Сегодня, копаясь на рабочем компе в поисках высшего знания, я вместо высшего знания нашла один свой стишок. Ну, такой, намеренно детский. Он был написан для загрустившего товарища в целях развеселить. Товарищ тогда был известен в узких кругах (или, может, широких) под ником Tiger.

     Ему тогда веселее почему-то не стало, увы. А я вот, найдя стишок, очень даже развеселилась, поэтому стоит его сохранить в моих скрижалях.

За решёткой в зоопарке,

Грустно лапой ловя муху,

Тигр усатый, полосатый

Молча изнывал от скуки.

Где его родные джунгли?

Как взлететь в полет в прыжке?

Ведь теперь предел пространства

Заключился в потолке.

А глазеющие дети

Корчат рожи и кричат,

И тигриной светлой грусти

Никогда им не понять.

Но одна, совсем малютка,

Тихо стоя в уголке,

Улыбается и смотрит,

Свой портфель зажав в руке.

В её чистом синем взоре

Тигр увидел гладь небес,

И раскинулся по клетке

Джунглей непролазный лес.

Нет предела для свободы —

Тигра жёлтые глаза

Видят дикую природу,

Вновь с ним лес и небеса!

     Чтобы вы не думали, что я слишком добрая и хорошая, расскажу вам, чем я вчера пригрозила коллеге (нет, это чуть ниже, а то никто не поймёт).

     Всё потому, что я нервничаю. Коллега, видите ли, на халяву записался на всякие процедуры в местный профилакторий, и по этому поводу застать его на рабочем месте практически невозможно. Ещё сложнее его застать на рабочем месте разрабатывающим концепцию нашего доклада на Сочинской конференции (которая, к слову, будет через три недели). И это в корне неверно, потому что в нашем научно-техническом проекте, как вы понимаете, мозгом является он, а я — всем остальным. Ну там, ногами, лицом и всем таким.

     Страшно, когда слабому звену вроде меня приходится напрягать несуществующую часть тела и генерировать идеи для презентации (так, чтобы не в бровь, а в глаз), фантазировать в Visio, рисуя блоки и кучу стрелочек, а самое страшное — думать, и всё, что придумано, записывать в убийственной по впечатляющей силе форме.

     Вот Лёша приходит с очередного массажа. Я говорю — давай напишем кое-про-что, ты мне нужен, это больше касается твоей части ПО. Лёша (вообще он хороший) гундосит: «Ну я только что с процеду-у-уры, я не могу!» Меня, видимо, это слегка вывело из равновесия, потому что раньше, чем я смогла подумать, я успела бросить: «Сейчас я сама сделаю тебе процедуру. Массаж простаты. Шваброй!!!» Перевожу взгляд на Алексея. Его окаменевшее лицо убедило меня в том, что нужно чаще думать перед тем, как что-то сказать.

     В общем-то, это всё, о чём я хотела сегодня поговорить. И я по-прежнему надеюсь, что дети меня не читают. А если и читают — надеюсь, остановились на стишке. (Это было написано, чтобы никто не забыл, что я всё-таки хорошая.)

     P.S. Слово «швабра» у нас скоро будет под запретом, вызывает пароксизм смеха (особенно у меня) и срывает рабочий процесс.

Улыбалась   чужими   губами ,
Говорила пустые слова –
Я не здесь, я давно уж не с вами,
Я уже вполовину жива.

Среди влажных прокуренных улиц
Вижу лиц занятых пелену,
В зеркалах одинаковых лужиц
Меня снова оставят одну.

Сегодня ветреная, пасмурная погода, и на ум пришли строки, которым уже года четыре (точнее, это творение – декабря 2004-го). Я их написала в такой же странный и немного потерянный день. Забавно читать себя через несколько лет.

     Погаси этот чёрный огонь,
     Что меня разъедает и слепит.
     Мою маску случайно не тронь,
     Тогда может, никто не заметит,

     Что я на дне,
     И что во мне
     Одна лишь пустота.
     На самом дне,
     Как в глупом сне,
     Я буду исчезать.

     Я не знаю, где выход искать,
     Я не знаю, кто даст мне надежду.
     Я хочу по частям умирать,
     Я не стану смеяться, как прежде -

     Ведь я на дне,
     Теперь во мне
     Всего лишь пустота.
     На самом дне
     Я в глупом сне
     Останусь навсегда.

     Нет, не жди, уходи поскорей,
     Стань обычным безликим прохожим.
     С каждым мигом твой голос слабей,
     И сейчас ты окажешься тоже

     На самом дне,
     Но не во мне - 
     Меня уже здесь нет.
     На самом дне,
     Как в глупом сне,
     Горит мой чёрный свет.

 

---

Улыбчивая девочка Маша накропала эту песенку в момент мрачного расположения духа. В те далёкие дни (прим. ред.: приблизительно 2 года назад) она очень часто слушала группу Агата Кристи, что явно сказалось на её манере сочинения.

     Я ухожу... не обернусь, 
     Рисует утро серый тон. 
     Сюда я больше не вернусь, 
     Пойду в небытие пешком.

     Я знаю - ты не смотришь вслед, 
     И кровь стучит в висках моих, 
     Хочу порвать на клочья бред, 
     Чтоб голос твой и в мыслях стих.
 
     В коробке из кирпичных стен 
     Я видела чужие сны, 
     Твоя мерещилась мне тень 
     Средь отголосков тишины.

     Мне так легко сойти с ума, 
     Увязнуть в шорохах из слов, 
     И не пойму тогда сама, 
     Где прошлое, а где любовь.

     ...Я ухожу... Опять одна... 
     Опять читаю между строк... 
     Обманом только тишина 
     Утешит тех, кто одинок.

 

---

Это я решила, как и собиралась, потихоньку начать выкладывать свои старые стихи. :) Авось, так и не затеряются окончательно у меня. Это, кажется, 2003-й.

Настроение сейчас - всё ещё температурю, и на улице жара...