Финрод снял венец, хорошенько шарахнул им о каменный пол и провозгласил:
- Давайте, ребята, действуйте. Если вы думаете, что я не понимаю, как вам охота на мой трон забраться, - так я понимаю. Мне на нем и самому было неплохо. Только я, в отличие от вас, в интеллигентной семье воспитан, и мне с детства внушали, что слово надо держать. И я ухожу с Береном, потому что его папаше сдуру поклялся, а поступить в вашем духе воспитание не позволяет. Короче, уже бывшие подданные мои, если кто чего понял - становись в шеренги и айда за мной к торжеству добра и справедливости, а все остальные могут возвращаться к своим делам и тихо радоваться смене государя.
Четырнадцать эльфов, гордо выпятив грудь, шагнули вперед, всем своим видом демонстрируя, что они - с королем.
- Маловато, - заметил Берен.
Финрод быстренько просчитал варианты и аккуратно отодвинул назад Ородрета:
- Э-э, нет, братец, ты уж лучше дома посиди. Там тебе не тут.
Ородрет взглянул ему в глаза, понял, что в этой фразе - глас Судьбы, и отступил. "Там - не тут, - в который раз он понял, что готов преклониться перед мудростью старшего брата. - Там - не тут! Воистину, в сей скорбный час сама Судьба глаголет его устами!"
И он замер, с восторженным придыханием глядя на короля. Келегорм пожал плечами и поднял с пола венец - слегка помятый, но его это только раззадорило. Ибо кто из Нолдор откажется поработать с металлом?
Финрод тем временем к вящему неудовольствию Берена недрогнувшей рукой забраковал еще троих эльфов, по некоторым признакам опознав в них эльфиек. Девушки громко возмущались, что они тоже хотят торжества справедливости.
- Вот и устраивайте ее здесь, - королевским голосом приказал экс-король. - Здесь вам не там!
Эльфийки все как одна захлопали глазами и отступили в тень переваривать еще одну высокую мудрость.
- Э-э, Финрод, - забеспокоился Берен. - То есть твое величество... то есть, нет, уже Финрод... если им там всем не тут, то кто с нами-то пойдет?
- Мы, - невозмутимо произнес Эдрахил, выступая вперед. - Для нас, истинных верноподданных государя Фелагунда, везде, где есть он - здесь, а где его нет - там!
Тут уж и Финроду сказать было нечего.
Саурон медленно и с ленцой допел очередной куплет и оперся подбородком о кулак. Стоявший перед ним эльф вовсю распинался о красотах Валинора, но поскольку Темный Майя этот Валинор видел собственными глазами, ничего нового он не услышал. Ну, эльфы размножились, ну, города построили, ну, гавань отгрохали такую, что туда сам Оссе заплывать боится, потому что Телери все свободное время развлекаются прицельным метанием нолдорских самоцветов в воду. А в каждом таком камешке карат - будьте-нате! Вот уже второй час, как Майя неторопливо и смачно глушил эльфа информацией, для последнего совершенно неожиданной. Например, спел о том, как оно на самом деле было до Войны Могуществ - эльф уронил челюсть, но подхватил и быстренько запел про Древа Света. ("Экую дрянь развели, - поморщился про себя Саурон, - радиацией аж от песенки пованивает, то-то эльфы мутировали, как рыба в Яузе, вон, и волосы золотые - прямо светятся... Хвала Тьме, лучевая болезнь не заразна...") И он в ответ живописал танец драконов в звездном небе. Эльфу крыть было нечем, потому что в небе над Валинором танцевать никому в голову не пришло; попытался отбрехаться танцами Нэссы на лужайках, на что Саурон ему уже прозой посоветовал посмотреть на орочьи обрядовые пляски, - мол, не хуже. Финрод вспомнил, что танцы Нэссы противник видел, а значит, за базар отвечает, и приуныл. Вдобавок совершенно не вовремя проснулся исследовательский зуд - сам-то он орочьих плясок не видел ни разу. В общем, одну из позиций эльф сдал почти без боя.
Пришлось запеть о том, как эльфам здорово жить в Валиноре. Тут Финрод попал на знакомую почву и долго разливался соловьем, пока Саурон не испортил весь кайф единственной и тоже прозаической фразой: "А на кой же вы тогда оттуда сдернули?" Финрод не дал сбить себя с толку и запел про Сильмариллы. Правда, Феанора лично и всех Феанорычей вообще он сильно не любил, так что подлинного вдохновения в его песне не было - скорее дежурные фразы сродни тем, что скандировались на утренниках в Форменосе: "Фе-а-нор - на-ше все! Сильмариллы - forever!!!" Саурон просек фишку и напевным гекзаметром осведомился, что было лично Финроду до проблем Феанора и Феанорычей и не использовал ли он Сильмариллы как предлог, чтобы слинять из Валинора в Эндорэ. Финрод, который действительно хотел не Сильмариллы добывать, а новые земли открывать, смутился весьма заметно. Так что очередную позицию он, хоть и с каким-никаким боем, но тоже сдал.
Пока главные выясняли отношения, подчиненные с обеих сторон старательно расшатывали дисциплину. Очень симпатичные молодые орчанки по незаметному знаку повелителя вкатили в зал сервировочный стол, который оказался не только сервировочным, но и вполне себе сервированным. И сервирован он был такими блюдами, при виде которых эльфы потеряли весь свой идеологический запал. Не хватило сил удержаться даже у Берена, хотя он и клялся торжественно мяса больше не есть, но рыба - не мясо, а слабосоленая форель в приправах была дивно хороша. Тонко нарезанные буженина, корейка, окорок горячего копчения с хреном и грудинка холодного копчения с горчицей, холодец на свиных ножках и нежно-розовое сало некоторое время посмущали его дух, но потом он решил, что зверюшек, из которых все это понаделано, отправил к праотцам уж точно не он, так что весь спрос с Моргота, чья кухня. И отдал должное угощению так, что эльфам его пришлось оттаскивать. Утолив голод, все вдруг обнаружили, что пиво и лимонад в Ангбанде тоже очень ничего; после благополучного изничтожения нескольких литров того и другого окончательно заблагодушевшие эльфы наконец взглянули на шустрых подавальщиц и все как один решили, что орчанки ничуть не хуже эльфиек, а смуглота и необычность одежды придает им лишь особую изюминку. Словом, пока начальство развлекалось вокальными упражнениями, подчиненные начисто забыли, зачем они сюда, собственно, пришли.
В это время Финрод запел про Бастионы Тьмы, чтобы хоть как-то удержать инициативу, и выяснилось, что подробностей на эту тему он знает куда больше оппонента. Он так долго и со вкусом живописал страдания бедных узников в смрадных подвалах и пыточных камерах, что потрясенный Саурон, с трудом удерживаясь в рамках гекзаметра, предложил не гнать волну на порядочных Врагов, а самому пойти и посмотреть, вместо того, чтобы перепевать каких-то наглых кляузников. Тут бы его Финроду и дожать, но сработал рефлекс самосохранения, и эльф совершенно не в рифму ойкнул: "Пожалуйста, как-нибудь в другой раз". Саурон пришел в себя на секунду быстрее и успел зловеще улыбнуться, давая понять, что противник сдал еще одну позицию. И промурлыкал добрым-добрым голосом:
- Ну ладно, это все ерунда, а что ты там начал про Альквалондэ рассказывать? Очень уж красиво у тебя получалось. Как вы там Телери лупили? Ты расскажи, расскажи, картинка такая симпатишная рисуется. Красное - на белом... ну просто бальзам для моего эстетического вкуса.
- Нет-нет-нет! - возмутился Финрод, тоже выпадая в прозу. - Я там не убивал, рук не замарал!
- Однако же пошел и дальше с теми, кто руки братьев кровью обагрили, - Саурона не так-то просто было сбить с толку. - Движимые идеей Феанора, несли войну и горечь Средиземью! Владыки эльфов жили здесь отлично и были все кругом в авторитете, но прибыли заморские паханы, нарушив разом мирную систему! А Элу Тингол (это между нами) - не лорд, а разрезвившаяся сявка, поскольку он понятий и не знает, а прячется у женушки за юбкой! В авторитете там как раз супруга, а он - шестерка, венчанный короной. И это чмо отправило беднягу охотиться за камнем Феанора? Да Мелькор поперхнется, как услышит! Послушай-ка, певец иногородний: твоей братве мне жалко и подвала. С фигней пришел ты, Финрод, в Средиземье, и на фигне, клянусь тебе, попался! Дальше Финрод слушать не смог и, поняв, что ритм ему уже не попасть, предпочел изящно упасть в обморок.
- И рухнул Финрод, чарами сражен, - прокомментировал Эдрахил, весьма неохотно спуская с колен симпатичную рыжеволосую орчанку и отправляясь отковыривать от пола своего экс-короля.
- Знаете, ребята, - поморщился Саурон, - валите-ка вы все хором дальше. Я Мелькору телеграфирую, что цирк едет. Только одно условие: орки вам сейчас большой рюкзак еды с собой соорудят, вы уж как следует подкормите по дороге этого болезного, а то хлопается в обморок, как красна девица...
...Тхурингветиль перекинулась из страшноватенького нетопыря в весьма привлекательную девицу майярской наружности и, покачивая бедрами, поднесла Саурону рюмку чая.
- А ну, геть, - он равнодушно хлопнул по ее стройному, обтянутому сетчатыми колготками филею. - Лети давай. Скажешь Повелителю, что к нему приближается группа эстрадных исполнителей... вернее, эстрадный исполнитель с группой халявщиков. Но - суперзвездун, входной билет на концерт стоит не меньше Сильмарилла! Мое личное мнение - Сильмарилла за такое развлечение не жалко.
Тхурингветиль на правах старого друга чмокнула его куда-то в висок и, на ходу перекидываясь, шагнула к окну.
- Повелитель! - волколак так торопился, что окончательно человеческий облик принял уже у самого подножия трона. - К тебе припожаловала очередная поп-звезда, хочет устроить гала-концерт прямо на мосту!
- И что за звезда? Что поет?
- Да попсу всякую поет. Оборудование все с собой - валинорский пес для антуражу и свет Амана в глазах в качестве спецэффектов! Микрофона не надо - и так, если взвизгнет, мертвого поднимет!
"Что-то попса мне сегодня надоела... - задумчиво вздохнул Саурон, вставая с кресла. - Да и на фуршетах для артистов разоришься... Эльфы только что схарчили квартальный запас буженины, а сколько эта антуражная собачка сметет?!"
Он подошел к окну. Из окна открывался изумительный вид на окрестности, замковый ров и мост. На мосту стояла девица с внешностью топ-модели, держа на ошейник здоровенного пса. В голове Саурона всплыла песенка, назойливый мотивчик которой он вытравлял довольно долго - про какого-то добермана, глюкозу и то, что "я буду вместо, вместо, вместо нее твоя невеста, честно...". Нет уж, спасибо. После эльфов и Берена ему не то что глюкозы - конопли не надо. Ну их всех, пускай Мелькор разбирается.
И он медленно, с нескрываемым удовольствием нажал на рычаг, поднимающий мост.
Это было его личное ноу-хау - система пружин, позволяющая использовать мост как катапульту.
Где эта суперзвездунья с ее собачкой приземлятся - это уже не его проблемы.
Рыжеволосая орчанка подошла сзади и нежно поцеловала его в макушку.
Тяжелый день закончился.
- Вот так, - вздохнул он, глядя на улетающую в нети деву в серебристом эстрадном платье. - Здесь тебе - не там.
