Посвящается всем членам экипажа рейса N612 "Анапа - Петербург"
Ту-154М "Пулковских авиалиний", всем пассажирам,
а также всем родным и близким погибших в этой ужасной катастрофе.
Самолет разогнался, плавно оторвался от земли и стремительно стал набирать высоту. Внизу остался горнолыжный курорт Красная Поляна и группа моих друзей, которые в отличие от меня имели возможность покататься на лыжах еще пять дней. Мне же необходимо было вернуться в Москву по причине того, что мой короткий отпуск уже закончился, и меня ждали в офисе одной крупной торговой компании. Я безразлично полистал глянцевый журнал, засунул его в карман спинки впереди стоящего кресла и посмотрел по сторонам. Все вокруг было как всегда: пассажиры занимались кто чем мог, стюардессы проходили вдоль кресел по проходу со стаканчиком воды или пледа, а в иллюминаторе облака медленно переходили в чистую небесную синеву. Я зевнул и подумал, что хорошо бы выпить чашку черного кофе.
Как раз мимо меня проходила одна из тех стюардесс, которую я мысленно отнес в группу "добрых фей". Это у меня игра такая: при посадке в салон самолета я, по возможности, стараюсь рассмотреть всех стюардесс и мысленно разделяю их на две группы. "Добрые" и "злые" (как говорит один мой приятель "стервадессы"). "Добрые" по всем законам сказок и мифологий стараются искренне помочь любому человеку, в данном случае пассажиру, делают это искренне и с удовольствием. "Злые" же, как им и положено, ведут себя резко, иногда по-хамски и, если и помогают пассажиру, то с натянутой улыбкой, без удовольствия и с холодным, бесчувственным взглядом. После того, как все стюардессы разделены на "добрых" и "злых", я во время полета наблюдаю за их манерой общения с пассажирами, чтобы мои догадки подтвердились или опроверглись. Как правило, я почти всегда точно угадываю тип той или иной "небесной феи", за что мои друзья назвали меня "ЗПС - знаток психологии стюардесс". К счастью, "добрых фей" в воздушном царстве все-таки больше, и это не может не радовать.
Так вот, пробегающая мимо меня в данный момент стюардесса относилась по моей внутренней квалификации к группе "добрых фей", и я с радостью обратился к ней с вопросом.
- Простите мисс, - я специально начал так свое обращение, чтобы она сразу заострила на мне внимание. Могу я Вас попросить принести мне чашку крепкого черного кофе?
- Да, конечно, но только не чашку, а стаканчик и минут через десять. О’кей? - слово "о’кей" она произнесла с легким английским акцентом, что меня сразу развеселило. Стюардесса сразу включилась в мою игру, и мне это очень понравилось.
- Да, мисс, конечно. Но только прошу, черный и без сливок.
Девушка мне мило улыбнулась, быстро кивнула и пошла дальше по проходу. Я проводил взглядом это милое двадцатилетнее создание и снова открыл бестолковый бесплатный журнал. Прошло около двадцати минут, но кофе мне никто не нес. Я решил прогуляться до того места, где по моим расчетам должен находиться персонал. Рабочая зона стюардесс была задернута плотной синей занавеской, и я на некоторое время остановился около нее, раздумывая постучать мне или нет. За занавеской послышался негромкий смех нескольких стюардесс, которые весело кого-то или что-то обсуждали. Я отодвинул край занавески и просунул голову.
- Простите, кофе здесь наливают?
Две девушки в форме бортпроводниц и один молодой человек в белой рубашке с небольшим удивлением посмотрели на меня, соображая, что я хотел сказать своим нелепым вопросом.
- Ах, это Вы, - моя знакомая "добрая фея" узнала меня и, видимо, сразу вспомнила про мою просьбу. Извините, пожалуйста, техническая неполадка вышла. Юра уже все исправил и кофе будет готов через минуту.
Ясный взгляд и искренняя улыбка только подтверждали ее слова. На бейдже я прочитал имя Надежда и мысленно про себя добавил, что где-то рядом еще должны быть Вера и Любовь.
- Ладно, девочки, если что, я у себя. Не буду вам мешать, - молодой человек, который видимо и был тот спаситель Юра, подмигнул мне и направился в сторону кабины пилотов.
Вторая стюардесса хихикнула и с извинениями протиснулась в салон самолета между мной и перегородкой. Я сделал шаг и оказался с Надеждой наедине.
- Вообще-то, посторонним здесь нельзя находиться, - она кокетливо поправила свои темные волосы и повернулась ко мне спиной. Я с удовольствием внимательно рассмотрел ее фигуру, линии талии и бедер и отметил про себя, что это был мой любимый размер, если выражаться языком ослика Иа из мультфильма про Винни-Пуха. На секунду я забыл, за чем сюда пришел, но потом быстро взял себя в руки и ответил.
- Я уже ухожу. Только пообещайте, что я не буду брошен наедине со своей проблемой и окажусь в первых рядах тех счастливчиков, которым Вы предложите кофе.
Надежда рассмеялась, повернулась ко мне лицом, на котором выступил небольшой румянец и протянула мне руку со стаканчиком, в котором был налит горячий кофе.
- Видите, Вы самый первый! Осторожно, он очень горячий!
В это время мимо нас прошел один из пилотов и грозно спросил, почему здесь посторонние. Я что-то пролепетал про кофе, извинился и побрел к своему месту. По дороге самолет качнуло, и я чуть было не вылил содержимое стаканчика на сидящую у прохода крупную даму. По ее недовольному взгляду я понял, что был на волосок от грандиозного скандала. Почти затаив дыхание, я осторожно добрался до своего кресла и медленно в него опустился. Откинул столик, достал салфетку, поднес стаканчик к губам и сделал небольшой глоток божественного черного напитка. Через секунду я был готов выплюнуть все обратно, так как такой концентрации сахара в кофе я еще никогда не пробовал. Как говорится, положите мне восемь ложек и не мешайте. В этом стаканчике концентрация сахара превышала все допустимые нормы. Я откинул столик, встал и направился в тот самый закуток, где обитают стюардессы. Надежды там не оказалось и мне пришлось рассказать о своей проблеме ее напарнице Галине, которая пообещала все исправить в самое ближайшее время. Я вернулся на свое место и уткнулся носом в кусок бездонного, синего неба в иллюминаторе.
Через некоторое время в начале прохода появилась Надежда с Галиной, которые раздавали всем пассажирам обед. Я с нетерпением ждал, когда их тележка поравняется со мной и я снова увижу эти прекрасные, веселые глаза. Девушки поравнялись со мной, подали мне и моему соседу запакованный обед, и Надежда с улыбкой у меня спросила:
- Мне сказали, что Вы не любите сладкого? - Галя хихикнула, продолжая раздавать пластиковые контейнеры с едой сидящим рядом пассажирам. - Подойдите ко мне через пару минут, пожалуйста, как только мы закончим с обедом. Хорошо?
В ответ я смог лишь кивнуть и еще долго держал в руках пластиковый контейнер с едой, словно читал про себя обеденную молитву. Так и не притронувшись к еде, я через некоторое время уже стоял за занавеской в обществе двух "добрых фей". Бортпроводницы Надежда и Галя не переставали улыбаться и многозначительно переглядывались.
- Простите, как Вас зовут? - Надежда разговаривала со мной и одновременно сразу делала несколько дел. Я чувствовал себя здесь немного лишним.
- Кирилл, 26 лет, работаю менеджером по продаже в крупной торговой компании. Правда, всего полгода. До этого работал в другом месте.
- Ух, как Вы про себя все свои анкетные данные сразу выпалили! Я - Надя, а это моя подруга Галя. Будем знакомы! - Надежда весело посмотрела на свою напарницу и поправила заколку на голове. - Про семейное положение забыли сказать.
- А разве и так не ясно: кольца на правой руке нет, с радостью готов поддержать беседу с красивыми девушками. По-моему, должно быть понятно, что я мужчина свободный.
- Кольцо ничего не значит, а уж общение и подавно. Правда, Галь? - обе девушки засмеялись над чем-то своим женским, понятным только им одним. Я стоял и глуповато улыбался. Всегда считал себя в отношениях с женским полом очень смелым и юморным, а тут меня словно подменили. В горле пересохло, мысли путались, и стало очень жарко.
- Мне бы водички или кофе - я уже и не знал, чего больше мне хотелось и хотелось ли вообще. Передо мной стояла девушка, которая мне сразу понравилась, а я делал все, чтобы в ее глазах выглядеть настоящим тормозом и занудой.
- Так водички или кофе?
- Все-таки кофе, - улыбнулся я и утвердительно кивнул головой.
- С сахаром неудобно как получилась. Заболталась с Вами и сыпанула двойную порцию.
- Хорошо, что это сахар был, а не соль, - Галина впервые поддержала наш разговор.
- Пожалуй, да, - мне было очень комфортно общаться с этими приветливыми, милыми стюардессами. Я надеялся, что они думают обо мне тоже самое.
- Нам болтать и правда не полагается, - Надежда сменила свое веселье на официальный, сдержанный тон. - Вам кофе черный, без сливок?
- Это как в том анекдоте про стюардессу "Мужчина, Вы обедать будете?" - "А какие у меня есть варианты?" - "Да или нет?!"
Обе девушки сдержанно улыбнулись, Галина вышла в салон к пассажирам, оставив нас снова одних.
- Кирилл, я Вам все принесу. Можете вернуться на свое место.
- Это приказ или просьба?
- Правда, Вам не стоит здесь находиться, - ее тон стал более человечным и мягким. Вы пришли-ушли, а нам с командиром потом иметь неприятный разговор. Вы же не хотите, чтобы у меня и Гали были проблемы?
- Извините, я все понял, - я резко развернулся и направился вдоль салона к своему месту.
Мой сосед около окна, пожилой мужчина в очках, посмотрел на меня и спросил:
- Что, не получается знакомство завести?
- Да не особо и хотелось, - нагло соврал я и стал мрачнее тучи. - Таких девушек вокруг целые толпы ходят.
- Не знаю, не знаю, - мужчина отрицательно покачал головой. - Но если бортпроводница во время полета готова с пассажиром поболтать на отвлеченные темы, то это не просто так. У меня племянница летает в "Аэрофлоте" и я кое-что из их жизни знаю.
Мужчина развернул газету "Советский спорт" и погрузился в чтение. Я был в смятении и не знал, чем себя занять. К моей радости скоро в проходе опять появились мои знакомые "добрые феи", которые сначала забрали у всех пассажиров пустые контейнеры из-под обеда, а потом стали предлагать чай или кофе. На их лицах были учтивые и милые улыбки, но не более того.
Подошла моя очередь ответить, что я желаю: чай или кофе. Я посмотрел Надежде прямо в глаза и увидел спокойный взгляд и вежливую улыбку.
- Мне кофе, пожалуйста, - я сделал ударение на слово "кофе" после того, как мой сосед попросил себе чаю. - Без сливок.
Надежда взяла со столика на колесах маленький термос и налила в поданный мною стаканчик горячий кофе. Потом она чуть наклонилась ко мне и почти шепотом быстро сказала:
- Этот кофе я сварила специально для Вас из личного запаса нашего командира. Надеюсь, что он об этом не узнает.
Пока я переваривал только что услышанное, девушки уже миновали мой ряд, и я слышал их голоса позади себя. - Как пахнет вкусно! Просто заоблачный аромат, - сказал мой сосед, посмотрев в мой стаканчик поверх очков. - Обычно в самолетах кофе так не пахнет. Или я не прав?
- Заоблачный кофе, - сказал я сам себе словно заклинание.
Мужчина улыбнулся, вздохнул "эх, молодежь!", поправил свои очки и продолжил чтение газеты. Я поставил стаканчик на столик и выглянул в проход, чтобы оценить, сколько девушкам еще предстоит заниматься своими обязанностями. Мне не терпелось под любым предлогом оказаться за той синей занавеской, которая уже не отделяла нас, а как мне казалось, была мостиком в начавшихся отношениях. Либо я прав, либо я ни черта не понимаю в женской психологии. А еще ношу гордое звание ЗПС!
Вдруг неожиданно в салоне возникла какая-то суета, стюардессы пробежали в соседний салон бизнесс-класса. Потом мимо нас несколько раз быстрым шагом прошла бортпроводница Галина. Видимо, что-то случилось, и стюардессам было не до нас. Когда командир экипажа обратился по внутреннему радио с вопросом, есть ли среди нас врач, то все стало понятно. Как выяснилось позже, одному из пассажиров бизнесс-класса стало плохо с сердцем, что и вызвало подобную суету. К счастью, в нашем салоне летел врач, который ушел вместе с Галиной и появился только минут через сорок. До самого конца полета больше Надежду я не видел. Видимо, у нее было дело более важное, чем флиртовать с молодым человеком, которого она, скорее всего, больше не увидит.
Посадка самолета в Шереметьево прошла плавно и без резких толчков. Через несколько минут я вместе со всеми пассажирами пробирался к выходу самолета, чтобы спуститься по трапу навстречу шумной Москве. Чем ближе я подходил к выходу, тем сильнее билось мое сердце. Перед самым выходом я остановился на несколько секунд и взглянул Надежде в глаза. Печаль, усталость и одновременно с этим радость и благодарность за подаренные минуты общения прочитал я в этих прекрасных глазах.
Моя "добрая фея" сдержанно улыбнулась и произнесла:
- До свидания, всего Вам доброго.
- Спасибо Вам большое! И всего Вам хорошего, - ответил я, посмотрел на обеих стоявших у выхода стюардесс и быстро сунул клочок бумаги в руку Надежды. Похоже, что она была не готова к такому повороту событий, но листочек спрятала у себя в ладони, как будто ничего и не было. Галина мне улыбнулась и тоже пожелала всего хорошего.
Я перед выходом написал все свои телефоны, которые знал: мобильный, рабочий и домашний. Мне очень хотелось как минимум поблагодарить мою "добрую фею" за тот великолепнейший кофе, которая она приготовила специально для меня. На самом деле, я был уже влюблен. Я летал над облаками на крыльях любви, представляя, какие нежные и ласковые слова я скажу Надежде во время нашей встречи на земле. Я ждал звонка буквально каждый день, но Надежда мне так и не позвонила. Вернее, она не успела мне позвонить.
Через неделю после нашей случайной встречи в самолете, мне позвонила Галя и все объяснила. Надю попросили поработать на другом рейсе, и она физически не успела мне перезвонить. Она очень хотела это сделать сразу же после возвращения из своего очередного полета. Надежда ей сказала, что хотела бы со мной выпить кофе теперь уже на земле и в более романтической обстановке: только она, я и душистый кофе, с которого все началось…
Галя со слезами в голосе сказала, что Надежда была среди членов экипажа того самого самолета, который потерпел крушение два дня назад, и про который передавали по всем телевизионным каналам. Погибли все члены экипажа и все пассажиры. Я молча повесил трубку, закрыл лицо руками и заплакал. В мою чашку с кофе капали соленые слезы, но мне это было уже совсем безразлично…
Рассказ любезно предоставил Соколовский Виталий,
Санкт-Петербург, Август 2006
