Глава 10
Наедине с природой
Что ещё нас объединяло с Апельсинкой, так это любовь к природе. Мы оба оказались грибниками. Как раз наступил август, - время начала сбора даров леса. И Апельсинка предложила мне навестить её приятельницу в Красном Маньяке. Там, судя по её словам, не только красивые места, но и обширные грибные плантации. Меня дважды не надо уговаривать сходить в лес за грибами, и мы отправились в гости на ближайшие выходные дни. Так получилось, что суббота и воскресение оказались и нашими выходными днями.
Отправились мы туда днём в пятницу. План у нас был такой: в субботу идём за грибами, а в воскресение нас местный знакомый юноша отведёт на рыбалку. Точнее покажет место на одном из ближайших озёр, где водится рыба. К рыбалке я отношусь равнодушно, но никому мешать ловить рыбу не собираюсь. Посидеть в хорошей компании на берегу красивого озера, попивая свежее хвойное пиво, - не каждый день выпадает возможность так отдохнуть. Так что я уезжал в поездку, довольный результатом уже заранее.
По дороге Апельсинку потянуло внезапно в сон. Отчасти это было оттого, что она не выспалась. Я к ней приставал всю ночь, и она не могла мне отказать получать самой удовольствие. А выехали мы рано, потому что вечером дорога на Выборг превращается по пятницам в ад кромешный. Поэтому Апельсинка попросила меня громко говорить с ней. Не помог даже крепко заваренный кофе. Окна в машине были открыты, свежий встречный ветер бил нам в лицо, но спать хотелось всё равно. И тогда я стал читать Апельсинке стихи Высоцкого. Собственно говоря, это были его песни, но я лично отношусь к Высоцкому, как к поэту, который свои стихи не читал, а пропевал. Особенно мне нравилось его «Письмо в передачу «Очевидное – невероятное» из сумасшедшего дома». Как выяснилось, Апельсинка не знала творчество Высоцкого так хорошо, как я.
- А ещё знаешь что-нибудь? - попросила она меня, когда я закончил вспоминать.
- Что-то конечно помню, но далеко не всё.
- Почитай тогда ещё, пока я слушаю, вроде как сон проходит.
И я стал читать ещё, что мог вспомнить. Любовь к песням Высоцкого мне привил мой одноклассник Толя. У него магнитофон появился в пятом классе. Откуда он брал записи Высоцкого, я не знаю, скорее всего, их приносил его отец, но после уроков я приходил к нему домой, и слушал. Объяснить тогда я и не пытался, что меня так притягивают эти песни, я был слишком юн для таких рассуждений. Мне просто нравилось, и всё тут! И что самое интересное, я с тех пор Высоцкого и не слушал специально никогда. Но слова, что я слушал в десятилетнем возрасте, остались в моей памяти до сих пор. Помимо того, что это интересно, и поэтично, это ещё шло в разрез со школьной программой. А всё то, что мы проходили по литературе, вызывало у меня отвращение в каждом классе.
Итак, я читал Апельсинке свои любимые стихи. Она слушала так же внимательно, как и то, что я сочинил сам. Было видно, что ей так же интересно слушать, как и мне в своё время. Единственно, что я не мог сделать, - это говорить голосом Высоцкого. Я читал его стихи так, как понимал сам. А для себя отметил, что надо будет Апельсинки дать послушать оригинал, когда мы вернёмся.
Высоцкий сильно нас выручил, и мы добрались до лесного хутора, ни разу не заснув за рулём. Хозяйка встретила нас на крыльце. На этот раз свет в доме был. В сарае работал генератор. Треск стоял от него большой, зато работал холодильник и можно было воткнуть фумигаторы в розетки, что мы первым делом и сделали.
В спальне была перестановка. Из одной большой кровати, которая стояла возле окна, были сделаны две маленькие, стоящие в разных концах комнаты. Хозяйка объяснила это тем, что у неё жили гости. Нам эта перестановка не понравилась, но переделывать мы не стали. Тут нам сообщили печальную весть, - скончался ближайший сосед, тот самый, у кого Апельсинка сидела в прошлый приезд на коленях. Мы молча помянули его, Апельсинка стала помогать хозяйке готовить, а я вышел прогуляться.
С одной стороны участок вокруг дома вплотную примыкал к ельнику. Сквозь лапы ветвей тянулся забор, но он выглядел пустой формальностью. Любой уважающий себя зверь мог легко проскочить между балок, либо снести его, просто не заметив. Меня же этот ельник привлёк тем, что в таких местах должны водиться грибы. Как правило, белые или подосиновики. Подойдя к самому крайнему дереву справа, я начал осторожно двигаться вглубь ельника, внимательно глядя себя под ноги. Спустя пару метров стала расти высокая осока и почти сразу мох. Но через те же пару метров они закончились, зато стали расти берёзы. И я понял, что грибное гнездо где-то рядом.
Я его нашёл спустя десять минут. Но сначала я обнаружил лесную беседку. Со двора её не было видно. Посередине маленькой поляны стоял рубленый из дерева стол, а вокруг него стояли сделанные из пней стулья. Все эти кухонные принадлежности находились под крышей. Крыша была сделана из досок. Правда, если пойдёт дождь, то всё равно капли дождя попадут на сидящих, уж слишком крыша высоко находится. Зато в безветренную погоду тут очень уютно, а в жаркие летние дни наверняка благодать.
И почти сразу за импровизированной лесной беседкой я увидел большую красную шляпку. Это был подосиновик. Наклонившись к ему, я увидел рядом ещё несколько шляпок. На одном квадратном месте я насобирал более десяти крупных подосиновиков. Чтобы их унести, мне пришлось снять с себя рубашку, и сделать маленький узелок. Аккуратно ступая, чтобы не споткнуться, я понёс свою находку в дом, надеясь порадовать Апельсинку, но реакция была противоположной.
- Где ты это нашёл? - ахнула Апельсинка, бросив чистить картошку.
- Да вот тут, в ельнике, а что, ты разве не рада? – я не понял её реакцию.
- Это моё место, моё!! – крикнула мне Апельсинка, и пошла обуваться, - кроме меня никто не знает, где они растут возле дома!
Мне показалось, что она плачет. Не говоря больше ни слова, Апельсинка выскочила из дома, и пошла в ельник. Около получаса бродила она между деревьев, но так ничего и не нашла. Домой она возвратилась уже успокоившаяся, хотя и недовольная.
-Что ты скулишь, дорогая моя, - резко поставила её на место хозяйка дома, - твой парень собрал для тебя грибы, а ты тут концерт устроила. Приготовь их лучше, а завтра сама насобираешь.
Апельсинка молча стала чистить грибы. Я был послан за дровами, чтобы затопить печку. Складница находилась за противоположной от входа стеной. Пока я обходил дом, то из окна кухни услышал, как хозяйка продолжает воспитывать Апельсинку.
- Ты свой гонор засунь куда поглубже, дорогая. Это тебе не бывший твой недотёпа. Мебель делать умеет, а в голове пустой чердак. Этот парень тебя куда умнее будет. Так что с фокусами своими заканчивай, ты меня поняла?
Что ответила Апельсинка, я не расслышал. Стоять и подслушивать мне совершенно не хотелось. То, что Апельсинка девушка с гонором, я знал. Мне почему-то именно такие и нравятся.
Утром выяснилось, что хозяйка с нами за грибами не поедет. У неё вялотекуще шёл ремонт крыши, и как раз в этот день к ней пришёл ремонтник из Красного Маньяка. Она никак не могла оставить его одного, поэтому мы за грибами вынуждены были ехать с Апельсинкой вдвоём. Но перед тем как мы выехали я снова навестил вчерашнюю грибную плантацию недалеко от дома. И на том самом грибном месте нашёл ещё пять больших подосиновиков. Помня вчерашнюю реакцию Апельсинки, я не стал хвастаться перед ней своей находкой, а положил грибы в свою корзину.
Апельсинка долго уговаривала хозяйку поехать с нами, но та была непреклонна. По большому счёту она нам была нужна, как проводник, потому что Апельсинка не была уверенна в том, что вспомнит дорогу. Однако нас поставили перед фактом, что проводника в этой поездке у нас не будет. Глубоко вздохнув, Апельсинка завела машину, и мы тронулись с места. Сначала мы вернулись по дороге в посёлок, а потом повернули направо, в сторону леса. Дорога была широкая и ровная, хотя и грунтовая. Проехав около километра, Апельсинка повернула налево.
Лес изменился. Деревья в нём стояли на расстоянии не ближе десяти метров друг от друга. Много было камней, валунов. И практически нигде не было никакой растительности. Кое-где виднелись островки мха и лишайников. По такому лесу очень удобно было передвигаться Грину. Апельсинка взяла его с собой. Она брала его с собой всегда, куда бы она ни поехала, кроме работы. Для Грина машина была такой передвижной большой конурой. Во время стоянок он спал в открытом багажнике, а во время поездки спал в ногах заднего сидения. Свернуться калачиком ему позволяли его размеры.
Дорога петляла, мы двигались всё дальше вглубь, но Апельсинка никак не могла вспомнить то самое грибное место. Внешне лес был очень красивый, но вот то, что в нём растут грибы, мне не очень верилось. Наконец Апельсинка решила остановиться. Дорога в этом месте была довольно широкой, и можно было двум машинам разъехаться. Забрав с собой всё необходимое для поиска грибов, мы вышли из машины. Грин проснулся, и составил нам кампанию.
Апельсинка показала нам направление, куда нам надо двигаться, и мы пошли. Смотреть под ноги было удобно, ничто не мешало увидеть грибы, если, конечно, они росли в этих местах. Грин пошёл за Апельсинкой, а я отошёл от них метров на тридцать. Воздух был настолько свежим и чистым, и при этом кругом стояла такая тишина, что у меня возникло ощущение, что время остановилось.
Но нет, время шло, о чём меня радостным криком известила Апельсинка. Она нашла маленькую грибную плантацию и теперь пожинала её плоды. Меня это подхлестнуло, и я стал смотреть под ноги ещё тщательнее. Но тщетно. Мне грибы решительно не попадались.
Так продолжалось до тех пор, пока мы не перешли длинную прямую траншею. Она была узкая, и мы с Апельсинкой её просто перешагнули. Грину пришлось прыгать, что он с удовольствием и сделал. И почти сразу за этой траншеей я нашёл белый гриб. После чего грибы стали попадаться, но всё-таки их было не так много, как мне рассказывала Апельсинка.
Вскоре она предложила мне вернуться к машине и проехать чуть дальше. Я не возражал. В конце концов, если мы грибов много не найдём, то хотя бы прогуляемся по красивым местам. Не такой уж во мне сидит азарт охотника за дарами леса.
Мы вернулись, уселись каждый на своё место, включая Грина, и поехали дальше. Спустя какое-то время мы подъехали к небольшому озеру, которое находилось в глубокой воронке.
В этом месте дорога разветвлялась. Мне показалось, что она шла вокруг озера, но мы проверять это предположение не стали. Апельсинка поставила машину на небольшой полянке, и мы пошли искать грибы на склоне воронки. Тут росли берёзы и ёлки, причём все они были молодые и невысокие. Самое трудное было удержать равновесие. Спустя пять минут я приноровился ходить в таком неудобном положении, и при этом ещё и находить грибы. Постепенно, шаг за шагом, мы обогнули озеро наполовину. Дальше лес перестал быть красивым и Апельсинка предложила вернуться по этой же стороне озера. Мне показалось это разумным, и мы пошли назад. Только поменялись высотами. Туда мы шли в таком порядке, - Апельсинка вверху, я внизу. Обратно Апельсинка шла ближе к воде. В одном месте, где берег напоминал болото, росла черника. Мы перестали собирать грибы, и стали её есть. Грин всё это время спал рядом, лёжа на мягком мху.
Наевшись до отвала, мы увидели, как у нас посинели губы. Нас это немного развеселило, и мы поехали домой в хорошем настроении. Даже Грин не стал спать, а сидел на заднем сидении, иногда просовывая мордочку между передними сидениями. И закрывал глаза от удовольствия, когда я чесал ему между ушей.
Дома мы похвастались перед хозяйкой нашими трофеями. После чего женщины сели чистить грибы, а я стал топить печку. Хозяйка пыталась мне объяснить, как ей управлять, но поскольку я прожил больше лет в домах с печным отоплением, чем она, её советы мне не пригодились.
Я открыл заслонку трубы, после чего из самого ровного полена нарезал лучинок, сломал их пополам. Положил в печку скомканную старую газету, на неё положил лучинки сломанными концами к выходу, и затем положил сверху дрова так, чтобы между ними оставалось пустое пространство. После чего зажёг спичку, и поджёг бумагу. Через минуту дрова стали весело потрескивать.
Я закрыл дверцу и сел рядом. Печь требовалось топить долго, потому что грибы надо было сушить, стало быть печь должна была быть горячей долгое время. Каждые десять минут я открывал дверцу, мешал поленья и подкладывал их по мере необходимости. Скоро возле печки можно было загорать.
Подошла Апельсинка, и повесила первую грибную гроздь сушится. Постепенно всё пространство над печкой стало занято грибами. В доме стоял приятный запах грибницы.
Подошло время обедать. На столе, кроме обеда, стояла традиционная в таких случаях бутылка водки. Под свежие грибы она пошла очень хорошо. Тем более, что на этот раз она была по-настоящему холодная.
Конец дня прошёл в философских беседах. Меня попросили почитать что-нибудь свежее, только что написанное. Я не стал ломаться и прочитал.
В августе солнце поёт по-осеннему,
Золота цвет разбавляя багряным.
Утром туман, просыпаясь рассеянно,
Выглядит слишком холодным и пьяным.
Тучи прольют свои слёзы на паперти,
Хмурое небо с дверями открытыми.
Где облака накрахмаленной скатертью,
Путь осветят, где идут незабытые.
Катятся дни, словно камни, тяжёлые.
Их за спиной не носить, дело прошлое.
Там, где когда-то прощались со школою,
Память оставила только хорошее.
А за окном что-то вдруг распогодилось,
Тени легли на асфальт ровной линией.
Время грибов наступает, и вроде бы
Ехать пора, что дожди ни творили бы...
В ответ мне не хлопал только Грин. Он лежал на своей любимой подстилке напротив печки, и блаженствовал. Спать было ему ещё рано, ему просто было хорошо, как и всем нам. Завтрашний день обещал быть не менее интересным. Вместо грибной охоты по расписанию значилась рыбалка.
Утром в наш дом постучался местный житель по имени Алексей. Он рыбалку любил с детства и знал места, где рыба хорошо ловится. Нам он предложил взять с собой надувную лодку. С берега или с мостков тоже можно много наловить рыбы, но на том озере, куда он собирался нас отвезти, самый клёв от берега вдалеке. Кроме лодки, он положил в машину насос, четыре удочки, большие болотные сапоги, вёдра для улова, и одно ведро с наживкой. Место в багажнике оказалось занятым полностью, и Грин устроился у меня в ногах на переднем сидении. Я всегда сидел рядом с Апельсинкой. И не столько потому, что я будущий муж, а потому что занимал много места. Грин свернулся калачиком и тут же заснул. Ему рыбалка была до лампочки, как и мне, нас вдвоём интересовала прогулка на свежем воздухе.
По дороге на озеро мы заехали в единственный в Красном Маньяке магазин. Там продавалось вкусное Еловое пиво, которое в Питере я не встречал. Поскольку я за руль садиться не собирался, и ловить рыбу тоже, то я взял с собой пару бутылочек, чтобы хорошо повести время на природе. Алексей тоже купил себе что-то для рыбалки, и мы поехали.
Для начала мы выехали на дорогу от Выборга до Каменногорска, и двинулись по ней в сторону Выборга. Через какое-то время мы повернули налево и поехали по просёлочной дороге. По пути нам попадались двухэтажные дачи с высокими заборами и небольшие по площади озёра. Алексей сказал, что мы едем дальше, в деревню, название которой я не запомнил. И действительно, скоро нам попался населённый пункт, через который мы проехали, не останавливаясь. Наша деревня была следующей.
Алексей попросил остановиться возле небольшого дома. Там живёт один его приятель, который работает у кого-то местного авторитета сторожем. Сказав, что он буквально на пять минут, Алексей вышел из машины, и вошёл в дом.
- Что он там застрял, - вслух спросила Апельсинка хозяйку дома, когда прошло минут пятнадцать.
- Не знаю, давайте я пойду посмотрю, - хозяйка вылезла из машины, и скрылась в доме.
Прошло ещё минут пятнадцать. Апельсинка рассердилась не на шутку.
- У нас не так много времени, нам же ещё возвращаться, собирать вещи, и домой в Питер ехать. Сегодня воскресенье, будет машин много, они что, не понимают этого? – злость начинала бить из Апельсинки ключом.
- Давай я схожу, узнаю, что там случилось? – предложил я.
- Сиди, не хватало ещё тебя потерять, - Апельсинка хлопнула дверью. И вошла в дом. Вышла она оттуда через три минуты, грязно матерясь на всё живое.
- Что там случилось? – спросил я Апельсинку.
-Да, блядь, уселись оба за стол, и водку пьют! Как будто так и надо! Я им сказала, что если через пять минут их не будет в машине, мы разворачиваемся, и едем домой, - Апельсинка села за руль и нажала на гудок. Тут же в соседних домах ей ответили собаки. Из дома выскочил Алексей, и подбежал к машине.
- Всё, всё! Мы идём!
- Вам, что делать было нечего, а? Нельзя никак было отказаться? – Апельсинка смотрела на Алексея глазами, полными ненависти.
- Как можно отказаться, когда тебя угощают? Это важный для меня человек, я так не могу, - Алексей. Хотя и был в состоянии подпития, но держался на ногах твёрдо. Чего никак нельзя было сказать о хозяйке дома. Её мотало из стороны в сторону. Представить себя, что такая неуправляемая туша сядет в лодку, я не смог. Она обязательно свалится за борт, а потом попробуй, вытащи её. Я лично спасать такую пьянь не полез бы.
Хозяйка с недовольным видом плюхнулась на сидение. Настроение у неё было испорчено. Ещё бы! Она нашла хорошую компанию, где можно было напиться, а тут на тебе! Рыбу ловить какую-то! Апельсинка разразилась в её адрес длинной нецензурной поучающей фразой. На что хозяйка ответила, что она занималась сексом с каждым из нас по очереди, вплоть до каждой удочки в отдельности. От таких слов проснулся Грин, и громко зевнул.
- Всё! Я разворачиваюсь, и еду домой! Всё настроение мне испортили, - подвела итог нашей дискуссии Апельсинка.
- Да зачем! Мы уже почти приехали! Я всё узнал. Вот сейчас поворачивай направо, и езжай, пока дорога не кончится. Там встань в сторонке, мы возьмём всё из багажника, и перенесём на причал. Там накачаем лодку, и отойдём от берега, - успокоил Апельсинку Алексей.
Апельсинка промолчала, завела машину, и поехала туда, куда Алексей показал. Хозяйка дома что-то бурчала нечленораздельное, но на неё уже никто не обращал внимание.
Дорога заканчивалась широкой ровной площадкой. Справа и слева был заезд на территорию дач, а прямо начинался спуск к мосткам. Мостки уходили метров на пятьдесят от берега через камыш, где в конце был построен небольшой причал.
Апельсинка развернула машину багажником к озеру. Мы вынули из багажника все принадлежности. За один раз всё унести не удалось. Хозяйке в руки никто ничего не дал. Её сильно шатало. Алексей, чувствуя за собой вину за происшедшее, сбегал к машине два раза. Первым делом он стал раскладывать лодку. По тому, как он это делал, как лодка слушалась его рук, было видно, что не такой он уж и пьяный. Хозяйка стояла рядом, опираясь о перила, и давала ценные указания, в которых нельзя было разобрать ни одного слова. Лодка накачалась довольно быстро, но тут выяснилось, что Алексей забыл один маленький предмет, а именно заглушку. Сохранить воздух внутри лодки не представлялась возможным, поэтому пришлось нам рыбачить с причала.
Алексей по очереди распутал все удочки, и лично наживил каждый крючок. Я вежливо отказался от участия в ловли. Я сидел, свесив ноги с мостков, пил пиво, и любовался природой. Держать в руках сейчас что-либо ещё, кроме пива, мне совершенно не хотелось. Я бы, конечно, с удовольствием подержал бы и Апельсинку, тем более, что было за что, но она сейчас была не в том состоянии. Её разозлила и хозяйка, и Лёша, который забыл взять всё, что надо. Взять гнев ещё и на себя мне не хотелось. Была бы возможность на что-нибудь прилечь, я бы сделал это с большим удовольствием. Но и без того мне было очень хорошо.
Алексей тем самым временем вёл инструктаж для присутствующих дам. Он показывал, как правильно закидывать удочку, как правильно её вести, как держать над водой. Апельсинка старалась повторять его движения. Хозяйка послала его с трёх букв до пяти, и всё делала по-своему. Как только Алексей объяснил ей, что так она ничего не поймает, как хозяйка вытащила из воды первую рыбу.
- Лёха, ты меня достал, - ворочала наполовину пьяным языком хозяйка – я тридцать лет рыбу тут ловлю, и прекрасно знаю её повадки.
- Какие тридцать! Я вас сюда первый раз привёз, вы понятия не имеете ни о течении, ни о том, где подкормку делали, - пытался ей возражать Алексей, но было тщетно.
- Я сейчас тебя поимею, если ты не угомонишься, - хозяйка сняла с крючка рыбину и бросила ей в ведро. После чего Алексей насадил ей новую наживку. Хозяйка размахнулась и чуть было не залепила крючком в лицо Апельсинки.
- …твою мать! - Апельсинка вскочила, как зарезанная, - а поаккуратнее никак нельзя?
- Виновата, исправлюсь, - хозяйка облокотилась о перила, которые спасли её от падения в воду, и закинула удочку в очередной раз неправильно.
Алексей уже не стал спорить с хозяйкой, он просто закинул свои удочки заново. Однако поймал следующую рыбу не он, а хозяйка. У меня, наблюдавшего эту картину со стороны, начался гомерический хохот. Смотреть на растерянную, ничего не понимающую физиономию Алексея было тяжело без смеха. Даже Апеьсинка, которая считала этот день загубленным на корню, и то улыбнулась.
Мы пробыли на мостках часа полтора. Хозяйка на свежем воздухе начала немного трезветь, и улов у неё пропал. Апельсинка смола поймать одну рыбку, Алексей в это день остался ни с чем.
До хутора мы доехали намного быстрее, чем до озера. Сначала высадили Алексея возле его дома. Он жил в одной из двух пятиэтажек посёлка. Пойманную рыбу он гордо отказался брать с собой. Мне и Апельсинке она тоже была не нужна. Хозяйка поставила вскипятить чайник, чтобы мы выпили горячего чаю перед дальней дорогой, Апельсинка стала складывать вещи в машину, а я опять прошёлся по грибным местам возле дома. На этот раз меня порадовали два подосиновика. Их я уже показал Апельсинке. Мы их взяли с собой домой.
На обратном пути хозяйка заснула сидя. Она развалилась на заднем сидении, рядом с ней лежал Грин. Они храпели в два голоса. Меня не покидало ощущение, что Грин давно искал себе спутника, чтобы не храпеть в одиночестве. Видеть эту сцену в зеркале было очень забавно.
Машин из Выборга в Питер всегда ходит много. А уж в воскресенье вечером и подавно. Машина Апельсинки не могла развивать большую скорость, по сравнению с зарубежными современными моделями, поэтому мы двигались не очень быстро. Пока Апельсинка не решилась обгонять поток машин справа. Здесь вдоль обочины начерчена на асфальте полоса, не позволяющая близко приближаться к канаве. Но тут было уже не до соблюдения правил. За окном стемнело, мы видели только габаритные огни впереди идущей нас машины. Но та поддерживала хорошую скорость, и основной поток машин мы обгоняли.
В Осиновой роще Апельсинка заехала на заправку. Она захотела в туалет и заодно выпить крепкого кофе. Я заказал себе чай и гамбургер. Проснувшаяся хозяйка тоже выпила кофе. Она уже протрезвела полностью, и смотрела на нас виноватыми глазами.
Высадили мы её возле метро Озерки. Где-то там находится её квартира. Это был последний раз, когда я виделся с ней. Апельсинка ещё раз прокатится на этот хутор, но уже без меня.
Домой мы приехали почти в полночь, приняли душ по очереди, и завалились спать. Завтра нам предстояло проснуться в шесть часов утра.
На самом деле, по будильнику просыпался только я. Потом я толкал Апельсинку, она говорила в ответ, что проснётся через десять мину, честно-честно, и снова засыпала. Я умывался, одевался, ставил чайник и заваривал кофе с лимоном. В маленькую чашку полагалось насыпать две чайные ложки кофе, положить туда кусочек лимона, и закрыть эту конструкцию блюдцем. После чего я вновь будил Апельсинку.
На этот раз обещание проснуться ограничивалось пятью минутами. На вопрос, а заварен ли кофе, я давал положительный ответ. После чего я отбрасывал одеяло и начинал целовать Апельсинку ниже живота. Она начинала хохотать и вскакивала с кровати.
Расчёской Апельсинка не пользовалась, косметикой тоже. Она носила короткую причёску, закидывая волосы назад рукой. Волосы были послушные, и всегда ложились так, как надо.
Выпив кофе без сахара, Апельсинка выкуривала сигарету, и считала себя после этого готовой к работе. Мы обувались, закрывали входную дверь и вызывали лифт. Я утром съедал пару варёных яиц. Или пил чай с бутербродами. Иногда Апельсинка с вечера готовила что-нибудь, что можно было съесть утром. Салат в нашей семье готовил только я. Апельсинка доверяла мне возиться со свежими овощами. По её словам, тут ничего не возможно было испортить, так что я резал всё подряд, и хорошенько перемешивал.
Наша поездка за грибами под Выборг была не единственной. Ещё одну вылазку мы устроили с моей мамой и тётушкой. Далеко ехать было ни к чему, нам вполне хватило пятнадцати километров от Волосово. На этот раз мы поехали на моей старушке и без Грина. Зато с нами была Чапа.
Лес в этом месте совершенно не такой, как возле Выборга. Он не красивый, густой, полон поваленных деревьев. Но зато тут находится большая плантация подосиновиков. Правда, до неё нужно ещё дойти, и кроме меня, до неё никто не добирался. Мама и тётушка ходили недалеко от дороги. Дорога, кстати была просёлочной, вела в одну небольшую деревушку, которая спряталась в лесу. Мы сами нашли это место случайно. Кто-то из тётушкиных знакомых сказал, что где-то в этом лесу есть грибное место. Мы поехали наобум, без провожатого, и я лично это место нашёл. На территории, размером с половину футбольного поля, я набрал за полчаса большое ведро грибов. Я уверен, что и тогда собрал не всё, но уже некуда было класть добычу. Потом мы приезжали сюда не один раз, и постоянно только мне удавалось добираться до этой плантации. Не скажу, что мама и тётушка ничего не находили, но намного меньше.
Первое, что мне попалось на глаза, когда я вошёл в лес, это был мобильный телефон. Маленький, белого цвета, он лежал во мху возле небольшой берёзы. Я его поднял и осмотрел. Батарейка не села, и на нём было семнадцать не принятых вызовов. Я набрал последний номер, и мне через несколько секунд ответили.
- Добрый день! Меня зовут Андрей, я нашёл в лесу мобильный телефон, и звоню вам, чтобы узнать, как найти владельца номера, - сказал я первое, что мне пришло в голову.
- Нашли в лесу? – переспросил удивлённый мужской голос.
- Да, мы компанией собираем грибы и нашли этот телефон, а ваш номер был последним из непринятых, - продолжал я прояснять ситуацию.
- Теперь понятно, почему она не отвечает, - грустно ответил голос, - спасибо конечно, но я не знаю, как до хозяйки дозвониться. Если что, я ей передам, что вы её ищите.
- Хорошо, мы за городом сейчас, но вечером будем в Питере.
- Я вас понял, до свидания, - и наш разговор закончился.
Раньше самой необычной находкой в лесу для меня была бутылка пива Балтика №5. Поскольку я в таких поездках за рулём, то пить пиво в лесу не стал, а отвёз бутылку домой, где употребил благородный напиток за обедом. Сейчас же я отдал телефон Апельсинке, потому что она не захотела идти со мной вглубь леса, а ходила рядом с тётушкой. В глубине леса не всегда хорошо мобильная связь работает, хотя от дороги надо было уйти не больше, чем на полкилометра.
Я шёл к плантации проверенной дорогой. Сначала надо было дойти до воронки времён второй мировой войны, затем обойти её справа, дойти до небольшого болотца, и обойти его слева. Над болотом образовывался небольшой просвет, который и служил мне ориентиром. Сама грибница располагалась слева от болота, если смотреть на неё со стороны дороги, откуда мы в лес и заходили. Грибы тут росли кучно, и на одном месте можно было найти до десяти штук, но чтобы их все разглядеть, приходилось подходить раза три, не меньше, что я и делал. Ходил больше часа по кругу и всё время находил грибы там, где их не видел десятью минутами раньше.
Когда моя корзина была полна до краёв, я стал выбираться назад, к дороге. Выйдя на неё, я позвонил маме. Она ответила, что они тоже собираются идти назад, но не могут идти быстро. Я поставил корзинку в багажник машины и стал ждать. Минут через десять у меня кончилось терпение, и я снова пошёл в лес. Минут через пять я столкнулся с тётушкой.
- Андрей, я мобильник свой потеряла, - грустно сказала она, - телефон мне не жалко, но там много важных для меня номеров, я их не помню.
- Мы его сейчас найдём, ты же далеко никуда не ходила? – высказал я предположение.
- Да, мы его ищем, девочки по очереди набирают мой номер, и пытаются услышать звонок.
Я присмотрелся и прислушался. Между деревьями я различил силуэты мамы и Апельсинки, которые ходили в поисках тётушкиного телефона. Звонков не было слышно. Я набрал тётушкин номер. Он был занят. Значит, кто-то звонил в надежде услышать звонок. Плохо то, что лес глушит звуки, и надо было буквально наткнуться на телефон, чтобы его услышать.
- Бог дал, Бог и взял, - прокомментировала тётушка нашу ситуацию, не нашёл бы ты утром телефон, так и я бы свой не потеряла.
- Не переживай раньше времени, лучше вспомни, как ты ходила, и где?
- Да я везде тут ходила, обходила завалы, какие-то перелезала деревья, вот там он у меня и мог из кармана выпасть.
В это время к нам приблизилась Апельсинка.
- Нет, ребята, я больше сюда ни ногой, это не лес, - было видно, как она устала, - разве можно это сравнивать с тем, что под Выборгом?
- Когда ты посмотришь, сколько я грибов нашёл, то посмотришь на этот лес иначе, - попытался я с ней поспорить.
- Грибы грибами, а лес тут отвратительный, - Апельсинка думала совсем не о грибах, - надо телефон твоей тётушки найти, и убираться отсюда.
В этот момент в кармане Апельсинки зазвонил телефон, который я нашёл. Апельсинка вытащила его из кармана, и ответила на звонок.
- Здравствуйте! Да, мы нашли его в лесу. Как место называется? – Апельсинка посмотрела на меня.
- Это за деревней Канаршино, - подсказал я ей.
- Это в Канаршино, - повторила Апельсинка в трубку, - что, вам это ничего не говорит?
- Скажи, что это в пятнадцати километрах от Волосово, может они так поймут?
- Это рядом с райцентром Волосово, - Апельсинка сказала по-своему, - сколько это от Питера? Да километров восемьдесят будет? Что? Он вам больше не нужен? Точно? Мы вечером будем в Питере, могли бы там с вами встретиться. Ах, вот как! Ну ладно, тогда до свидания!
- В общем, он ей уже не нужен. Она сейчас далеко, не в Питере, купила себе другую симку, так что сам телефон мы можем себе оставить, а этот номер она заблокирует, - рассказала Апельсинка содержание разговора с владелицей телефонного аппарата.
- Замечательно, вот тётушке его и подарим, если не найдём её телефон, - высказал я предположение.
- Нет уж, давай мы его найдём, - Апельсинка была настойчива в поиске.
Я ещё раз набрал тётушкин номер, и где-то через полминуты в одном из буреломов Чапа залаяла. Апельсинка пошла к ней навстречу, и услышала телефонный звонок.
- Ура! Чапа нашла телефон, - радостно закричала Апельсинка, - и подняла его над головой, размахивая рукой.
- Ах ты, моя умница, ты услышала звонок и залаяла! – тётушка радостно погладила Чапу, а та вскочила на задние лапы, чтобы облизать тётушкино лицо. Поход в лес закончился на оптимистичной ноте.
Дома девушки около двух часов чистили и разбирали грибы. Несмотря на хороший улов, Апельсинка подтвердила, что больше в местные леса она ходить не будет. Да и вообще, мы больше никуда с ней не ходили.
