На одном сайте лежит этот текст (не буду говорить, где). Но без последнего абзаца. Без которого теряется весь смысл написанного. И мне вдруг захотелось - хотя бы в своем дневнике - оправдать то, что я написала об этих соревнованиях. Поэтому выкладываю сюда полную версию.
Я ехала в Волгоград с чувством страха и уверенности, надежды, ожидания и восторга одновременно. Я поехала, несмотря на все сомнения и сопротивление. Вся поездка прошла под этим знаком.
Все началось с аварии на пути в Волгоград. Под нашу машину попала деталь от КАМАЗа. Мы смогли починиться, относительно ожиданий – быстро и дешево. Мы доехали до Волгограда – с опозданием от намеченного времени часов на 10, но мы не опоздали. Наверное, это был знак, предостережение – чего ждать от этой поездки.
Все в этих соревнованиях раскладывалось на две составляющие. Уже в облеточные дни мы парили! Но как же тяжело оказалось затягиваться в волгоградских условиях, с незнакомыми (а то и неопытными) буксировщиками. Особенно после мягкой погоды Подмосковья и мягких затяжек Коли Наумова.
Первые соревновательные дни прошли над промышленной зоной. Ветер дул не по маршруту: боковой, иногда со встречной составляющей. Но, при этом, возможность зацепиться за поток и улететь с первой затяжки! Перелет промзоны – и страх, и восторг. Восторг оттого, что перелетел. Восторг оттого, что сумел приземлиться в промзоне, на ограниченной площадке. Страх, когда оглядываешь площадки, на которые приземлился ты сам или твои товарищи.
Земля, расстилающаяся внизу во время полета, тоже делилась. Волга отделяла бескрайнюю, сухую степь от Волгограда, плотины, проводов. Ахтуба отделяла желтую, сухую степь от зелени озер, перелесков, полей. В степи тяжело было ждать подбора. За Волгой и Ахтубой подбора просто не было.
Мы проявляли чудеса героизма.
Мы пытались летать командой. Втроем выкручивали поток и летели за лидером. Втроем садились все в той же промышленной зоне. Женька – чуть дальше по маршруту, я и Макс – чуть ближе. Мы не смогли улететь, но мы пытались. Трое пилотов, не слишком опытных, тем более в полетах командой, но стремящихся научиться.
Мы затягивались – раз за разом, несмотря на то, что руки на затяжке уставали. У многих не получалось. Не получалось затянуться – не хватало опыта буксировочных полетов. Не получалось улететь. Карина затягивалась шесть раз подряд, но так и не улетела. Артура дотянули до 1000 метров, но в тот день он тоже так и не улетел.
День за днем Олег Бондарчук преподавал нам уроки мастерства. Многие пытались идти с ним рядом. Крутиться в одном потоке: он в итоге улетал, а ты оставался. Лететь за ним по маршруту: он уходил на очередном переходе. Он финишировал – практически всегда, несмотря на все более сложные условия и все более длинные маршруты. Но тем, кто оставался на страте и никуда не улетал, это тоже было знаком. Можно, можно летать, можно парить в эту погоду, раз кто-то смог, значит, и мы научимся и сможем. А вечером были мастер классы: мы задавали вопросы, Олег отвечал. Мы пытались узнать, КАК он это делает. А назавтра пытались применить полученные знания на практике.
Мы в поисках полетного счастья находили приключения иного характера. Тема сел рядом с секретным заводом и организаторы потратили пять часов на его вызволение. Аня села в камыши выше своего роста и долго пыталась самостоятельно оттуда выбраться. Миша сел рядом с проводами. Антон сломал руку, пытаясь настроить аппарат.
Но мы летали. Так, как никогда нельзя было бы летать в другом месте. Так, как не летали никогда раньше. Каждый день сулил новые впечатления. Каждый день давал пищу для размышлений.
Атмосфера соревнований всегда завораживает. Здесь не бывает случайных людей. Если человек приехал, даже если он не летает – значит, что-то его привело. И этот человек, даже если ты его никогда в жизни не видел, тебе роднее и ближе чем те, с кем ты живешь бок о бок много лет, но ничего не делишь. В Волгограде было именно так. Я чувствовала себя «как дома». Я была именно там, где должна была находиться, среди тех людей, с которыми мне было хорошо и интересно. Эти люди приехали сюда со всех концов страны, вне полетов у них разная жизнь и разные цели в этой жизни. Но на эти две недели все это стало несущественным.
Внеполетное время проводили весело. Ездили в кино, ходили в баню. Каждый день купались в теплой Ахтубе. Боря варил варенье из яблок и вишен, растущих прямо в лагере. Жарили шашлык. Устраивали дискотеки. Смотрели фильмы с ноутбука. Катались на теплоходике по Волге. Шутили друг над другом. Ловили ежиков, которые совершенно не боялись и по ночам гуляли стадами по лагерю. Пили пиво и ели волжскую рыбу. Пили шампанское – просто так. Пели песни.
Общались… Так, чтобы наобщаться на весь год – насколько это возможно.
Если бы не крайний день, я бы назвала эти соревнования отличными. Крайний день все смешал. Это тоже был повод задуматься. Об оставленных дома родных и друзьях. О том, насколько успело зачерстветь твое сердце. Это была возможность проверить. Что на самом деле представляют собой окружающие тебя люди. Насколько зачерствело их сердце. Этот день заставил пересмотреть свою жизнь. В следующем году, когда мы встретимся вновь в Волгограде – а я надеюсь, что так и будет, - мы узнаем, чего же стоили эти соревнования. И стоит ли радость полета смерти друга.
Люся.
