Что же из себя представляет "Молот ведьм" (об авторах)
"Молот ведьм" или "Hexenhammer" (1-е ,,.., 1486г.) - бесспорно, основной
и самый мрачный из всех трудов по демонологии. Он был общеобязательным
кодексом, объединявшим древние легенды о черной магии с церковной догмой о
ереси, открывшим шлюзы потоку инквизиторской истерии столь широко, насколько
это вообще мог сделать печатный труд.
Его авторы стремились воплотить в действие библейское указание: "Не
оставляй ворожеи в живых" (Исход, 22,18) Руководство для охоты на ведьм
переиздавалось, по крайней мере, 13 раз до 1520г. и еще не менее 16 изданий
вышло между 1574 и 1669 гг. - многие ранние издания выходили без указания
места и времени издания. Известно, по крайней мере, 16 немецких, 11
французских, 2 итальянских и несколько английских изданий (преимущественно
поздних - 1584, 1595, 1604. 1615, 1620, 1669 гг.). "Молот ведьм" стал
источником вдохновения для авторов всех последующих руководств и удерживал
главенствующую позицию даже после появления трудов таких выдающихся
авторитетов, как Реми (1595) и дель Рио (1599).
Его значение и место среди книг своего времени было обусловлено
несколькими причинами: во-первых, схоластической известностью авторов,
доминиканцев Якова Шпренгера (1436-1495) декана Кельнского университета и
приора Генриха Крамера (латинизированное Инститорис) (ок. 1430-1505);
во-вторых, папской буллой 1484г., которую Крамер получил от папы Иннокентия
VIII, чтобы подавить оппозицию, выступавшую против охот на ведьм; и
в-третьих, детальной разработкой процедуры судопроизводства над ведьмами,
"чтобы как духовные, так и гражданские судьи располагали готовыми приемами
пыток, ведения суда и вынесения приговора". Большинство аргументов было
заимствовано из трудов доминиканского приора Нидера - "Formicarium" (1435) и
"Praeceplorium".
"Молот ведьм" состоит из трех частей. В первой обсуждается необходимость
глубокого осознания должностными лицами гнусности колдовства, включающего
отречение от католической веры, преданность и поклонение Дьяволу, подношение
ему некрещеных детей и плотские сношения с инкубом или суккубом. Неверие в
колдовство (с позволения канона Episcopi) являлось ересью. В Библии
говорится, что ведьмы существуют, а следовательно "любой кто не верит в
установления священного писания является еретиком". Формула отречения
(приведенная в части III) для тех, кого серьезно подозревали в ереси (но
против кого не было свидетельства под присягой), звучала так: "Я клятвенно
отрицаю ту ересь, или, вернее говоря, неверие, которое неверно и лживо
утверждает, что на земле не существует ведьм". По данному обвинению законом
допускались показания любых свидетелей, поскольку колдовство рассматривалось
как высшая форма измены христианскому долгу. Вследствие этого показания о
колдовстве разрешалось давать свидетелям, обычно не допускавшимся в суд:
преступникам, отлученным от церкви, уличенным в лжесвидетельстве, причем их
имена могли оставаться в секрете.
Во второй части устанавливаются три типа злодейств, совершаемых ведьмами
и противодействие каждому из них. Здесь же Шпренгер и Крамер подтверждают
все истории о деяниях ведьм, договор с Дьяволом, сексуальные отношения с
дьяволами, перемещения, превращения, лигатуру, порчу урожая и скота -
фактически, самый широкий круг чародейств.
Третья часть (видимо, написанная Крамером, имевшим больший практический
опыт) содержала формальные правила для возбуждения судебного иска против
ведьмы, обеспечения ее осуждения и вынесения приговора. Здесь же
разграничивается юрисдикция инквизиторских, епископских и светских судов,
причем два последних суда побуждаются к более активному преследованию ведьм.
Причина заключается в том, что ведьмы, которые юридически не могут
преследоваться инквизицией как еретики, должны передаваться двум другим
судам. В третьей части заканчивается обсуждение приемов допроса свидетелей,
а также ареста, заключения и пыток ведьм, и таких практических вопросов как
преодоление молчания ведьм - технически ведьму нельзя было осудить без ее
собственного признания. Там же устанавливается, что обвиняемый (и его
защитники, если таковые имеются) не должны знать имени обвинителя.
Аргументы, содержащиеся в почти четверти миллиона слов, представляют
собой фантастическое принесение логики и здравого смысла в жертву заранее
сложившейся богословской концепции. Например, слову "женщина" (femina)
приписывается происхождение от [вера] и minus [малый], а "дьявол" (diabolus)
- от dia [два] и bolus [смерть], т.е. "убивающий душу и тело". Даже в первой
части игнорируются разумные аругменты. Так, объявляются еретиками те, кто
"верят в существование демонов, кроме как в воображении масс, которые и
приписывают свои собственные лжеучения дьяволу. Разные облики, рисующиеся
уму, возникают как плод сильного воображения, Человеку лишь кажется, что он
видит бесов или ведьм". Затем авторы "Молота ведьм" продолжают: "Все это
противоречит истинной вере, утверждающей, что ангелы, низринутые с неба,
превратились в бесов, что поэтому они, обладая большей силой, чем мы, могут
также и достигнуть большего, чем можем сделать мы". Хотя Чарлз Уильямс
называет этот силлогизм "почти первоклассным", Ли характеризует
интеллектуальный уровень книги следующим образом: "Ее жалкий стиль своим
однообразием напоминающий бесцельную, сбивающую с толку бесконечную ходьбу с
места на место, представляет собой блуждание мысли, неспособной к
концентрации и готовой следовать за любой навязчивой идеей".
Как апологеты демонологии, так и независимые мыслители подчеркивают, что
было бы нелогично и неверно осуждать представления XVIв. с точки зрения
современных критериев. Конечно, в этом они правы, но, тем не менее,
гуманистический, научный и разумный подход уже в то время был присущ
мыслящим людям, по праву и долгу совести осуждавшим демонологов и
мракобесов, отбросивших развитие цивилизации на несколько сотен лет назад.
Крамер начинал свою деятельность в Тироле, где возбудил к себе сильную
враждебность со стороны местного населения. Чтобы обосновать охоту за
ведьмами, он уговорил одну распутницу спрятаться в печи, притворившись, что
там поселился дьявол. Ее голос обвинил многих людей, которых Крамер жестоко
пытал. В конце концов епископу Бриксенскому удалось изгнать Крамера, но он
уже получил награду за свои труды от эрцгерцога Сигизмунда (которому Молитор
посвятил свой труд в 1489г.)
Совместный труд двух друзей-инквизиторов одобрен официальным письмом
богословского факультета Кельнского университета от 1487г., и это тоже
освещает его с весьма неожиданной стороны. Дело в том, что это одобрение
обманчиво, поскольку (как заметил Хансен), его подписали лишь четыре
профессора из всего университета, и их поддержка ограничивается заявлением,
что части I и II не противоречат католическому вероучению, и что часть III
заслуживает доверия благодаря приведенным в ней свидетельствам. Еще четыре
профессора вместе с университетским педелем дополнительно одобрили положение
против священников, неосторожно отрицающих колдовство. Тем не менее, их
заявление не появлялось в кельнских изданиях до 1494г., пока не умер педель,
после чего оно было подшито и в более ранние издания, предназначенные для
продажи вне Кельна. В результате все пришли к выводу, что письмо - подделка,
прибавляющая престиж книге. Коллеги Шпренгера по университету не отслужили
заупокойную мессу после его смерти 6 декабря 1495г. Это упущение могло быть
вызвано тем, что он завещал свое имущество за пределы Кельна, но, с другой
стороны, могло быть обусловлено и его академической непорядочностью. Авторы
"Молота ведьм" стремились любыми средствами добиться обязательного сожжения
ведьм. Особенно примечательно то, что протестанты, повсюду противостоявшие
инквизиции, считали "Молот ведьм" авторитетом и законом во всем, что
касалось ведьм.
кому интересно могу прислать книгу на мыло...
