Фрагмент 3-го выпуска справочника "Кто есть кто в робототехнике"

И сразу представляешь мистера Хиггинса из фильма «Моя прекрасная леди» или героев Оскара Уайльда. В черном цилиндре, белом кашне, с тросточкой и моноклем. Но ведь он живет и сегодня. Какой он теперь в наш технотронно-электронный век?

Живет он в родовом замке, далеко от промышленных центров, которые прямо-таки невыносимы из-за сумасшедшего уличного шума и отвратительных забастовок. Его кредо выражается в нескольких «никогда!».

Он никогда ничего не выбрасывает. Его замок заставлен провалившимися софами и рассыпающимися стульями. Столы издают угрожающий треск при малейшей попытке что-нибудь на них поставить или, не дай бог, опереться. Если стул или кресло распадаются на составные части, их отправляют на чердак и яа чердаке же находят им замену. Вся мебель была куплена еще при королеве Виктории, лет сто — сто двадцать назад, и заменить ее новой для английского джентльмена было бы равносильно признанию, что с тех пор что-то в мире изменилось. Да и не мебель главное в замке. Главное — фамильные портреты, копья зулусов, привезенные после англо-бурской войны*, охотничьи трофеи столетней давности — чучела бенгальских тигров и африканских львов.

Английский джентльмен никогда ничего не делает, и он так озабочен этим ничегонеделаньем, что ему просто некогда работать. Он никогда ничего не читает с тех пор, как чтение стало любимым времяпрепровождением простолюдинов. Но он охотно поведет гостя в библиотеку, где бесценные фолианты покоятся за стеклами книжных шкафов, ключи от которых утеряны два века назад. Английский джентльмен никогда не разговаривает с женой, потому что просто не знает, о чем с ней говорить. И на прогулке ее обществу он, конечно, предпочтет компанию своего любимого пса. Супруга, со своей стороны, всегда помнит, что она жена английского джентльмена, и никогда не поставит мужа в неловкое положение, заговорив о семейных или личных делах.

* Англо-бурская война (1899-1902 годы) - империалистическая война Англии против Оранжевой Республики и Трансвааля.

Когда джентльмен не охотится или не сплетничает с собакой, он посвящает себя спорту. Но- не гольфу или футболу, этим ставшим уже вульгарными развлечениям, а крикету или регби. Регби, по мнению джентльмена, наиболее серьезный и мужской вид спорта: когда судья не видит, игроки, как истинные джентльмены, пинают .друг друга коленями ниже пояса. Теннис джентльмен признает только как средство сохранения спортивной формы, и если играет с женщиной, то будь она хоть победительницей Уимблдонского турнира, делает он это снисходительно.

Что еще требуется от джентльмена. Он обязательно должен состоять членом какого-нибудь клуба, предпочтительнее того самого, к которому принадлежали его отец, дед, прадед. Но посещает джентльмен клуб вовсе не для общения с друзьями или развлечений. Он ездит в клуб, чтобы воспрепятствовать приему новых членов, поскольку для вступления в клуб нужно согласие всех уже состоящих в нем.

Считается, что у джентльмена нет политических интересов, но это не совсем так. Он никогда не согласится с необходимостью существования профсоюзов, социальных реформ и любых новообразований, расширяющих права неджентльменов. Он против всего нового и всегда за войну, большую или маленькую — все равно, были бы военные действия. Джентльмен обожает поле битвы, пост командующего легкой бронированной бригадой видится ему как выход из всех затруднений: финансовых, семейных, прочих. Сердце его бьется быстрее, когда он представляет себя на командном пункте, бинокль в одной руке, хлыстик — в другой. Как жаль, что после второй мировой войны заведен порядок, по которому в офицеры производят и неджентльменов. Даже в офицерской столовой можно очутиться за столом бог весть с кем. Но все же война — это прекрасно, несомненно, мир был бы значительно лучше, если бы в нем никогда не кончались войны.

Короче говоря, английский джентльмен — это такое состояние души и образ жизни, при которых создается видимость, что ничего вокруг не изменилось: огромные охотничьи угодья, ухоженные аристократические парки и процветающая британская империя. И в ней джентльмен — существо привилегированное, хранимое провидением. И провидение, конечно, не может быть так дурно воспитанным, чтобы бросить на произвол судьбы своего подопечного по той лишь причине, что неджентльмены вышли из повиновения. И тот факт, что угодья и империя существуют только в воображении джентльмена, его не смущает: главное вести себя так, будто они существуют.

Этот краткий портрет составлен на основе книги «Английский джентльмен». Ее автор не какой-то желчный завистник из простолюдинов, а граф Дуглас Сазерленд, представитель одной из самых аристократических фамилий Британии, владелец родового замка в Шотландии и прочая и прочая.

Вы думаете, джентльмены отказали графу от дома? Нет. они сделали вид, что книги не существует. Альберто Онгаро, журнал «Эуропео». Перевел с итальянского Л. КАНЕВСКИЙ

 

"Черный ящик" в автомобиле: технологии западных автоконцернов "отрихтуют" водителей  - http://www.liveinternet.ru/users/albrs/post402370094/

 

Дмитрия Винокурова, дизайнера по прическам и визажиста, называют самым популярным парикмахером Москвы, а после триумфального успеха на международном фестивале искусств в Париже «Золотая роза» — одним из сильнейших профессиональных стилистов Европы... Несколько вопросов были заданы в короткий промежуток его незанятости.

— Какие стрижки в моде?

— Идеальные прежде всего. Сегодня в моде короткая и средняя длина волос. Прическа, то есть форма, создается цветом. Например, темные корни — светлые концы волос. К этому женщины уже привыкли. Но сейчас употребляется по всей голове цветовой спектр. Днем — в более скромном виде, вечером — в яркой гамме, отчего прическа в сочетании с макияжем в стиле «модерн», несколько осовремененном, просто шикарна. Если добавить еще наряд из бархата, кружев, туфель на шпильках, вечерний выход неотразим... Классическое каре, «сессун», французские стрижки будут всегда в моде, но цветовая гамма их дополняет.

— О каком подцвечивании идет речь?

— Применяется пастельное тонирование, на Западе сейчас это очень модно. Почему бы немного не поиграть с внешностью? Уйти от привычного образа? Хотя натуральные цвета по-прежнему модны.

— Дима, какая прическа вызывает наибольшее влечение мужчин к женщинам?

— Приземленных, я бы сказал, мужчин. Не духовных личностей, а на уровне самцов. Это длинные волосы, слегка вьющиеся...

— Я знаю, что у вас есть немало рецептов по уходу за волосами, которыми вы делитесь с клиентами, так?

— Да, это народные, проверенные временем рецепты. Например, всегда носите шапку при температуре ниже трех градусов. Иначе питающие луковицу волос сосуды отмирают. Для блеска волос и питания нанесите на один час состав: по одной чайной ложке меда, оливкового или подсолнечного масла и одного сырого желтка. От перхоти: покройте волосы толстым слоем зеленого лука, оставьте на час под полиэтиленом. После мытья спрысните волосы туалетной водой или нанесите хорошие духи. Запах сохраняется очень долго. Газета "Век" № 9, 1999 г.

Городок Байя, расположенный на берегу Неаполитанского залива, в бухте Поццуолн, чуть западнее Неаполя, сейчас ничем особенным не знаменит. Его приземистые домики и сонное спокойствие вряд ли могут навести человека на мысль, что некогда, в древности, тут был прославленный город-курорт, где проводил время "весь Рим", город, поражающий своей роскошью.

Изо всех уголков Средиземноморья, из Греции. Малой Азии, Северной Африки, Италии доставляли сюда лучший мрамор, драгоценные породы деревьев, слоновую кость, чеканные серебряные вазы, сосуды, драгоценную утварь, золотые и серебряные ювелирные изделия.

Из Нумндии на стол богачей привозили цесарок, из Франции — соус к рыбным блюдам и жареных дроздов, из Германии — мед. Местные рыбаки поставляли устриц.

Роскошные особняки с расписанными залами, множеством скульптур, с обширными дворами. галереями, садами, фонтанами и бассейнами поражали воображение современников

От той древней Байи в нынешнем городишке мало что осталось: древняя Байя — под землей. Впрочем, лишь частично. Значительная часть прославленного римского курорта находится, как оказалось, под волнами Тирренского моря.

Рыбаки давно уже рассказывали. что в ясную погоду далеко в море видны стены, колонны и улицы.

Их рассказы подтвердились.

В сентябре 1959 года в воды Поццуоли вошел корвет "Дайна". С него временно были сняты пушки и пулеметы, а их место заняло оборудование для подводных раскопок.

Все оказалось верным. Были здесь и улицы с развалившимися теперь особняками, и каналы, и обломки разнообразной я дорогой посуды.

В августе 79 года земля здесь пошла ходуном. С ужасом смотрели вышедшие на улицы люди. как над Везувием к заоблачным высям поднялся похожий на огромный кедр столб дыма.

Байю миновала судьба Помпеи, Геркуланума и Стабни. Здесь не было ливня из лапилий, грязевых потоков и потоков лавы. вулканического пепла и стелющегося по улицам ядовитого серного газа.

И тем не менее Байя тоже стала жертвой .этого извержения, а вернее — жертвой катаклизма, связанного, так полагают ученые, с тектонико-вулканическими процессами, в силу которых и пришел в неистовство Везувий.

Мы не 'очень хорошо осведомлены о том. что произошло в Байе. тем более что события. погубившие город, произошли не вдруг, а растянулись на годы.

Известно, что море на какое-то время отступяло от берегов, а суша поднялась, но впоследствии начался обратный процесс: море вернулось, а суша стала медленно опускаться. Вода поднималась все выше. пока наконец не сомкнулась над большей частью города. А. ВАРШАВСКИЙ. Журнал "Знание-сила" времён СССР