пальцы заката тычутся
в оцепеневшие лепестки города...
где нечто маленькое, как слепой котенок,
бегает, потеет, ищет свой дом-сердце.
освещая путь стеклянным глазом,
другим глазом улыбаясь встречным нищим,
я плетусь по улицам задумчиво...
куда-то... куда? не знаю...
вот, в высоком окне, кто-то заключил красное солнце,
оно плавится, уходит в квартиру,
и там испускает дух.
вечер... что делать? одно из двух:
убить ее и попробовать сердце на вкус,
или погладить по светлым волосам и усмехнуться.
нет ничего, ничего, что заставит продолжить путь:
прикосновение вызовет дрожь,
прикосновение вызовет дождь,
или
ничего не вызовет..
вот тихая уютная канава..
вот, как мягкие нежные шипы,
чуть золотится серая трава.
и как бабочки мертвые листья -
летят и словно мерцают.
и под землею шевелятся трупы,
и тихо поют о смерти:
"это все, чего у нас нет, все, чего у нас нет"...
а я так хотел лечь...
меня мало в этом городе:
вот у забора плевок,
вот на заборе рисунок -
безголовый и безрукий человечек.
вот меня покидает тень, жмется к бродяге еле живому
и душит его в объятьях.
вот мною прожитый месяц.
где? уже нигде. и лишь смятая бумажка в руке.
читаю: плата за смех, за декабрь -
четыре тысячи слез,
тысяча
разноцветных "колес"...
смеяться уже не хочется...
может, спеть?
