(C) Николай Козлов. Книга "КАК ОТНОСИТСЯ К СЕБЕ И ЛЮДЯМ"
Что кажется до свадьбы и что оказывается после
Дима, после свадьбы: "Я в Наде ошибался. Она оказалась лучше, чем я думал". Фраза, слышанная мною всего раз в жизни
До свадьбы типичны мечты, после свадьбы - разочарования. Верилось, что праздники нечастых встреч превратятся в непрерывный праздник. Верилось: "Мы поженимся - и станем лучше, а любовь - крепче". Поженились. Произошла регистрация, а чуда не произошло: мы остались теми же и с теми же проблемами.
А проблем прибавляется: где жить, на что жить, как уживаться... До брака он обеспечивал встречи, теперь надо обеспечивать семью. От разговоров приходится переходить к делу, а в деле, в жизни мы оказываемся обычными и трудными.
Что делали влюбленные до брака? Ничего, ворковали и целовались. А как поженились, начинаются обиды и недовольства, потому что быт - царапается. Праздники сменились буднями и бытом.
Девушка из роли принцессы сразу после свадьбы попадает в положение служанки. Поклонники, встречи, цветы, танцы и остальные атрибуты красивой свободной жизни - исчезают, сменяясь многочисленными семейными заботами, грязными кастрюлями и мокоыми пеленками.
Цветы теперь будут дарить три раза в год - на 8 марта, день рождения и день свадьбы, и то надо напоминать мужу, а то забудет.
Бессонные ночи, денег нет, все плохо... А когда все плохо, все вокруг кажутся уже плохими.
Одна женщина жаловалась подруге: "Представляешь, просыпаюсь ночью от головной боли, голова раскалывается, а он дрыхнет, еще улыбается, сволочь..." По-моему, это классика.
Претензии, обвинения одного рождают встречные претензии и обвинения другого, учащаются обиды и ссоры
Прошел медовый месяц (от недели до полгода) - любовью пресытились: наговорились, наласкались, устали, глаза уже не горят. То, что теперь они всегда вместе, - не только плюс. До брака чувства подогревались расставаниями. А тут вместе каждый день! Каждый день. Каждый день...
Просыпаешься - его брюки на стуле висят, а рядом он лежит да еще похрапывает, и никуда от него не денешься.., Вставай, готовь ему завтрак.
Спад любви тревожит, хотя должно волновать не это "Любит - не любит", а снижение культуры отношений: появление раздражительности и недовольства друг другом.
Снижение любви - это закономерно, вы просто просыпаетесь: причем здесь тяжелее тому, кто был влюблен сильнее, - он спал крепче. А снижение уровня отношений - это не закономерность, а следствие нашего привычного отсутствия культуры.
Часть "досемейных" достоинств стала уже привычна и не замечается, Другая часть "в свете новых требований" оборачивается недостатками, а то, что раньше от милого не требовалось, сейчас оказывается самым главным.
И если мы до свадьбы были "в масках" (показывали себя "витринных", а не реальных), то сейчас маски сбрасываются. Завоевывать друг друга уже не нужно (вот она лежит, завоеванная!), мы расслабляемся и перестаем за собой следить. Он забывает, как приятны ей внимание и нежность, как нужна его помощь. Она перестает следить не только за своей манерой разговаривать, но и за внешностью, за тем, как она одета, а все это немаловажно.
Есть такое понятие: "на люди". Так вот, "на люди" она оденется и будет выглядеть как следует. Муж, по-видимому, в понятие "люди" не входит, потому что дома, при муже, она будет ходить в разобранном виде, в халате фасона "не приведи господи", что муж и наблюдает. И сравнивает с женщинами, которых встречает на улице.
Война, в которой не бывает победителей
Ты же непрестанно грызешь ее, так что она в исступление приходит от твоего свирепства; перестань подобное творити, человече!
Наставления митрополита Даниила
Возникает множество разногласий, они рождают споры,, а споры - обиды и ссоры. По-хорошему договориться не получается, а желание добиться своего толкает к поиску "рычагов" - средств давления, чтобы заставить другого с тобой согласиться, чтобы было по-твоему.
Это кровно усваивается с детства: "Если не понимаешь по-хорошему, я с тобой буду по-плохому". И потихоньку начинается творческий поиск орудий причинения боли - бывшему любимому, а теперь супругу.
Если нормальная аргументация не помогает, начинаются уговоры, давление интонацией и глазами, требования уступок "Если ты меня любишь", обвинения в черствости, упрямстве (тут широкое разнообразие вариантов), обиды, ругань или молчание...
Очень любопытно разнообразие вариантов, когда начинается спекуляция на любви. Первый - милый - вариант: "Ну пожалуйста, ну мой хороший, милый, славный, я тебя так люблю..." (Честно? - Нет. А допустимо? Может быть, и да.) Второй вариант уже не так мил: "Если ты меня любишь, ты уступишь..." - и это уже недопустимо. Грубые варианты идут по типу: "Ты меня совсем не любишь!"
Тут любовь, как я понимаю, играет роль большой дубинки.
Если начавшаяся война разгорается, в ход идет уже и "тяжелая артиллерия": как средство давления подключаются ребенок, родители, соседи и родственники, в качестве наказания супруг лишается сексуальной близости, денег, обеда, его пугают самостоятельной стиркой, ему также есть чем пугать супругу и чего лишить. Ближе к разводу будут упомянуты и раздел имущества, и право на квартиру, и "ребенка не увидишь"...
Это не значит, что рычаги в семейных отношениях применять нельзя вообще. Я лично ими пользуюсь. Но только такими, 'которые не "рвут" отношения, и только против "незаконного" применения рычагов женой. Но это - борьба за мир, а не за впасть. Иначе... ,
Если борьба за власть оканчивается чьей-то победой (это не всегда так - в некоторых семьях войны, при равенстве сил, идут бесконечно), эта победа оказывается "пирровой".
"Победил" он - получит нелюбимую и- нелюбящую злобную старую женщину. "Победила" она - станет мужа считать "тряпкой" и не будет уважать, он перестанет интересоваться домом, начнет интересоваться не домом, приходить попозже, а потом пореже, и не всегда в трезвом виде.
Невидимый враг - личностные кризисы
Некоторые деятельные, ответственные и оптимистичные женщины считают, что "плохие семьи бывают только у плохих жен", и верят, что если она всегда будет безукоризненно хорошей женой, ее не ждут неожиданные неприятности. К сожалению, это не всегда бывает так. На ее семью (точнее, на ее мужа) могут налетать совершенно непонятные "бури", взявшиеся неизвестно откуда, если не учитывать личностные кризисы.
То, что в жизни человека случаются кризисы, переломные моменты, когда требуется переосмысление всего прожитого и принятие новых решений, известно давно. Но американский психолог Гейл Шиихи утверждает, что эти кризисы имеют определенную тематику, последовательность и следуют друг за другом через каждые семь лет, начиная с шестнадцатилетнего возраста.
Эти позиции достаточно спорные, но, на мой взгляд, очень полезные. Даже если кризис наступил не через семь, а через пять или десять лет, и даже если тематика его и характер переживаний немного другие - человек, знакомый с общей концепцией, быстрее сможет во всем разобраться и принять правильные решения.
Кризисы у мужчин ярче выражены и протекают тяжелее, поэтому описываются именно они. Итак, где-то в шестнадцать лет подросток встает перед проблемой, когда нужно доказать (в первую, очередь себе и только потом - другим): "Я уже не маленький! Я все могу сам, не хуже любого взрослого!"
Он старается оторваться от родительской опеки, ищет самостоятельные пути во взрослую жизнь. Поиски... Бродяжничество... Попытки установить любовные контакты с девушками...
И то, что взрослые оценивают как обычную распущенность и подростковое хулиганство, имеет в душе подростка другие причины: поиск себя и самоутверждение.
Следующая дата - двадцать три года. Парень уже не чувствует себя маленьким, но теперь требуется доказать: "Я уже полноценный взрослый, взрослый во всех отношениях". Как доказать?
Традиционны несколько "ходов". Первый состоит в том, что молодой человек рисует себе План на всю жизнь.
Он станет известным ученым, поэтом, чемпионом, у него будет много
денег, машина, дача, жена-красавица, много детей, роскошная квартира. "Я буду всегда любить жену и детей, они - меня!" ...Все это красиво, грандиозно и именно поэтому совершенно нереалистично.
Или, чтобы почувствовать себя взрослым, парень женится.
Прекрасно помню: когда я где-то в этом воз- ~ (, расте женился, предметом особой гордости ' было кольцо. Еду в метро, наблюдаю: все видят, что у меня есть кольцо? Я тоже женат!
Прошло семь лет, ему тридцать. Тут становится очевидным, что его мечты недостижимы, и тогда во весь рост встает тяжелое, рождающее отчаяние слово: "Никогда". Никогда он не будет... Никогда у него не будет... Страшно признать, что жизнь не получилась, и начинается бегство от открывшегося "Никогда".
Он понимает, что его работа как у всех, обычная, плохо оплачиваемая и не приносящая удовлетворения... - и старается поменять работу (иногда, вместе с этим, и профессию, и квартиру, и город).
Видит, что его семья - не счастливое семейство, все как у других, обыденно и трудно. Попытки что-то наладить, выяснения отношений ни к чему не приводят, надоели. Так жить нельзя, он ищет любовь на стороне, пытается заменить семью; отсюда волна измен и разводов.
Видя, как все вокруг рушится, он бежит от себя, в том числе в пьянство... i Кризис кончается, когда мужчина принимает жизнь в более реалистичном варианте. "Переболев", он на работе ставит достижимые цели, отношения в семье переходят на стабильные накатан-
ные рельсы, в духе "сотрудничества-сожительства , когда каждый делает свое дело. Супруги'находят оптимальную дистанцию между собой, когда они живут каждый своей жизнью и не лезут в жизнь другого; живут, "как все", уже воспринимая это как "нормально".
Все хорошо, жена вздохнула ("перебесился"), но тут подходит, самое тяжелое испытание: тридцать семь - кризис середины жизни. На горизонте появляется Смерть.
Он и раньше знал, что умрет, но понимал только головой, абстрактно, и к сердцу это близко не принимал, а тут на себе почувствовал: появились первые Отметины, звякнули первые Звоночки... Здоровье стало давать первые серьезные сбои: сердце, печень, сосуды... Он кожей почувствовал старение и приближение смерти: "Неужели все? Неужели впереди только увядание и Черная Дыра, куда провалится все, что ты сделаешь?"
Мужчина начинает "дергаться".
Стараясь восстановить здоровье, кидается в спорт, причем с отчаянием, неумеренно, до инфарктов.
Деньги и карьера в его сознании серьезно обесцениваются: "Зачем? С собой в могилу не возьмешь!" Теперь его тянет на работу не престижную или денежную, но на человеческую и осмысленную.
По житейски это - потеря денег и некоторых благ для семьи. Поставьте себя на место жены: она-то переживает!
Мужчину снова перестает устраивать его семья - спокойным, рутинным течением семейной жизни. Хочется оставить после себя хороший след, передать свои знания и опыт. Многие отцы начинают ("наконец-то!") тянуться к детям, но сыну как раз исполняется шестнадцать (посчитайте!), его задача сейчас - "рвать корни", и отец натыкается на отталкивание. С душевными смятениями он может потянуться к жене, но у них обоих сейчас начинаются возрастные гормональные сдвиги. У мужчин "вымываются" мужские половые гормоны, у женщин - женские. Это значит, что он становится более сентиментальным, в то время как у нее появляется больше мужских качеств. Он тридцать лет не плакал, а тут слезы на глазах, ему хочется прижаться к жене, а жена грубеет, да и сам он ее отучил от нежности и откровенности. Он нарывается на: "Картошку принес?" и понимает: "Семья - рутина, жена - скотина..." Его не понимают, он одинок, жизнь пуста и бессмысленна, поэтому снова уходы в пьянство и измены.
Особенность этих измен в том, что они почти всегда "с молоденькими": ему нужны доказательства, что он еще на что-то воден, что его еще списывать рано.
Бедная жена! Она его не понимает, но видит, что мужик "просто едурел!" Реальность в том, что ее муж остра нуждается в помо-;ди, он тяжело душевно болеет, а жена; самый близкий ему чело-'век - против него, она оказывается первым его гонителем и врагом!
Отсюда - новый, сильный, драматичный для обоих пик разводов. А нужно, в сущности, немного - понять друг друга...
