Инна.., угурация.
Автор
dzich
Вообще-то Путин меня всем устраивает. Почти всем. Почти меня.
Самое ценное его качество - Путин расположен далеко физически и еще дальше духовно. Он живет в своей оболочке, которую от меня хорошо оберегают. У него там все схвачено, есть набор оловянных солдатиков, и не один, диетологи, пластические хирурги, учителя вокала, тигрицы в кустах и амфоры в общественных купальнях. Путин всегда при деле, что снижает силу этого фугаса в направлении лично меня и мне подобных. Он телевизионно, газетно и церковно обслужен, общается в астрале со Столыпиным, высморкан и подкачан. Дай бог ему и дальше телесного здоровья.
Единственный минус Путина в том, что он все время норовит вторгнуться на мой мещанский уровень. Влезть в мой личный быт, наследить в моем нутре, потоптаться в моей посудной лавке. Я не хочу этого, но он меня не спрашивает.
Жил бы в своей стратосфере, подсасывал бы нефть с денюжкой, которых, слава богу, завались, представлял бы в мире страну с какой угодно доктриной, и пофигу, что мир про нас подумает. Ан нет. Путин расширяется, как нефтяное пятно на Ангаре, мутирует и проникает в мою жизнь исподтишка, дисперсно и изотопно. Ты его в дверь, он в окно. Ты от него, он к тебе. Ты ему: "Отстань, противный", а он: "Снимай штаны". А иногда просто подходит и молча стаскивает.
Вот, скажем, случился в 2004 году Беслан. Не домочили всех в сортире, недомоченные вылезли из ямы и убили 334 человека, в том числе 186 детей. В загаженных сортирах такое бывает. Прошло 10 дней. За это время не были расстреляны менты и фээсбэшники, просравшие теракт, не ушел в отставку президент республики, не говоря уж про главного президента. 10 дней ушли на другое: на подготовку закона об отмене прямых губернаторских выборов.
Конечно, президенту страны нужны лояльные ему губернаторы. Разумеется, нет ничего аномального в том, что реформа оттолкнулась от массового убийства детей. Это ведь личное дело Путина, как ему выглядеть в глазах собственного народа, как с этим жить и сколько кровавых мальчиков видеть по ночам после своего цинизма. Путина с его моралью мы выносим за скобки, как тело удаленное и инородное.
Но губеры с тех пор стали искать интима не с плебсом, которому служат де-юре, а с одним лишь альфа-шайтаном, вот в чем козья нога. Личная лояльность и возможность укрыться всего от пары глаз, а не от пары миллионов, как раньше, позволили положить на те самые миллионы большой губернаторский прибор. В частности, не видеть под носом Кущевок, завести кабинет больше чем у Обамы ( http://www.kommersant.ru/doc/898116 ), и не париться по поводу путающихся под колесами человеко-козявок (http://www.ej.ru/?a=note&id=11535).
А это, извиняюсь, вторжение на мою личную территорию, куда Путину под любым соусом вход воспрещен. В своем алькове пусть делает, что хочет, в конце концов совестно будет его внукам, а не моим. И губерами-одалисками пусть себя окружит, если его это возбуждает. Но мне-то зачем навязывать жадных, бесстыжих, съехавших с глузду африканских царьков? Они разве для меня? Нет, они для него. Но ему они никак не вредят, а мне в душу своей управленческой импотенцией гадят регулярно.
То, что воровайки, - почти их личное дело. Но дороги-то где? Свет в микрорайоне? Работающий лифт? ФК "Сатурн", высосавший из подмосковного бюджета миллиарды, долгие годы кормивший бандюков, чиновников, типа игроков, типа тренеров, и утонувший в дерьме без единой посадки, — он где?
Однажды нас пригласили на празднование 75-летия Троицкого района. Сначала был футбол с райадминистрацией на поле какого-то чиновного пансионата, затем повезли в охотхозяйство, где уже ломились столы, где в багажниках "мерседесов" имелись встроенные караоке и там же валялись "калашниковы" для послетрапезной пьяной пальбы. По дороге бросился в глаза кумачовый транспарант, натянутый от сосны до сосны над пустой лесной дорогой: "С днем рождения, Борис Всеволодович!".
Вот это было здорово. И правильно. Видел Громов этот наклон с проглотом, не видел, - не важно. Это их ролевые игры, внутриоболочные, меня не касающиеся. И я бы подписался на всю Россию, увешанную такими плакатами, если бы мне починили лифт, залатали дороги, перестали лапать футбол и сберегли детей от будущих Бесланов.
Кстати, человек, бывший в дни Беслана главой ФСБ, покинул свой пост лишь четыре года спустя. Президент республики — через год под давлением митингов. А тогдашний глава МВД через четыре месяца мутировал в спикера госдумы, объявив ее "не местом для дискуссий". И это было бы даже не противно, если бы с тех пор не продолжало взрываться все, имеющее отношение к моей, а не к путинской жизни.
Или взять, к примеру, Медведева. Пришел, поиграл в танчики четыре года, сделал Путину шесть и ушел. Да и хрен бы с ними обоими. Только они ведь не свои четыре года в канализацию слили — мои. Сколько их еще у меня, годов? Кто им разрешал хапать чужое, - кусок моей жизни? Игрушечный президент хорош для "Детского мира", но не для всамделишной больной страны. Корова пожаловалась — поменял время. Боевик посмотрел — придумал полицию. Пережрал с вечера — утром обнулил промилле. С пасочками в песочнице так можно, со 140 миллионами - нет. Ответственность какая-то должна быть, мне кажется. Мы ж живые. А оно к нам лезет и сволочит. Заигралось в Столыпина.
А еще пробки есть. Не у них — у нас. Их контакт с людьми должен быть сведен к минимуму, для чего потребны ФСО с жутким мордарием во главе, спецпроезды, перекрытия и мигалки. Это как раз нормально, иначе по дороге на работу заплюет электорат с ног до головы — с каким настроением страной управлять? Но вот кто мне скажет, почему при священной войне с пробками обеденный перерыв в подмосковных электричках составляет в будни два с половиной часа? Это что за борьба такая? Кого с кем?
Одна дорога от меня до работы отвалилась по причине сколковской беды. Там теперь наука и бизнес, а не такое говно, как я, поэтому проезд закрыт. Другая дорога — Рублевка — должна быть все время свободной от меня на случай, если гувернанткам потребуется метнуться куда-то по-быстрому или к ужину артишоки срочно подвезут. Поэтому проезд ограничен. Метро ко мне не тянут, чтобы не жужжала заповедная земля в процессе стройки, не снижались запасы хлорофилла в Жуковке и Барвихе.
Что остается? Многострадальная Можайка и потные электрички. Но те ходят как нужно им, а не мне — колея-то до сих пор единственная, общая с дальними поездами, а расписание всегда пьяно-плавающее. Выход один — сесть в машину и сигануть в транспортное полымя.
О чем я думаю, мотая срок в асфальтовом Освенциме? Не о том, что глава РЖД — корефан Путина по Питеру, КГБ и "Озеру". Не о том, что брехня стала нормой их патрицианской жизни. И уж точно не о том, что мне нужна такая стабильность. Нет, я думаю о том, что свобода Путина не заканчивается там, где начинается моя. Потому что моя имеет место быть после получки в "Ашане", в лесу на шашлыках, да еще в заграничном отпуске. А его — везде. В том числе в моей личной жизненной резервации, куда он вломился со своими ментами, ЖКХ, гнилыми судами, уродливым образованием и врачами, не желающими лечить. Его никто не звал, но он пришел, хотя на тесноту своего параллельного мира пожаловаться не может. Скучно, наверное.
Я там был однажды, в том мире. Это статусно мы далеки, а территориально Ново-Огрево в четырех километрах. Правда, везли все равно на автобусах со Старой площади. Протомили в привратницком домике три часа. Май был, не жарко, все выжили. Через пару лет оператор НТВ не сдюжил — умер в пекло. Главред одной важнецкой газеты, у которого путинская "вертушка" на столе, сказал: "Не пишем об этом, - умер и умер". И не написали.
Там ведь не только операторы — все ждут. В тот день, когда был я, Шойгу исполнился полтинник. И он тоже ждал. Правда, не в домике — в бильярдной на первом этаже резиденции. Гонял шары в предвкушении личного поздравления, за которым, понятно, нужно приезжать. Долго гонял. Я уезжал, а Шойгу еще не удостоился. Поздравляльщик всегда опаздывает (вот она - стабильность), однако выхода нет: ты можешь ласки не хотеть, но к той руке припасть обязан.
Чай, разговоры, лучистый прищур — так и съездил. ТВ потом показало. Оно показывает все, что нужно ему, и почти ничего, нужного мне. Это не вторжение Путина в мою жизнь, потому что телевизор можно выключить. А еще запереть двери, перейти, завидя мента, на другую сторону улицы, заткнуть уши от воя мигалок, плюнуть через левое плечо при встрече с судьей и единороссом.
Жизнь ли это — вот в чем вопрос.
А на инаугурацию 7 мая мне глубоко положить. Я в упор не вижу миллион чужих праздников и этот точно не замечу. Шесть лет, шестнадцать, шестьдесят шесть или сколько он там еще протянет — какая разница? Пусть его капсула будет прочной— вот что главное. С заваренным люком. Не надо его сюда ни в каком виде. Нам хорошо друг без друга, зачем он лезет?
Если бы не лез, Путин меня всем устроил бы. Почти всем. Почти меня.
Серия сообщений "Точка зрения.":
Серия сообщений "Политика, Путин":
Картину "Крик" продали за 120 миллионов долларов на аукционе в Нью-Йорке.
Китайский Сад Дружбы – это декоративный Китайский сад в южном конце Дарлинг Харбор (район Сиднея), рядом с сиднейским Чайнатауном.
