Как ни странно, но с появлением в моей жизни Брайана Петерсена, я вдруг заметила, что уже почти успокоилась насчет проклятья. Или это сеансы психотерапии у Аллисон так повлияли?

В конце концов жизнь на браке клином не сошлась. Ну, даже если и не выйду я замуж – ведь проблемы с отношениями у меня все равно нет. Всегда рядом оказывается кто-то, частенько занимающий вторую половину моей кровати. А семья... Если подумать здраво: разве я хочу превратиться в такую курицу, как Хармони? Нет, нет и еще раз нет.

Я даже совершенно спокойно выслушала виноватые объяснения Джеффа – правда, после того, как отфутболила его раз десять по телефону. Не потому, что так уж сердилась. А просто – чтобы неповадно было.

Но потом смилостивилась и дала ему возможность объясниться.

- Понимаешь, я все никак не мог понять, что со мной не так. Уж даже думал, это проблемы со здоровьем, что меня не привлекают даже такие потрясающие девушки, как ты. А тут вдруг увидел Мэтта – и меня как обухом по голове огрело...

Сама себе удивляюсь, но мы не прекратили с ним общаться. Джеф даже помог мне с практической работой по изобразительному искусству.

Бунтари студенческого городка вдруг поняли, какая знаменитость оказалась в их рядах – и торжественно наградили меня званием Законодателя моды. Ну, лучше поздно, чем никогда.

И они правы: за это время я весьма поднаторела в понимании искусства.

Брайан, чтобы как-то оправдать наши встречи, устроил мне дополнительные занятия в своей лаборатории по вечерам. И хотя по большей части мы занимались отнюдь не научными исследованиями, иногда, больше чтобы развлечься, я практиковалась на экспериментальных установках – и даже смогла превратить обычное семечко во что-то непонятное.

На биологическом факультете вытаращили глаза, когда я принесла им несчастную жертву моих экспериментов, и стали умолять меня присоединиться к их исследованиям: «Ах, у вас совершенно особая связь с растениями! Только вы сможете вырастить этот волшебный плод!» Но их условие предварительно вызубрить наизусть три священные книги садовода накануне выпускных экзаменов меня не очень вдохновило. Так что я отказалась, сославшись на занятость: странноватые у нас симы на биофаке, их работа больше на какую-то секту похожа, нежели на науку. Одна только «ментальная сонастройка с вибрациями деревьев» чего стоит. Или маскировочный костюмчик, «чтобы не пугать растения».

- Выходи за меня замуж, - незадолго до экзаменов сказал Брайан во время очередной встречи, лежа в постели.

- Что? – не поверила своим ушам я. Лежа в блаженной полудреме в его объятиях, подумала, что мне послышалось. Про серьезные отношения за время наших тайных встреч не говорили ни он, ни я, этого не предполагалось по умолчанию.

- Выходи за меня.

- Я же студентка. Тебе разве можно?

- Ну так ты же скоро заканчиваешь. Удачно, что мы встретились с тобой именно сейчас. Ты получишь диплом – и все, мы совершенно свободны от каких-либо ограничений. С тобой же мы как нельзя лучше подходим друг другу – почему бы и нет?

Мда. Свершилось то, о чем я думала весь этот семестр – с того самого времени как вспомнила про проклятие матери Хармони. Я получила предложение от сима, а значит... значит, проклятие не действует. Больше не действует или его вообще не было, а я себе его только придумала – не знаю. Да и Брайан... Мне с ним спокойно, очень классно в постели, и вообще комфортно рядом – как будто всю жизнь провела с ним.

Я знаю, что он говорит искренне. Да, речь не идет про трепетную любовь, когда жить друг без друга не могут. По сути, это можно назвать отношениями по трезвому расчету, но кто сказал, что такие отношения менее долговечные, нежели замешанные на страсти?

- Почему я?

Ну вот, не удержалась, чтобы все-таки не спросить.

- Так это хорошо или плохо? – легко усмехается Брайан, закидывая руку за голову. – Ты писатель, вовсе не привязана к определенному городу. Я буду преподавать, ты – писать. С жильем проблем не будет. Это одиноким преподавателям предоставляется домик на двоих, а семейные живут отдельно.  Профессор Кронк живет тут со своей супругой уже несколько лет. Вот с детьми – да, тут жить нельзя. Но я так понимаю, что ты не спешишь ими обзаводиться? Да и я тоже.

- И это все?

- Еще в столовой надоело питаться. Там часто крутятся преподавательницы бальзаковского возраста с атрофировавшейся самокритикой.

- Ах, как мило! Ты уверен, что моя стряпня лучше, чем эти встречи?

- Уверен, ты же не студенточка-выпускница, которая кроме учебы и гулянок ничего в жизни не видела. И кстати про девочек: они хороши для быстрого перепиха где-нибудь в подсобке. Но для семейной жизни – увольте. От них быстро устаешь. Честно говоря, уже надоело от студенток отмахиваться.

- Брайан, я польщена, - отвечаю ему, чтобы закончить эту совершенно ненужную мне мужскую откровенность, – Но мне нужно время подумать.

- Думай, я не против, - легко соглашается он. Все равно еще рановато строить определенные планы. Но ты просто имей в виду, что других вариантов у меня сейчас нет. А своей жизнью я и так вполне доволен.

Все честно и просто, только по взаимному согласию и без принуждения. И  что для меня особенно ценно: он проявляет инициативу первым.

Больше мы к этому разговору не возвращались, и даже на наших отношениях его предложение и мой отложенный ответ никак не сказались.

Хотя встречи стали реже, но по объективным причинам: и у меня, и у него с приближением экзаменов свободного времени стало намного меньше. Хотя чем дальше, тем больше я склонялась к мысли, что его предложение – именно то, что мне нужно.

С ним я не чувствую себя истеричной дурочкой – как это было с Сидом. Наконец-то мои эмоции под контролем без подавления, так как он не раздражает меня и я не ожидаю от него чего-то, что он не в состоянии дать – что может быть лучше? Тем более, что заканчивая учебу, я ощущала какую-то странную неуверенность. До этого было все относительно ясно, кто я и чем занимаюсь. Всегда можно было зарыться с головой в учебу и убежать в нее от всего, что беспокоило. И вот скоро это должно было закончиться – бежать было уже некуда. Поэтому вдруг оказалось очень важным знать, что впереди меня ждет определенность. А Брайан предлагал мне наилучший вариант этой определенности.

Именно об этом я и думала, заканчивая последние наброски для моей дипломной работы.