И он не слышал голоса людского,
И постоянно с камнем говорил.
Он просыпался с так знакомой болью,
На сердце столько грусти и тоски.
И огрубевшей вытирал ладонью
Слезу с сухой морщинистой щеки.
Тот камень он нашел совсем случайно,
И как всегда, принес его домой.
Был как-то странен этот гладкий камень,
Такой горячий и такой живой.
Шел день за днем, неделя за неделей,
А гладкий камень руки обжигал.
Давно в саду все листья облетели,
Творец ваять упрямо продолжал.
Горит свеча, лаская своей тенью
Прекрасные застывшие черты.
У ног ее он созерцал творенье
Чарующей, слепящей красоты.
|
|
Он жаждал это каменное тело,
Он твердо верил в то, что нужен ей.
И говорил так робко и несмело,
А сердце билось жарче и сильней.
Ласкает камень грубыми руками,
Целует камень в мертвые уста,
И плачет он горячими слезами,
И шепчет - Ты моя, и навсегда.
И он припал к ее груди, напрасно
Желал почувствовать ее тепло.
,, - Как ты божественна, как ты прекрасна!
Ты есть, и на душе моей светло.
Ты есть, но ты молчишь, тебе тоскливо.
Я так хочу услышать и понять!
О небо! Посмотри как ты красива!
Я гений! Я сумел тебя создать! ,,
Как в лихорадке он не мог согреться,
И припадал он к каменным стопам.
|
,_Pierre_Gobert.jpg)
