во дворе кто-то сидит под навесом. не вижу тело, только ноги. на восьмом этаже оранжевого дома не спит и ходит по комнате женщина. я не могу спать, здесь душно, и сердце бьется, будто завтра у меня день рождения или новый год, а на самом деле всего лишь понедельник. просто смотреть из окна, а сигареты тут и вовсе не нужны, с ними нисколечко не красивее, а наоборот. дождь поит прирученные им, истощенные жаждой ямы, сформировавшиеся в асфальте за эти годы. ночные фонари выделяют кусочки дождя и он становится золотым. от молнии светло, словно днем, и чувство, что в этом городе нас трое: я, женщина с 8го и таинственный человек, который почему-то не уходит. и тихо.тихо.тихо. гром ласковый, мягкий, будто слабо похрапывает уморенный за день гигант. 

ты хотел грозу. 

в тех снах, от которых я уже давно отвыкла, но ни один не забыла, всегда присутствовало что-то необычное.

сегодня ночью это было музыкальное дерево. дерево, играющее музыку. на стволе была квадратная белая кнопка с нарисованной на ней черной веточкой. назначение ее я так и не поняла, но, под внимательным взглядом, нажала ее.

музыкальное дерево. подумать только.

 

- ты мне снился вместе с музыкальным деревом

- музыкальное дерево это интересно

- да необычно

- и какое было действо

- что-то стояли, говорили , а дерево играло нам музыку

- забавно. хочу грозы

 

 

любить нужно не любовь

любить нужно человека 

я уже скучаю по осени.

обязательно куплю красивый блокнот и красивую ручку

обойду все самые красивые парки москвы 

То, что за 2 итальянских недели медленно, но верно собиралось в гармонизировавшуюся меня,
было разрушено за 2 первых же дня в Москве.

Удивительно, как этот город-спрут умеет вытягивать из тебя все жилы и соки, всю собираемую по крупицам вдали от Москвы энергию. Хлобысть - по щекам хамством, быдлом, тупостью, жадностью, скудоумием.
Стресс тчк стресс зпт стресс тчк.

Остатки энергии используешь, чтобы дать отпор всему этому, чтобы защитить себя.
И, даже выиграв поединок, понимаешь, что тебя осталось так мало.
Что то, чем ты любовно наполняла себя, остается лишь на фотографиях.
Было - и нет.

Что я здесь делаю? Зачем живу в городе, где все и все против тебя, где человек человеку - волк?
 

(c)Yanki 

- а почему вы расстались? со стороны казалось, что у вас все было идеально
- ты знаешь, если я встречаюсь с кем-то, то я должен чувствовать, что человек со мной, всегда, во всем и везде, на все сто. а с ней... я не чувствовал, что она была со мной на все сто.

кто-то со временем перестает обижаться и начинает злиться.

а кто-то просто перестает обижаться.

и вновь я отдаюсь волнам
и улыбаюсь проходящим людям
уже не так, уже спокойно, чуть мудрее
чуть злей, наверное
... нет
взрослее

нет в москве места более "моего", чем арбат летними вечерами. просто нет.

и я не знаю, стоит ли мне чувствовать себя виноватой за то, что с каждым разговором, с каждой встречей, все больше песен, мест, книг будут напоминать обо мне, и что вновь захочется писать стихи, которые будут, конечно же, обо мне, и что хотеться будет все больше и больше,а я просто буду слушать, читать, смотреть и улыбаться, и может даже в какой-то степени завидовать, но просто понимать и улыбаться.

хотя, тебе от этого и лучше, и острее. 

знаете, когда происходит что-то плохое, когда столько боли, и вся она обрушивается на хрупкие плечи сразу, ломая кости, когда чувство, что всё внутри онемело, и ничего не чувствуешь, когда нет больше слез - вот тогда... вот тогда очень трудно не черстветь. 

жалею, о том, как скулы немели
ладони старалась согреть быстрее,
до рукопожатия с тобой

жалею о том, что тогда не сдержалась
на площади трёх вокзалов
тебя пыталась увезти домой

жалею о том, что дежурила ночью,
и проверяла на прочность
ни в чем невинный телефон.

встречала, от радости замирала,
друзей имена забывала,
чтоб только, только, только быть с тобой

зачем?

сенбернары, ты знаешь, недолго живут,
одного в жизни любят и только к нему,
а после с ним вместе попадают в рай.
и прячут слезы огромные псы,
в горячие лапы тычут носы,
а я не люблю маленьких собак.
(с)

 

когда-нибудь поймешь. 

счастья.

я стала старше на жизнь (с) 

я никогда не верила в смерть близких. думала, это не может произойти, не сейчас, по крайней мере,
не в ближайшем будущем. наверное, моя семья проходила через все, и я думала, что что бы ни случилось,
мы преодолеем. потому что всегда все преодолевали.
а что-то, оказывается, все-таки сильнее нас. и это что-то самое страшное для тех, кто остается.
оно душит, кромсает и заставляет ненавидеть и винить себя.

каждую ночь он останавливался в дверном проеме моей комнаты и желал мне спокойной ночи.
и я боюсь посчитать, сколько раз я отвернула голову от монитора компьютера, чтобы посмотреть на него
и улыбнуться при ответе.

он все время просил меня найти шнур от магнитофона, чтобы он мог на нем послушать кассеты с военными песнями.
я не нашла.

недавно я подарила ему два диска с документальными фильмам о войне.
он посмотрел половину первого, сказал, чтобы на следующий день я включила ему остальное.
на следующий день я ушла гулять, и вернулась поздно.

когда кто-то ругался, он ужасно расстраивался и кричал всем, чтобы они замолчали.
мы продолжали кричать.

он очень любил выпить и петь песни, просил нас петь с ним.
мы редко пели с ним, просто смотрели и смеялись.

у него 4 внучки. он мечтал о правнуке, чтобы рассказывать ему о войне.
3 месяца назад в новосибирске появился правнук.
он не успел его увидеть.

моего деды больше нет.

а я ненавижу себя.

отвыкаю от тебя

на некоторые вещи лучше просто смотреть со стороны.

ах, да и
тут, 2 года спустя,
меня любят и ценят
намного больше, чем я ожидала