с радикальными преобразованиями и реформами, направленными на устранение отставания России от европейских стран в начале 18 в. Родился в Москве. Единственный сын царя Алексея Михайловича от его второго брака с Натальей Кирилловной Нарышкиной, воспитанницей просвещенного боярина Артамона Матвеева. Четырнадцатый ребенок в семье, Петр получил домашнее образование под надзором «дядьки» Никиты Зотова. Тот сетовал, что царевич к 11 годам не слишком успевал в грамоте, истории и географии, захваченный «экзерцициями солдатского строя» – военными «потехами» вначале в селе Воробьеве, затем в селе Преображенском. В этих экзерцициях будущего царя участвовали специально созданные отряды «потешных войск» (ставшие впоследствии гвардией и ядром русской регулярной армии). Физически крепкий, подвижный, любознательный, Петр освоил при участии дворцовых мастеров столярное, оружейное, кузнечное, часовое, типографское ремесла. Большое влияние на формирование его интересов оказали иностранцы (Ф.Я.Лефорт, Я.В.Брюс, П.И.Гордон) – вначале учителя в разных областях, а в дальнейшем – и его сподвижники. Царь с детства знал немецкий, позже изучил голландский, отчасти английский и французский языки. После смерти брата царя Федора Алексеевича в 1682 и в результате компромисса между кланами Милославских и Нарышкиных Петр был возведен на российский престол одновременно со сводным братом Иваном V при регентстве сестры, царевны Софьи Алексеевны (правила Россией в 1682–1689). В годы ее правления Петр жил в с.Преображенском, где размещались созданные им «потешные» полки во главе с И.И.Бутурлиным и Ф.И.Ромодановским. Там же он познакомился с сыном придворного конюха Александром Меншиковым, ставшим его другом и опорой на всю жизнь, а также другими «молодыми робятами рода простого». Петр научился ценить не знатность и родовитость, но способности человека, его смекалку и преданность делу. Под руководством голландца Ф.Тиммермана и русского мастера Р.Карцева учился в 1680-х кораблестроительству, в 1684 совершал плавания на своем ботике по Яузе. В 1689 мать заставила Петра жениться на дочери мелкопоместного дворянина Е.Ф.Лопухиной (родившей ему через год сына Алексея), но «честный брак» между молодыми не получился: молодожен проводил время не с супругой, а с друзьями в Немецкой слободе. В той же Немецкой слободе Петр узнал иной тип межличностных отношений, иной тип быта; там же у него пробудилась любовь к морю, мореплаванию, родилось восхищение голландской культурой. Там в 1691 познакомился с дочерью немецкого ремесленника Анной Монс, ставшей его возлюбленной. В 1689, отстранив от власти сестру, Петр стал фактически царем. После безвременной кончины в 1695 матери (ей шел 41-й год), а в 1696 – брата-соправителя Ивана V, стал самодержцем не только фактически, но и юридически. Делом его жизни стало усиление военной мощи России. Едва утвердившись на престоле, Петр лично участвовал в Азовских походах против Турции (1695–1696), завершившихся взятием Азова и выходом на берега Азовского моря. Но это не решило главной внешнеполитической проблемы – установления торговых и иных связей с Европой, что можно было осуществить лишь обретением выхода к Балтике и возвращением русских земель, захваченных Швецией в годы Смуты. Под видом изучения кораблестроения и морского дела ездил одним из 30 волонтеров при Великом посольстве 1697–1698 в Европу. Там Петр Михайлов, как царь себя называл, прошел полный курс артиллерийских наук в Кенигсберге и Бранденбурге, полгода работал плотником на верфях Амстердама, изучая корабельную архитектуру и черчение планов, окончил теоретический курс кораблестроения в Англии.
По его приказу в этих странах закупались книги, приборы, оружие, приглашались иностранные мастера и ученые. Одновременно Великое посольство подготовило создание Северного союза против Швеции, окончательно оформившегося два года спустя (1699). Летом 1697 провел переговоры с австрийским императором, предполагая заехать еще и в Венецию, но получив известие о готовящемся в Москве восстании стрельцов, которым царевна Софья обещала в случае свержения Петра повышение жалованья, вернулся в Россию. Свидевшись в Москве лишь со своей любовницей Монс в Немецкой слободе, он 26 августа 1698 начал личное следствие по стрелецкому делу и не пощадил никого из мятежников (1182 чел. были казны, Софья и ее сестра Марфа пострижены в монахини). В феврале 1699 приказал распустить ненадежные стрелецкие полки и начать формирование регулярных – солдатских и драгунских, ибо «до сей поры никакой пехоты сие государство не имело». Вскоре подписал указы, под страхом штрафов и порки предписывавшие мужчинам «резать бороды» (ранее считавшиеся символом православной веры), носить одежду европейского образца, а женщинам открывать волосы (ранее скрытые под повоями и киками). Подобные меры готовили общество к коренным переменам, подрывали традиционность устоев образа жизни и привычек. С 1700 ввел новый календарь с началом года 1 января (вместо 1 сентября) и летосчисление от «рождества Христова», что он также рассматривал как шаг в ломке старинных нравов. Европейская политика не давала оснований рассчитывать, что Россия получит поддержку в борьбе против Турции за выход к южным морям, поэтому Петр распорядился продолжать строительство в Воронеже Азовского флота, начатого во время Азовских походов, лично проверял корабельщиков. И все же Великое посольство заставило его сменить внешнеполитический курс с южного на западный. Заключив Константинопольский мир 1700 с Турцией, Петр переключил все усилия страны на борьбу со Швецией, которой правил 17-летний Карл XII, снискавший, несмотря на молодость, репутацию талантливого полководца. Северная война 1700–1721 за выход России к Балтике началась ноябрьским сражением под Нарвой. 40-тысячное необученное и неподготовленное русское войско проиграло его войску Карла XII.
Назвав за это шведов «учителями русских», Петр распорядился о проведении решительных реформ, способных сделать русскую армию действительно боеспособной. Посчитав после Нарвы Россию разгромленной, Карл XII ушел воевать («надолго увяз», по словам Петра) в Польшу, что дало Петру необходимую передышку. Он надеялся изменить облик своей страны, сделав ее похожей на западную, но сохранив самодержавие и крепостничество. «То академик, то герой, то мореплаватель, то плотник» (А.С.Пушкин), Петр не жалел и готов был игнорировать личные интересы во имя процветания России с ее неисчислимыми природными богатствами. Он не отделял себя от государства, полагая, что лишь он знает, как преодолеть российскую отсталость, невежество и лень: «наш народ – яко дети неученыя, кои никогда за науку не примутся, коли от мастера не приневолены будут». Реформаторская деятельность Петра протекала в острой борьбе с консервативной оппозицией. Уже первые, поверхностные попытки реформ, сделанные в конце 17 в., вызвали сопротивление боярства и духовенства (заговор И.Цыклера, 1697). Тайное противодействие своим указам царь-реформатор продолжал испытывать и на протяжении многих лет века 18-го (заговор царевича Алексея Петровича 1718). Но искореняя на корню всяческую крамолу, Петр с жесткостью сына своего века («добрый как человек, был груб как царь», по В.О.Ключевскому) начал «капитальный ремонт» России. Нуждающийся в единомышленниках и сподвижниках, он распорядился отправлять молодых дворян за границу для обучения навигации, механике, артиллерийскому делу, математике и иностранным языкам. В 1701 была основана первая в истории страны Навигацкая школа. «Неволя леность отогнала, и к трудолюбию и искусству день и ночь принудила», – позже запишет он. В стране развернулся спешный рекрутский набор в армию 100 000 солдат (после 1705 появился термин «рекруты»). Их «провожали, как хоронили» (по петровскому указу, срок службы составлял 25 лет), при этом по сложившейся в России практике в солдаты стали отправлять самых строптивых и непокорных молодых людей, нарушавших традиционные нормы крестьянского поведения. В результате этого оказалось, что в новую армию попали в основном люди энергичные, храбрые, незаурядные.
Офицерский корпус формировался, по замыслу царя, из дворян, обязанных для получения чина пройти службу в гвардейских полках. На содержание рекрутов, число которых за годы Северной войны выросло в 4 раза, требовалось вдвое больше средств, чем потреблялось ранее: 1 810 000 рублей вместо 982 000. Из главных доходов государства, таможенных и кабацких пошлин, сбор которых был передан в новое центральное учреждение (ратушу, созданную в 1699 и положившую начало созданию системы местного самоуправления, «бурмистерских палат») – Петром легко были найдены казенные средства для содержания новой кавалерии (набрана в 1701). Следом были назначены новые налоги (драгунские деньги, корабельные, рекрутные, подворные). Перечеканка серебряной монеты в монету низшего достоинства по прежней номинальной цене (порча монеты) дала по 946 тысяч рублей в первые 3 года (1701–1703), по 313 тысяч – в следующие 3 (отсюда выплачивались иностранные субсидии). Форсированное создание российской промышленной базы заставило царя подписать приказы о строительстве железоделательных заводов и мануфактур, оружейных предприятий в Карелии и на Урале (в Олонецком крае), в Липецке, добыче цветных металлов (меди, серебра). Задуманные царем меры принесли успех. Русская артиллерия после коренного ее преобразования сыграла решающую роль при взятии Дерпта в 1701 (ныне Тарту). В 1702 удалось отвоевать у шведов Нотебург (Орешек, ныне Шлиссельбург) в устье Невы, после чего на его месте стали расти крепости, а на верфях начали строить корабли. В 1703 близ захваченной у шведов крепости Ниеншанц царь распорядился заложить город своего имени, Санкт-Петербург, и сделать его новой столицей. В гавани близ него появились голландские и английские торговые суда. «Окно в Европу» было прорублено, и широта государственного мышления царя уже простиралась до мечтаний о соединении Балтики с Каспием через систему рек и каналов. В старую столицу Петр стал приезжать только на святки; тогда здесь возобновлялась привычная ему разгульная жизнь в Немецкой слободе, но вместе с тем обсуждались и решались наиболее неотложные государственные дела. Закладка новой столицы совпала с переменами с личной жизни Петра: он познакомился с прачкой Мартой Скавронской, доставшейся Меншикову как военный трофей; назвал ее Екатериной, царь крестил ее по православному обряду. В 1704 она уже стала гражданской женой Петра, а к концу 1705 он стал отцом рожденного Екатериной сына Павла. По этому случаю царь распорядился провести торжества и заложить церковь Петра и Павла на Басманной улице в Москве, причем рисунок для будущего храма Петр набросал сам; по нему и строили (1705–1715). Но вечно спешащему, охваченному государственными заботами царю было не до домашних дел: его занимали успехи русских войск и их продвижение в Курляндию. Продолжение войны с Карлом XII (антишведский союз после разгрома шведами Саксонии в 1706 распался) и углубление реформ в духе европеизации страны выражали петровское понимание патриотизма, а старые русские традиции казались не только символами косности, но и опасности, подобно стрелецким бунтам в его юности. Строительство новых мануфактур, обеспечение их, по сути, бесплатной рабочей силой (государственных и ясачных крестьян приписывали к казенным и частным заводам семьями и деревнями) продолжалось. Большинство предприятий создавалось за счет казны. Петр лично вникал в финансовые вопросы, следил за подписанием казенных заказов и массовой мобилизацией крестьян и горожан в армию и на строительство городов, крепостей, каналов. Тяжесть Северной войны и реформ легла немалым бременем на крестьянство, составлявшее большинство населения страны.
Основой формой крестьянского протеста было бегство от хозяев, но иногда недовольство прорывалось в настоящих народных восстаниях. Одним из них стала Крестьянская война под предводительством К.А.Булавина 1707–1708, предваренная мощным Астраханским восстанием 1705, а также волнения башкир 1705–1711. Но безжалостный к себе, к своему здоровью, одержимый идеей служения государству, царь в России «внедрял Европу как варвар» (А.И.Герцен), оставаясь нетерпимым ко всем проявлениям несогласия с его волей. Восстания подавлялись с азиатской жестокостью и равнодушием, но они в то же время показали необходимость реорганизации не только карательного аппарата, но и всей системы местного управления. Сразу после подавления булавинского бунта Петр распорядился провести областную реформу 1708–1710, разделившую страну на 8 губерний во главе с губернаторами и генерал-губернаторами. Самодержец передал им высшие военные и гражданские функции, полноту судебной власти на местах. Позже (1719) губернии были поделены на провинции, провинции на уезды: это сильно раздуло бюрократический аппарат на местах, но в то же время сделало подконтрольными удаленные от центра территории. Однако систематической реформе государственных учреждений Петр не мог тогда уделить должного внимания, так как внешняя политика занимала все его время, а дела ее обеспечения требовали его присутствия во всех концах государства. Тем не менее, нововведения оказались своевременными, поскольку в разгар булавинской войны в западные пределы России вторглись шведские войска, направленные Карлом XII прямиком на старую столицу (Москву). Тайный сговор с украинским гетманом Мазепой заставил Карла изменить его план и двинуться на юг. Стремительный бросок кавалерийского отряда, возглавлявшегося лично Петром, позволил не допустить соединения армии Карла с корпусом шедшего ему на помощь генерала Левенгаупта: у д.Лесной под Могилевым в 1708 шедшее к Карлу подкрепление было разгромлено. Царь назвал это сражение «матерью полтавской баталии» – решающего сражения 27 июня 1709 под крепостью Полтава, завершившегося полным разгромом шведской армии. Знаменитые слова царя, призвавшего армию сражаться «не за Петра, но за православную веру и церковь… дабы жило Отечество в блаженстве и славе» вдохновили солдат. Карл XII был ранен в сражении, но успел бежать в Турцию. Присоединяя в 1710 к России новые земли в Прибалтике (Ригу, Ревель, Выборг), лично ходивший в это время на шняве (ботике) «Мункер» в составе эскадры адмирала Апраксина, Петр не уставал доказывать, что концепция выигрыша войны одним генеральным сражением устарела. В то время она господствовала среди военных теоретиков Запада, но оказалась опровергнутой петровской идеей мобилизации всех средств и возможностей для ведения долгосрочной войны на суше и на море. «Тривременная школа» Северной войны (21 год) подтвердили обоснованность петровской новации в военной стратегии, далеко опередившей свое время и перепугавшей западных правителей и дипломатов, недовольных ростом российской мощи и пытавшихся не допустить изменения баланса сил на севере Европы. Петр был выше их мелких интриг. Его больше занимало юго-восточное направление внешней политики, столь удачно намеченное в средине 1690-х. Но 1711 оказался для царя-полководца неудачным. Русские полки, окруженные в Молдавии на р. Прут превосходящими силами турок, по легенде, спасла супруга самодержца, с 1709 сопровождавшая царя во всех поездках и кампаниях, а перед самым походом объявленная «истинной и законной государыней». Екатерина дала возможность начать переговоры о мире, передав турецкому визирю привезенные с собой драгоценности и склонив его к подписанию соглашения. Но Азов Турции все же пришлось вернуть, разрушив только что созданную новую базу Азовского флота – Таганрог. Одновременно с попытками продвинуться на юго-восток Петр продолжал реформирование госаппарата, ликвидацию старых учреждений, слишком неповоротливых и неприспособленных к переменам. Важнейшим финансовым учреждением оставалась созданная еще в 1699 Ближняя канцелярия, место же Боярской думы в 1711 занял Сенат, ведавший отныне законодательством и делами управления. Членов Сената Петр назначал сам, они принимали решения коллегиально, причем решения вступали в силу лишь с общего согласия. Ход заседания, все устные выступления протоколировались: «ибо сим всякого дурость явлена будет», полагал самодержец. Кроме того, царь лично проводил съезды генералов, получавших сборы на неотложные военные нужды. Указом о единонаследии 1714 уравнивались поместья и вотчины, вводился майорат (предоставление права наследования недвижимости старшему из сыновей), что было призвано обеспечить стабильный рост дворянского землевладения. В том же году русский флот одержал победу у мыса Гангут, и Аландские острова вошли в состав России. 9 сентября 1714 царь, лично участвовавший в гангутском сражении, торжественно привел в Санкт-Петербург захваченные у шведов суда, представил в присутствии Сената донесение о победе и принял на себя в связи с победами званием вице-адмирала. Рождение в эти годы дочерей, получивших одинаковые имена Наталья – в 1713 от официальной жены Е.Ф.Лопухиной (с коей Петр расторг в 1712 брак, но дочь родилась уже после этого) и от Марты (Екатерины) в 1714 не принесло Петру радости. Не стало долгожданным и появление в 1715 на свет внука Петра II Алексеевича от нелюбимого сына Алексея, ставшего впоследствии на 3 года (1727–1730) царем. Дела домашние не только не занимали, но скорее удручали царя-реформатора. К тому же его сын Алексей проявлял несогласие с отцовским видением правильного управления. Петр пытался воздействовать на него уговорами, затем пригрозил заточить в монастырь. Спасаясь от такой судьбы, Алексей в 1716 бежал в Европу. Петр объявил сына изменником, добился его возвращения, заточил в крепость и в 1718 лично вел его следственное дело, добиваясь отречения Алексея от престола и выдачи имен сообщников. «Дело царевича» закончилось приговором к смертной казни Алексея. После этих событий в характере царя усилилась подозрительность, непредсказуемость и жестокость. Даже Екатерина и Петров любимец Меншиков ходили под угрозой казни. Стараясь отвлечься от подозрений в готовящихся изменах, царь вникал во все мелочи административной, военной, податной и многих других реформ. С 1716 организацию, вооружение и снаряжение, правила обучения и тактики, права и обязанности всех чинов армии и флота стал определять Воинский устав 1716, в составлении которого Петр принял активное участие. В 1716 он как царственный вице-адмирал, прибыл в столицу Дании, соединил эскадру русских судов с английскими, датскими и голландскими, но добиться более активных действий союзников против шведов ему так и не удалось. Неудачей закончились в это время и попытки Сената организовать контроль над губерниями. По приказам царя правительство постоянно нарушало только что установленные порядки, требовало от губернаторов все новых «приборов» (увеличения дохода), поскольку расходы не снижались (их требовали нужды балтийского флота, строительство новой столицы, оборона юга России). Задачи повышения сбора налогов поставили Петра перед необходимостью указов о новой переписи населения (1718), а административная реформа потребовала срочной замены изживших себя приказов исполнительными учреждениями нового типа – коллегиями (1718). Их контрольный аппарат представляли фискалы, подчинявшиеся прокурорам во главе с генерал-прокурором.
Среди коллегий выделялись «первейшие» (Военная, Адмиралтейская, Иностранная), финансовые, экономические, юстиц-коллегия, а также на правах коллегии действовал Преображенский приказ, ведавший политическим сыском. Разногласия с союзниками по поводу судьбы немецких владений Швеции побудили Петра I в 1718 начать переговоры с Карлом XII (Аландский конгресс), но неожиданная гибель короля при осаде форта Фредериксхалль (Норвегия) развязала руки русскому войску, дважды опустошившему берега Швеции у Стокгольма. Высадка десанта в самой Швеции побудили ее пойти на мирное соглашение. К этому времени Петр в чине вице-адмирала командовал уже (с 1719) всем Балтийским флотом, трудясь над составлением Морского устава, просиживая иногда за работой по четырнадцать часов в сутки. Результат был закреплен законодательно в 1720 и совпал по времени с победами русского флота при Гренгаме. За два десятилетия петровская армия окончательно превзошла шведскую и по организации, и по вооружению. Она имела жесткую структуру (бригады и дивизии, сильная полковая и батальонная артиллерия, гренадерские полки, драгунскую кавалерию, лёгкий корпус – корволант – с конной артиллерией), была прекрасно оснащена новейшими ружьями с ударно-кремневыми замками и штыками, полевыми и морскими орудиями, ранжированными по типам и калибрам. Детские увлечения «потешные полками» проявили очевидный полководческий талант, позволивший Петру остаться в истории не только как создатель русской регулярной армии и военно-морского флота, но и как основоположник особой военной школы, породившей позже А.В.Суворова, Ф.Ф.Ушакова, М.И.Кутузова. В том же 1720, когда им был написан Морской устав, Петр, стремясь консолидировать купечество, завершил реформу городского управления. Были созданы по европейскому образцу Главный магистрат в столице (на правах коллегии) и магистраты в городах. Все они были призваны «размножать» торговлю и мануфактуры. В те годы значительная часть казенных предприятий была передана в частные руки, предпринимателей поощряли субсидиями, в особенности тех, что участвовали в строительстве Вышневолоцкого, Ладожского обводного и других каналов. Сам Петр не раз жаловался, что из всех государственных дел для него «ничего нет труднее коммерции» и он (по словам И.Г.Фукеродта) якобы «никогда не мог составить себе ясного понятия об этом деле во всей его связи». Но при этом был талантливым администратором: к началу 1720-х Россия освободилась от необходимости ввоза текстильной продукции, поскольку действовавшие в стране более 100 мануфактур удовлетворяли спрос. Аналогичным образом был реализован и замысел Петра по удовлетворению потребностей страны в металле, причем русское железо высоко ценилось в Европе по качеству. В новый торговый порт (Петербург) была насильственно переведена торговля из Архангельска. Первые искусственные водяные пути сообщения были призваны связать столицу с центральной Россией и Востоком, для чего самодержец лично даровал привилегии устроителям новых заводов и выписывал из-за границы мастеров. В 1721 как соавтор очередного «регламента», на этот раз – Духовного, Петр высказался против сохранения патриаршества, за чем последовала его ликвидация и учреждение подконтрольной правительству Духовной коллегии, или Синода (1721). При заключении мира после долголетней Северной войны, подписание которого состоялось в Ништадте в 1721, царь проявил себя талантливым дипломатом, глубоко постигшим задачи внешней политики России, проявившим умение пользоваться обстоятельствами и использовать компромиссы. Победа России над Швецией была безусловной и значимой («Мы из небытия в бытие произведены», – восклицал самодержец, имея в виду выход к морю и создаваемые им благоприятные предпосылки для развития экономических и культурных связей). По договору Россия получила земли по Неве, в Карелии и Прибалтике с городами Нарвой, Ревелем, Ригой, Выборгом и др. При этом Финляндия и 2 млн. рублей серебром передавались Петром проигравшей стороне – Швеции – в качестве компенсации за потерянные территории. Вслед за подписанием мира Россия была объявлена империей. Год спустя (1722) была издана Табель о рангах всех воинских, статских и придворных служебных чинов, по которой родовое дворянство можно было получить «за беспорочную службу императору и государству». Устанавливая порядок чинопроизводства в военной и гражданской службе не по знатности, а по личным способностям и заслугам, Петр надеялся консолидировать единомышленников из числа «образованного сословия» и при этом расширить его состав за счет преданных ему и лиц из числа неродовитых и незнатных. Заставив западный мир признать Россию одной из великих европейских держав, император приступил к решению неотложных задач на Кавказе. Персидский поход Петра 1722–1723 закрепил за Россией западное побережье Каспия с городами Дербент и Баку. Там при Петре впервые в истории России были учреждены постоянные дипломатические представительства и консульства, возросло значение внешней торговли. Вскоре после завершения военных походов самодержец указал изменить податную единицу: подворное обложение крестьян заменила подушная подать (1724). Понимая опасность импорта для развития русской промышленности, Петр распорядился о введении в тот же год покровительственного тарифа, ограждавшего новые отрасли отечественной промышленности от иностранной конкуренции. На протяжении более чем 35 лет правления Петру удалось провести немало реформ и в области культуры и просвещения. Главным результатом их было появление в России светской школы, ликвидация монополия духовенства на образование. Школа математико-навигацких наук (1701), Медико-хирургическое училище (1707) – будущая Военно-медицинская академия, существующая до сих пор, Морская академия (1715), Инженерная и Артиллерийская школы (1719), школы переводчиков при коллегиях – все это было заложено в петровское время. В 1719 начал действовать первый в русской истории музей – Кунсткамера с публичной библиотекой. Издавались буквари, учебные карты и вообще было положено начало систематическому изучению географии страны и картографированию. Распространению грамотности содействовала реформа алфавита (замена скорописи гражданским шрифтом, 1708), выход первой русской печатной газеты «Ведомости» (с 1703). В эпоху Петра I было возведено много зданий для государственных и культурных учреждений, архитектурный ансамбль Петергофа (Петродворца). Строились крепости (Кронштадт, Петропавловская крепость и др.), началась плановая застройка столицы (Петербург), положившая начало градостроительному планирования и возведению жилых домов по типовым проектам. Император поощрял деятельность учёных, инженеров, художников, видя в ней путь к укреплению абсолютистского государства, развитию связей с западноевропейской культурой. В 1725 открылись двери Санкт-Петербургской академия наук с гимназией и университетом, но императору уже не суждено было оценить результаты ее деятельности. В октябре 1724 он сильно простудился, встретив по дороге севшую на мель шлюпку и решившись помочь, стоя по пояс в воде, снять с нее солдат. Суетная жизнь шла своим чередом до конца января 1725, когда он решился прибегнуть к помощи врачей. Пневмония оказалась слишком запущенной, и 28 января 1725 года Петр умер в Санкт-Петербурге, не успев назначить наследника и тем самым распорядиться судьбой государства. Позже он был похоронен в Петропавловском соборе в Петропавловской крепости. Носитель рационалистического представления о монархе как о первом чиновнике государства, император, как многие умные, волевые, решительные люди, не жалеющие своих сил во имя заветной цели, был строг не только к себе, но и к другим. Он был порой жесток и безжалостен, не считался с интересами и жизнью тех, кто был его слабее. В своей государственной и военной деятельности Петр I опирался на талантливых, преданных ему сподвижников, названных позже «птенцами гнезда петрова». Среди них были как представители родовитого дворянства (Б.П.Шеремет, Ф.Ю.Ромодановский, П.А.Толстой, Ф.М.Апраксин, Ф.А.Головин), так и лица недворянского происхождения (А.Д.Меншиков, П.П.Шафиров. Ф.Макаров). Энергичный, целеустремленный, жадный до новых знаний, Петр не был мелочным и, при всей своей противоречивости, вошел в историю, как «поднявший Россию на дыбы», сумевший кардинально изменить ее облик и ход истории на долгие столетия. «Жизнью и деяниями» Петра I восторгались многие волевые русские правители (от Екатерины II до Cталина). В 18–20 вв. ему были установлены многочисленные памятники в Санкт-Петербурге (в том числе«Медный всадник» Э.М.Фальконе, 1782; бронзовая статуя Б.К.Растрелли, установленная в 1743 у Инженерного замка, бронзовая сидячая скульптура М.М.Шемякина в Петропавловской крепости), Кронштадте (Ф.Жак), Архангельске, Таганроге, Петродворце (М.М.Антокольский), Туле, Петрозаводске (И.Н.Шредер и И.А.Монигетти), Москве (З.Церетели). В 20 в. мемориальные дома-музеи Петра I были открыты в Ленинграде, Таллине, Вологде, Лиепае, Переславле-Залесском. К образу выдающегося русского правителя обращались писатели (А.С.Пушкин, А.Н.Толстой, А.П.Платонов и др.), его неординарный облик запечатлели художники (М.В.Ломоносов, В.И.Суриков, В.А.Серов, А.Н Бенуа, Е.Е.Лансере). Сочинения: Письма и бумаги императора Петра Великого. Тома 1–11. Санкт-Петербург, Москва–Ленинград, 1887–1964; Воскресенский Н.А. Законодательные акты Петра I. Москва–Ленинград, 1945
Читать далее...
-www.kaifineart.com-1.jpg)
без прикрас
