:-))))

такие забавные существа:) мои любимые... смотришь на них ( к сожалению, только на картинках), и душа радуется... кажется, что в жизни так хорошо... пусть даже по-пингвински наивно.. но все же.. пусть даже крыльев пока для высоких полетов нет.... ну и ладно.... пусть и вид смешной... нелепый... а да ну их.. пусть думают... зато добрые... счастливые... веселые... простые...

а может, в прошлой жизни я была пингвином?:)

Когда у бабушки начался артрит, она не могла больше нагибаться и красить лаком ногти на ногах. Тогда дедушка стал делать это для нее, даже после того, что у него тоже начался артрит в руках. Это любовь.
Ребекка, 8л.

Когда тебя кто-то любит, он произносит твое имя по-особенному. Твоему имени уютно у него на язычке.
Билли, 4г.

Любовь - это когда ты делишься своей жареной картошкой и не ждешь, чтобы с тобой поделились тоже.
Крисси, 6л.

Любовь - это то от чего ты улыбаешься, даже когда устал.
Терри, 4г.

Любовь - это когда мама варит папе кофе и сперва пробует сама, вкусно ли получилось.
Дэни, 7л.

Любовь - это то что оказывается вместе с тобой в комнате на Рождество, если ты перестанешь разворачивать подарки и прислушаешься.
Бобби, 5л.

Если ты хочешь научиться лучше любить, нужно начать с кого-то, кого ты терпеть не можешь.
Никка, 6л.

Любовь - это когда ты говоришь мальчику, что тебе нравиться его рубашка и он начинает носить ее каждый день.
Ноэль, 7л.

Любовь - это как старенькие дедушка и бабушка, которые до сих пор друзья, даже после того, что они так хорошо друг друга узнали.
Томми, 6л.

Больше всех меня любит мама. Что-то не видно, чтобы кто-нибудь еще меня целовал на ночь.
Клэр, 5л

Любовь - это когда мама дает папе лучший кусочек курицы.
Элейн, 5л.

Любовь - это когда мама видит папу грязным и потным и все равно говорит, что он красивее, чем Роберт Редфорд.
Крис, 8л.

Любовь - это когда твой щенок тебя облизывает даже после того, как ты его оставил одного на целый день.
Мари Энн, 4г.

Я знаю, что моя старшая сестра меня любит, потому, что она мне отдает все свои старые вещи и ей приходится покупать себе новые.
Лорен, 4г.

Когда ты кого-то любишь, у тебя ресницы распахиваются и из-под них вылетают звездочки.
Кэрен, 7 л.

Не надо говорить "я тебя люблю", если это не так. Но если это правда - повторяй это почаще, а то те кого ты любишь могут забыть.
Джессика, 8л.

Сижу... слушаю Стинга...

в голове абсолютно НИЧЕГО... даже совсем-совсем... ни капельки... ничего....

такой пофигизм.... кажется, что могу сейчас лечь и уснуть.... навсегда...

Желание сегодня появилось - научиться писать на китайском языке....

найти бы какую-нибудь штуку, при помощи которой я смогу осуществить задуманное...

Здорово же!!!! Уметь писать иероглифы... НАУЧУСЬ:)

еще хочу диск Сандры... очень-очень...

....еще хочу заняться йогой...

...еще хочу ... есть я хочу.. .прям щас...

только еще не решила что...

пойду поищу чёнить :)

...через три часа ну жно проводить малыша в школу... он будет грызть гранит науки... а я спать...

а малыша зовут Никита... классный он, все-таки... суп мне варить помогает... жалеет мои ногти и сам трет свеклу на терке..:)

сохранилось бы в нем его бескорыстие ... его доброта... его чистая и детская душа... надолго.... на много-много долго...

   - Посмотрите, как хорошо у нас в комнате, - говорит Занавеска  деревьям
с улицы.
   - Посмотрите, как хорошо у  нас  на  улице,  -  говорит  она  комнатной
мебели.
   - Мы ничего не видим, - отвечают деревья.
   - Нам ничего не видно, - отвечает мебель.
   - Мы видим только тебя...
   - Только тебя...
   - Ну что вы, - смущается Занавеска, - не такая уж я красивая...

Феликс Кривин

 

      Былинка полюбила Солнце...
   Конечно, на взаимность ей трудно было рассчитывать:  у  Солнца  столько
всего на земле, что где ему заметить маленькую неказистую  Былинку!  Да  и
хороша пара: Былинка - и Солнце!
   Но Былинка думала, что пара была б хороша, и тянулась к Солнцу изо всех
сил. Она так упорно к нему тянулась, что вытянулась  в  высокую,  стройную
Акацию.
   Красивая Акация, чудесная Акация - кто  узнает  в  ней  теперь  прежнюю
Былинку! Вот что делает с нами любовь, даже неразделенная...
Феликс Кривин

    Я встаю, а она еще не ложилась. Она  стоит  под  окном,  как  стояла  с
вечера.
   - Уходи! - гоню я ее. - Мне надо работать.
   Ночь уходит не очень охотно. И не успеешь оглянуться - снова стоит  под
окном.
   - Чего тебе не спится? - спрашиваю я не слишком строго.
   - Холодно, - отвечает Ночь. - Разве тут уснешь, разве согреешься?
   Тогда я гашу свет и впускаю Ночь в комнату.
   - Ладно, грейся. Только это  в  последний  раз.  Завтра  же  ты  должна
оставить меня в покое.
   Ночь обещает, но я знаю, что это - только слова. Куда она денется среди
зимы, не ночевать же ей под открытым небом!
   Завтра и послезавтра все повторяется снова.
   Чуть стемнеет. Ночь приходит в мою комнату и уходит только на рассвете.
Мне не хочется ее тревожить.
   А время идет, и ничего я не успеваю сделать. Ночи этого не объяснишь  -
она темная, разве она понимает?..

Феликс Кривин

просто... без слов...

Что-то сбилось внутри меня… определенно что-то случилось… Ночь. С недавних пор она стала мне самой близкой подругой и советчицей. Я больше прислушиваюсь к ее нежным, ласковым, теплым словам, нежели к непонятным репликам Дня. Я практически не слышу его голоса. Я просто в это время сплю. 

Вот и сейчас… Время одиннадцать часов. 11pm. Так мне больше нравится. Многие люди собираются идти спать. Большинство уже спит. Вот и у меня дома все готовятся ко сну. Все, кроме меня. Я встала только что. Для меня день только начинается.

Как у «обычных» людей начинается день? Они проснутся. Поваляются еще чуток в кровати. Потом встают и начинают идти куда-то. Кто – куда. Кто-то начинает умываться. Кто-то ставит чайник. Кто-то подходит к зеркалу и долго-долго смотрит на себя в отражении, стараясь понять – он ли это… или его во сне подменили инопланетяне. Не удивляйтесь – бывает и такое. Сама помнюJ 

А после завершения всех этих утренних «надо», все идут по своим делам… тут вариантов может быть множество, поэтому перечислять все не буду. Да и вообще, ничего по этому поводу не скажу. 

А что же я? Ведь у меня же тоже начался день! Просто, немного необычно. По-другому. Я не иду умываться. Не ставлю чайник. Не крашусь. Не одеваюсь. Не думаю о том, что мне нужно срочно куда-то бежать. Что если опоздаю на эту лекцию, то преподаватель запомнит меня, и уж потом на экзамене обязательно припомнит все мои опоздания и прогулы. И мне даже все равно, что скажут обо мне домашние. А они говорят!!! ЕЩЕ КАК ГОВОРЯТ!!!   

Сегодня мой восьмилетний Никитка сказал мне: «Танька, что у тебя за НЕНОРМАЛЬНАЯ жизнь такая началась? Надо идти спать, а ты встаешь и всю ночь не спишь.» Я переспрашиваю: «Надо?! А кто тебе это сказал?» Малыш определенно растерялся… Я бы даже сказала – призадумался. Но в конце концов пришел в себя и сказал, что ВСЕ ТАК ДЕЛАЮТ! НОЧЬЮ СПЯТ, А УТРОМ ВСТАЮТ!

Все… или того хуже – как все….. никогда не хотела быть «как все». Это же так примитивно! Все могут быть всеми… как все… нет ничего проще – делать как все, чувствовать как все, думать как все… О ужас, я пишу это, а внутри все неприятнее и неприятнее… 

НИКОГДА НЕ БУДУ КАК ВСЕ!!! И пусть кто-то попытается меня осудить…. Поспорить со мной… И пусть домашние… да и не только они, все знакомые и близкие думают, что я сумасшедшая…. Пусть они живут, с каждым днем превращая свою жизнь в рутину… А я не хочу! И не буду!

И не смотрите, «маменька»,  на меня так, будто я говорю какие-то глупости…. Лучшие, идите спать… Ведь ВСЕ уже давным-давно видят свои сны.. Вот и вам пора… а я еще посижу… долго еще посижу… пока не увижу в окне свет…

 

 

Никогда, никогда

Не устану тебя 

Ждать во время дождя

У родного окна; 

Ждать, когда темнота 

И на небе луна,

Когда снова зима –

Ни моя, ни твоя…

Ждать, когда говорят –

Не дождусь я тебя,

И когда отворят

Мне другие врата.

Ждать и верить всегда

В силу каждого дня, -

Даже пусть этот день

Проживу без тебя!

Ждать, когда у огня

Буду греться одна,

И когда за меня

Будут биться сердца.

Никогда, никогда

Не забуду тебя! 

Буду ждать день и ночь,

Как и ты ждешь меня…

       Открыла глаза. Увидела луч солнца на потолке. Солнечный зайчик, как мы привыкли называть его с детства. Помню, еще брали маленькие зеркальца и играли в солнечных зайчиков – прятались, догоняли друг дружку, светили в глаза… и были такими счастливыми!

       Повернула голову. Лучик посмотрел прямо мне в глаза и улыбнулся.

       Я увидела солнце. Оно было не желтое, а какое-то бледно-красное. Закат. Посмотрела на часы. Ровно восемь. Здесь всегда солнце садится раньше, чем у себя на родине. Ощущение усталости. Всегда так, когда просыпаешься вечером. Утром все по-другому. Утром бывают два ощущения, - это либо желание спрятать свой носик в теплое одеяло и дальше спать, либо готовность принимать новый день и совершать новые дела…Выспалась…

       Сердце жалобно заныло. Вспомнила всё, что было до сна. Внутри как-будто заплакало сердце и разорвалось на тысячи кусочков. Печальные кадры мелькнули перед глазами. Оля, её сияющая улыбка. Её слова. Эта ужасная новость про Диму. Потом одиночество. Мои мысли. Слова ненависти. Слёзы. Ревность. Жалость. Попытки успокоиться. Захотелось всё забыть, но воспоминания так и липли, как надоедливые мухи.

       Попыталась встать. Закружилась голова. Снова легла. Открыла глаза. Солнце уже спряталось. За месяц эта комната стала уже родной. Как-будто   , всю жизнь жила в ней. В ней нет ничего особенного, - одна кровать, два столика, шкаф и ОКНО.

       Немного душно. Встала, пошла на кухню. На сердце огромный груз, он мешает дышать, смеяться и радоваться. Закурила. Мысли сразу развеялись. Стало легче. Так всегда. Приходят свежие идеи и оптимистические строчки. Повторяю про себя: «Всё будет хорошо! Всё будет хорошо! Всё будет хорошо!». Повторила вслух. Курю и говорю, что всё будет хорошо… Не это ли бред? А как же здоровье? Ведь оно, наоборот, только ухудшается… но об этом не думаешь, когда куришь. Ведь освобождается Д-У-Ш-А!!! А эта самая главная вещь на этот момент.

       На улице прохладно. Знаю, потому что дует холодный ветер в окно. Английская речь. Она здесь везде. Она тоже стала родной. Курю. И мысли переходят на что-то другое. Не на Диму. Понимаю, что нужно бросать курить. Дышать стало больно и тяжело. Понимаю. Но не могу. Привыкла.

       Вдруг сердце охватила какая-то приятная волна. «Ну конечно же! ЛЮБВИ НЕТ! ВООБЩЕ НЕТ!». Стало легче. Начала доказывать самой себе только что появившуюся версию насчет любви. Рассуждаю. Вслух.

       - Что такое любовь? Привычка. Привычка, как с сигаретами. Но разве мы любим сам предмет? Т.е. сигареты? Нет. Нам просто нравятся те ощущения, которые мы получаем с помощью них. Состояние. Внутреннее. Так и с людьми. Нельзя любить человека. Можно любить только свои ощущения. Ощущение радости, счастья, полета, необходимости… И когда мы страдаем и говорим, что скучаем, мы страдаем не по тому человеку, а по тем ощущениям. Конечно! И как это я раньше об этом не подумала?! В принципе, не важно какой человек. Как и не важно, какие сигареты. Главное – ощущения. Ведь так было много раз. После каждой разлуки с человеком, к которому привыкла и с которым было хорошо, - наступало чувство необходимости быть рядом с ним – испытывать те же ощущения, что испытывала раньше. Но ведь можно купить новые сигареты!!! Как и можно встретить другого человека. Так зачем страдать? Любви нет. Нет… значит, и страданий не должно быть! Так даже писала Ахматова… «сочинил же какой-то бездельник, что бывает любовь на земле…». Нельзя любить человека. Можно любить свое состояние рядом с ним. А этих ощущений, этого состояния можно добиться и с другим человеком. ЛЮБВИ НЕТ! 

       Стало легко. На сердце уже, вроде бы, не осталось и грамма того груза, который мешал мне улыбнуться. Я улыбнулась. Облегченно улыбнулась. Будто сделала великое открытие. А на самом-то деле, не было никого в этом мире несчастней меня… ведь искать самой себе оправдания, своим страданиям и неудачам – это самое худшее, что человек может сделать для того, чтобы успокоить боль, уменьшить горечь.

       Нельзя курить. Нельзя привыкать. Привыкать к людям. Ко всему.

       Стоило закончиться сигарете, как снова всё запуталось. В голове появились противоречия.

   Что и говорить, этот Фонарь был первым парнем на  перекрестке.  К  нему
тянулись провода, тоненькие акации весело купались в его  свете,  прохожие
почтительно сторонились, проходя мимо  него.  А  Фонарь  ничего  этого  не
замечал. Он смотрел вверх, перемигиваясь со звездами, которые  по  вечерам
заглядывали к нему на огонек.
   Но однажды Фонарь случайно глянул вниз, и это решило его судьбу.  Внизу
он увидел странную незнакомку. Одетая во все черное, она покорно лежала  у
ног Фонаря и, казалось, ждала, когда он обратит на нее внимание.
   - Кто вы? - спросил Фонарь. - Я вас раньше никогда не видел.
   - Я тень, - ответила незнакомка.
   - Тень... - в раздумье повторил Фонарь. - Не приходилось  слышать.  Вы,
видно, не здешняя?
   - Я твоя, - прошептала  Тень,  этим  неожиданно  смелым  ответом  кладя
предел всем дальнейшим расспросам.
   Фонарь смутился. Он хоть и был первым  парнем  на  перекрестке,  но  не
привык к таким легким победам.
   И все же признание Тени было ему приятно. Приятность тут же  перешла  в
симпатию, симпатия - в увлечение, а увлечение -  в  любовь.  В  жизни  так
часто бывает.
   И опять-таки, как это бывает в жизни, вслед за любовью пришли заботы.
   - Почему ты лежишь? - тревожно спросил Фонарь. - Тебе нездоровится?
   - Нет, нет, не волнуйся, - успокоила его Тень. - Я совершенно  здорова.
Но я всегда буду лежать у твоих ног.
   - Милая! - умилился Фонарь. - Я не стою такой любви.
   - Ты яркий, - сказала Тень. - Я всегда буду с тобой. С одним тобой.
   Дальнейший разговор принял характер, представляющий интерес только  для
собеседников.
   Они встречались каждую ночь - Фонарь и его Тень - и,  по  всем  внешним
признакам, были довольны друг другом. Фонарь давно забыл о звездах и видел
только свою Тень - больше его в мире ничего не интересовало.  Даже  закрыв
глаза (а это бывало днем, потому что все фонари спят днем),  он  любовался
своей Тенью.
   Но однажды в полдень, когда Фонарю не очень спалось, он  вдруг  услышал
голос Тени. Фонарь прислушался и вскоре  сообразил,  что  Тень  говорит  с
Солнцем  -  большим  и  ярким  светилом,  о  котором  Фонарь  знал  только
понаслышке.
   - Я твоя, - говорила Тень Солнцу. - Ты видишь -  я  у  твоих  ног...  Я
твоя...
   Фонарю захотелось немедленно вмешаться, но он сдержал себя: было как-то
неловко заводить разговор при постороннем Солнце. Зато вечером он  выложил
ей все. Ему ли. Фонарю, бояться собственной Тени!
   - При чем здесь Солнце? Я не  знаю  никакого  Солнца,  -  оправдывалась
Тень, но Фонарь был неумолим.
   - Уходи сейчас же! - заявил он. - Я не хочу тебя знать!
   - Знай меня, знай! - захныкала Тень. - Я не могу от тебя уйти.
   И она говорила правду: разве может Тень уйти от такого яркого Фонаря?
   - Не сердись на меня! - ныла Тень. - Давай помиримся...
   Фонарь покачал головой.
   О, напрасно он это сделал! Он покачал головой слишком категорически и -
разбился. Многие потом судачили о том, что  Фонарь  покончил  с  собой  от
любви. А между тем это произошло только от его принципиальности.
   Вот теперь Тень не пришлось упрашивать. Что ей оставалось делать  возле
разбитого Фонаря? Она прицепилась к пробегавшему мимо Автобусу  и  -  была
такова.
   Так и бродит Тень по свету, липнет ко  всем,  каждому  предлагает  свою
дружбу. Возможно, она и за вами увяжется.

Феликс Кривин

...никто не знает, что будет через день, через неделю, месяц, год... Но я с уверенностью могу сказать, что чтобы со мной в этой жизни не случилось, ты, мой любимый город, всегда останешься в моем сердце... будешь тем самым светлым пятном, которое поможет мне преодолеть все неприятности и сохранить в душе ту детскую теплоту и нежность...

 они быват разные... я говорю даже не про их цвет... а про их содержимое... то, что они носят в себе... message, я бы сказала.  

Усталые глаза,

Чуть мокрые от слез .

Знакомые слова

Напомнят прошлый дождь.

Печальная судьба -

Причина многих бед;

И только тишина

Ей слышится в ответ...

 

Влюбденные глаза,

В них радость и печаль.

Невинная слеза

И первое "прощай"

Жестокая любовь

Потушит свет в глазах,

А сердце вновь и вновь

Прогонит старый страх.

 

Тревожные глаза

Боятся войн, смертей;

Кровавая слеза

Скрывает боль потерь,

Холодная война

Уносит жизнь людей,

Лишь мертвые глаза

Не видят этих дней.

 

Любимые глаза -

В них нежность прошлых лет,

Забытая тоска

И солнца яркий свет.

Счастливые глаза

Глядят на нас с небес;

Их верные слова

Спасают нас от бед...

 

Опасные глаза

Приносят страх и кровь;

В них злость и клевета,

В них не живет любовь.

Опасные глаза -

Глаза моих врагов;

Счастливая судьба -

Надежда светлых снов. 

В колонках играет - Линда "Сделай так"

...эту картинку мне прислал мой знакомый из Белоруссии... Она, почему-то, очень сильно запала мне в душу... может, всё потому, что до нашей с ним виртуальной встречи, автор этого рисунка хотел покончить жизнь самоубийством....

 Пошел Гусь в огород посмотреть, все ли там в порядке. Глядь - на капусте кто-то сидит.
 - Ты кто? - спрашивает Гусь.
 - Гусеница.
 - Гусеница? А я - Гусь, - удивился Гусь и загоготал. - Вот здорово - Гусь и Гусеница!
 Он гоготал и хлопал крыльями, потому что такого интересного совпадения ему никогда встречать не приходилось. И вдруг замолчал.
 - А ты почему не хлопаешь? - спросил он почти обиженно.
 - У меня нечем, - объяснила Гусеница. - Посмотри: видишь - ничего нет.
 - У тебя нет крыльев! - догадался Гусь. - Как же ты летаешь в таком случае?
 - А я не летаю, - призналась Гусеница. - Я только ползаю.
 - Ага, - припомнил Гусь, - рожденный ползать летать не может. Жаль, жаль, тем более, что мы почти однофамильцы...
 Они помолчали. Потом Гусь сказал:
 - Хочешь, я научу тебя летать? Это совсем не трудно, и если у тебя есть способности, ты быстро научишься.
 Гусеница охотно согласилась.
 Занятия начались на следующий день.
 - Вот это земля, а это - небо. Если ты ползаешь по земле, то ты просто ползаешь, а если ты ползаешь по небу, то ты уже не ползаешь, а летаешь...
 Так говорил Гусь. Он был силен в теории.
 Из-под капусты высунулась чья-то голова:
 - Можно и мне? Я буду сидеть тихо.
 - Ты что - тоже Гусеница?
 - Нет, я Червяк. Но мне бы хотелось летать... - Червяк замялся и добавил, немного смутившись: - Это у меня такая мечта с детства.
 - Ладно, - согласился Гусь. - Сиди и слушай внимательно. Итак, мы остановились на небе...
 Они занимались каждый день с утра до полудня. Особенно старался Червяк. Он сидел не шелохнувшись и смотрел учителю в рот, а по вечерам старательно готовил уроки и даже повторял пройденный материал. Не прошло и месяца, как Червяк уже мог безошибочно показать, где находится небо.
 Гусеница не отличалась такой прилежностью. На уроках она занималась бог знает чем: плела паутину и обматывала себя, пока не превратилась из живой, подвижной Гусеницы в какую-то восковую куколку.
 - Так у нас дело не пойдет, - делал ей замечание Гусь. - Теперь я вижу, что ты, Гусеница, никогда не будешь летать. Вот Червяк полетит - за него я спокоен.
 Червяк и тут прилежно слушал учителя. Ему было приятно, что его хвалят, хотя он и прежде не сомневался, что полетит: ведь у него по всем предметам были пятерки.
 И вот однажды, придя на занятия. Гусь застал одного Червяка.
 - А где Гусеница? - спросил Гусь. - Она что - больна?
 - Она улетела, - сказал Червяк. - Вон, посмотрите. Видите?
 Гусь посмотрел, куда показывал Червяк, и увидел Бабочку. Червяк уверял, что это - Гусеница, только теперь у нее выросли крылья. Бабочка легко порхала в воздухе, и даже сам Гусь не смог бы за ней угнаться, потому что хоть он и был силен в теории, но все-таки был домашней птицей.
 - Ну, ладно, - вздохнул Гусь, - продолжим занятия.
 Червяк сосредоточенно посмотрел на учителя и приготовился слушать.
 - Итак, - сказал Гусь, - о чем мы говорили вчера? Кажется, мы остановились на небе?...

Феликс Кривин...

...однажды, в один прекрасный день... я открыла для себя этого прозаика... и не только его... еще много-много своих личных  качеств, которые в дальнейшем помогали мне тонко чувствовать ту или иную ситуацию..

…лежит передо мной. Легкий, беззаботный, куда ветер подует, туда и летит, летит, когда его кто-то возьмет в руки и кидает вверх. Сначала он летит наверх, но все равно опускается вниз, как бы высоко не улетел. С ним сначала интересно, когда он «новый», но потом надоедает и валяется где-то на полу, в пыли, пока кто-то не увидит его и не возьмет в руки. И снова он летает… Так он и живет,- не по собственным желаниям, а по сложившимся ситуациям.
Но…
…Однажды им так увлекаются, играют, кидают вверх, он не успевает приземлиться, его снова кидают, он снова летит, он по-настоящему начинает чувствовать себя нужным, любимым, красивым! И это правда. Но вдруг его снова кидают вверх, он задевает что-то острое и…
…лопается. Ему было так больно… Но самое страшное не это, а то, что внутри у него ничего не было. Пустота!
А сейчас он не летает, он не легкий, не воздушный и даже не красивый. Он никому не нужен. И нет никого, кто смог бы его снова надуть, и не будет. И лежит он где-то среди мусора и все меньше и меньше видит солнечный свет, потому что на нем все больше и больше пыли.
А ведь когда-то летал…

Боюсь твоих пустых и темных глаз
Прошу и умоляю каждый раз
Не приходить ко мне и не звонить
Не нужно предо мною слезы лить
Не нужно говорить, что мы вдвоем
Весь мир и всех людей перевернем
И оставаться вновь наедине
Я не желаю… И лишь во сне
Друзей я нахожу, их теплоту
Не променяю больше ни на чью!
Их имена храню в своей душе
Чтоб Богу показать там, в высоте…
А ты мне говоришь, что нет друзей
И незачем искать их средь людей…
И начинаешь снова старый разговор
О том, что в этой жизни я лишь сор
Что с жизнью мне пора уже прощаться
И нет в ней человека, с кем встречаться
Могла бы я. Кто б смог меня понять
В тяжелую минуту поддержать
Любить меня такой, какая есть
(Не слишком ли большая это честь?)
И разговором только путаешь сильней
Лишаешь разума – что может быть ценней?

Вот снова ночь… И снова мы вдвоем…
Наш разговор обычный мы ведем
И снова спорим – где кому остаться
Ведь ночь не может вечно продолжаться…

Жила была птица. Птица с сильными крыльями, со сверкающими разноцветным оперением. Существо, созданное для вольного полета в поднебесье, рожденное, чтобы радовать глаз тех, кто следит за ней с земли.
Однажды женщина увидела ее и полюбила. Сердце ее колотилось, глаза блестели от волнения, когда с открытым в изумлении ртом, смотрела она ,как летит эта птица. И та позвала ее лететь с нею вместе – и отправились они по синему небу в полном ладу друг с другом. Женщина восхищалась птицей, почитала и славила ее.
Но как-то раз пришло ей в голову – да ведь птица эта наверняка когда-нибудь захочет улететь в дальние дали, к неведомым горам. И женщина испугалась – испугалась, что с другой птицей никогда не сможет испытать ничего подобного. И позавидовала – позавидовала врожденному дару полета.
И еще – испугалась одиночества.
И подумала: «Расставлю-ка я силки. В следующий раз птица прилетит – а улететь не сможет».
А птица, тоже любившая эту женщину, на следующий день прилетела, попала в силки, а потом посажена была в клетку.
Целыми днями женщина любовалась птицей, показывала предмет своей страсти подругам, а те говорили: «Теперь у тебя есть всё». Но странные дела стали твориться в душе этой женщины: птицу она заполучила, приманивать ее и приручать больше не было нужды и мало-помалу угасал интерес к ней. Птица же, лишившись возможности летать – а в этом и только в этом заключался смысл ее бытия, - облиняла и утратила свой блеск, стала уродлива, и женщина вообще перестала обращать на нее внимание: только следила, чтобы корму было вдоволь, да чтоб клетка чистилась.
И в один прекрасный день птица взяла да и умерла. Женщина очень опечалилась, только о ней и думала и вспоминала ее днем и ночью, но только не то, как та томилась в клетке, а как увидела в первый раз ее вольный полет под облаками.
А загляни она себе в душу – поняла бы, что пленилась не красотой ее, а свободой и мощью ее расправленных крыльев.
Лишившись птицы, лишилась ее жизнь и смысла. И постучалась к ней в дверь смерть. «Ты зачем пришла?» - спросила ее женщина.
«Затем, чтобы ты снова смогла летать со своей птицей по небу, - отвечала смерть. – если бы позволила ей покидать тебя и неизменно возвращаться, ты любила бы ее и восхищалась бы ею пуще прежнего. А вот теперь, чтобы тебе снова увидеть ее – без меня дело никак не обойдется».