Все начиналось вполне мирно.
Мы встретились только в три часа дня, почти не разговаривали, а в 4 отправились вдвоем в бассейн.
Каждый плавал сам по себе, мы иногда перекидывались парой слов, и я даже уже начала думать, что могла бы с таким же успехом пойти плавать одна.
Однако немного позже, когда мы перешли в другой бассейн с более теплой водой, бурлящей по краям, мы расслабились и поболтали.
Мы провели в бассейне около двух часов, за которые мы успели побрызгать водой друг другу в лицо, подергать друг друга за ноги, покататься на воде, когда один держит другого за пятки и ходит по дну, кружится, а другой, раскинув руки, лежит на поверхности воды и наслаждается невесовмостью. Пофлиртовали, пококетничали, поплескались вволю.
-Наверное, не хорошо так говорить, но я посмотрел на тебя и вспомнил тут трагедию в Москве, в аквапарке...
Мы поплыли к массажному водопаду и подставили спины и плечи под сильный струи воды. Я вдруг почувствовала, как он прижался к моей спине животом и заслонил мне поток воды. Закрывая руками лицо от мелких брызг, я беру с него слово восполнить потерю массажа.
Выпив три текилы и уже пригубив лонг-айланд, я набираю ему смс, чтобы он приходил на вечеринку. И он приходит, однако вниманием он меня не балует. Немного расстроенная и уставшая, я удаляюсь в чилл-аут, а он заглядывает туда через некоторое время, и я прошу его посидеть со мной.
После странного разговора, полного намеков и недомолвок, мы вместе уходим домой, чтобы жечь свечи, макать кончики пальцев в горячий воск и продолжать разговор.
-На что ты рассчитываешь...
-Я не расчитываю..
-Ты знаешь, это как гора с плечь.
Он говорил, что я должна знать, что у него в голове, о чем он думает. Но после всего произошедшего ранее, мне пришлось лишь признаться, что я ничерта не знаю и не понимаю.
И мне хотелось потушить все эти свечи и уйти спать, примирившись со своим очередным поражением: Разговор зашел, казалось бы, в тупик, ожидать мне действительно нечего. Но мы продолжали. Пока не пришли девочки и не уселись за соседним столом с горой сендвичей, дабы утолить ночной голод. И тогда я, в конце концов, задула свечи, одну за другой, и понесла их в комнату. Он предложил мне свою помощь и, в результате, остался в моей комнате, стоя у порога возле полуоткрытой двери.
Я сидела на кровати подобрав под себя ноги.
-Закрой пожалуйста дверь. Либо с этой стороны. Либо с той.
Он присел на кровать.
-Всё это очень сложно. Я люблю другого человека, а для меня его дверь навсегда закрыта.
Мы немного поговорили об этом, и я с искренностью (удивив саму себя), пожелала ему, чтобы у него все наладилось. В этот момент я не думала о том, чтобы заманить его в ловушку, мне не хотелось сказать ему что-то вроде "да выбрось ты её из головы, у тебя теперь есть такая замечательная я". Я пыталась его понять. Посочувствовать. Потому что чувствовала себя на его месте и могла с определенной точностью сказать, что сама знаю, что это такое.
Эгоизм мой, однако, никуда не испарился, и я всё же задала свой вопрос:
-Но почему это сложно по отношению ко мне?
-Ты знаешь...
Всё это время, он гладил и сжимал в своих руках мою ступню.
Вспышка, и мы лежим тесно прижавшись друг к другу, а он гладит мне спину под майкой и улыбается, а я смотрю в его хитрые, безумные глаза и тоже улыбаюсь.
Вспышка, и он меня целует. А я раскрыла глаза от удивления, и он даже спросил, все так же улыбаясь, что со мной.
Вспышка, и он щекочет меня так, что я не могу сдерживать хриплый смех и взвизгивания. Я извивалась в его руках, щекотка была невыносима, но он держал меня очень крепко, так что я могла вырваться, и мне пришлось укусить его за руку, от чего он сам вскрикнул и мы оба начали хохотать как ненормальные.
Вспышка, и он заламывает мне руки над головой и, навалившись всем своим весом, спрашивает, люблю ли я боль. Я не сдаюсь, и говорю, что сама кому угодно могу сделать больно.
Он кусает меня за щеки, и я понимаю, что если бы не мой относительно здравый рассудок и нижнее белье, которое только и осталось на мне к тому моменту и которое выполняло скорее "защитную" функцию, я бы не смогла сказать "нет".
Это было уже больше, чем просто ласки, но всё еще не 100-процентный секс. Просто это было не то время, не то место и не то состояние. И я думаю, что он меня понял. Однако, когда я пыталась ему объяснить и сказала "что это было даже не свидание", он задал совершенно ошарашивший меня вопрос:"а как же тогда эти три недели...?"
Он попросил поцеловать его на ночь и примерно в полпятого утра ушел к себе в комнату.
Он снился мне всю ночь. Удивительно четкий, "явный" сон. Мне снилось, что я нахожу не свое женское белье у него в постели, что он куда-то исчезает каждый раз, когда он мне нужен как никогда, что мы с ним вместе поехали в Москву и он попросил отвести его на Красную Площадь. Мне снилось, что мы занимаемся "любовью", и когда я проснулась сегодня утром, всё настолько перемешалось в моем сознании, что я уже не могла различить, что было сном, а что - реальностью.
Немного разобравшись в своих мыслях, я пришла к выводу, что он действительно был ночью здесь, в моей кровати, под моим одеялом, так рядом со мной. Я это знала. Но все это мне казалось (да и кажется до сих пор) совершенно ненастоящим, как будто это все-таки мне приснилось. Я действительно не могу поверить, что это действительно произошло.
Но это совершенно не тот случай, когда ты получаешь в подарок долгожданную игрушку и не можешь поверить в свое счастье. Я просто не могу поверить в реальность произходящего.
Утром мы сухо сказали друг другу "доброе утро" и ни слова больше. За завтраком он сидел за моей спиной.
Потом мы столкнулись в коридоре и он как-то испуганно улыбнулся мне.
С тех пор мы не виделись. Я знаю, что он сейчас сидит в своей комнате за столом, или ужинает в холле. А он знает, что я сейчас одна в своей комнате.
Казалось бы, самое "страшное" теперь позади, мы сделали шаг вперед, но ведь именно этот шаг может сбить нас с пути и заставить пройти его с самого начала. Может, такой резкий толчок, приведет нас к деволюции, а вовсе не наоборот.
Конечно было бы очень глупо предполагать, что он кинется утром меня целовать. Но если бы он просто сел напротив...это бы о чем-то говорило.
И еще я скажу, что сейчас для меня большая тайна, как будут развиваться наши отношения дальше.
Я потеряна. И я ничего не знаю.
