В среднесрочной перспективе усилия разработчиков искусственного интеллекта и специалистов по мехатронике будут сосредоточены на создании интеллектуальных женских вибраторов - в связи с фактором Y-хромосомы

АКТУАЛЬНО: "Черный ящик" в автомобиле: помощник или надзиратель?  - http://www.liveinternet.ru/users/albrs/post402370094/

 

Без специальных приборов нам не понять, что получится, если входить в лоно под другим углом или совершать более быстрые фрикции.

ВИБРАТОРЫ-ФАЛЛОИМИТАТОРЫ. Их лишенный электрических батареек предшественник - дилдо - имеет длинную и славную историю. В былые времена он развлекал наложниц в гаремах. Причем не только скрашивал красавицам будни, но и позволял держать себя в отличной сексуальной форме.

Современные вибраторы гораздо изощреннее. Их снабжают насадками для возбуждения кантора и ожерельем из вращающихся бусинок. В ходу и совмещенные варианты - одновременно для вагинальной и анальной стимуляции. Есть даже универсальные модели: обычный электромассажер для лица с помощью латексной насадки превращается... 

ЭФФЕКТ БАБОЧКИ. Зигмунд Фрейд разделил женский оргазм на клиторальный и вагинальный. Причем первый он считал «незрелым». Правда, современные сексологи полагают, что не стоит пренебрегать и таким. Ну а производители стараются вовсю. Ты можешь купить помпочку, обеспечивающую вакуумную стимуляцию интимной области, разнообразных электрических жучков, мотыльков, пчелок (управляются с пульта). С помощью ремешков они надеваются как трусики, после чего начинают щекотать тебя крылышками. Существуют и механические варианты - их носят под одеждой. Дамы, которые пользуются подобными приспособлениями, уверяют, что постоянная стимуляция позволяет проще смотреть на многие вещи, например, не принимать близко к сердцу нападки шефа, необязательность коллег или стрессовые ситуации на работе.

Алла Барчуковская, журнал «MINI», октябрь 2004

 

Об инвестициях в технологии распознавания образов. Беспилотный самолёт «Predator», стоимость которого составляет $4,5 млн, широко известен своими возможностями в воздушной разведывательной видеосъёмке. Но возможности — это одно, а их практическая реализация — другое. Показателен отчет Пентагона о том, как «Predator» ищет талибов в Афганистане: БЛА заснял «группу из 15 или 10 человек, скорее всего, собравшихся на встречу». На видеозаписи можно было разобрать рост и движения собравшихся, а также, на что обратил внимание сам министр обороны США Д. Рамсфельд, «знаки внимания, которые, скорее всего, оказывались старшим членам группы». Надо ли после этого удивляться, что при таком качестве воздушной разведки американцы убили в Ираке и своих и английских солдат (плюс мирных жителей) едва ли не больше, чем сторонники Саддама?

Другой пример из смежной области: этим летом в Великобритании разгорелась полемика о том, что многочисленные системы видеонаблюдения (ВН), в инсталляции которых эта страна — мировой лидер, дают неприлично мизерный эффект, предотвращая лишь малую часть правонарушений. Случаи же раскрытия преступлений с помощью ВН вообще редкость.

Так в чем проблема? С одной стороны, технических возможностей уже существующих средств абсолютно достаточно для того, чтобы обнаружить всех террористов, фундаменталистов и пр. Но, с другой стороны, непохоже, чтобы к этому стремились те, кто подписывает определяющие судьбы целых народов финансовые и политические документы — видимо, потому, что вопрос их-то личной безопасности решен полностью. 

Например, многие справедливо боятся летать на самолётах и вертолётах, а вот экс-президент США Клинтон поставил по перелётам мировой рекорд и ни разу не разбился, доказав, что надёжность авиатехники равна 100%. Но это лишь для первых лиц, ни одно из которых на момент подготовки данной статьи не попало в авиакатастрофу. Надёжность же пассажирских авиаперевозок по большому счету мало кого интересует (потому-то в авиации и не внедряется соответствующая робототехника) — равно как и поимка талибов с маньяками. Это означает, что хотя системы ВН и распознавания образов и имеют богатые возможности, но вовсе всерьёз не планируются для искоренения преступности.

Это не злой умысел — это просто неинтересно тем, кто принимает решения (а интерес — единственный стимул в эволюции Homo Sapiens). Вот если воздушный робот стоимостью $4,5 млн. покажет, как безбородые дикари оказывают «знаки внимания» дикарям бородатым — тогда это, действительно, прикольно. Собственно, в распознавание жестов и мимики компьютерные гиганты вкладывают сейчас значительные средства, вовсе не подразумевая, что это поможет бороться с преступностью на основе теории Ломброзо. Практического значения ведущиеся по данной теме разработки не имеют и еще долго иметь не будут. Конечно, называются какие-то несущественные применения (вроде интернет-видеотелефонии), но это несоизмеримо с вкладываемыми средствами и поэтому служит скорее предлогом ради приличия. Точно также преступность нужна как благовидный предлог для финансирования ВН и распознавания образов.

С этой точки зрения, системы распознавания образов, являясь совершенно «нерыночным» продуктом, доказывают, что никакого «рынка» в высокотехнологичных странах быть не может, а то, что называют рынком в нашей стране — не более чем разновидность белой горячки.

На самом же деле, системы распознавания образов — это такой же продукт эволюции, как и сам человек, состоящие, как и человек, из таких же природных химических элементов. И когда Президент компьютерного концерна выделяет миллиард долларов на исследования в области электронного зрения, то ему только кажется, что он такой прогрессивный — в действительности же у него в голове осуществилась биохимическая реакция, запрограммированная Бог знает когда.

Аналогичная биохимическая реакция происходит и в голове Президента телевизионной корпорации, когда он санкционирует приобретение системы поиска изображений на основе технологии распознавания образов. Да, такая система не приносит немедленной и сомнительной прибыли как наркотики или показ сериала «Бригада». Но такое приобретение — эволюционный этап, без которого существование телекомпании лишено перспектив. Не хотелось бы делать далеко идущих выводов, но о работе систем поиска видеоизображений на основе распознавания образов «ТКТ» сообщал достаточно много применительно только к зарубежным кинотелевизионным предприятиям — по российским же кинотелевизионным предприятиям такие данные не поступали.

Основной парадокс ситуации с системами электронного зрения и распознавания образов в том, что они, конечно, способны будут научиться выполнять в полном объёме функции полицейских, солдат, пилотов, ТВ-операторов. Но это будет очень нескоро — возможно, через сотни лет: именно таковы сроки эволюции, если, правда, она не ускорится. Но всё равно для бизнеса, в котором хотя и есть понятие «длинные деньги», это слишком неприемлемые сроки ожидания. Что служит еще одним доказательством: электронное зрение — это вопрос не бизнеса и даже не государственной политики. Деньги и другие ресурсы притягиваются сюда под влиянием гораздо более сложных категорий, определяемых на генном уровне.

Следующая загадка электронного зрения, подтверждающая генетическую подоплеку происходящего — то, что разработчики всех стран, не сговариваясь, естественно, между собой, создают системы для выполнения преимущественно мужских профессий: тех же полицейских, солдат ТВ-операторов. Конечно, есть техническое зрение, предназначенное, как бы для «женских» профессий — сортировка деталей на конвейере, проверка размеров и формы и т. п., но мы говорим сейчас о более сложном, электронном зрении, взаимодействующим прежде всего с человеческим обликом путём распознавания образов, мимики, жестов, походки. Аналогия наблюдается и в литературе, где искусственных людей часто называют «андроид» (от греческого andros — мужчина), но никогда — «феминоиды».

Если согласиться с тем, что разработки в области электронного зрения — это эволюционный, не зависящий от человеческой воли процесс, то единственное, более-менее логичное объяснение такой дискриминации — Y-хромосома. Её детальные исследования начались лет 15 назад и к настоящему времени выявлено, что эта хромосома, отвечающая за воспроизводство мужчин, сейчас разрушается и когда разрушится полностью, то перестанут рождаться мальчики и планета будет населена только женщинами. С биологической точки зрения в этом нет ничего страшного, поскольку генная инженерия уже способна создавать эмбрион только из женской клетки, в которую имплантируется ядро другой женщины-донора. Но всё равно понадобятся некоторые другие мужские функции — и над их-то искусственной заменой сейчас трудятся именно мужчины, поскольку только они подписывают документацию на разработку робототехнических систем.

Версия Y-хромосомы сильна тем, что полностью объясняет, почему после кратковременного всплеска угасает интерес инвесторов к системам распознавания лиц для правоохранительных целей — о чем однозначно свидетельствуют все последние выставки на правоохранительную тематику. Поскольку интерес — механизм эволюции, то именно она и подсказывает подсознанию инвесторов, а также властей: нет смысла совершенствовать электронное зрение полицейских роботов в преддверии предстоящего исчезновения Y-хромосомы.

Дело в том, что некоторые исследователи выявили определяющее влияние Y-хромосомы на антисоциальное поведение, повышенную агрессивность, врождённую криминальность и низкий уровень интеллекта вплоть до дебильности. Утверждается, что мужчины, у которых имеется добавочная Y-хромосома, чаще других склонны к насилию и убийствам. На бытовом уровне такие утверждения подкрепляются тем, что мужчина — единственное животное на планете, которое совершает немотивированные убийства и садистские изуверства. Мужская преступность является доминирующей, а женская — лишь функция от неё, которая исчезнет с исчезновением мужчин: то есть, с исчезновением Y-хромосомы. Когда произойдёт это исчезновение? Сначала называли цифру 5 млн. лет, потом появилась цифра 125 тыс. лет, однако, сейчас, когда появляются созданные в лабораториях эпидемии вроде атипичной пневмонии, направленные, скорее всего, именно на скорейшее разрушение Y-хромосомы, есть вероятность, что Y-хромосома исчезнет уже в течение XXI века.

Здесь и кроется ответ на то, почему возрастают «нерыночные» инвестиции в робототехнику и, в частности, в электронное зрение — но не полицейского, а гуманитарного характера. В Интернете мы нашли массу свидетельств возросшего интереса к распознаванию мимики и жестов — хотя чистой прибыли такие инвестиции никому и никогда не принесут. Результат от этих инвестиций будет в другом: в воспроизведении мужской реакции на идентифицируемое мимикой и жестами поведение и состояние женщины (в том числе, в те моменты, когда робот будет исполнять функции фаллоимитатора).

И здесь, опять же, кроется единственное вразумительное объяснение того, зачем в высокоразвитых странах оцифровываются киновидеоархивы. Дело в том, что изучив практику оцифровки кино- и телевизионных фондов в США и Англии и пообщавшись со специалистами из названных стран в данной области, мы так и не нашли ни одного убедительного экономического обоснования того, зачем эта оцифровка проводится. Конечно, называются некоторые практические применения результатов такой оцифровки, но они дают абсолютно копеечный эффект — если оценивать с позиций «рынка». Но в контексте ситуации с Y-хромосомой оцифровка совершенно необходима. Поведение мужчин, женщин и детей, запечатлённое на оцифровываемых плёнках — это визуальные шаблоны для электронного зрения робототехнических систем, которые станут обслуживать будущее женское население планеты. Есть, правда, опасность (а может, так и надо), что, поскольку в киновидеоархивах хранятся, в основном, облики кино- телевизионных звёзд, обладающих отборными внешними данными, роботы будут реагировать лишь на соответствующие типажи, производя таким образом естественный отбор. Но это тоже продолжение эволюции. 

Экранная и семейная роли Уитни Хьюстон – отражение подавляющего превосходства Y-хромосомы над искусственным интеллектом

Мы, правда, здесь ни разу не упомянули об аудиоархивах и о распознавании речи, и это не случайно. Речь людей — это результат действия «чуждого» гена, вторгшегося когда-то в Y-хромосому, повлияв на развитие мозга. Так что, когда не будет Y-хромосомы, возможно, не будет и речи, да и зачем она женщинам? Вообще, 300 млн. лет назад, когда Y-хромосомы еще не было (она возникла как результат мутации и как результат мутации и исчезнет) не было и понятия пола в нынешнем понимании — он определялся, например, температурой тела той же рептилии. А сейчас, когда у некоторых людей-самцов встречаются две Y-хромосомы, таких особей официальная медицина называет «супермужчинами» — это при том, что у них нередко ярко выраженные признаки дебильности.

И здесь — ответ еще на один вопрос робототехники: почему не удалось и никогда не удастся создать т. н. «искусственный интеллект». Потому что женщин никогда физически не влекло к носителям человеческого интеллекта, а уж искусственный им подавно не понадобится.

Так что напрасно ребятишки больше не мечтают летать в космос. Во время полёта на ракете может произойти сдвиг по времени, после которого вернулся на Землю — а тут рай: одни только женщины и роботы, почти как в фильме «Новые амазонки». А. П. Барсуков, журнал «ТКТ», № 11, 2003 г.